Чёрный и Рыжий котёнок

      За окном царила уже почти поздняя ночь. Молодая директриса облачной башни сидела у камина и умиротворённо попивала ароматный чай с пряностями. Последние пару месяцев она очень часто погружалась в собственные мысли, вырываясь из реальности. Единственно утешение, которое так грело ей сердце, она искала у своей близкой подруги — Марион — королевы Домино. Она была единственной, кто всегда поддерживал её во всём, не давая погрузиться в полную депрессию. Сейчас же королева находилась у лекаря, который позволит узнать ей, что за чудо у неё родиться. Возможно, Гриффин так сильно погрузилась в собственные мысли, что не заметила, как её подруга уже оказалась возле неё. — Что сказали? — спросила Гриффин, медленно помешивая ложкой свой чай. Королева не стала долго томить. — Будет чудесная девочка! — радостно, но совершенно спокойно, сообщила Марион, присаживаясь к Гриффин на диванчик. — Могу поздравить, — слабо улыбнулась та. — В королевской семье будет ещё одна волшебная дочка, разве не чудно! Ты уже успела поделиться с другими?       Юная директриса смогла заметить на щеках подруги лёгкий румянец. Королева явно была на седьмом небе от счастья. Гриффин аккуратно поставила свой напиток на небольшой журнальный столик и, натянув на своё расслабленное личико улыбку, повернулась к подруге, чтобы оказать поддержку. — Все были рады, — воодушевлённо начала рассказывать Марион, — каждый член семьи принялся высказывать мне свои поздравления. Моя Дафна очень долго ликовала, а на лице Оритела я никогда не видела настолько любящего взгляда. Казалось, что я вот-вот лопну от радости.       Внимательно слушая монолог королевы, Гриффин пыталась изобразить некое упоение, однако слёзы так и спешили проделать влажные дорожки на щеках. — Это действительно замечательно, — слегка дрогнувшим голосом, кивнув, проговорила ведьма.       Даже это простое предложение далось ей с трудом. Гриффин, и правда, была безмерно рада за подругу, но от её чрезмерного счастья грудь директрисы больно покалывала. В мыслях вновь возникли образы людей, которые беспощадно хотели обойтись с ребёнком ведьмы. Новость о беременности Гриффин все восприняли одинаково. Кроме гнева и разочарования, на их лицах не было практически ничего. Одна лишь Марион встала на сторону Гриффин, ведь она сама мать и прекрасно понимает, что в данный период ей как-никак необходима поддержка. Ведьма была в неоплатном долгу перед королевой, ведь конкретно она призвала всех смириться с беременностью директрисы облачной башни. Последнее слово всегда было именно за ней.       Однако сама ведьма прекрасно осознавала, что спокойной жизни ей и её малышке не дадут. Ребёнок ещё даже толком не успел родиться, как его уже практически весь народ ненавидит, в отличие от будущей ещё не появившейся на свет принцессы. Для каждой матери это — незаживающая рана. Разумеется, долгая задумчивость Гриффин не осталась не замеченной, уж тем более от глаз королевы и близкой подруги. Марион понимающе улыбнулась, так как уже долгое время прекрасно знала, что тревожит ведьму. Королева молча поддерживающе накрыла своей властной ладонью плечо девушки. Гриффин кивнула головой, давая понять что не хочет снова начинать об этом разговори, после чего, дабы развеселить подругу, Марион принялась рассказывать о том, какие вещи планирует купить для будущего малыша.       Ведьма аккуратно поглаживала складки на своём платье, пока не наткнулась на небольшой бугорок её живота, который уже давно был заметен, как бы она не старалась его скрыть. На несколько мгновений ведьму посетила мысль, что она совершенно не готова к рождению своей малышки. Она понимала, что решение должно быть максимально обдуманным, просто необходимо взвесить все «за» и «против». Перед глазами Гриффин возник образ её будущей дочери и то, как она выживает в таком обществе, где чуть ли не каждая собака тычет в неё пальцем.       Марион всё же остановила свой воодушевлённый рассказ о будущей принцессе и подсела ближе к подруге, дружелюбно посмотрев в её растерянные глаза и слегка приобняв одной рукой за плечи. — А ведь, знаешь, они же будут одногодками, — осторожно начала Марион. — Думаю, их часто можно оставлять вместе. Вдвоем им точно не будет скучно. — Ты, правда, так думаешь? — удивлённо поинтересовалась ведьма, порывисто повернувшись к своей близкой подруге. — Думаешь, они смогут поладить? — Конечно, они же почти родственницы, — спокойно ответила Марион, слегка усмехнувшись и щёлкнув у Гриффин перед носом своими пальцами, словно мама успокаивала своего ребёнка. — Тем более, выбора у них может и не быть.       Душу Гриффин вновь грела доброта Марион, которая, как всегда, была позитивно настроена. Будущие мамы ещё очень долго разговаривали о своих будущих малышках, пока не наступило утро, да и это их совсем не остановило. Ведьма и королева не раз возвращались к этому разговору, и Гриффин даже смогла отвлечься от негативных мыслей.

***

— Руки прочь, ведьма! — говорила рыжеволосая принцесса, резко влетая между специалистом и девушкой с длинными болотисто-каштановыми волосами. Её голубые глаза, казалось, пылали от ярости. — Расслабься, подруга, я ему помогаю…