— chapter four —
23 мая 2024 г., 00:00
Примечания:
пб включена!!
фидбэк — велком
«Чем сильнее любишь, тем больше теряешь чувство реальности!» Белла Свон.
✎✎✎
Тихий плач разбудил Антона. Он раскрыл глаза, чувствуя как больно они щиплют от недостатка сна, и поднялся с постели. Плач вёл его в соседнюю комнату — к младшей сестре Оле. Это было неожиданно, ведь она никогда ранее не плакала по ночам, а если и плакала, то прибегала в комнату к Антону и продолжала сон уже в его постели, даже если старший брат ворчал. Петров с неподдельным интересом, но осторожностью заглянул в комнату, тихонько отодвигая приоткрытую дверь. То, что он увидел, выбило из него весь воздух и вывернул внутренности, заставляя неприятной смеси скопиться на кончике языка. На кровати лежала Оля, а на коленках возле кровати стоял сам Антон, склонившись над телом своей сестры и горько плача. Тело девочки было похоже на кровавое месиво, а руки блондина были по локтям в крови, как и кипельно-белая рубашка. Его челюсть была в красной жидкости и из под губ выглядывали острые клыки вампира. Антон подошёл ближе к кровати, но замер, так как заметил самого себя же. Глаза были уже не красными, а жёлтыми, словно в него кто-то всилился, а на губах быстро расцвела ужасная гримаса удовлетворения. — Её кровь приятна, не так ли, Зайчик? — пробормотал он самому себе на эредане. — Кто ты и что тебе от меня нужно?! — крикнул самому себе Антон. — Алиса. Зови меня Алисой. — ...Тон! Антон! Парень резко сел в кровати, тяжело дыша и обезумевшими глазами смотря на Бориса перед собой, который выглядел взволнованным и... Антон не понял, что за смесь злости и испуга он увидел в чужих глазах. Он метнул взгляд на стоящую Карину в дверном проёме на руках с Олей, которая обнимала мать и со стеклянными глазами смотрела на брата. Живая. Лицо матери было ровным, но её брови хмурились, а зубы нервно теребили нижнюю губу. Родители сидели на кухне спустя двадцать минут после того, как уложили младшую дочь обратно в постель. Антон всё это время ждал их на кухне, прижимая коленки к груди и отпивая горячий шоколад из кружки. Сладкое он не любил, но горячий шоколад всегда успокаивал, когда парень находился на грани истерики. К слову, истерика у него происходила часто, так как что-то обязательно должно было пойти не по плану, а для организованного человека такое явление хуже собственной смерти. Парень старался не думать о своём сне, зарываясь пальцами в мягкие волосы и кончиками пальцев массируя кожу головы. Это помогала, но из-за этого снова клонило в сон, а Антон не хотел спать. Он не мог спать. Не сейчас. Ступеньки лестницы скрипнули и двое взрослых оказались напротив сына, занимая свои стулья. Парень хмыкнул на то, какой серьёзный взгляд был у Бориса — вечного оптимиста. У Карины же оставался безучастный взгляд, но волнение можно было разглядеть в деталях: дерганные движение, моргание(вампиры не моргали), кусание губ и щёк с внутренней стороны. Антону показалось, словно родители собрались сказать последнее слово перед тем, как отдадут сына куда-нибудь, где они больше не встретятся. Он был действительно большой проблемой в их жизни, особенно сейчас. — Ты как? — спросил Борис, поджимая губы. — В порядке, — выдавил из себя блондин, пожимая плечами. — Кошмар, с кем не бывает? — Кошмар, который довёл тебя до потери самоконтроля? Антон резко поднял голову и посмотрел на Карину с хмурым выражением лица, но быстро кивнул, чтобы она продолжила. — Ты царапал себя и... Словно пытался содрать свою кожу. Парень опустил взгляд на собственные руки и увидел зажившие, но всё ещё красные полосы вдоль рук, которые доходили до локтя. Странно, но почему-то сейчас, когда Антон их заметил, они стали саднить и щипать, хотя до этого никакой боли не было. Это правда выглядело