Пересилить или пренебречь

Хотя в этот вечер

Я в гости не жду никого,

Но дрогнуло сердце,

Когда всколыхнулась под ветром

Бамбуковая занавеска.

— Одзава Роан

— Воууу, подруга… — присвистнула девушка, тут же бросив взгляд на трансмиссионную шестерню, — не многовато для начала?       Услышав слова подруги другие девушки тоже принялись рассматривать обновку «новенькой», с которой их онни была уже давно знакома. — А? — Юна тоже глянула на этого жеребца. На раме уже было аккуратно, любовно и сердечно выгравирована Blanc — имя, которое Юна дала своему велосипеду, — я уже покатала на нем немного, всё в порядке, — и похлопала по сидушке.       Темноволосая достала постер, обращая на него внимание. Девушки, образовавшие команду, собрались в круг. Лидер тыкнула на дату. — Вот об этом флаере я говорила. Вы же будете участвовать? — с надеждой спросила она. Другие сразу согласились. Подумаешь, соревнование по велоспорту на длинные дистанции между любительскими командами. Победитель получает сто миллионов вон в качестве приза и билет на участие в международном соревновании по велоспорту. Юна затушевалась. Она только села на велосипед, ладно если любительский заезд, но чтобы с таким призом?.. Для нее, новичка, это слишком, какой бы талантливой она ни была, — Юна, вся надежда на тебя, скакун, — лидер выставила кулак перед собой, ожидая, что малышка Юна его отобьет. — Да, Юна, с твоей передачей и изворотливостью ты можешь стать спринтером на время, — поддакивала одна из девушек, — с нашей тактикой мы окружаем участников, а ты в тяжелые моменты можешь вырваться вперед — а будет подлянка, так ты перескочишь! — ее слова были полны энергии. Ранее, когда они проводили заезд, чтобы научить Юну кататься, девушка ездила на велосипеде одной из участниц, и тогда они подметили, что хоть и неуклюже, но инстинктивно Шин могла уворачиваться и подпрыгивать прямо на велосипеде, даже входила в крутые повороты, используя смекалку. — Малышка, приз — громкие слова. Деньги нам никогда не помешают, но и никто не говорит, что именно мы выиграем. Сделаем это из интереса. Представь, что ты на сноуборде съезжаешь по неизвестному склону и огибаешь деревья — примерно также ощути внезапный опыт в турнире! — она все еще держала кулак, — ну же, рука отсыхает!       Юна замешкалась. Стоит ли? Будет стыдно, если они проиграют из-за нее. Тактика… Юна никогда не участвовала в групповых делах, а они так на нее надеятся… Она отбила кулак. — Чур если я быстро подкачаюсь, за места аса будем бороться честно! — пошутила Юна, делая ставку на свой талант. — Замахнулась на мое место? Ну хорошо, малышка, поговорим, когда придешь в форму, — лидер довольно уперла руку в бок, — нам нужно подготовить костюмы, подать заявку и… — она глянула на младшую среди них, Юну, — начать тренировки. Не думай, что вывезешь на харизме: заезды будут длинными, а противники сильными.       Юна уже поняла, что ее ждут спартанские тренировки. Но прежде чем они займутся общей физической подготовкой, они проведут тренировочный заезд два на два — участник чьей команды прибудет на финиш первым, та команда и победит. — С проигравших соджу, — предложила девушка, но глянула на несовершеннолетнюю Юну, — и сок.       Лидер глянула на карту и, присмотрев возможный маршрут, сделала скриншот и обвела пути, а после объяснила, где начинают, где опасные повороты, где спринтерский участок, где финиш. «И нет, Юна, ты не можешь срезать путь даже если ты в состоянии его проехать. Маршрут есть маршрут», — подметила лидер, припомнив, как Юна свернула в переулок, где ей нужно было каким-то образом преодолеть шлагбаумы, небольшой заборчик и прочую рухлядь. Только Юне известно, каким образом она это сделала.       Город утопал в вечерних огнях, когда четыре девушки собрались у начала импровизированного маршрута. Их велосипеды поблёскивали под уличными фонарями, а воздух звенел от предвкушения. Это был дружеский заезд, но соревновательный дух витал в воздухе. Лидер их компании уже занимала позицию с краю, уверенно держась за руль. Её партнёрша подтянула повязку на запястье и сделала глубокий вдох, готовясь к гонке. Юна, которая лишь недавно увлеклась велоспортом, но уже удивляла трюками и мастерством, похлопала велосипед по раме, словно друга по плечу — это ее ритуал. Её партнёрша стояла рядом, ободряюще подбадривая. — Постарайся дать Юне лидировать, — сказала лидер «противнице», — нам нужно посмотреть как она проявит себя в роли спринтера, — на эти слова девушка кивнула. Ее задачей является поддержка младшей, этот заезд своего рода соревнование Юны и онни. Никто и не против таких ролей, — готовы? — спросила темноволосая с игривой улыбкой на губах. Она пристально посмотрела на Юну, словно уже видела в ней главную конкурентку.       