Распределение по факультетам

Куроо заходит в первое купе и захлопывает дверь. На его удивление внутри уже сидит мальчик его возраста, забравшийся на сидение с ногами и активно машущий кому-то в окно, прощаясь. Рядом с его местом в клетке сидит совёнок и очевидно спит, нахохлившись в рыжих перьях. Мальчик отлип от окна и обернулся на Куроо, он улыбался, но в ярких золотистых глазах у него стояли слёзы, которые он тут же смахнул рукой, громко шмыгая носом. — Привет, я Бокуто Котаро, — от громкого голоса своего хозяина сова, сидящая в клетке, встрепенулась, истерично ухая, мальчик бросился к клетке. — Тихо-тихо, Моти, прости, я тебя разбудил. Бокуто снова повернулся к Куроо, но теперь с птицей зажатой в ладонях, которая довольно урчала, тыкаясь клювом в пальцы своего хозяина. — А это Моти, она ещё маленькая, но скоро станет большой совой. Губы Куроо дёрнулись в искренней улыбке, он осмотрел нового знакомого ещё раз, подумал о том, что светлые волосы мальчика слишком длинные и лезут в глаза, но ему они видимо не мешали. — Куроо Тетсуро, — представился он, — можно погладить? — Куроо кивнул на птицу в чужих руках. Бокуто доверчиво кивнул и вытянул руки с птицей вперёд. Моти напряглась, но, почувствовав прикосновение тёплой подушечки пальца к пернатой макушке, сдалась, снова курлыча от удовольствия. Бокуто отправил Моти в клетку, а сам кинулся к сумке, что стояла на его сидении. Пока он копошился в попытках что-то достать, дверь купе снова открылась, впуская внутрь ещё одного мальчика их возраста. Он был немного выше их с Бокуто, волосы его, хоть и выглядели небрежно растрёпанными, на самом деле были уложены таким образом. Карие глаза оценивающе осмотрели купе и, видимо решив, что это место ему подходит, мальчик уверенно кивнул, захлопывая дверь. Куроо, который всё ещё не сел напротив Бокуто, вдруг сел рядом с ним, уступая всё свободное место вошедшему. Бокуто даже не обратил внимание, что Тетсуро сел рядом с ним, только торжествующе извлёк из сумки коробку с печеньем и пакет с какой-то выпечкой. Наконец оторвавшись от своего важного дела, Бокуто подскочил с места, когда увидел нового соседа. — Привет, я Бокуто Котаро, — также громко как и до этого представился Бокуто — Ойкава Тоору, — кивнул мальчик, усаживаясь на полностью свободное место, и вопросительно взглянул на Куроо. — Куроо Тетсуро, — еще раз представился Куроо. Новый сосед не понравился ему. Он и сам не знал почему. Было в нём что-то манерное или высокомерное, Куроо сам ещё не понял что, но никакой симпатии этот человек у него пока что не вызывал. Ойкава тоже смотрел на него оценивающе, чуть сощурив глаза, Куроо зрительного контакта не прерывал, а Бокуто, совершенно не замечая какого-либо напряжения, раскрыл пакет, обволакивая всё купе приятным запахом свежей выпечки. — Это мне мама в дорогу напекла, сказала, что угостить кого-то — это лучший повод познакомиться. Так что ешьте, у меня ещё и печенье есть. От сладкого запаха желудок у Куроо свело и, хоть он поел дома, отказываться от угощения не стал. Ойкава сначала настороженно посмотрел на кексы, но видимо тоже уступив желудку в борьбе выдержки, всё-таки взял один кекс. Бокуто это порадовало. Поезд тронулся. — Как думаете, на каком вы будете факультете? — спросил Бокуто, когда они уже поели и расслабленно откинулись на спинки сидений. Куроо неопределённо пожал плечами. Бабушка с дедушкой пророчили ему Слизерин, мама — Гриффиндор. И он не знал, кто из них окажется прав. — Скорее всего Слизерин, — ответил Ойкава, зевая. Вкусная еда разморила его, и сейчас он уже не казался Куроо таким противным, каким показался вначале. — Большинство магов в моей семье были на Слизерине. — Ого, ничего себе! — с искренним восторгом сказал Бокуто. — У меня есть три старшие сестры, и всех их распределили на разные факультеты. Одна