так, будто он пытался выпустить кого-то или наоборот, кто-то не хотел выходить. — Расскажи, что ты видел? — спросил отец, складывая свои руки в замок. — Ну... — замялся младший, начиная нервно теребить край лонгслива. — Я видел себя и Олю. Я очнулся из-за её плача и пошёл туда, но когда вошёл, то увидел себя и... Себя плачущим над Олей. — Почему ты плакал? — Я... — Антон сделал глубокий вздох, вздрагивая всем телом. Это было сложно произносить, тем более перед родителями. — Выпил её? Крови было много, но я выглядел сытым и... Боже, я съел её. Картинки из сна флэшбеками пронеслись в голове парня, от чего он резко поднялся со стула, передвигаясь к раковине и позволяя ранее выпитому шоколаду выйти из него. Всё тело дрожало, хотя вампир не должен был ощущать дрожь и слабость на себе, но Антон готов был поклясться, что чувствует себя, мягко говоря, как побитая собака. Хотелось спать, но уснуть не мог из-за страха перед кошмарами, потому что Антон был уверен, что это не последний сон, от которого он будет в сносном состоянии. Он услышал тихие перешёптывания позади себя. Борис с Кариной советовались, что им следует сделать и решили, что лучше всего будет пригласить какую-то Джо, чтобы она помогла Антону. Блондин не стал интересоваться, что это была за Джо, но он был готов принять любую помощь, чтобы избавиться от снов и панических атак, которые он получает после этого.✎✎✎
— Чел, ты выглядишь как живой мертвец, — сказал одноклассник, проходящий мимо Антона. Это был пятый раз, когда ему сделали комплимент. Живой мертвец. Это было более приятно, как просто труп. Таким его обозвал Бяша, когда они увиделись на выходе из школы. Ромы рядом не было, но и внутри школы тоже. Антон не чувствовал его запах нигде, но и везде одновременно, что сбивало с толку. Видимо, он и правда покрылся запахом брюнета полностью, что терялся в нём безвозвратно. — Ты Рому не видела? — спросил Антон у мимо проходящей Кати, которая бросила в него неприязненный взгляд. — А тебе какое до него дело, очкарик? — фыркнула Катя. — Ну, вроде бы никакое... — всерьёз задумался Петров. — Ну так что, видела или нет? — Знаешь что, Петров?! Отвали от Ромки по-хорошему, пока я тебя предупреждаю! — О-о, а что будет, если не отвалю? — вскинул брови блондин. Вот это уже становилось интересным. Антон не знал, почему Катя так яростно защищает Пятифана, ведь своими ушами слышал, как она с другими девочками сплетничает о том, какой Рома плохой. Он нахмурился, внимательным взглядом смотря в глаза напротив и сосредоточился, пытаясь прочитать чужие мысли. «Нельзя, чтобы этот придурок узнал, что мне нравится Ромка. И чего только Рома додумался подружиться с этим занудой?!» — пронеслось в голове у блондинки, пока она яростно размахивала руками перед лицом Петрова. — Тебе что, нравится Ро... — начал Антон, но его рот быстро закрыла девичья ладонь и он заметил, как уши и щёки Катерины вмиг стали алыми. — М-мф? — Только попробуй и ты останешься без языка, — прошипела Смирнова, убирая ладошку от рта Антона и вытирая её об чужую жилетку чёрного цвета. Её лицо оставалось смущенным, но глаза горели от злости. — Ты не прав. — О. Ну конечно. — Эй, я говорю правду! — Научись врать, а потом возвращайся, — кивнул ей подбородок в сторону Петров, закатывая глаза. Он стал отворачиваться в сторону, но почувствовал запах Пятифана, который оказался чересчур близко. Парень поднял голову и уставился на одноклассника, который через маленькое окно высунул голову в класс. Катя подпрыгнула от удивления, никак не ожидая увидеть брюнета прямо сейчас, ведь он мог с самого начала подслушивать их разговор. — Ты что делаешь? — спросил Антон, поднимаясь с места и оказываясь лицом наравне с чужим. Обычно парню приходится приподнимать голову, чтобы посмотреть на лицо Ромы, так как