А сплети мне венок, девонька?

      Лина не верит ни в магию, ни в потусторонщину. Она находит в этом абсурдным. Каждый, кто был на битве: шаманы, медиумы, ведьмы, колдуны и т.д., использовал что-то, что было им подвластно. Например, темную магию, атрибутику, связь с мертвыми. Джебисашвили же была ясновидящей. Могла видеть прошлое или настоящее и даже будущее. На новую 23 битву знаменитого шоу «Битва экстрасенсов». Её цель была не только получить синюю руку – награду, как звание лучшего в своём сезоне, но показать на что она способна. В её сезоне были и сильные, и слабые экстрасенсы. С каждым выпуском людей становилось меньше. Слабых она ни во что не ставила, для Лины они были не помехой на пути к победе. К сильным, ясновидящая отнесла уже хорошо известного и знакомого публике – Владислав Череватый со своим бесом, которого зовут «Толик» – финалист 22 сезона, что пришёл за реваншем. К ним же отнесла ещё кое-кого. Ещё на отборочных она замечала, то с чем она работала. И это было даже не похоже на шаманизм или с чем работали остальные люди. Русское колдовство. Вот с чем она работает. Блондинка узнала от ведущего Ильи Ларионова как она прошла испытание «Багажник» и просто поверить не могла. Как человек ничего не видя за прочной черной тканью мешка с мог найти нужную машину и человека самого? Это же нереально, к тому же и душно! Сильная женщина и очень опасная. Она называет себя ни ведьмой, ни целителем, ни шаманкой. Колдовка. Странное, но почему-то это даже ей очень подходило. Ей Ангелине Изосимовой.       Во время небольшого перерыва, Джебисашвили упорно пыталась что-то сплести из небольших веревок, которые зачем-то лежали у неё в кармане джинсовки и одновременно смотрела в телефон. Маты сами выходили из рта, тихо рычала от злости, отчего у многих создавалось ощущение, будто в неё кто-то вселился бес и нужно проводить обряд экзорцизма.       – Да блять! Как эта хуйня делается?! – вспылила ясновидящая чуть не бросая «творение» в стену       – Чего злишься, Лина, что на тебя, как нечисть смотрят? – спросил подошедший Череватый держа открытую бутылку с водой       – Да одну хрень сплести не могу. Либо я тупая, либо я что-то не так делаю, – Лина зарылась рукой в свои короткие блондинистые волосы и посмотрела в телефон       Владислав посмотрел туда же куда и его конкурентка и засмеялся. Ещё один. Джебисашвили поджала губы и спрятала свой взгляд.       – Ты серьёзно не умеешь это делать? А мне казалось, что все девушки умеют? – спросил Влад чуть успокаиваясь       – Ну так ёпта, меняй пол тогда! Раз умный до хуя! – вспылила Джебисашвили       – Э ни хуя. У меня жена да сын, куда уж мне менять что-то. К тому же твоё детство явно было насыщенным раз только в таком возрасте решила попробовать, – чернокнижник обнажил верхний ряд зубов       Блондинка посмотрела на него не выражая ни эмоций, лишь в голове мелькали сцены как она медленно и мучительно убивала Влада и даже его бес Толик не помог.       – Иди на хуй, – послала ясновидящая продолжая плести       Череватый отошёл от неё тихонько посмеиваясь со словами: «Ну ладно, пойду». Продолжая плести, Лина иногда краем глаза посматривала на свою соперницу Изосимову, которая общалась с Леной Ивашиной при этом улыбаясь. Джебисашвили немного засмотрелась. Вот что в Ангелине было такого, что сердце, подобие железу, притягивалось? Неужели ворожила на неё? Да нет, бредятина какая-то! Неужели просыпался некий интерес? Её черные волосы напоминали сажу, а глаза, как посмотришь на них, напоминали болото. Такое тягучее, что желание выбираться из него совсем пропадало. А её смех – ведьминский. От него могла легкая дрожь по коже пробежать. Ну ясновидящую он не пугал даже. Пальцами прошлась по своей недо-плетенке и призадумалась. Для чего вообще она это делала? Лине просто захотелось проверить одну традицию, которую делают в ночь на празднике Ивана Купала – плетение венков и бросание их в воду и узнать их судьбу. Пофиг, что была осень и не ночь. Лине просто интересно и хочет проверить.       