попробую

бесконечная апатия и полное отсутствие каких-либо эмоций - обычный день даши. после пробуждения ранним утром, она пролежала на кровати втыкая в потолок еще уйму времени. и в принципе, девушку устраивало это все, ведь испытывать ничего уж гораздо лучше, чем испытывать постоянную грусть и тоску. в ее глупую голову не лезло абсолютно никаких мыслей, она не подавала абсолютно никаких признаков жизни - со стороны можно было подумать, что она самый настоящий трупак, если бы не слезы, которые лились из ее глаз безостановочно без причины. это были не слезы грусти, не слезы радости, это была обычная горькая водичка вытекающая из тусклых глаз девушки каждый день, хотя казалось бы, слез не может быть так много. но кто знал, что если терпеть и не давать волю эмоциям, то вскоре все равно случится так называемый «дроп» и ей придется ощутить это. жизнь (если это можно так назвать) действительно проходила у каплан не очень. из друзей была одна лишь жизнерадостная лиза, звавшая каждый день дарью на различные вписки и мероприятия, не зная, о ее плачевном состоянии. матери же абсолютно плевать на ее когда-то любимую доченьку. ведь смысл тогда заботиться о ней, любить ее, если за свои 20 лет она не закончила 11 классов, не поступила в СПбГУ, не отучилась там на какую-нибудь, хуй пойми какую, но хорошую профессию и не нарожала 5 детей от любви всей своей жизни. сейчас у дарьи нет никакого желания продолжать жить дальше, но и умереть не особо хочется. если бы можно было бы исчезнуть на какое-то время, вылететь из тела без смерти, она бы с огромным удовольствием. она не хотела разговаривать с кем-либо, она не хотела ждать пока это пройдет, она хотела просто ис-чез-нуть. в один прекрасный (или не очень) день, лиза решила прийти к даше. каплан не особо то хотела этого, но выбора у нее не было. веселую девчонку с фиолетовыми волосами переубедить в чем-то невозможно. тело добренко ломило, каждая клеточка испытывала невыносимую боль, а мозг и вовсе отказывался включаться и хоть как-то работать. но мадрид сумела вывести дарью из бредового состояния за всего лишь час времяпровождения в квартире у каплан. девушка впервые за безумно долгое время почувствовала хоть что-то. спустя некоторое время, дарья все таки решила выйти и развеяться. она долго уговаривала себя сделать хоть что-то, чтобы и вовсе не сгнить в этой кровати, и у нее получилось. с помощью лучшей подруги, конечно, но получилось. девушка долго думала, что надеть, но ее гардероб был не особо то разнообразными, так что выбор пал на широкие серые джинсы и милый белый свитер, который вскоре накрыла зимняя черная куртка по пояс. всего на сборы она потратила около четырех часов, что не было удивительным для дарьи эдуардовны, ведь она та еще капуша. за окном суровый и холодный февраль, казалось бы, такой прекрасный месяц, да и день всех влюбленных не за горами, но только не для серого питера. даша закрыла входную дверь и тяжелыми шагами отправилась в некое "путешествие" по улицам своего города. улицы она не видела и свежим воздухом она не дышала долгое время. но из-за своего откровенно хуевого состояния, она была не в силах даже посмотреть, какой сегодня день, так что дарья уже сбилась со счета, сколько она так пролежала одна-одинешенька на своей кровати. два дня, неделю, месяц? год?.. на часах половина одиннадцатого, даша ходит в одиночку по улицам петербурга с гречкой в наушниках. ходит из двора в двор, качается на качелях и каруселях, словно маленький ребенок, которого впервые отпустили на улицу погулять одному. ноги становятся ватными от переисбытка ходьбы, в приложении «шагомер» высвечивается число около 15.000, а на часах уже часа 2 ночи. но каплан не собирается домой. каплан идет в курилку где-то в подворотне, где на стенах кривые тэги каких-то местных парней и объявления «сдам квартиру посуточно» с которых она безжалостно отрывала никому нахуй ненужные листочки с номером владельца, разглядывая их, вскоре отправляя на ветер в далекое путешествие. добренко решила присесть на скамью, расположенную прямо в этой курилке. капается по карманам в поисках зажигалки с сигаретами или хотя бы какой-нибудь дудочки, забытой одной из знакомых у нее в кармане. ничего она, конечно, не находит. дарья зависима от никотина. даже скорее не от него, а от процесса курения, ее это увлекает. она любит запах сигарет, она любит дым от сигарет, она