Юна, поправив перчатки, кивнула, в её глазах сверкал азарт. Маршрут был простым, но требовал чуть более, чем базовых навыков. Он включал в себя узкие тротуары, закоулки между старыми зданиями, резкие подъёмы по типичной для Кореи местности и несколько спринтерских участков. Старт по сигналу четыре велосипеда рванули с места. Впереди сразу вырвалась розоволосая девушка из команды Юны, легко ускоряясь на прямом участке, махнув следующей за ней девушке рукой, чтобы она держалась позади. Юна вспомнила эту технику, она хочет, чтобы Юна сэкономила немного энергии, пока разгонит велосипед с её-то шестернями. Лидер, в другой команде, тоже держалась позади своей партнерши. Глянув на соперниц, усмехнулась. Поменяв тактику, решила не экономить силы в начале, ведь если Юна нагонит ее на последнем спринтерском участке, разогнавшись, то там ей будет трудно оторваться от высокой передачи «новичка». Юна сразу начала выкрутасничать: на первом резком повороте она слегка приподняла переднее колесо, как бы «скользя» по асфальту, и, не теряя скорости, вписалась в угол. Сокомандница пыталась повторить, но слегка замедлилась, всё-таки они привыкла по-другому вписываться в резкие повороты. — Смотри, не улети, — крикнула длинноволосая девушка из команды лидера, завидев попытку подруги и обогнав её.       Девушки въехали в узкий переулок, где тротуар прерывался небольшими ступеньками. Юна, не сбавляя скорости, легко перепрыгнула через них, используя велосипед как продолжение своего тела. Она вспомнила, как преодолевала подобное расстояние на скейте и повторила трюк, приземляясь на заднее колесо, но излишне тряхнув велосипед, чуть не повалившись назад, а не просто проехавшись на заднем колосе, намереваясь вернуть позицию. Её движения были быстрыми, но плавными, словно она делала это тысячи раз. Длинноволосая уже преследовала Юну, приняла вызов. Она не смогла перепрыгнуть, но, грамотно снизив скорость, проскользнула через ступени, не теряя устойчивости. Она давила ее сбоку, прижимая к обочине. Юна запаниковала, но не стала толкать, побоялась, вместо этого увеличила скорость, не отрывая взгляд от лидера, которую старалась нагнать прежде, чем они выйдут на спринтерский участок. Юна показала новый трюк: на одном из поворотов, чтобы не потерять скорость, она резко направила велосипед в сторону стены. Коснувшись её колёсами и толкнув левой ногой, что была «выше», она на мгновение проехала по вертикальной поверхности, благодаря толчку, отдавшегося уколом в голени, помогла приземлиться не прямо у стены, а чуть дальше. — Аккуратнее! — крикнула лидер, видя эту картин на мгновение оглянувшись через плечо.       Сокомандница Юны была спокойна, она уже поравнялась с подругой, она знала, что их сила — стратегия, а не трюки. Но к сожалению они обе должны были оказать поддержку своим лидерам, но они несутся сломя голову, они им не подсобят с сохранением сил… Когда первые девушки выехали на длинную прямую, вдвоём они начали мощный спринт, выжимая максимум из своих велосипедов. Юна приподнялась с сиденья, наклонившись к рулю и цепко взялась за него, мысками топя на педали, интенсивно увеличивая скорость Лидер их команды тоже не сбавляла скорости, но к сожалению ее аэродинамичный велосипед уступал высокой передаче. Они сравнялись. И тогда темноволосая прибегла к давлению. Их команда специализируется на том, чтобы окружить соперников, словно пауки укутывают в паутину, а лидер в соло гонит к финишу. Но сейчас этот самый лидер вступил в борьбу, пока ее товарищ ее не нагонит, она сама должна помешать Юне и выиграть считанные метры до финиша. Лидер толкнула Юну плечом. Она чуть не съехала вбок от неожиданности, но вернула равновесие. Разве так можно делать?       На последнем отрезке трассы началась настоящая гонка. Переулок сузился до тротуара, и единственный способ обогнать соперников — найти пространство для манёвра. Юна пыталась разогнаться, но как только ее толкали, переставала педалировать, сменила позу на более усидчивую — теперь она не наваливалась на руль. Попыталась обойти её сбоку, но сокомандница лидера закрыла ее сзади, у Юны не получилось бы немного замедлится, чтобы обогнать с другой стороны. Но тротуар закончился, а впереди была только дорога. Лидер, увидев это, слегка наклонилась в сторону, как бы намекая на возможное сильное столкновение. Юна на мгновение замедлилась, не решившись на агрессивный манёвр. Этот момент стоил ей драгоценной секунды. — Ну же, толкаться никто не запрещал! — крикнула девушка позади. Но Юна не решилась. Этот страх, хоть и кратковременный, позволил сохранить противнику лидерство.       