ещё учится, на 6 курсе на Когтевране. А вот самая старшая тоже училась на Слизерине, мне кажется — это очень крутой и сильный факультет, и у них красивые мантии зелёного цвета, только сестра говорила, что жить в подземельях холодно, — Бокуто поёжился сжимая плечи руками, — надеюсь я не попаду в Слизерин, мне больше нравится тепло. — Не бойся, Бокуто, я думаю, что ты точно не попадёшь на Слизерин, — Куроо поддерживающе хлопнул нового друга по плечу и перевёл взгляд на Ойкаву, вид его показался ему каким-то самодовольным, будто он смотрел на Бокуто свысока. Тетсуро не понравился его взгляд, а потому он, даже не успев подумать, выпалил первую мысль из головы, — туда попадают только манерные и высокомерные выскочки. Ойкава весь подобрался и вытянулся вперёд, готовый отстаивать то ли свою честь, то ли пока что даже не своего факультета. — Зато отсеиваются слабоумные идиоты, — прошипел Ойкава в лицо Куроо. Бокуто шумно хлопнул по столу, и Ойкава отшатнулся на своё место. — Моя сестра не высокомерная выскочка! — взгляд Бокуто стал серьёзным, тёплое золото в его глазах закалилось холодом злости. — Так что Куроо, — Бокуто строго посмотрел на нового друга, — возьми свои слова назад и извинись перед Ойкавой, а ты, — теперь наступила очередь Ойкавы опускать взгляд под холодным взглядом Бокуто, — извинись перед Куроо. Вряд ли какой-то факультет сможет защитить вас от «слабоумных идиотов» или «высокомерных выскочек». Я думаю, что вы оба не правы: в моей семье все учились на разных факультетах, и это не делало их плохими людьми. Куроо и Ойкава пристыженно опустили глаза, пробормотав извинения. Бокуто примирительно хлопнул в ладоши и снова тепло улыбнулся. Оставшаяся дорога прошла хорошо, но затем Куроо проклял традицию привозить первокурсников на лодке. Они втроём заняли последнюю лодку. Ойкава с ужасом вцепился в руку Бокуто, испугавшись покачивания на воде. Котаро добродушно засмеялся, усаживая Ойкаву рядом с собой, а Куроо с клеткой с Моти сели напротив. Тетсуро сначала позлорадствовал над пугливостью Ойкавы, но когда лицо Тоору стало зелёным от накатившей на него тошноты, Куроо стало не до смеха. В школу Куроо прибыл, держа мантию, в которую был одет в лодке, подальше от себя, стараясь не вдыхать глубоко, и чертыхал Ойкаву всеми плохими словами, которые только знал. Бокуто же, хоть и тоже пострадал от морской болезни Тоору, продолжал поддерживать его, пока не передал преподавателям на берегу. — Надеюсь, что мы не попадём на один факультет с ним, — зло прошипел Куроо, когда Бокуто нагнал его, хоть и знал, что в случившемся нет вины Ойкавы. — Ну хватит тебе, он же не виноват, что его укачало тебе на мантию и мне на штаны. Мне кажется, он хороший, думаю, вы точно подружитесь. — Надеюсь, что никогда этого не будет, — закатив глаза, пробурчал Куроо. Когда Бокуто в числе первых определили на Гриффиндор, Куроо громко аплодировал ему, ничуть не удивившись, и держал скрещенные на удачу пальцы, чтобы шляпа отправила и его на Гриффиндор. Прямо перед ним в очереди был Ойкава, которого привели в чувство после его тяжёлой переправы, но лицо у него всё ещё имело серо-зелёный оттенок, Куроо даже в какой-то момент стало его жаль. Когда шляпа, как и ожидалось, отправила Ойкаву на Слизерин, Куроо про себя похихикал, отметив, что сейчас цвет Слизерина точно будет ему к лицу. Не смешно ему стало, когда после пары секунд молчания шляпа на его голове прокричала: «Слизерин». — Ну что, привет, высокомерная выскочка, — казалось, эта ситуация так позабавила Ойкаву, что тот оживился и стал с ходу подначивать Тетсу, который уселся напротив него за столом. — О нет, твой Слизеринский барьер не уберёг тебя от слабоумного идиота, — елейно прошептал в ответ Куроо. Бокуто радостно помахал им из-за стола Гриффиндора, явно радуясь тому, что всё сложилось именно так.