любит поджигать, покупать, курить сигареты. - будешь? – произносит рядом сидящая девушка протягивая сигарету, от чего даша вздрагивает, ведь до этой фразы она в душе не ебала, что кто-то кроме нее гуляет в такое время, так еще и сидит с ней в одной курилке. - что? а, спасибо.. – тихо мямлит блондинка, перенимая сигу из изящных рук незнакомки, разглядывая ее с ног до головы. она покрыта наколками, на ее коричневой макушке надета кепка stussy, о котрый всегда так мечтала дарья, джинсовка сероватого оттенка, легкие джинсы и длиннющий щарф. она очаровывает блондинку одним лишь словом, ее голос так мягок, а внешность - ее идеал. именно так бы она выглядела сейчас, если бы не мать. минутное молчание. даша уже успевает докурить сигарету, одолжившую у незнакомки, как она вдруг начинает завязывать диалог, от чего закрытой и хрупкой девочке дашеньке становится не по себе, хоть она и рада такому исходу событий. - слушай, а ты ничего такая. я виолетта, можно вилка, тебя как звать? – веселым голосом с улыбкой во все 32 зуба говорит ви, смотря на очаровательную девушку перед ней. - спасибо.. а, я даша, да. – снова мямлит добренко, смотря на виолетту с восхищением, думая, что она не видит этого. но виолетта все видит, уж слишком сверкают дашины глазки, видя малышенко. впрочем, даша виолетте тоже понравилась. грех не заинтересоваться такой девушкой, как она. безумно глубокие и совсем не тусклые глаза, в которых хотелось утонуть, пухлые губы, которые почему-то хотелось поцеловать, очаровывали вилку. - красивое имя, даш. – произносит малышенко, слегка касаясь плеча объекта ее интереса – кстати, а тебе не холодно? ты одета так легко, вон, губы синие уже от холода, гляди. – энергично, впрочем как и всегда, говорит вилка, смотря прямо в глаза дарьи. у блондинки почему-то замирает сердце. она и сама того не понимает, почему вдруг она почувствовала себя живой, это кажется ей странным. да и с чего вообще у брюнетки такое добро к даше? не должно ли ей быть похуй? - нет, ты чего, мне не холодно! – отвечает добренко, отводя взгляд, она не привыкла к ай-контакту, так глубоко в ее "тусклые" глаза еще никто не заглядывал. - поверю на слово. не хочешь прогуляться? – с огромным азартом говорит вилка, протягивая открытую ладонь даше. даша обманула, даше холодно, даша хочет домой. но упускать такую возможность прогуляться с идеальной, с первого взгляда понравившейся девушкой она не хочет. солашается. руку с осторожностью протягивает, но вскоре успокаивается, когда ее холодных ладоней касается теплая, большая рука переплетая их пальцы. но тут же осознает, что творит. зачем она согласилась? почему она вдруг чувствует необъяснимую тягу к человеку, которого знаешь от силы минут 5? похуй. улыбается, значит добрая, ей можно доверять. молча разглядывая различные здания и иногда перекидываясь словами они ходят за руку по морозу долгое время, которое пролетает так незаметно, что им обеим кажется, что секунд в минуте слишком мало. но девушки уже понимают, что пора домой, ведь на часах половина четвертого ночи, на улице темнота, а дарья вся дрожит от холода. - слушай, виолетт.. я замерзла, наверное домой пойду. спасибо, что составила компанию. и за сигарету тоже спасибо.. – нехотя отпуская руку брюнетки произносит каплан, смотря в пол. вила жалостными и удивленными глазами смотрит на дрожащую девушку, и вскрикивает: - так ты вся трясешься! что ж ты мне раньше то не сказала, что тебе холодно, бедная! - извини, не хотела нагружать. ну, я побежала тогда? мне тут недолго, часик где то шагать, справлюсь. – говорит добренко, наконец смотря в глаза малышенко. - чего.. – протягивает виолетта – нихуя, я думала ты местная. никуда ты не пойдешь, идем ко мне, переночуешь, я вон там живу, за поворотом. – ви показывает на дом, стоящий действительно неподалеку отсюда, и даша какого-то хуя соглашается. даша согласилась. она, сука, согласилась. хрупкая и недоверчивая девочка, согласилась переночевать у девушки, о которой ничего не знает, кроме ее имени и любимых сигарет - вишневого чапмана, который оказался почему-то до безумия сладким и успел так сильно понравиться дарье. как она это сделала? сама не знает, уже пожелела. но виле и вправду хочется доверять, она выглядит самым добрым человеком на свете, который сумеет защитить такую мягкую и нежную дашу, на которую хочется положиться, которой хочется гавкать на поводочке.