Онни первой пересекла условную линию финиша, подъезжая к старому фонтану, служившему финальной точкой маршрута. Следом розоволосая девушка из команды Юны, сама же Юна была буквально в секунде позади и наконец длинноволосая девушка, блокирующая Шин сзади. Разочарованно останавливаясь рядом, швейцарка устало дышала. — Молодец, но тебе ещё есть чему учиться, — с улыбкой сказала онни, протягивая руку Юне, — не бойся давить соперника, это не запрещено правилами, — Юна, переведя дыхание, пожала её руку и ответила: — В следующий раз я не буду бояться. — Когда сможешь, вот тогда и поговорим, — подначила она, похлопав ее по плечу, — давайте обсудим заезд, я думаю нужно объяснить Юне несколько фишек ее трансмиссионки.       На улице и без того был вечер, а теперь улицы освещали только фонари, пора бы расходиться. Заезд закончился, но для Юны это было только начало. Она знала, что обязательно возьмёт реванш.       Женщина уже весь дом обошла в поисках дочери. Она только вернулась с работы и хотела проведать Юну, но ее не было дома. Ни в ванной, ни в комнате, даже не в гардеробной, на улице, на территории дома, нигде ее не было. Время скоро будет позднее, поэтому если она и гуляет, то надо бы поинтересоваться где она, но только женщина хотела позвонить, как послышался открывающийся замок входной двери. Явно потрепанная физической нагрузкой девочка закатывала в дом велосипед. Ей сразу вспомнилась маленькая Юна, впервые вставшая на сноуборд. Как она и шагу не сделала, тут же шлепнулась носом в снег, так и покатилась вниз по склону, а потом, вся в слезах, красным от холода носом, поднялась обратно на верх и прижалась с объятиями к маме. Таких моментов было мало, потому что каждый день был напряженным, и если маленькая Юна то и дело занималась физическим развитием, то мама переживала: сейчас она усердно осваивает доску, а уже завтра им нужно будет прятаться… нет, никаких прятаться. Все позади. Они это пережили. Прошло несколько лет, а воспоминания все также свежи. Если Юна приходит домой поздно — не значит, что что-то случилась. Точно. — Мам? — окликнула ее Юна, заметившая, что мама задумалась. Опомнившись, женщина вздохнула и улыбнулась. Нечего говорить ей о своих переживаниях, ей тоже досталось. — С Юбином каталась? — спросила она, помня об их общих увлечениях и то, что относительно недавно они гуляли вместе. — Вообще-то он сказал, что я обезьяна, судя по моему стилю езды… — буркнула она, — но нет, я с Юми была. Мы будем готовиться к велотурниру… — девушка поставила велосипед у стены, а сама начала стягивать верх, идя в комнату. Мама следом, села на кровать, пока Юна снимала грязную одежду и брала свежую, чтобы пойти в душ, — мы собрали команду и мне нужен костюм. Онни предложила вместе разработать дизайн, потому что у нас команда «Тарантулы», паучихи в общем. — Тематический дизайн? — женщина задумалась, — как придумаете дизайн, принеси мне наработки, я попрошу знакомого модельера сшить, — Юна помедлила с ответом, но в итоге просто угукнула. Она забывает о том, что она, если говорить по-корейски, чеболь, — и подумай над тем, чтобы брать меньше подработок, Юна. У нас теперь стабильный доход, а у тебя на носу турнир. Пожалей себя. — Ммм, да, я завтра последний день на листовках, — сказала она, ничего не упомянув о ресторане. — Серьезно, Юна. Займись школой и подружись с ребятами. Пригласи того одноклассника, Мину, в гости. Школы в Швейцарии и Корее отличаются, здесь не такие продленки и внеурочка, — она осеклась, вспомнив, что из школьных занятий Юна знает только их название, большую часть она провела на домашним обучении, — ну, ты поняла…

***

      Юна бессовестно и совестливо одновременно прогуливала школу. После больничного шел первый день и за все это время девушка усердно развивала выносливость — с ногами проблем не было, но вот велосипед требовал больше сил, чем ожидалось. Она часто списывалась с Сонмином, который расспрашивал Юну о Швейцарии, в общем какие-то нелепые вопросы, на которые девушке было нечего особо ответить, поэтому она встречно спрашивала о всяком. В один из дней Юна ночевала у онни и они, дурачась, придумывали дизайн велокостюма для Шин. Она не умела рисовать, поэтому просто накидывала идеи и ассоциации, а Юми рисовала. Так как их команда связана с пауками, то они связали стиль езды Юны с пауком-скакуном. Сама Юна светленькая, поэтому и костюм должен быть светлым — забавно, что она контрастна самой Юми. Простой белый костюм казался скучным, поэтом они добавили черный градиент на рукава и штаны, а на плечо и бедро добавили красную паутину со свисающими паучками. На спине будет располагаться логотип команды, которая существует уже некоторое время, и Юна в ней новичок. Девушки сошлись на том, что Шин придерживается уже имеющейся тактики, вместе с другими девушками окружает противников, и Юми в соло едет вперед. Однако учитывая особый случай Юны — Юми знакома с ней уже довольно давно, — понимает ее сольный стиль и что ей будет трудно приспособиться к командной работе, предлагает освоиться с велосипедом прежде чем они смогут довериться Юне и позволить ей ехать одной или брать на себя главную роль.       