Белая Лисица с янтарными глазами

      Дальнейшая судьба школы была предрешена. Свои люди в министерстве подсуетились, а потому новым директором школы Чародейства и Волшебства в скором времени был назначен Северус Снейп. Первым делом он наложил запрет на обучение в школе маглорожденных волшебников, чем вызвал волну недовольства среди магов и волшебников Англии. Только ни один из них не задумался о том, что отправлять такого ребенка в рассадник пожирателей смерти может быть опасно.       Ведьмаки все также оставались хранителями факультетов, обеспечивая безопасность студентам. Неду же Северус старался держать подле себя, как и просил Дамблдор, потому предложил перебраться поближе к своим покоям. — Это странно, не находишь? Может мне еще в твоей кровати спать? — Девушка развалилась в директорском кресле, закинув ноги на стол, которые через минуту Снейп спихнул на пол, проходя мимо нее. — Если я буду уверен, что так будет безопаснее, будешь спать в моей кровати. Я не собираюсь рисковать твоей жизнью в угоду каким-то сплетням и шепоткам. — Сказал смертный бессмертному. Самому не смешно? — Прекрати этот балаган, будь добра. Мне хватает головной боли без твоих выступлений. Кэрроу повесили на мою шею, и я не собираюсь дать Темному Лорду ни единого шанса заподозрить нас с тобой в неверности, и тем более в том, что твой непреложный обет лишь фикция, потому будь добра собрать свои вещи и перевезти их в соседнюю комнату. — Хорошо, папочка. — Она поднялась с места и вышла прочь, оставляя зельевара в гордом одиночестве среди портретов бывших директоров. — Видится мне искра между вами, директор. — Финеас Блэк подал голос, стоило двери закрыться за ведьмачкой. — Ваше мнение меня интересует в самую последнюю очередь, мистер Блэк. — Не поворачиваясь к собеседнику бросил Снейп и вернулся в кресло.       Сложно было сказать, кто за кем присматривал.       Северус при любой возможности старался как можно чаще видеть девушку, она же, в свою очередь, неустанно контролировала все вокруг себя.       Всех посетителей кабинета директора, студентов школы, что то и дело пытались сбиться в группу и затеять беспорядки, но особенно внимательно она присматривала за Кэрроу, являясь на каждый их урок, контролируя все, что могла, не давая этим ублюдкам издеваться над детьми.       Их ненависть была взаимной, Алекто без конца строчил жалобы в Министерство и Темному Лорду, Неда же перехватывала сов и с широкой улыбкой зачитывала письма Огнедару, после чего отправляла их в огонь.       Сидеть без работы им обоим было до одури скучно. Если раньше то и дело долетали заказы из их клана, сейчас все понимали, что ведьмаки нужны в школе, остальные же способны разобраться с появившимися проблемами самостоятельно, тем более, что их стало больше.       Волки не сопротивлялись, когда пришлось сменить маски, все добровольно пошли на это, все было по их законам. Один главарь убил второго, победителю достаются земли и люди, если кто-то против, он имеет полное право ввязаться в драку, но выступать против Неды никто не хотел, ее если и не любили, то уважали.       А потому все сидели смирно и ждали приказа.       Очередной безлунной ночью Неда с Огнедаром выбрались в лес, это была безмятежная прогулка, в память о прошлом. Когда они были моложе, проблем было меньше, а трава была зеленее. — Прости меня. — Еле слышно сорвалось с женских губ, сказанные слова заставили ведьмака удивленно взглянуть на нее. — Что сорвалась тогда, с мадам Розмертой. — Что я слышу. Ты знаешь слово «прости»? — Парень широко улыбнулся и притянул девушку к себе, пряча в своих объятиях. — Я никогда не смогу держать на тебя обиду, лисенок. — Шепнул он ей, а после напрягся.       Неда различила глухие звуки вдалеке, что были похожи на тяжелое дыхание. На границе школы что-то происходило, и требовалось узнать, что именно.       