Прелести жизни

Хоть в Призрачном городе трудно сказать, когда ночь, а когда день, то любая местная тварь могла с лёгкостью сказать, что сейчас точно ночь. В Доме Блаженства было тихо, ведь сейчас ночное время, а если демонам спать не нужно, то небожителям надо. И поскольку один из небожителей поселился тут, то сейчас всё были тише воды, ниже травы. Потому что не дай Бог кто-то разбудит его Высочество Наследного принца и градоначальник Хуа из вас отбивную сделает. Ну, или просто превратит в алую жидкость, которая зовётся кровь. Не зря же его называют «Собиратель цветов под кровавым дождём», однако, не смотря на всё это, сегодня ночью в Доме Блаженства отнюдь не было тихо… — Найдите его немедленно, если жить хотите! — Да, градоначальник Хуа! Что могло случиться? Его Высочество Наследный принц Сяньлэ пропал. П-р-о-п-а-л. Хуа Чэн был в отчаянии. Как он мог не уследить за своим дорогим супругом? А если Се Лянь сам ушёл? Хуа Чэн сделал что-то не так? Он чём-то его обидел? Или кто-то похитил принца? Но этого просто не могло быть! Князь демонов точно знал, что в Дома Блаженства нельзя было войти и выйти из него без его разрешения. Неужели кто-то наложил какое-то магическое поле? Бред. Тогда бы Хуа Чэн уж точно узнал об этом! Значит остаётся только один вариант. — Гэгэ ушёл сам… — тихо прошептал демон. Он стиснул зубы, с горечью слегка прикусывая язык. В отчаянии схватив бедного Эмина, который снова попал под горячую руку, и кинул того в стенку. Сабля намертво воткнулась в плоть стены. Единственный глаз Эмина в суматохе вертелся по кругу и дрожал, будто крича в отчаянии. Хуа Чэн сжал руки в кулаки. — Гэгэ, где ты? Гэгэ, не оставляй меня… Прошу… — мысленно кричал Князь.

***

Несколько часов ранее — Гэгэ, — позвал Сань Лан, входя в храм фонарей. — Гэгэ, — его голос был тихим, но обычно супруг реагировал даже если он звал его шепотом. Хуа Чэн слегка нахмурился и подошел к любимому, который с отсутствующим видом сидел на пьедестале, заменяя статую, ведь настоящий принц куда красивее, чем какая-то статуя, теребя пальцами свой белый рукав. — Ваше Высочество, — снова позвал он. — Что с тобой в последнее время? — голос Сань Лана выдавал его беспокойство. Хуа Чэн сел на колени перед своим божеством, нагло положив свои руки тому на колени. Заметив любимого, Се Лянь вышел из транса и поспешил улыбнуться. — Мой Сань Лан волнуется? — он кратко улыбнулся. — Гэгэ. — Не переживай, я в порядке, — произнёс Се Лянь и поцеловал своего супруга в макушку. — Обычно когда ты так говоришь, оказывается наоборот… — уныло протянул Хуа Чэн. — Эй! — со стороны Сань Лана послышался тихий смешок. Однако лицо Непревзойдённого быстро стало серьёзным. — Гэгэ, … — хотел было повторить свой вопрос Хуа Чен, но принц прервал его легким и элегантным взмахом руки. Се Лянь покачал головой. — Все хорошо, — повторил принц, легкая улыбка появилась у него на лице. Се Лянь никак не мог привыкнуть к тому факту, что за него кто-то волнуется, готов пойти на всё ради него, защищать даже ценой жизни, хотя сам принц не одобряет такой вариант. Ему бы хотелось, чтобы его дорогой любимый человек (?) был жив. Принц чувствовал себя виноватым из-за того, что пришлось соврать супругу. На самом деле, последние пару недель его очень сильно беспокоило кое-что, но он был пока не готов поделиться своими подозрениями. Через некоторое время он сказал: - Пошли спать. Я устал. - Это было сказано тихо и даже с ноткой грусти. Хуа Чэн молча кивнул и поднявшись с колен, взял свою любимую ношу на