Рабочий день у Юны, она в костюме маскота одного магазинчика раздает флаеры. Жарко. Очень жарко. Как хорошо, что ей не нужно говорить, иначе воздуха в этой гигантской башке не было бы совсем. Во время перерыва она села на лавочку, сняв голову и перчатки и уткнулась в пиликающий телефон. Мину что-то активно ей написывал. Он уведомлял, что в первом классе параллели появилась чертовски охрененная иностранка и Юна обязана затандемится с ней. Зачем — она не понимала, но ей стало интересно. И более интересно стало, когда он рассказал ей, что эта иностранка у всего класса на глазах поцеловала президента. Президента? Да что творится в этой школе, пока ее нет? В какой-то момент даже подумалось, что Мину привык к ней — она ведь тоже иностранка, но как безумец он крутился вокруг нее только первые несколько дней, пока они не начали чаще общаться. Должно быть новенькая потрясная, раз вся школа на ушах. Наверное, даже завидно. Но это не точно… — Юнаааа? — раздается удивленный оклик. Пытающаяся не свариться в костюме, хоть и без головы, Юна поднимает взгляд. Сонмин. Юбин. Почему они не на уроках? Испуганно нацепив голову, тщетно намереваясь спрятаться, она вскакивает с места, собираясь уйти. Ее схватили за ухо плюшевой головы — уйти не получилось, — куда по ластам дала, — Юна перестала сопротивляться и она приподняла голову, щенячьими глазами глядя на Сонмина и непонятным взглядом смотрящего Юбина. Помимо свежего воздуха в нос ударил одеколон Сонмина. Приятно. Комфортно.       Она сняла голову и положила ее на лавку. Сонмин хотел убрать с ее лба прилипшую прядь, но девушка испуганно отшагнула, сама поправляя волосы. — Н-не трогай лучше, я грязная, — акцент выдавал волнение. — Я думал ты только в ресторане работаешь? — он склонил голову вбок и глянул на Юбина. Они думали, что она из богатых, раз собрала себе велик. — Нет, у меня четыре подработки, а тут я последний день, — она оттянула воротник, охлаждаясь. — Зачем? — Юна не была уверена в том, что должна ответить. Мама права в том, что Юне больше не нужно работать, те сложности были раньше, сейчас же они постепенно восполняют капитал и поднимают компанию с ног. Точнее этим занимается мама. Но вместе с этим Юна привыкла свои хотелки хотя бы наполовину оплачивать из своих сбережений. — Ну, мне нужен спортивный инвентарь, тренажеры, ну и я по глупой причине проиграла нуне в заезде. Мы спорили на оплату ресторана, — отчасти соврала она, — ну и по мелочи. Один из моих скейтов сломался, доску для серфинга нечем обработать… — перечисляла она. Конечно она не планировала серфить в ближайшее время, но она тщательно следит за своими любимцами. Сонмин потер переносицу от переизбытка информации, — а вы чего не на учебе? — Прогуливаем, скажем так. Выгуливаю этого ленивца.       Не Юне судить о прогулах. Она лишь стреляла глазками в чем-то недовольным Юбина. Интересно, а он будет участвовать в турнире? Есть ли у него команда?.. Спрашивать пока не хотелось, так что она отодвинула эту мысль. — Оппа, а какой у тебя стиль езды? — вдруг спросила она. Сейчас она была погружена тренировками, поэтому любая информация для нее будет полезна. — Без разницы, я просто еду, — Юна сощурилась в глубоких раздумьях. — Разве это все так срочно нужно? Мне кажется ты перетруждаешься — видно, как лицо осунулось, — Сонмин включил режим, казалось бы, флиртуна, но на самом деле он действительно лепетал над «девочкой». Юна отмахнулась, мол, некогда отдыхать и поспешила спровадить ребят, потому что перерыв заканчивается и ей нужно работать.       