Другие сцены «Нервной энергии»

— Годжо-сенсей! Крик — внезапный и очень, очень громкий — раздаётся прямо сверху, тем самым привлекая внимание каждого человека, будь то учитель или же ученик магического техникума. Уже несколько миллисекунд спустя каждый поднимает голову вверх, чтобы увидеть падающее и, явно ещё живое — ещё, потому что, ну, оно падает и кричит, а если бы оно было мёртвым, то просто бы падало, — тело. — Годжо-сенсей! — крик повторяется, на этот раз громче и чётче, а ещё чуточку более панически. В этот раз большинство людей, однако, может даже услышать конкретное имя и обращение, а не только какие-то раздельные звуки. Сёко и Гето мгновенно скрещивают взгляды на Годжо. Тот спокойно продолжает стоять на месте, не двигаясь. Разве что очки снял, чтобы смотреть на падающего человека было удобнее. Почувствовав на себе взгляды друзей, он недоумённо оборачивается: — Что? Ему ещё семь километров падать. — Годжо-сенсей! — ещё более испуганно орёт падающий человек. Сёко и Гето с гораздо большей укоризной смотрят на Годжо. Тот недовольно вздыхает, морщится, а потом исчезает, чтобы телепортироваться рядом с падающим телом. Тело, впрочем, ещё вполне себе живое и прямо сейчас оно сложило руки в молитвенном жесте, чтобы, прикрыв глаза, начать кому-то молиться. До Сатору долетает часть этой молитвы, когда он хватает парня за явно ученическую кофту их техникума: — … А ещё я хочу извиниться перед Маки, за то, что случайно сжёг её трусы на солнце и они стали розовыми вместо красных… о, и перед Годжо-сенсеем, за то, что спихнул на него всю вину за этот инцидент… — Ты спихнул на меня — что?! — Сатору останавливается прямо в воздухе, повисая. Парень — у него розовые волосы, розовые, что за фигня? — открывает свои глаза и поражённо смотрит на него. Он явно не понял, что уже не падает, иначе точно бы прекратил молиться чуточку раньше. — Годжо-сенсей! — радостно вздыхает тот, взмахивая руками так широко, что прямо-таки налетает на Сатору, стремясь его обнять. Сатору моргает, когда это странное приветствие тормозится барьером бесконечности и парень недоумённо смотрит на расстояние между ними, которое не может преодолеть. У него даже глаза такие… ну, большие, удивлённые. Пойман, как олень в свете фар. — Я не могу вас обнять, Годжо-сенсей, — говорит тот прямо. — Ну, да. Я не сенсей, — моргает Сатору, прежде чем плавно опуститься обратно вниз, на землю. С телепортацией у него ещё не всё ладно — в воздух ещё более-менее, а вот вниз, на землю, слишком рискованно случайно заживо себя закопать так, что никто даже откопать не сможет. И что тогда будет делать человечество, если их сильнейший маг случайно окажется погребён заживо на два или пять километров? Парень на его слова поражённо раскрывает рот. Удивление и шок настолько явно читаются на его лице, что он наконец-то прекращает попытки его обнять и просто… повисает. Сатору как можно аккуратнее ставит поехавшего на землю. Из-за разницы в гравитации и давлении, а также разряженности воздуха, тот падает вниз, стараясь привести дыхание в норму. Его одноклассники оказываются рядом. Сёко уверенным действием прислоняет к голове… розоволосого свою ладонь, объятую проклятой энергией, а Сугуру становится рядом, с интересом наблюдая. — Точно! — внезапно вскакивает парень. Это происходит резко, внезапно, настолько неожиданно, что их единственный врач (ладно, их почти врач, на данный момент совершенно не имеющий лицензии, но зато явно самый верный и надежный) плавным движением отходит в сторону. — Годжо-сенсей, вы не должны идти в Сибую один! Сатору приподнимает брови повыше, смотрит на Сугуру — Сугуру смотрит на него с с лицом «мне плевать, я вообще просто мимо проходил» — смотрит на Сёко — Сёко глазами говорит ему «не втягивай меня в это дерьмо» — а потом снова переводит взгляд на розоволосого паренька. Парень, замечая, что смотрят на него, начинает буквально сиять, словно солнышко. — Эм… а ты кто? — наконец-то спрашивает он. — Ой! — моргает тот, торопясь встать. Парень оказывается ниже на целую голову, что его, что Сугуру. — Я Итадори Юджи! Поступил на обучение в техникум в… эм? — он запинается, после чего более решительно заканчивает: — в 2018! Сатору присвистывает, впечатлённый. Сугуру плавно поднимает бровь, находясь под впечатлением. Сёко сразу, как опытный врач («Отвалите, я не врач»), успокаивающим голосом говорит Итадори: — Сейчас 2005 год, Итадори. Ты, видимо, переместился во времени? С каким проклятием ты сражался? Все трое поднимают голову вверх, готовясь атаковать проклятие, если то переместится из будущего-прошлого или как его там. В общем, во времени. — Э, нет, — моргает Итадори, на секунду недоумённо подняв голову вверх, пытаясь увидеть то, на что смотрят трое других учеников техникума. — Годжо-сенсей отправил меня в прошлое, чтобы попросить не идти в Сибую в семь часов вечера 31 октября одному. Сказал, что там будет его давний знакомый, — парень многозначительно округляет глаза, также многозначительно качает головой. Сатору тянет губы в улыбке пошире. У него, видимо, ещё нет этого «давнего знакомого». Сёко и Гето — практически одновременно! — смотрят на него с ещё большим укором. В их взгляде так и читается «Ты ужасный учитель, который случайно послал в прошлое своего ученика из-за какой-то мелочи». Сатору бы тоже хотел уметь говорить одним лишь взглядом, но, знаете, это возможно только в том случае, если ты не носишь очки. А он носит. Так что в ответ он просто показывает язык.