руки, направился на выход из храма. Се Лянь обнял того за шею, чтобы не свалиться, но, зная его удачливость, он мог бы всё равно упасть, поэтому Сань Лан покрепче прижал к себе принца. Се Лянь положил голову тому на плечо и прикрыл глаза, полностью погрузившись в свои мысли. Случилось это несколько месяцев назад, когда у его Сань Лана был день рождения. Тогда когда они оба перебирали подарки в руки принцу попал один интересный подарочек. Таблетка деторождения. Сначала божество впало в ступор, но затем, придя в себя, Се Лянь спрятал эту штуковину подальше от глаз Хуа Чэна. Так, чтобы тот даже и не подозревал, что ему приподнесли его черти. И вроде бы принц забыл про этот подарок, но в последнее время наследный принц начал ловить себя на мысли, что хочет семью. Нет, Сань Лан - его семья, его любви хватит на двоих, но что насчёт детей? Се Ляню в конце концов больше восьмисот лет, хотелось бы и понянчить кого-то. Так сказать, вкусить плод полной семейной жизни. Просыпаться по ночам от крика ребёнка, заботиться о нём, любить и лелеять, учить чему-то. Конечно, принц где-то в глубине души понимал, что сам толком не может позаботиться о себе, так о каких наследниках идёт речь? Да он даже не спросил своего супруга хочет ли тот вообще детей. Помнится, Хуа Чэн особо с ними не ладил. Се Лянь чувствовал себя настоящим эгоистом. Можно, конечно, было рассказать всё как есть Хуа Чэну, излить душу, но, к сожалению, принцу всё ещё сложно рассказывать кому-то, что у него творится на душе. Даже себе, не то что супругу. «От супругов не должно быть секретов.» Се Лянь это прекрасно знает, но старые раны до сих пор иногда кровоточат свежей кровью, не давая принцу полностью открыться. Однако есть и достижение - Се Лянь пообещал себе, что всё расскажет любимому. Всё равно это скоро нельзя будет скрыть. Да и Хуа Чэн довольно проницательный демон, читает своё божество, как открытую книгу. Если вкратце, в какой-то момент принц сорвался и в тайне ото всех принял «лекарство», а потом благополучно забыл про это. И вспомнил лишь на алых простынях в Доме Блаженства, когда тёплое чувство разливалось внутри его. Они тогда с Сань Ланом все соки из друг друга выжали, что в какой-то момент Хуа Чэн в шутку произнёс (или простонал): «Пощади, Гэгэ!». Принц залился краской осознания масштаба проблемы. «Черт возьми…», — подумал тогда Его Высочество. Он даже не отдавал себе отчет в том, как сильно ему хотелось поверить, что нечто подобное все-таки возможно. Мальчик или девочка — не важно, главное, что это будет маленький кусочек его и Сань Лана, а значит, это создание будет совершенно. Помнится, Се Лянь даже ради интереса пришёл к лекарю в Небесной столице. Заручившись поддержкой старых добрых друзей — Му Цина и Фэн Синя. Они были первые, кто заметил, что в последнее время их друг слишком уж вялый. — Я так и знал, что этот черт высасывает из тебя жизненные силы! Только посмотри на себя, ты похож на овощ! — ворчал Му Цин. Се Лянь же лишь неловко улыбался, а Фэн Синь и вовсе молчал, не зная что сказать. Плохо он умел подбирать слова. В итоге «приговор» лекаря привел в радость принца, а его друзей к повторному вознесению. Му Цин так побелел, что выглядел бледнее любого покойника. Фэн Синь, когда отошёл от ступора, глупо улыбнулся, смотря на ещё пока плоский живот принца, наверняка о Лань Чан подумал. Му Цин всё-таки пришёл в себя и, закатив глаза, спросил: — Как так получилось, Ваше Высочество? — Это долгая история… — неловко улыбаясь, ответил Се Лянь. — Думаю, у нас