Последующие дни Юна ступила на дорогу обмана. У нее не было оправдания, мол, это для блага мамы, или будто у нее есть какая-то весомая причина. Эта причина называлась хандрой. А если изъясняться более глубинно… Прошло буквально несколько дней ее больничного и она пропустила лишь несколько учебных дней, и довольно внезапно внутри Шин выросло чувство, будто она все пропустила. Она знала ту тенденцию, что на первые несколько месяцев учебы в классе формируются компании, и если ты не успеешь, то не пристроишься ни к одной из них. Она помнила те разы, когда меняла очередную школу посреди учебного года, ходила буквально несколько дней, не в состоянии поладить с ребятами и влиться в компанию, она становилась очень ранимой, истеричной, но подавляла это все, хоть и была готова заплакать от любой ошибки. По итогу она, по серьезным причинам, меняла место жительства в одном катоне, а то и вовсе жила не в французском катоне, а немецком или испанском. И даже там повторялась все та же ситуация. Последние четыре года были спокойными, но все-таки Юна уже обучалась на дому, а вместе с тем ей было необходимо изучать более углубленные предметы, ведь она, рано или поздно, перемет управление компанией, которую мама поднимает с колен, помаленьку, потихоньку. И хотя сейчас уже не факт, что Юна пойдем по маминым стопам, но прошлого не воротить, у нее не было опыта нормального общения. Лишь однажды будучи в Корее в детстве, она познакомилась с Ли Юми и она стала ее отдушиной и спасением. На расстоянии, с большими перерывами, они иногда общались. Теперь, когда Юна наконец осела в Корее, они общаются вживую. Но отголоски ее запутанного прошлого все еще сильны. Сейчас она навязала себе, что пара дней отсутствия сильно скажутся на ее общении. Она цеплялась за каждого, кто хотел с ней общаться, была то там, то тут, часто уставала от общения и занимала себя чтением различных книг — чтобы спрятаться от людей и заодно улучшить свой корейский. Сейчас она окружена своей командой и Сонмином. Юбин так, в придачу, просто есть. С ним она лишь однажды списывалась, обменявшись буквально парой сообщений, а в основном она общается с Сонмином. От этих мыслей хотелось закрыться в комнате. Или отдаться экстриму — встать на сноуборд и с ветерком прокатиться, огибая искусственные препятствия. Однако сейчас она находит успокоение в тренировках: в одиночку она занимается со спортивным инвентарем, либо катает в лесу, где нет людей. Подъемы, кочки, корни деревьев — различные препятствия, либо заезды на время, до тех пор пока она не будет проезжать определенное время все быстрее и быстрее. Ее подход неправильный, непрофессиональный, даже с трюками она много падает, стирает колени, от чего появляется лишняя причина не идти в школу. Сонмин подметил, что лицо Юны осунулось — это проблема. Она хорошо питается, довольно плотно, но это по прежнему не прячет ее усердия. Мину пишет редко, рассказывая новости и спрашивая, когда она вернется, на что Юна отвечает «не знаю, семейные обстоятельства», ничего не объясняя, кормя друга оправданиями, мол, ничего серьезного, когда Мину спрашивает не случилось ли чего серьезного. Но и сейчас Мину увлекся новообразовавшейся компанией друзей, поэтому он может написать Юне в конце дня. Да и смысл ей писать — обсудить то, что он ей расскажет про происходящее в школе, а от нее ни одного «я сегодня гуляла» или чего-то более бытового, но всё же хоть что-то. Скрытность. Скованность.       Вот что интересно. Сонмин сказал, что они тогда прогуливали и он «выгуливал» Юбина. Интересно, что у них за школа такая? Не страшно ли прогуливать? Как часто они это делают? Однажды Юна вместе с госпожой Хон приходила в дом, в котором живет Юбин, и по его скромному жилищу и прочим ныне известным фактам она может предположить, что Юбин хулиган, но ее уверенность в госпоже Хон заставляют ее верить в лучшее… Либо она просто всегда верит в лучшее, ведь самое худшее позади. Наверное, Юна «погуляет» еще несколько дней, а со следующей недели правда вернется в школу. Надо бы.       «Ты же забрала велик? Не хочешь потрениться на выходных?» — гласило сообщение от Мину, пока он с ребятами из параллельного класса находился в мастерской, чтобы поставить Ханнаму тормоза на велосипед. Вскоре ему ответили, что вернутся на учебу в понедельник. Юна так точно указала день, чтобы и себе дать стимул прийти в школу. — Разве вам не нужно готовиться к соревнованиям? — вдруг спросила знакомая Мину мастер, — девушка, с которой ты сюда приходил, во всю колесит, — подметила она, обращаясь ко все тому же Мину. — С которой приходил? — спросил Джунсу, — Юна? Она уже катается? — услышав знакомое имя все еще незнакомого человека, другие присутствующие за исключением президента. — Братан, когда ты уже познакомишь меня с ней? В нашем классе тоже есть иностранка, а это Юму, или как там ее, все еще в глаза не видел, — Мину с Джунсу посмеялись, а Джахен пропустил мимо ушей. Понятия не имел, о ком речь. — Что-то я внезапно распереживался, — вдруг сердце Мину прихватило, — больничный у нее закончился, но по семейным обстоятельствам все еще не приходит на уроки. Не свалилась ли она с велосипеда без тормозов? Или шестерни были слишком большими. — Что-что, а с великом проблем явно нет — она не приходила с поломками, — мастер умыла руки, исключая упомянутые проблемы.