Звериный облик был в разы быстрее и отнимал меньше сил, чем трансгрессия, а потому два лиса неслись через бурелом на звук, что становится все громче.       Два пожирателя отбивались от мантикоры.       Один из них уже хорошенько истекал кровью, заставив ведьмаков вздыбить шерсть на загривке и напрячься. Контролировать себя было трудно, но возможно, а потому, притаившись за деревьями, они наблюдали. — Не поможем? — Рыкнул Огнедар. — Еще чего. Я давно думала, где бы раздобыть крови и мяса, а его нам на тарелочке принесли. Перенестись не смогут, убить мантикору тоже, вопрос времени, когда они умрут.       Раненный решил сбежать, что заставило Неду закатить глаза и рвануть за ним, меч сверкнул в темноте яркими рунами, пронзая сердце. Тело с глухим стуком упало на землю, а в руке из воздуха появился бурдюк, куда с помощью магии перетекала свежая кровь, заставляя Неду исходиться слюной и бороться с соблазном.       Еще один вскрик ознаменовал кончину второго пожирателя, Огнедар разберется с мантикорой сам, необходимости спешить на помощь не было, а потому можно было заняться телом.       Острые зубы ломали кости и рвали мышцы, словно это была тонкая бумага. Особенно ценно было сердце, в нем теплилась магия, что покалывала язык.       Кровь помогала ведьмакам восстановить силы, человеческое мясо дурманило. Заставляло заднюю лапу нервно подрагивать от удовольствия, что щекотало язык, подернутые мраком тела и души были особенно приятны на вкус.       Многие брезговали, отрицали человечину, но она усиляла лучше любых эликсиров и трав, а эффект был в десятки раз дольше.       Им нужны силы, никто не знает, когда именно Темному Лорду приспичит помериться длиной палочек с очкастым подростком, а потому всегда нужно быть в форме.       Трупы списали на диких животных, обглоданные едва ли не до костей тела предали огню на следующий день. Никто не узнал их маленький секрет, лишь красные искры в глазах выдавали сытость.       Северус был в неведении, его заботило лишь благополучие Неды, видеть ее спокойной и целой рядом с собой доставляло удовольствие.       Нет, она не была узником или домашним любимцем, все, о чем он просил ее, не пропадать без предупреждения, а она позволяла ему немного себя контролировать.       Ее покорность на публике доносили до Волан-де-Морта, тот был спокоен, в его подчинении был ведьмачий клан, как он считал.       Очередной головной болью для Снейпа стала передача меча Гарри Поттеру. Как и где его расположить, как подвести мальчишку к нему, как, в конце концов, найти подростка?       Ответ пришел от Финеаса Блэка, что как на духу назвал местоположение. Ведьмаки же вызвались помочь. — Я иду с вами. — Безжалостно отрезал Снейп, давая понять, что отказа он не примет. Неда закатила глаза и протянула ему руку, предлагая трансгрессировать, Огнедар неподалеку отплясывал с мечом Годрика Гриффиндора. — Огонек! — Рыкнула Неда, заставляя парня остановиться и принять смиренную позу. — Я тебя на него посажу, обещаю.       Лис растянулся в довольной улыбке, а после ухватился за руку подруги.       Лес встретил их тишиной и темнотой. Пока Северус давал глазам привыкнуть к мраку, ведьмаки медленным шагом двинулись к обледеневшему озеру, по пути, на камень-ножницы-бумага, выясняя, кто полезет под воду.       Проиграл Огнедар, ему никогда не везло, и совсем не потому, что Неда бесцеремонно влезала в его мысли и узнавая, что выкинет ведьмак. — Согреешь меня своей любовью? — Шепнул он, а вместо ответа его спихнули в прорубь.       