достаточно времени, чтобы ты всё рассказал. — произнёс Фэн Синь, уходя, чтобы отдать приказ младшим служащим принести чай и немного вишни, чтобы посидеть втроем, как в старые добрые времена Сяньлэ. И вот теперь, когда он всё рассказал Му Цину и Фэн Синю, он не мог собрать волю в кулак и все то же самое выдать своему супругу. Позор. Из своих мыслей его вывела мягкая посадка на кровать в Доме Блаженства. Се Лянь приоткрыл глаза и аккуратно сел на кровать. Хуа Чэн присел рядышком и начал помогать тому снять верхние одежды, затем Се Лянь помог своему супругу снять их. Это был своего рода ритуал. — Гэгэ, — спокойным бархатным голосом сказал Хуа Чэн, укладывая принца к себе на грудь. Се Лянь, подобно коту, довольно зажмурился и прижался к мёртвому теплу тела демона. — Ты точно в порядке? — снова спросил Сань Лан. — Да. — коротко ответил Се Лянь, опять закрывая глаза, проваливаясь в сон. — Спокойной ночи, мой Сань Лан. — ласково прошептал принц. — Спокойной ночи, гэгэ. — также ответил непревзойдённый демон. Но, к сожалению, эта ночь была не спокойной для обоих супругов.

***

Именно поэтому Се Лянь оказался в подобной ситуации. Посреди ночи ему резко стало плохо. Нет, ему и раньше нездоровилось, в конце концов беременность не может проходить без каких-либо симптомов, но сегодня было что-то уж очень плохо. Живот внизу так скрутило, а в глазах немного плыло. Тело бросало то в жар, то в холод, а дышать было тяжело, будто на грудь камень положили. Не желая беспокоить своего супруга, Се Лянь поспешил выйти из их общей спальни. Вылетев пулей из комнаты, он позвал на помощь Инь Юя, который так вовремя проходил неподалëку, разумеется, тот помог дойти до купален и даже с большой аккуратностью поддержал волосы принцу. Поскольку Его Высочество ничего не съел перед сном, так как не было аппетита, то его вырвало желчью. Токсикоз. Приплыли. Се Лянь никак не думал, что его беременность будет протекать также, как и у женщин. Он ведь мужчина. Но судьба явно решила поиздеваться над ним. — Ваше Высочество, — обратился Инь Юй к Се Ляню. Они всё ещё находились в купальнях и принц отказался куда-то идти, ведь ему казалось, что его ещё не совсем отпустило. И это был лишь первый заход. — Градоначальник Хуа знает? — задал наивный вопрос бывший небожитель. Принц был уверен, что тот знает ответ, но ради приличия решил уточнить. — Нет… — коротко ответил Се Лянь, закрывая рот рукой. — Если вы в ближайшее время не появитесь в спальне, то градоначальник Хуа поднимет весь город на уши. — с усмешкой произнес Инь Юй, понимая, что тогда премии ему не видать, как и своей головы. — Знаю. — устало ответил Се Лянь. — Но я не знаю, как ему признаться в этом… — замялся тот. — По-моему, признаться в том, что вас кто-то отравил, не так уж и сложно… — Отравил? Но меня никто не травил. — Пожал плечами принц, издав тихий смешок. Бывший небожитель впал в ступор. В его голове судорожно начал происходить процесс размышления. — Ваше Высочество, вы… — Беременный. — Найдите его немедленно, если жить хотите! — Да, градоначальник Хуа! Оба Высочества дернулись от криков. Инь Юй покачал головой. Се Лянь вздохнул и сказал, чтобы Инь Юй остановил всех чертят и отправил тех дальше спать, позабыв о том, что демонам не так-то и нужен сон, а сам свяжется по духовной связи с Сань Ланом и успокоит того. Бывший небожитель кивнул и отправился выполнять поручение. А тем временем Наследный принц Сяньлэ приложил два пальца к виску, жутко смущаясь, пока говорил духовный пароль Хуа Чэна. — «Сань Лан», — но