***

Паренька зовут Итадори Юджи, ему семнадцать лет (как и самому Сатору), он учится в магическом техникуме (как и Сатору), хотя большую часть обучения тот пропустил. — Пропустил? — ненавязчиво уточняет Сугуру. — Ага! — солнечно улыбается Итадори. — Годжо-сенсей сказал всем, что я умер, а потом тренировал в подвальной комнате несколько месяцев, поэтому я случайно пропустил много уроков! Отдельная миссия Итадори, считает Сатору, в том, чтобы убить его ещё до того, как сам Годжо станет учителем этого паренька. Потому что ничем другим нельзя объяснить тот факт, как он говорит нечто подобное, а потом переключается в своём разговоре дальше, тогда как его, Сатору, друзья, продолжают смотреть на него вот этим вот разочаровывающем взглядом «Ты облажался». — А почему я сказал, что ты умер? — уточняет Сатору ещё более придирчиво, чем Сугуру. Он никогда не думал, что настанет день, когда он будет у кого-то выпрашивать больше информации, чем это делает кто-то из его друзей. — Потому что я умер! — карие глаза недоумённо, так невинно моргают. У Сатору от этого невинного взгляда что-то в груди сжимается. Знаете, нежность или что-то вроде того. Потому что Итадори действительно милый — у него розовые волосы, как одно малиновое парфе из его любимой кофейни — светлые, большие и очень добрые глаза. Да, на его лице есть шрамы тут и там, но это совершенно неважно, когда эти мягкие щеки наливаются румянцем под его, Сатору, взглядом. Как жаль, что Итадори прибыл в прошлое специально, чтобы убить Годжо Сатору. — Как умер? — спрашивает Сёко, их почти-врач. — Может, ты просто потерял сознание? — Но, Сёко-сан, вы же сами констатировали мою смерть! — удивляется Итадори. — Сукуна мне всю грудь пробил и вытащил сердце, а новое выращивать не стал! Мозг Сатору тормозит ещё на фразе «констатировали» потому что из уст Итадори это звучит так причудливо, что ему хочется услышать это слово из конкретно этого рта ещё раз… -дцать. Впрочем, в себя он приходит относительно быстро. Ещё бы. Следующая его фраза настолько сумасшедшая, что даже Сатору не знает, с чего начать. Это впервые, когда он чувствует, что находится в тупике. — А вот теперь по-подробнее, — вмешивается директор Яга, что стоит позади путешественника во времени. Итадори от неожиданности подскакивает. Раскрывает рот: — Вы живы!