волк на пару сантиметров выше. — А ты? — вскинул бровь Пятифан, оглядывая белобрысого в полный рост. — Дело есть, надо переговорить. — А чего не позвал? — нахмурился на него вампир, но Рома многозначно посмотрел на Катю, стоящую рядом с Антоном и вскинул вторую бровь. — Мы, вообще-то, о тебе говорили, мог бы присоединиться. — О чём говорили? — Ни о чем! — выкрикнула Катя, привлекая к их маленькой компании остальных одноклассников. — Антон, иди, тебя зовут! — Так ты же сама не разрешала мне с ним общаться... — Петров! Блондин с лёгкой улыбкой на лице вышел из класса и сразу же пошёл за Ромой, который послал ему тихий, но тяжелый вздох. Бяши с Ромой не было, значит говорить собрались на более серьёзные темы, и Антону было правда интересно, что же хотел обсудить Пятифан, который никогда не бывает в чём-то заинтересован. Хотя у блондина не было цели заинтересовать одноклассника, но он бы действительно хотел увидеть на лице Ромы смешанные эмоции. Вчера, во время столкновения с Алисой, волк Пятифана был злой, даже слишком. От него разило злобой настолько, что негатив передался Антону, что принял его на себя и испугался, начиная дрожать. Но тогда Рома был в обличие волка, поэтому эмоции на человеческом лице никто не смог запечатлеть. Они вышли на курилку через столовую, где добрая повариха снова открыла дверь брюнету, стоило ему только попросить. Петров улыбнулся в ответ на добродушную улыбку женщины и прикрыл за собой дверь, чтобы никто не смог подслушать их или выйти. Рома остановился за углом школы, доставая из спортивок пачку сигарет и прикуривая одну. Антон проследил за тем, как маленький огонёк на конце сигареты нарастает, когда Рома затягивается, и снова потухает, оставляя после себя пепел. — О чём хотел поговорить? — бессовестно разорвал затянувшуюся тишину интересующийся Петров. — О том, что тебе стоит тренироваться. Гробовая тишина вновь восцарила между ними. Антон прыснул, прикрывая рот ладонью и откровенно смеясь с Пятифана, который продолжал тупо смотреть на белокурого. — А, прости, просто ты слегка удивил меня, — отмахнулся он, стирая невидимые слёзы с уголков глаз. — Я прекрасно знаю, что мне надо тренироваться. Знаю это без тебя, Рома. — Ты тренируешь себя как вампир, — мотнул головой оборотень. — А как надо, Мистер Всезнайка? — Надо тренировать твою физическую силу, — наконец огрызнулся Рома. — Прекрати болтать своим поганым языком, пока я тебе не вырвал его с корнем. Поверь, много кто скажет мне «Спасибо». — У тебя проблемы к моему языку? А я думал, что тебе нравится, когда я его использую при слизывании крови с твоей шеи. Ты весь дрожишь. Рома резко схватил Антона за воротник рубашки и грубо приложил спиной к бетонной стене. Тёмные глаза сверкали от злости, которая вырывалась наружу, но оборотень молчал, продолжая сверлить взглядом голубые глаза Антона. Запах сигарет и одеколона коснулся ноздрей блондина, и он шумно втянул воздух в лёгкие, заполняя их столь привычным ароматом. — Не смей упускать такие шутки, маленький вампир, а не то... — Не то, что? Ты можешь набить мне морду прямо сейчас, но ты понимаешь, что я быстрее тебя. Твои волчьи лапы не смогут догнать вампирские ноги, но если тебе так хочется, то можем проверить. Рома усмехнулся. Один уголок его губ приподнялся, заставляя Антона раскрыть глаза и запомнить тот момент, когда лицо Ромы Пятифана исказилось в злобной и✎✎✎