Пока Огонек укладывал на дне меч, выбирая место не очень глубокое, Северус дошел до Неды. — Призовешь патронуса? Или мне создать иллюзию? — Призову, Поттер решит, что это призрак его матери зовет за собой. — Какой же идиот, вот честно. Столько шума, столько дел, а все ради чего? Чтобы в конце мальчик-который-выжил, стал мальчиком-который-помер. — Смертью храбрых. — Усмехнулся Снейп, на что Неда лишь фыркнула, из воды вылез промокший до нитки Огонек. — Готово, принимайте работу. Илом чуток прикопал, чтобы не так заметно было. — Умничка, дружок, возьми с полки пирожок. Их два — твой посередине. — Ласково произнесла Неда, высушивая друга, который одарил ее весьма понятным взглядом, посылая девушку в дальнее путешествие.       Взмахом палочки Северус убрал прорубь и двинулся к лесу, необходимо было спрятаться в его тени, и если ему, в черной одежде, это было совсем не сложно, то две белые фигуры по бокам от него светились как гирлянда на новогодней елке. — Вы даже не пытаетесь быть незаметными. — Шикнул на них зельевар, мешкая с призывом патронуса.       Ведьмачьи глаза издевательски закатились, синхронный щелчок пальцами и эти двое стоят в таких же черных мантиях, что и Снейп. — Так-то лучше. Постарайтесь помолчать хотя бы десять минут. — Хорошо, мой повелитель. — Шепнула Неда. — А я не обещаю. — Вставил Огонек и получил когтистой лапой по затылку. — Ну, ни пуха, — шепнула Неда, замирая в ожидании. — Ни Пятачка. — Огнедару прилетела еще одна оплеуха.       Мальчишка справился, едва не утонул правда, но его рыжий дружок-пирожок вовремя пришел на помощь, выловив из ледяной воды нашего героя.       Удостоверившись, что меч у подростков и оба целы и здоровы, Неда перенесла их компанию обратно в школу, отмечать победу игрой в шахматы и бутылкой ведьмачьего самогона, который строго настрого запретили Северусу даже нюхать, ведь пойло это было чертовски крепким, а крушина с пасленом в нем грозили отправить зельевара к праотцам раньше, чем планировалось. — Переживаешь за мальчишку? Не ожидала… — Лисица опрокинула в себя очередной стакан. — Я не уберег его мать. Мой долг спасти хотя бы его. — Чем бы дитя не тешилось… — Лишь бы не вешалось. — Вяло проговорил Огнедар, на грани сознания, движения его тела были размашистыми, он плохо контролировал себя к концу бутылки. — Кому-то пора в кроватку. — Неда подхватила дружка под руки и оттащила к кровати. — Надеюсь, Гриффиндор переживет одну ночь без своего защитника. — Я… н-н-орм… — Да-да, нормально. Полежи тут до утра, золотце, я расскажу тебе сказку. — Я вам не мешаю, голубки? — Северус ненавидел ведьмачьи пьянки, детские травмы вставали перед глазами, и пусть никто из них не буянил и не лез на другого с кулаками, запах спирта, что витал в воздухе вызывал мурашки на коже.       Неда сверкнула глазами в его сторону и взвалила Огонька на свою кровать, прикрывая того одеялом и разжигая камин посильнее. — Это поможет ему быстрее протрезветь. Он сильнее всех похож на человека, потому в состоянии напиться. — Пояснила девушка. — Ненавижу… — Да, знаю, Северус. — Перебила Неда, не желая обсуждать эту тему. Воспоминания были перед ней как на ладони, для человеческой психики это было сродни истязаниям Никона над ней. — Будь добра, до утра следить за ним и не ввязываться ни в какие передряги. Кэрроу точат на тебя зуб, в лесах завелась какая-то нечисть, что ночью обглодала до костей двоих. Я бы не хотел, чтобы ты оказалась там. — Нет чудовища страшнее ведьмака, Северус. Не переживай. Доброй ночи. — Она отвернулась и шагнула к кровати, натягивая повыше одеяло на Огоньке.       Северус смотрел на этих двоих, бессмертных существ, что знали друг друга тысячу лет. Идеально дополняли, перекрывая изъяны друг друга. День за днем они открывались с новых сторон. Сейчас перед ним было печальное солнце и бесноватая луна. Они вместе навсегда. Это сильнее любой связки.       Тряхнув головой он вышел прочь, оставляя этих двоих наедине со своими ведьмачьими секретами.