***

— Что ты думаешь об Итадори? Сугуру поднимает как можно более равнодушный взгляд на Сатору, осматривая его с головы до ног. Тот сидит за игровой приставкой, что подключена к телевизору в гостинной, однако Сугуру точно знает, что за последние два часа у этого идиота так ни разу и не вышло победить самого простого NPS. Сугуру, кажется, прекрасно знает, о чём думает Сатору. Точнее, о ком. — Он, — Сугуру подбирает слово, выдерживая многозначительную паузы. — Милый. Сатору поворачивается к нему с широко-раскрытыми и удовлетворёнными глазами. Его пульт управления падает куда-то на пол, но не чтобы это когда-либо волновало богатенького наследника семьи Годжо. Гето прищуривается, лениво и деланно равнодушно наблюдая за тем, как этот неусидчивый человек, его лучший друг, к слову, постепенно подымается на диван, чтобы, подтянув своё тонкое тельце повыше, нависнуть прямо над ним. — Я тоже так подумал, — тихо говорит Сатору, ухмыляясь. Сугуру смотрит на него, не отводя взгляд от голубых глаз. Он видит, как растягиваются губы в ухмылке, видит розовые щеки, что наливаются румянцем. У Сугуру в голове ноль целых две десятых мысли. Одна десятая — о том, что Сатору само воплощение понятия «сексуальный грех». Вторая десятая — о том, как Сатору этого самого «милого Итадори» трахает где-то через тринадцать лет, где он взрослый, высокий, сильный. А «милый Итадори» стонет «Годжо-сенсей» во все лёгкие. Сугуру сглатывает и старается не двигать ногами, чтобы Сатору не заметил прилившего вниз возбуждения. Годжо сверху только ухмыляется. Гето делает вид, что не заметил смены ухмылки, но не чтобы у него был хотя бы шанс на незаметность. — Я хочу его трахнуть, — говорит Сатору, облизывая губы. Сугуру в недовольстве поджимает губы, сверху вниз осматривая это похотливое существо. Блондин недовольно фыркает, мол, Сугуру, у нас мысли одни на двоих, я прекрасно знаю, что ты подумал о том же, не надо строить здесь из себя недотрогу. — Хорошо, — говорит Сугуру спокойным тоном. — Хорошо? — непритворно удивляется Годжо. — А что со всем этим «только попробуй и я убью тебя»? — Я никогда такого не говорил. — Но ты смотрел на меня этим взглядом, — говорит Сатору, настаивая. — Обещая убить, если я когда-нибудь посмею с кем-нибудь тебе изменить. Они не встречаются. Если два человека не встречаются, то они просто не могут никому изменить. Сугуру благоразумно ничего по этому поводу не говорит. — Допустим, — плавно говорит Гето. — Мне не нравится мысль подхватить от тебя ЗППП. Но ты можешь попробовать трахнуть своего милого ученика из будущего. Только учти, что пока ты его трахаешь, я буду трахать тебя. Зрачки Сатору расширяются так быстро, что Сугуру на секунду волнуется, как бы этого человека так не заклинило на всю оставшуюся жизнь. Звучит весьма ужасно — ведь в таком случае Сугуру придётся перемотать эту голову самыми тёмными бинтами, чтобы подобное никто, кроме него, не смог увидеть.