Карина с тяжёлым вздохом поставила перед Борисом кружку с красной жидкостью и села напротив, подпирая подбородок ладонью. Им надо было поговорить о многом, но язык не поворачивался, а в голове смешивались совсем другие мысли. Главной проблемой сейчас был старший сын — Антон, но родители всё внимание не могли переключить на него, так как была Оленька — младшая дочь. Она стала пугаться брата, который ночью кричит от кошмаров и ведёт себя слишком странно. Борис бо́льшую часть времени проводил с дочерью, пока Карина занималась Антоном, но сейчас оба взрослых переключились на парня, потому что этот случай действительно был серьёзным. — Во сколько приедет Джо? — спросил мужчина, поглаживая щетину. — Сказала, что к десяти вечера. Мы должны уложить Олю спать и только после этого начинать, — вздохнула Карина и обняла себя за предплечья. — Борь, я... Я не знаю, что делать. — Мы впервые сталкиваемся с этим, но без боя не сдадимся. Мы с тобой через многое прошли и это дерьмо меньшее, что мы пережили, — нахмурился он, поднимая серьёзный взгляд на жену. — Антон — наш сын, наша общая проблема. — Но чистокровный... Ты же помнишь, через что прошли мои родители? Я не хочу, чтобы это повторилось с моим ребёнком! — Этого не повторится! — рявкнул Борис. — Прекрати надумывать то, что не произойдёт. Джо сотрёт память Антону и поставит щит на разум, поэтому никакая вампирша не сможет добраться до него. — Ты не можешь быть в этом уверен на все сто процентов! — Могу, Карина! — Вы чего орёте?! — на кухню зашёл пришедший домой Антон, хмуря белые брови. — Вы Олю напугаете. — Да, извини, — вздохнул Борис, поднимаясь с места и подходя к сыну. — У тебя есть какие-то планы на вечер? — Рома пригласил меня погулять с ним, немного развеяться, а что? — В десять ты должен быть дома, — улыбнулся мужчина, трепля чужие волосы. — Ладно, теперь я пойду к своей маленькой принцессе, а ты побудь с нашей королевой. Борис подмигнул ему и поднялся наверх, теряясь в комнате Оли. Антон слышал как доносились их голоса и звонкий смех младшей сестры, и невольно вспомнил сегодняшний кошмар. Мотнув головой, словно стряхивая с себя эти воспоминания, парень присел за стол и уставился на Карину, что встала и сделала сыну зелёный чай, который он любил. — Я же не пью... — Попробуй, — кивнула женщина, садясь напротив. Антон недоверчиво зыркнул на неё, но после отпил немного чая и почувствовал приятный привкус, на пару секунд ощущая себя обычным человеком. Как было известно, есть человеческую еду и пить напитки для вампира — тоже самое, что поесть землю, но зелёный чай оказался удивительно вкусным и таким настоящим. Петров улыбнулся, поднимая глаза на Карину и благодаря её за чай, который смог поднять настроение. — Рома что-то задумал? — вновь заговорила она. Младший понял, что врать смысла не было. — Он хочет потренировать меня. Точнее, моё тело для самообороны. — Это звучит многообещающе. — Я тоже так подумал, пока не узнал как занимаются оборотни. Ты можешь себе представить, чтобы они вставали в шесть утра и устраивали забеги по всему городу?! Но удивляться рано, потому что это ещё малая часть... — Я знаю, Антон, — усмехнулась Карина. — Когда-то и мы дружили с оборотнями. Моя лучшая подруга была волчицей и заставляла меня каждое утро заниматься с ними, потому что... Мне тоже надо было это. Парень задумчиво отвёл взгляд, поглаживая кончиками пальцев тёплую кружку. Он не мог подумать, что у матери были друзья-оборотни, потому что она их терпеть не могла и каждый раз, при их упоминании, становилось истеричной. Вот так разговаривать с ней о чём-то и слушать тихий голос, который рассказывал о спрятанных секретах, Антону нравилось. Это успокаивало и приводило к ощущениям, что ничего не происходит. Просто совершенно обычные сын и мать, пьют чай на кухне и рассказывают кусочки своей жизни. Парень бы многое отдал за это, но к сожалению, их мир сильно отличает от понятия «обычный». Антон вышел из дома когда уже стемнело и побрёл в другую сторону от дома, куда его позвал запах Ромы. Брюнет не сказал, где именно они встретятся, но Петрову не пришлось долго ходить, как чужой запах вывел его на большое поле. Никаких цветов и деревьев, просто поле