***

      Юна пришла в школу и одноклассники сразу же накинулись на нее с расспросами. Как и ожидалось, изменения были заметны, словно ее в меру пухлые щеки вовсе пропали, показывая скулы, но Юна держала лицо, она казалась все такой же позитивной, оправдываясь больничным, мол, диета, лекарства и банальная непривычность нахождения в Корее, а не Швейцарии немного подкосили ее, а так все скоро вернется в норму. Мину не мог противостоять большинству, ведь Юна довольно популярная фигура. Юна извинялась перед ним, ведь они давно не виделись, но ей нужно наведаться в учительскую, чтобы написать объяснительную, и уделить время стольким людям… Мину понимающе отмахнулся и сказал, что она может найти его в классе 2-1 и вообще ребята оттуда хотели бы с ней познакомиться. Взяв с Юны слово, что завтра она наконец уделит ему время и что они обязаны вместе покатать — Юне столько всего хочется ему показать, чему она научилась, — они разошлись по своим пунктам назначения.       На этом учебный подошел к концу — опасению Юны оказались лишь ее самонакручиванием. Никто ее не забыл, наоборот люди тянулись к ней, уделяли внимание, рассказывали всякое… Она была так тронула, что ей хотелось плакать, но она не могла. С чудесным настроением она неспеша двинула на скейте домой. Она ехала не привычным путем, потому что ей хотелось подольше погулять, ведь потом ей придется попотеть над домашкой, которую она так долго откладывала. Она зашла в магазин, чтобы купить мороженного и подобным образом вознаградить себя за хороший день. Довольно открывая упаковку, она почувствовала, как на руки и голову упали капли. Вечернее небо незаметно затянулось тучами и, досадно надув губы, Юна пихнула мороженное в зубы и двинула домой. Ей пришлось сделать нехилый такой крюк, потому что ее полный маршрут прервался дождем. Она ехала перепрыгивая и объезжая образовавшиеся лужи, дождь все усиливался.       Проезжая на мостовой, девушка услышала странные звуки и ругань. Чуть ниже была драка, Юну аж передернуло, а чуть выше за углом здания пряталась троица, снимающая это на камеру. Они стояли спиной, но Юна узнала в нем Тэджина и чертики заиграли в голове. Остановившись неподалеку над ними, Шин села на корточки, скрываясь за забором и набрала номер полиции — ситуация выглядела довольно серьезной, а людей вокруг не было. Даже не удивительно, что драка проходит именно в этом районе. Она слышала комментарии троицы и громко заговорила, когда трубку взяли. Она сообщила о драке, которая выглядит довольно серьезно и назвала место. Ниже послышались приглушенные голоса, говорящие, что нужно драпать и, к сожалению, им не удалось до конца записать побоище. Немного погодя, она выглянула, чтобы убедиться, что они ушли. И наконец она присмотрелась к людям внизу. Красная шевелюра сразу попала на глаза и Юна, выпучив глаза, схватила скейт, перепрыгивая бордюр, приземляясь на траву. Сердце заколотило в ушах, она не осознавала, что делает. На ее глазах какой-то парень вмазал Юбину головой, потом кулаком, повалил. Она не понимала, что делает, но съехав по асфальтированному склону, она поехала прямиком на к этим двоим: Юбин, походу, лежал едва в сознании, а длинноволосый замахнулся для следующего удара. Женский голос просил прекратить, а Юна, стремительно приблизившись, подпрыгнула на скейте и, казалось бы в воздухе его могла повернуть на все триста шестьдесят, но как только доска повернулась параллельно лицу длинноволосого, Юна пнула скейт почти по колёсам, нанося плоской частью доски удар по голове. — ЮНА, НЕТ! — слышится знакомы крик неподалеку, но Юна была в таком состоянии аффекта, что не фокусировалась ни на чем, кроме лежащего Юбина.       Как только она приземлилась на землю, она упала на колени рядом с Юбином. Что там было с парнем, которому она врезала сейчас не волновало. Скейт одиноко лежал на земле, а усача, который хотел броситься в ответ, со спины обнимала, удерживая, девушка, просящая остановиться. — Оппа, вставай! — дрожащим голосом звала она, — оппа!       Юна нависла над Юбином, пальцами стирая кровоподтеки и капли дождя с лица. Подняла руки над ним, рукавами укрывая лицо от дождя. Она так низко нагнулась, подсознательно ожидая ответного удара, а из-за того, что его не было, страх накатывал все больше. Только сейчас, постепенно, она осознавала происходящее. Рядом с головой Юбина на асфальт опускается конец биты. Юна поднимает взгляд стеклянных от накатившихся слез глаз и видит Сонмина. Его выражение лица такое незнакомое. Такое грубое. Но не к ней, а к происходящему. Он с битой. Так он тоже замешан в драке? Парень протягивает Юне руку. — Уходи, — вовремя сказал он, когда всех присутствующих окатил свет фар полицейских машин, — он нам обоим уши надерет, если ты полиции попадешься, — Юна податливо взяла его за руку, поднимаясь. В последний раз взглянув на Юбина она дала дёру.       