Когда Ивашина отошла, Джебисашвили встав с места подошла к Геле чуть не ломая фаланги пальцев. Просить Изосимову помочь – то ещё испытание. Некое стеснение овладевало ею.       – Гель, можно кое о чём спросить? – спросила блондинка немного отводя свой взгляд. Её хрипотца блага пошла на пользу       – Спрашивай, девонька, – ответила колдовка обратив свой взгляд на Лину       Девонька. Говорит так, словно родилась не в России, а в далекой Древней Руси. И тем не менее приятно, а из уст самой Ангелины – это было из разряда что-то невероятного. Мысли мгновенно превратились в кусочки пазла. Все слова перемешались. Джебисашвили с трудом собралась. Ну блядство какое-то!       – Я тут на днях вычитала кое-что в интернете. И хочу спросить… Ты… умеешь плести венки? – спросила Лина и посмотрела на женщину. На последних словах чуть приглушила свой голос       Глаза Изосимовой чуть округлились. Ясновидящая уже несколько раз в своей дала себе по шее. Глупо спрашивать человека, который исповедует народные традиции. Колдовка долго не стала молчать.       – А ты сама как думаешь? – улыбнувшись спросила Геля и прищурилась       Джебисашвили перебирала множество вариантов ответа. А что ей говорить-то? Ангелина, глядя на застывшую реакцию, тихонько посмеялась.       – Конечно умею, Лина. А с чего ты интересуешься?       – Мне просто хочется проверить кое-какой обряд и вычитала, что для этого нужно сплести венок и кинуть его в воду, – ясновидящая как-то, но пояснила суть своей не озвученной пока просьбы       – На суженного хочешь погадать? Не поздновато ли, девонька? – спросила Изосимова       – Да похуй, никогда поздно не бывает. Просто.. интересно. Научишь? – Лина посмотрела своими зелено-голубыми очами в которых действительно был интерес       Колдовка рассматривала её своим прищуром. Джебисашвили не могла понять, что он означал. А если откажет?       – Ну, если тебе любопытно, то так и быть, научу, – по-доброму улыбнулась Изосимова и подмигнула       Сердце застыло и казалось бы совсем не было слышно биение. Чертовка Ангелина! Что же она с ней делает?       – Хорошо, даже ахуеть как отлично. С местом для практики проблем не будет, – затараторила ясновидящая, которая была безумно рада, что Ангелина согласилась на её идиотскую детскую затею       – Не тарахти, девонька, успеешь ещё всё сказать, – усмехнулась Геля и положила руку на её плечо       Лина по-глупому улыбнулась. Оказывается было так просто и не страшно, но волнительно.              

***

      На следующий день оба экстрасенса прибыли на тихую местность в нескольких километров от Москвы. Их встречала цветастое поле и не сильно широкая, тихая и спокойная река Клязьма. На удивление было не так жарко, прохладно, но солнце светило. А главное, что дополняло все это – тишина. Лина, улыбаясь, вдохнула свежего воздуха. Здесь было лучше, чем в городе. Свою дочь – Луну, она на время её отсутствия оставила в надёжных руках подруги, хотя немного тревожно было. Добирались обе на машине Череватого, который с удовольствием предоставил свои водительские услуги. Он же и обещал забрать их через часиков три. И естественно, решил немного постебать Ангелину и Лину, за что от первой получил подзатыльник, а от второй чуть не получил леща.       – Ебать как тут тихо и красиво, – Лина села на траву и осмотрелась       – Согласна. Мать природа она такая. Она же и дарит силу, – сказала Геля и тоже хотела сесть       Джебисашвили сняла свою джинсовку, постелила рядом и подала ей руку.       – Благодарю, но куртейку не жалко? – спросила Ангелина и приняв руку и села рядом       – Да я специально надела такую потертую, которую выкинуть не жалко, – блондинка оторвала травинку и положила меж своих губ, зажимая зубами       Изосимова посмотрела на ясновидящую и её взгляд зацепился на губах. Травинка перекатывалась с одной стороны на другую. Как заманчиво. Взгляд колдовки прошёлся по лицу. Ну светлая, хоть и бранно ругается.       – Ну что, начнём? – спросила блондинка выдёргивая Ангелину из мыслей       – Да, конечно. Нужно набрать дубовых или берёзовых веток для основы. Остальное у меня имеется для венка, – Геля открыла свою небольшую сумку и достала из неё пакеты с несколькими травами и раскладывала       Среди них были зверобой, колокольчики, боярышник, тысячелистник и другие оставшиеся травы. Они явно что-то обозначали и имели какие-то магические свойства.       – А без них никак? Ну или замена? – спросила Лина. Ей не впадлу конечно сходить за ними, но черт возьми далековато       – В принципе можно. Не зря на всякий случай прихватила несколько прутиков. Для основы – они будут в самый раз, – Изосимова достала из сумки те самые прутья и положила на рядом с растениями, – Только смотри внимательно, потом повторишь.       Джебисашвили кивнула в знак согласия, и Ангелина приступила. Лина смотрела, вслушивалась в каждое слово. Иногда терялась, так как голос, тембр Гели, подобие песни сирены, манил и очаровывал. Иногда засматривалась на пальцы, что плели венок. Неприличные мысли закрадывались в голову, сбивали и отвлекали. Глаза невольно пробегались по груди, которая медленно вздымалась и была прикрыта толстовкой, потом плавно переходили на приоткрытую шею, а в голове мелькали картинки, где она её целует и оставляет парочку засосы. И, наконец, перешли на губы. Она хочет их жадно зацеловать, хочет почувствовать их вкус. Тихо сглотнув слюну, Лина старалась не думать об этом, но не получалось.       – Когда плетёшь венок, то из этого ты плетёшь и свою судьбу. Поэтому советую к плетению быть немного серьёзней, – поясняла Ангелина и посмотрела на неё, тем самым поймав изучающие глаза ясновидящей. Их взгляды встретились, – Ты меня слушаешь, Лина?       – Да, да, я слушаю, – приврала Лина, стараясь подавить волнение       – Не слушаешь, – тут же ответила Изосимова поджав слегка губы       – Прости, буду внимательней, – виновато посмотрела блондинка на почти сделанный венок       – Чудо ты в листьях, девонька, – беззлобно усмехнулась Геля и оставила короткий поцелуй в висок       Щёки Джебисашивили покраснели. В Ангелине было что-то материнское. Сильная, мягкая, мудрая. И это даже восхищало Лину. А внутри разливалось тепло. Изосимова продолжала показывать, иногда поясняя, а ясновидящая продолжила смотреть. Её пальцы творили и превращали в красивый разноцветный венок. Блондинка даже призадумалась. А будет ли у неё счастливая судьба? Если да, то с кем?       – Если он расплетётся, то не выйдешь замуж, утонет – будут ждать неприятности, а если уплывёт дальше и ничего с ним не будет, – Изосимова улыбнулась, – то будешь самой счастливой.       Блондинка посмотрела на неё. А в глазах промелькнула искра. Если и быть счастливой, то только с Ангелиной и даже как-то стало плевать, что они соперницы.       – Ну вот и готово, – голос колдовки выдернул из раздумий       В руках она держала небольшой, красочный венок.       – Красиво, – сказала Лина рассматривая его, – у тебя ахуенные руки.       Геля взглянула на ясновидящую и одела венок на голову. Глаза Джебисашвили округлились, а щёки вновь покраснели. Взгляд Изосимовой скользил по ней. Потом прищурилась и ухмыльнулась. Сердце блондинки забилось, затрепетало. Ну как вот можно отвести от взгляд от женщины, которая тебе приятна? Невозможно. Ангелина наклонилась к её лицу. И вот тут у Лины чуть не случился кульбит сердце. Неужели мысли читает? И вот, когда её губы были в нескольких сантиметров, Джебисашвили ждала, затаив дыхание. Но вместо этого Изосимова прошептала прямо в уста:       – А сплети мне венок, девонька?       В голове ясновидящей случилась ядерная война. Колдовка и чертовка ёбанная! Умеет же красиво «ломать» настрой этот блядский. Ну ничего, Лина ещё отыграется.       – Ну ладно, бабонька, раз просишь, то сделаю, – усмехнулась Джебисашвили и отстранившись, взяла что-нужно и принялась плести       А Изосимова наблюдала за ней, подперев рукой подбородок. Татуированные руки, что плели, сосредоточенный взгляд и этот венок, который так сильно шёл Лине. Если бы убрать татуировки, её «богатый» словарный запас подправить, то она бы напоминала нимфу. Но Геле нравился её дерзкий характер, и этим ясновидящая и притягивала. И то, что она попросила научить её плести венок, было безумно приятным и тепло грело и сердце, и некие чувства к самой ясновидящей. Колдовка настолько засмотрелась на неё, что позабыла обо всём. И только хриплый голос Джебисашвили привёл в чувства.       – Готово, – блондинка показала ей готовый венок, который был ничуть не хуже Ангелининого       – Красиво, внимательно смотрела значит, – усмехнулась Изосимова не отрывая от неё взгляда       – Учусь у лучших, – ответно усмехнулась Лина и также посмотрела на неё       Их взгляды снова пересеклись. Болото и море с голубо-зелёными оттенками. Обе молчали. Лишь птицы и звуки реки приукрашивали тишину между ними. Руки с венком потянулись и одела на голову Ангелины. Изосимова слегка удивилась. А вот Лина любовалась. Геля была воплощением самой матерью природы. На которую готова чуть ли не молится. Ладони блондинка не убрала, положила на затылок, и поддавшись вперёд, коснулась уст колдовки. Она побаивалась реакции, а что ещё хуже – отторжение. Но этого не случилось. Ангелина ответила взаимностью. Внутри всё ликовало. Все органы. Уста Изосимовой были мягкими, хотелось их целовать и целовать. Язык Лины плавно прошёлся по нижней губе Гели. И та довольно замычала.              Всё было просто, чувственно и без лишних действий              Отстранившись, обе посмотрели друг друга. В глазах была лишь теплота.       – Давай кинем их в воду? – спросила Геля проведя ладонью по щеке ясновидящей       – Давай, – и на этих словах Лина встала с места и помогла заодно и Геле       Подойдя к реке, Лина сняла с головы травяной убор, Ангелина сделала это тоже самое и одновременно аккуратно кинули их на водяную гладь. Наблюдали, как она медленно уплывали вдаль.       – Как думаешь, утонут? – спросила Лина смотря на венки       – Всё может быть, девонька, – Изосимова наклонилась к уху и прошептала, – Но я думаю, что ты плетя венок, думала о чем-то… или о ком-то. Поделись, если не секрет.       Джебисашвили посмотрела на Гелю и усмехнулась.       – Думаю, дураку ебанному понятно о ком я думаю, – ясновидящая неожиданно обвела вокруг талии Ангелины заставив охнуть, – А ещё думаю как же я хочу тебя. Прямо сейчас.       Губы снова соприкоснулись. Изосимова не ожидала, но, не задумываясь, ответила взаимностью. Одна рука потянулась к затылку, другая – правому бедру. Ангелина не сопротивлялась. Поддавалась желанию. Лина хотела быть с ней нежной, осторожной, чтобы не причинить боль и доставить приятное удовольствие. Геля обхватила затылок Джебисашвили и приоткрыла свой рот. Языки в миг переплелись. Были только они – шум ветра и лесочка напротив. Лина подталкивала женщину к своей лежащей на травке джинсовке, попутно снимая одежду и бросая рядом. И даже прохладный ветерок никак не мешал им, обдувая горячие тела. Температура зашкаливала. Каждый поцелуй, каждое касание, каждый стон – всё это сводило с ума.       Лина не могла остановится. Слушать вздохи Изосимовой было что-то из невероятного, а касаться её голой кожи было горячо и приятно. Жаркие тела сливались между собой.              Испытывали наслаждение и удовлетворение              Секунда за секундой. Минута за минутой. Время, казалось, длилось медленно, но в таких ну очень горячих моментах оно было быстро. Заканчивать не хотелось, лишь продолжать и продолжать эту сладкую тягучую муку. Изосимова доверяла ясновидящей. И чуйка не подвела. Блондинка не обращалась к ней, как к хрусталю, но и не делала больно. Лежав на бедной помятой джинсовке и прикрываясь толстовкой Ангелины, обе тяжело дышали и пытались привести своё дыхание в норму.       – Ебать, было ахуенно. Давно у меня не было секса, – Джебисашвили провела рукой по лицу       – Это хорошо? – Геля провела пальцем по очень хорошо виднеющийся ключице. Прищурила свои глаза цвета болота       – Это пиздец как хорошо. Раскачало так раскачало. Думаю в ближайшее время и надолго мне стресса не видать, – довольно улыбнулась Лина, зарывшись носом в черные волосы и поглаживала их       – Если Влад тебя не выбесит, – усмехнулась колдовка       – Не сможет, я слишком хорошо трахнулась, – довольно уверенно сказала ясновидящая       – Тогда лучше оденемся, а то ещё приедет и увидит весь этот голый сатанизм, тем самым подкалывая, – Ангелина приподнялась на локти и не отрывая взгляда. Волосы свисали и чуть покалывали плечи блондинки       – Это точно. Посмеет – пизды получит, – согласилась Лина, представляя на секунду ржущее лицо Череватого       Оставив короткий поцелуй на губах, Ангелина и Лина встали с джинсовки и принялись одеваться, убирая последствия их жаркого времяпровождения. Джебисашвили глупо улыбалась. Почему? Наверное, потому, что ей повезло. Повезло быть рядом с этой женщиной. Одевая джинсы, в кармане почувствовала что-то объёмное. Интересно. Засунув и высунув руку из кармана, она увидела своё недотворение веревочное.       – Это что у тебя в руках? – спросила Изосимова надевая свою толстовку       – А, это… хуйня, которая не получилась, – отмахнулась блондинка. Почему она его не выкинула по пути или даже вчера, когда были съёмки?       – Жалко выкидывать, то, что создала, вложив тем самым душу, – колдовка устало улыбнулась       Лина посмотрела на своё «недотворение» и протянула его Ангелине.       – Держи. Когда битва закончится, просто иногда доставай её и думай обо мне. Приятно будет, – ясновидящая отвела взгляд       Изосимова приняла подарок и подойдя оставила на устах Джебисашвили влажный, но короткий поцелуй. Их взгляды снова пересеклись.       – Обещаю, девонька. Спасибо, – прошептала Геля, прижав его груди, а после спрятала       – Всё для тебя, бабонька моя, – усмехнулась Лина и почесала свой затылок со смущения       – Эу! Вы закончили там?! – мужской голос заставил обеих обернутся – это был Владислав       – Ты сколько там стоял и зырил?! – спросила Лина, хотя в голосе звучало волнение       – Та я только что пришёл, – Череватый подошёл к ним, – Как ваша практика?       – Всё хорошо и мы можем возвращаться обратно, – спокойно ответила колдовка. И на удивление это даже получилось.       – Жарко было? – улыбаясь во все 32 спросил чернокнижник       – В смысле? – недоуменно спросила Джебисашвили       – Ну там солнце, секс и всё такое, – Влад старался не хихикать       – Иди в задницу, Череватый, – грубо выплюнула ясновидящая у которой руки очень сильно чесались и были готовы его придушить к чертовой матери       – С удовольствием, но не в твою. Ладно, пошли к машине, – Череватый зашагал в сторону своего авто       – Кретин чернушный, – пробурчала блондинка и взяв сумку Изосимовой, также зашагала вместе с Гелей за ним       – Говорила же, – Ангелина как чуяла       – Ах да, забыл сказать. Природа не лучшее места для потрахаться – запомни Лина, – чернокнижник уже не пытался сдержать ржач       Джебисашвили на такие слова Череватого лишь показала средний палец, а после добавила:       – Ты сука у меня получишь как приедем. В канализацию тебя нахуй сброшу!       Колдовка лишь улыбчиво вздохнула. Кажись, вновь ей придётся снять стресс Лины, но уже в другом месте.              А что случилось с венками?       Они продолжают все дальше и дальше уплывать.       Не распадаясь и не тонув.       Видать, это судьба? А если нет?       Мы этого не увидим и не узнаем.       Их связало не только битва       Их связало… венки.