длиной в шесть километров с достаточно чистым и аккуратным газоном. Ощущение, будто поле специально подготовили для Антона. Он осмотрелся по сторонам в поисках Пятифана, но не нашёл его, хотя был уверен, что парень блуждает где-то поблизости. Блондин решил зря время не терять и стал разминать ноги, как его учили в школе перед всякими нормативами. Антон не верил, что это как-то поможет, но если Пятифан сможет его умотать, то так и проверит. Уже через пару минут он обернулся, услышав знакомый топот и нахмурился, потому что запах Ромы смешивался с другим. Плечи автоматически напряглись, а губы поджались от ожидания. Из кустов вышли двое волков, одним из которых был сам Рома, а вторым, как успел разглядеть Антон, Бяшка. Он упустил облегчённый выдох и расслабился, наблюдая за спокойной походкой Пятифана и за неугомонным Бяшей, который нёсся через всё поле на Антона. — Воу! — рассмеялся блондин, когда волк буквально запрыгнул на него и не удержавшись на собственных ногах, свалился на землю. — Я тоже рад тебя видеть, Бяша. — Р-рав! — прорычал Бяша, облизывая лицо напротив. — Прости, дружище, но ваш язык я не понимаю, — виновато улыбнулся Антон, почесывая волка за ухом. От Бяшки всё так же пахло колбасой и сосисками, но Петрова уже не тошнило. Он даже наоборот был рад увидеться с Бяшей и провести с ним время, потому что этот парень был самым нетипичным из всех, кого знал Антон. Когда бурят присутствовал на уроках, то часто сидел на одном ряду с блондином и болтал с ним, отвлекая от работы. Петров не ругался на него, потому что всегда ржал с шуток, которые упускал одноклассник. «Я пиздецки расстроен тем, что тебе не придётся весь вечер выслушивать этого придурка.» — пронеслось в мыслях у Антона и он быстро повернул голову к подошедшему Роме. Он сидел возле них, смотря свысока, хотя находился на одном уровне. — Зато мне придётся слушать тебя. «Будь благодарен, что я вообще говорю с тобой.» Антон хмыкнул и посмотрел в глаза Бяшки, который выглядел чересчур довольным. Он хихикнул, когда волк потёрся концом мокрого носа об нос Петрова, и вновь почесал Бяшу за ухом, поднимаясь с земли. Снимая с глаз очки, которые надел на всякий случай, аккуратно сложил их в задний карман джинс, чтобы они не упали при забеге. После очков Антон стянул с себя худи, под которым был довольно лёгкий лонгслив, и завязал его на бёдрах, чтобы не мешал. «Бяша говорит, что ты выглядишь слишком хилым.» — вновь заговорил Рома, заставляя Антона обратить на себя внимание. — Извини, Бяш, что я выживаю на одной крови, а не на колбасе с сосисками, — фыркнул Антон, поглаживая плоский живот. У него уже давно зародился комплекс о том, что он, как парень, выглядел чересчур хрупким. Он смотрел на Пятифана с завистью, потому что у того было реально подкаченное и красиво сложенное тело. Бяшу без верха он пока не видел, и надеется, что увидит не скоро. — Ты тоже так думаешь? — вдруг спросил Петров, смотря на Рому. «Мне всё равно.» — Хочешь, чтобы я подкачался? Я смогу поднимать тебя в обличие волка. «Из нас двоих — поднимать надо тебя. Оставь эту работу мне, пока не начнёшь поднимать свой собственный вес, слабак.» — Ты мог бы просто сказать, что стесняешься за свой вес, потому что ты реальный кабан, — фыркнул Антон. — Нет, серьёзно, разве волки могут быть такими огромными? Рома промолчал и смерил его пустым взглядом. Обычно этот взгляд означал, что вампир должен заткнуть свой рот, пока не наговорил на свои два фингала под глазами, оставленные Ромкой. Бяша кружился рядом с ним, иногда тявкая в ответ, хотя Антон даже не пытался понять, чего он хочет добиться. Рома тоже молчал, не передавал сообщения бурята то ли от вредности или от абсурдности сообщений — блондин не догадывался. Спустя пару минут они встали на свои позиции, откуда