Мужчина, находившийся все это время в стороне, хотел побежать за Юной, но поднятая рука молодого господина его остановила. Ханнам кулаком вытер лицо, смотря ей вслед, а потом на оставленный ей скейт. Пускай уходит.       Юна бежала что есть силы, но ноги подкосились на одной из луж и она упала на колени. Скоро все ее ноги будут в синяках. Да черт с этим, ей хотелось быстрее вернуться домой. Она пулей забегает домой. Мамы нет, она на работе. Шин падает на пол, распластавшись и пытается отдышаться. «Полагаю это заменит мне пару тренировок на выносливость», — смеясь и плача подумала она. Ей было страшно. И от того, что она в это ввязалась, и от незнания, что будет дальше, — «Юбин-а должен мне за то, что я, кажись, остановила того парня», — все прокручивала она в голове. И вправду, он бы продолжил избивать Юбина, если его не остановить. Кстати об этом парне… — «Я забыла свой скейт…»       Она достала свой телефон, вставая с пола. Домашка ждать не будет. Написав Сонмину с просьбой держать её в курсе, она скрылась в своей комнате.       На следующий день она так и не дошла до школы. Рюкзак промок под дождем, благо учебникам не досталось. Страшно идти в школу. Она видела запись и поняла, кто участвовал в драке — она узнала Мину и Джахена. Увидеть там второго было шоком, а вот остальных она не знала. На полпути Шин развернулась и написала Юбину, спрашивая в школе ли он. Игнор. — И чем я думала, когда писала именно ему? Надо было сразу Сонмину писать, — буркнула под нос она и зашла в аптеку, написав аналогичное сообщение очкарику. Он довольно скоро положительно ответил и после ответа она уже более воодушевленно потопала к старшей Чонгпа.       Правда по итогу она топталась у ворот, не зная, как вытащить парней из школы. Написать? Как-то стыдно… но пути назад нет, это вам не школу прогуливать. К ней подошла компания парней, которые раннее стояли снаружи школы, сейчас перемена. — Тююю, иностранка из старшей Теянг? — они смотрели на Юну сверху вниз, — чем наша школа снова не угодила Теянгам? — Погоди, я слышал от параллели, что там девчонка кому-то скейтом влепила, — шикнул один ему. Глаз Юны дернулся, видимо о ней пошла молва… — А вы можете позвать Юбина и Сонмина? — было первым, что сказала Юна. От волнения послышался акцент. Парни зашушукались. — Идти к нему сейчас? — нервно один пробубнил другому. Кажется, он сейчас не в лучшем настроении, и это слабо сказано. Его ударили в бок. — Попробуй позвать его. Будто бы часто к-то-то его зовет — сразу найдется, — хихикнул парень.       Юна подумала, что он прав. Если она начнет звать Юбина, то сразу поползут сплетни и он не сможет её игнорировать. Она вдохнула поглубже и подняла руки к лицу. — Нет, погоди, ты… — один парень чертыхнулся. — Ю-БИ-Н-А! Ю-БИН-А! ОППА! ОППА! — кричала она. Она сделала, наверное, худшее, что только могла, ударив того парня скейтом, так что сейчас ее действие — сущий пустяк. — Нет, ты дура или самоубийца, раз делаешь это! — он схватил Юну за руку и прижал к себе спиной, закрыв ей рот. — Какого черта эти Теянги такие… — Ю-БИ-НА! ЮБИН-А! — снова крикнула она, сопротивляясь. Интересно кто придет первым, Юбин или охранник? Звать Сонмина не так эффективно, как Юбина, поэтому она кричала одно имя, так еще и «оппа» добавила, чтобы наверняка. — Да заткнешься ты или… — не успел договорить парень, но его перебили. — Или что? — это был Сонмин, а другая рука схватила парня, держащего Юну, за волосы. Юбин дернул его в сторону, от чего парню пришлось отпустить девушку, прижавшую руки к груди и съежившуюся от страха.       