облака белогривые лошадки

Гоголь очень любил курить. И курил он не просто сигареты, а одноразки. Именно одноразки, так как их купил одну штуку, покурил, а потом выбросил, и не надо мучаться с жижами, испарителями и так далее.       Сколько бы вкусов Николай не пробовал - не мог найти своего любимого. То слишком приторно, то холодок портит всё, то в принципе вкус не очень.       Но тем, что точно Николай любил, был Достоевский.       Достоевский не курил, но к курильщикам относился абсолютно нормально. А ещё он в последнее время полюбил эксперименты в постели. Именно последним решил воспользоваться клоун.       — Дост-кун!!! — выкрикнул в привычной манере парень, кидая своего возлюбленного на кровать. — У меня есть идея для нового эксперимента!       — Я уже в предвкушении, дорогой, — отвечал ему Фёдор.       — Раздевайся, я сейчас подойду!!!       И Николай «ушёл» в свой собственный плащ, испарившись в воздухе. Достоевский так и подумал, что его парень сейчас принесет смазку, презервативы и, вероятно, то, с чем будет проходить эксперимент. Сняв с себя абсолютно всё, кроме ушанки, демон улёгся поудобнее.       А вот и Гоголь вернулся. Как и думал Фёдор, в руках пришедшего была смазка, пачка презервативов и… три электронки. Одна была маленькая, синяя и совсем как флешка. Вторая чуть больше, зелёная. А третья розовая, самая большая, приплюснутая. Триста, полторы тысячи и четыре тысячи затяжек.       — Хи-хи-хи!!! — засмеялся клоун.       — Ты планировал курить свои одноразки во время процесса? — предположил Достоевский. — В этом суть нашего нового эксперимента?       — Хи-хи-хи!!!… — продолжал хихикать тот. — Не совсем, дорогой Дост-кун. Я хочу попробовать, какой бы была одноразка с твоим вкусом!!       На ходу раздевшись, Николай очутился рядом со своим партнёром поставил его на четвереньки. Тот особо не сопротивлялся. Для начала блондин решил вылизать анус Фёдора языком, и вылизывал его около минуты.       — Ах-ах… — стонал демон.       Затем, когда там уже было достаточно слюны, Гоголь взял в рот самую маленькую одноразку, будто это член, и начал посасывать так, чтобы Достоевский всё видел. Затем он приставил курилку ко входу и слегка надавил.       — Ах… Хах… А-а… — выстонал брюнет, когда одноразка целиком в него провалилась. Потужившись, он смог «выдать» её обратно. Она вывалилась и упала на простынь. Оттуда её подобрал клоун и затянулся, а после выдул совсем маленькое облачко.       — Ну как тебе вкус?       — Не очень, эх-х… Нужно ещё одну!!       После этого, нанеся чуть-чуть смазки на пластиковый корпус, Гоголь всунул в партнёра зелёную одноразку. Она уже не провалилась в эспера, а осталась зажатой в кольце мышц. Николай сделал ей несколько движений туда-сюда, и Достоевский опять застонал.       — Ах-ах… Ах…       Вынув одноразку из брюнета, блондин сделал новую затяжку и выдул облако побольше, чем в первый раз.       — Как тебе вкус?       — Нормально… Нужно ещё одну!!       Далее Гоголь взял самую большую одноразку и, нанеся на неё смазку, попытался засунуть её в Фёдора. Поместилась она в него не сразу. Из-за того, что курилка была квадратной формы, двигать её было особо не возможно. Поэтому клоун не стал её доставать, а решил покурить прямо так.       Касаясь щеками мягких булок демона, Николай сделал затяжку прямо из торчащей из прохода одноразки. Та тут же осветила своей лампочкой нутро Достоевского. Затяжка была пятисекундной, и сразу после неё клоун выдул огромное облако. Оно полетело вверх и обволокло их тела.       — Как тебе вкус?       — Прекрасно, Дост-кун!!