договорились бежать и приготовились. Антон стоял спереди, Бяша на два шага дальше от вампира, а Рома остался самым последним, сидя достаточно далеко от Бяши. Антон с Бяшей настояли на том, чтобы Пятифан бежал последний, так как по словам Бяшки — Рома в любом случае обгонит их. И вот, отсчитывая команду «На старт! Внимание! Марш!», Пятифан успел уловить на лицах одноклассников непередаваемое веселье, словно они маленькие дети, которым подарили поход на квест. Антон сорвался с места первый, сразу же унося ноги от оборотней на полной скорости. Бяша тоже не тормозил, настраиваясь всерьёз обогнать блондина, но не тут-то было. Через считанные секунды его нагнал Рома, который прорычал что-то в ответ на недовольный рык Бяши, и понёсся к Антону. Вампир специально не оборачивался, чтобы не сбиваться с темпа, но заметив рядом с собой тёмную шерсть, торчащую в разные стороны, он переключил внимание на волка, бегущего с ним на равных. — Ты точно не мутант? — громко спросил Антон, прищуриваясь от сильного порыва ветра в лицо. «До тебя мне далеко, Петров. Двигай ножками быстрее, а не то проиграешь.» — заговорил Рома в мыслях. — Ещё чего! Волк не может быть быстрее вампира, — прорычал блондин, делая рывок вперёд и отрываясь от Пятифана. Далеко убежать не удалось, потому что волк буквально наступал ему на пятки и Антон чувствовал его дыхание на своём затылке. Теперь ему действительно не верилось в то, что обычный оборотень способен на такое, ведь уставший Бяша с тяжелой одышкой уже свалился где-то в середине поля, даже не пытаясь догнать друзей. Вампиру хотелось верить, что у него получится победить, потому что он выжимал из себя максимум, в то время как Рома, кажется, даже не устал. Через пару минут блондин понял, что долго он не протянет и решил признать своё поражение, потихоньку замедляясь. В последний момент Петров захотел обернуться и посмотреть насколько близко бежал Пятифан, но только обернувшись, он увидел бешеные глаза волка и острые клыки, которые показывались из под большой пасти. — Рома? — Р-раф! — зарычал он, без лишних слов бросаясь на Антона и сразу сбивая его с ног. — Рома, это я! Остановись! — закричал Антон, стараясь удержать рукой морду волка и отвернуть от себя. — Антон! — крикнула со стороны Бяша, который уже был человеком, но вновь перекинулся в волка, со всех ног мчась к ним. Бяша сильно врезался в Рому своим телом, отталкивая его от вампира, который сразу же поднялся на дрожащие ноги и начал пятиться назад. Волк Ромы рычал, боролся, пытался достать Антона, смотря на него с озверевшими глазами и голодной слюной, которая капала с пасти. «Видишь, Антон, до чего ты доводишь своих близких?» — лукаво прошептал голос в голове. Алиса. — Отвали от меня! — крикнул в пустоту Антон, хватаясь за свои белые волосы и начиная больно дёргать пряди, словно пытался вырвать их вместе со скальпом. — Выйди из моего головы! «О, нет, Антон, я ведь пообещала тебе помочь с развитием твоих способностей.» — промурлыкала Алиса, заставляя Петрова свалиться на колени и захрипеть. Голова кружилась, а тошнотворное ощущение не давало покоя, выкручивая все внутренности вампира. Бяша жалобно заскулил, когда Рома оттолкнул массивную тушу от себя, при этом сильно укусив его за бок. Антон затуманенным взглядом смотрел на это и пытался помочь, но даже не мог сфокусироваться взглядом на волке, который медленно подходил к нему с тихим, но диким рычанием. Антон был действительно беспомощный, бесполезный кусок дерьма, который не мог постоять за себя и помочь своим друзьям. Вокруг него были только проблемы, причиняющие вред всем, кто пытался связаться с Петровым.— Это был первый и последний раз, когда ты был беспомощным мудаком, Петров, — Рома приподнял чужое лицо за подбородок, чтобы голубые глаза смотрели в его тёмные.