Компания парней поспешно ретировалась, пока им не прилетело, а Сонмин и Юбин встретили Юну не самыми приветливыми взглядами. Видимо зря она сегодня надела пиджак. Юна же улыбнулась. И почему же ты ведешь себя абсолютно противоположно любым ситуациям. — Так ты тоже из Теянгов… — Сонмин вздохнул. — Разве это проблема, что я из той же школы? Я-то ничего не сделала… — сердечко нервно ёкнуло. Неужели они откажутся общаться с ней только из-за того, что она из школы «чеболей»? — Они тебя знают, — констатировал факт Юбин. — Ну… Мину — мой одноклассник, именно он предложил мне смотреть на тренировки Зефирос. С Президентом мы не знакомы, но видела на заездах, остальных я правда-правда не знаю! — оправдывалась она. — Тогда ясно, почему ты так много знала про Зефирос, — констатировал он, вспомнив день их знакомства. Осталось найти подставу в причине того, почему она подошла познакомиться. — Чувак не нагнетай. Она, между прочим, втащила скейтом тому усачу и благодаря этому он не добил тебя, — напомнил ему Сонмин и Юбин нахмурился. Нахмурился вдвойне от того, что больно использовать эту эмоцию, — а ты почему не в школе? Прогуливаешь? И вообще, ты могла написать, а не шумиху наводить. — Тогда Юбин бы не факт что вышел, а вы мне оба нужны, вообще-то! — она оглядела их на наличие ран. О Юбине и говорить не надо, а вот Сонмина она досконально осмотрела, — если честно, мне страшно идти в школу. Если встречу того усача — там же коньки отброшу… — она горько усмехнулась, — у тебя есть ушибы? — спросила она. — Конечно есть! — вдруг драматично заиграл он, — вот тут! — и положил руку на сердце. — Что? Это что-то серьезное?! — заволновалась девушка, смотря туда, куда Сонмин положил руку. — Придурок, будь серьезнее, — процедил Юбин, не в силах смотреть на клоунаду, в которую эта мышь поверила. Юна же, поняв, что ее разыграли, фыркнула на Сонмина и полезла в пакет, доставая мазь и пластыри, — не надо, — он отвернул голову, когда Юна поманила его пальцем. — Что? Не по статусу? — вдруг серьезно заговорила она, — если гангстер, то и лечиться не надо? — она схватила его за грудак и потянула на себя. Ей пришлось другой рукой схватить его за щеки, чтобы повернуть лицом к себе. Он зафиксировался, понимая, что от него не отстанут и тогда Юна продолжила химичить. — Я думал ты не умеешь злиться, — удивился Сонмин, говоря о девушке, которая никогда не реагировала ни на что, никогда не обижалась, как бы Юбин ее не динамил и прогонял. — Завались, — процедил Юбин, не на шутку злой, но девушке он не мог ничего сделать. Ему обрабатывали лицо. — Я не злая — моей злости достоин только один человек, — поэтично ответила она, не вдаваясь в подробности, — между прочим я случайно увидела драку и прогнала тех, кто вас снимал, — она осеклась. Тут же подумала, что не стоит называть имен, мало ли что они сделают, особенно сейчас, будучи озлобленными. Парни посерьезнели, — без понятия кто это, они под зонтом были. Я полицию вызвала и они убежали. А когда увидела, как усач оппу бьет, все само как-то получилось! Я вообще-то любимый скейт там оставила, когда убегала! — она прилепила последний пластырь и, взяв Юбина за челюсть, чуть повертела голову, в поисках пропущенных ссадин. Несмотря на дерзкую речь, действовала она по-прежнему нежно. Юбин выпрямился, поправил пиджак, словно он сейчас и не поддавался девчонке, — я корейскому якудзе походу врезала, мне стремно, так что меня вообще не волнует, если мне в школе предъявят за то, что я к вам ворвалась! — закончила она, активно дыша и чуть поджав губы. — Ну, в любом случае уже шепчутся, что девчонка нанесла контрольный усачу, так что не переживай, у нас репутация итак в жопе, — Сонмин похлопал друга по плечу, — но я все никак понять не могу, зачем тебе, чеболю, работать? — В Теянг не обязательно чеболи, — Юна пожала плечами, — я, может, и вхожу в число обеспеченных, но у меня несколько… тяжелая ситуация в семье и я не привыкла просить у мамы денег на свои хотелки. Думал мне родня байк купила? Я свои кровные шесть лимонов вбухала, — у обоих перекосило лица, — короче надо мне. Я, если проще выразится, из князи в грязи.       Сонмин понял, что она вокруг да около ходит и не будет вдаваться в подробности. Либо не хочет, либо не самый удачный момент. — Хааа, мне даже с Мину стремно видеться — я ведь спрашивала у него про тебя, когда мы познакомились, потому что как не родной сидел! — начисто вываливала она, раз заиграла шарманка, — он сказал не пересекаться с тобой, а учитывая вчера… — она схватилась за лицо, чувствуя себя провинившимся ребенком. — И чего тогда общаешься, раз запрещают? — недовольно спросил Юбин. Сонмин хотел вмешаться, но Юна, которая обычно трясется как кленовый лист от любого момента негодования Бина, сейчас отвечала как в последний раз. — Потому что я уже говорила, что верю в тебя! Оппа, ты дурак? Мне кажется я уже объясняла! — она надулась. Это выглядело смешно. — Мышь где-то пищит, надо сообщить учителям, — отворачиваясь сказал он и ушел прочь. Такой реакции Юна не ожидала. — Что за… давай, я пшел, — спешно попрощался Сонмин и нагнал Юбина, похлопав того по спине.