не успел закончить свою речь принц, как его быстро перебил обеспокоенный голос любимого: — «Гэгэ! Гэгэ, скажи ты в порядке?! Где ты?! Я брошу кости и сейчас же окажусь рядом!» — «Сань Лан, всё в порядке. Я дома, со мной всё хорошо… » — тут Се Лянь замялся и Хуа Чэн это почувствовал. — «Гэгэ, где ты?» — снова спросил демон. — «Сань Лан…» — «Гэгэ.» — сталь так и слышалась в голосе супруга. Се Лянь хотел ответить, но новый приступ рвоты не дал ему это сделать. — «Опять!» — отчаянно бросил принц в духовную связь, даже не думая, что мог напугать ещё сильнее своего Сань Лана. Се Лянь отключился от сети, справляясь в одиночку с позывом. Когда Се Ляня наконец-то отпустило, он услышал за спиной быстрые шаги. Нетрудно было догадаться, что это его супруг. Вздохнув, принц решил принять неизбежное, при этом желая умереть со стыда. Сказать, что Хуа Чэн был в полнейшем шоке, значит ничего не сказать. И все же он справился с одолевшим его оцепенением и спешно подошёл к своему божеству, помогая тому выпрямиться и отдышаться. — Извини… — начал принц, но Сань Лан уже второй раз за ночь прервал его. — Перестань, — нахмурился Хуа Чэн, ещё немного дрожа от возможности лишиться своего супруга. Его совершенно не радовала скрытность Се Ляня, но это не помешало его крепко обнять, прижав к себе. — Гэгэ, что с тобой происходит? Ты болен? — с ноткой отчаяния спросил Сань Лан. Его глаз был полон страха снова потерять своё божество. Се Лянь закусил нижнюю губу. Он выбрался из его хватки и уставился в пол. Ему надо собраться с мыслями. Хуа Чэн так и остался сидеть рядом, не двигаясь. Его взгляд был пустым и расстроенным. Сань Лан дал время Се Ляню собраться с мыслями, не давит, лишь смотрит и ждёт. — Сань Лан, не подумай, что я… — принц замолчал, не зная, как правильно выразиться. Он всё ещё не знал, как отреагирует супруг от новости, что у них будет ребёнок. — Ваше Высочество, скажи мне, — он с мольбой посмотрел на своё божество, не в силах выносить эту пытку. — Пожалуйста. — он обхватил его лицо двумя ладонями. — Гэгэ, что с тобой? Взгляд Се Ляня блуждал по лицу супруга, он видел, как сильно тот волнуется и наконец решился. Набрав в грудь побольше воздуха, он выпалил на свой страх и риск: — У нас будет ребенок. Хуа Чэну понадобилось несколько минут, чтобы осознать, что только что сказал Его Высочество Наследный принц. — Что? — Я жду ребёнка. Нашего ребёнка. — повторил Се Лянь и смущённо отвёл взгляд в сторону, немного улыбнувшись от того, что носит под сердцем частичку Сань Лана. — Но как?! — Хах, на твой день рождения один из демонов подарил таблетку деторождения… — Се Лянь вкратце рассказал эту историю, при этом жестикулируя и иногда нервно смеясь. Принц так и не понял, как отреагировал на эту новость супруг. Рад ли он или наоборот в гневе? От неизвестности Се Ляню становилось лишь хуже. Небожитель чувствовал, что новый спазм не за горами. — Ты не рад? — практически безэмоционально спросил принц, склонив голову в бок. — Нет! — Хуа Чэн крепко обнял того, прижав своё божество к себе, целуя того в лоб. — Я очень рад. Гэгэ, я действительно очень рад… — прошептал он, крепко обнимая своего Бога, уткнувшись тому в макушку. Се Лянь мог поспорить, что почувствовал, как его волосы намокают от слез (?) счастья. Хотя может быть ему и показалось. Принц с облегчением вздохнул и обнял своего супруга в ответ, прикрыв глаза, чувствуя как спазм отступает. — Гэгэ, я люблю тебя. — И я тебя люблю, Сань Лан. Небожитель и демон слились в теплом и полном любви поцелуе.