Антон в моменте закрыл глаза, сосредотачиваясь на секундах, которые тянулись слишком долго для того, кто желал смерти. Он услышал громкий звук в собственной голове, как будто что-то щёлкнуло, и ощутил прилив сил, который был ему незнаком. Тело онемело, выкручивая конечности с такой силой, словно хотели вырвать с корнями. Петров отчаянно и громко завопил, пытаясь избавиться от этой неизвестной боли, которая с удовольствием пытала вампира, заставляя биться об землю. Рома больше не нападал, как успел заметить краем глаза Антон, но он неподвижно сидел рядом и всё ещё с безумными глазами смотрел на него, наслаждался. Неожиданно боль прекратилась и вампир почувствовал облегчение и лёгкость, которая приятной дрожью расплывалась по всему телу. Он не ждал и сразу приподнялся на колени, с тихим шипением выворачивая конечности в нормальное положение и сосредоточился на своей боли, которая больше не появлялась у него и, кажется, совсем испарилась. Вампир перевел взгляд на Пятифана, встречаясь с ним взглядом и одним лишь прищуром глаза заставляя волка заскулить, свалившись на землю. «Теперь ты научился... Должна сказать, я приятно удивлена от своей способности, Антоша. Управление кровью... Ты оправдал все ожидания.» — Антон, — на грани слышимости прохрипел Бяша, лежавший недалеко от них. Петров поднялся с места, быстро передвигаясь к другу и сваливаясь на коленки рядом. Открытая рана на боку и много крови вокруг, которая не переставала течь. Блондин нахмурился, стараясь сосредоточиться на состояние волка и приложил ладонь к его плоти, где остались глубокие впадины острых зубов. Кровь остановилась и Антон быстро стянул с себя кофту, перевязывая рану друга и морщась от осознания, что ему хочется слизать чужую кровь со своих рук. — Рома... — Рома в отключке. С ним ничего плохого не случилось, просто кое-кто поигрался с его разумом, — быстро проговорил Антон, помогая Бяше подняться. — Блять... Кровь вновь полилась маленькими струйками и вампир зажмурился, прикладывая ладонь к ране ещё раз. В его голове выстраивался маленький поток чужой крови, который он старался контролировать. Помогало лишь то, что Бяша не споротивлялся и помогал Антону подобрать удобный угол, чтобы остановить кровь, но он постепенно становился мёртвым грузом, отключаясь прямо в руках вампира. — Антон, Бяша! — крикнула Карина с самого начала поля и срываясь на бег к ним. Петров почувствовал полное облегчение, завидев три фигуры взрослых, несущиеся прямо на них, и опустился на пятую точку, всё ещё держа Бяшу на руках. Слабость одолевала его, забирая все оставшиеся силы и позволила отключиться, как только он почувствовал тёплые руки Карины на себе.✎✎✎
— ...Он спит... — Там такое... Ты ответишь за это... — Антон, пора просыпаться, — тихий голос Карины разбудил блондина. Петров пару раз моргнул, приподнимаясь с постели и, на удивление, не ощущая ничего. Никакая боль его не мучила, даже от маленьких ран, которые могли бы доставить ему проблемы. Он поднял глаза на Карину и заметно вздрогнул, когда её взгляд выглядел потухшим и чересчур тёмным. — Пошли вниз, нас уже все заждались. Подросток без слов поднялся с постели и пошёл следом за женщиной, осматриваясь по сторонам. Шагая вниз по лестнице, он услышал тихие голоса, доносившиеся из кухни и тихо вздохнул, успокаивая нарастающую панику. Единственное, что его успокаивало — то, что он был дома и его семья в порядке. Но он помнил кровь Бяши на своих руках и его мёртвые глаза перед тем, как отключиться. Страшно. Антон ступил на порог кухни и увидел отца, Рому, Олю и какую-то незнакомую женщину. Оля сидела на коленках у Ромы и быстро повернулась на брата, растягивая на лице широкую улыбку. — Тоша! — вскрикнула она, спрыгивая с чужих колен и подбегая к старшему. Но Петров резко отшатнулся и зашипел. Он прикрыл нос ладонью, испуганным взглядом смотря на свою сестру, которая испугалась не меньше него. В уголках голубых глаз, которые напоминали ясное небо, собирались маленькие капельки слёз, которые означали грибной дождь. Антон напугал её, но что ещё хуже — он чувствовал её кровь у себя под кожей и теперь это была самая настоящая пытка для него. Жажда, которая была «ключиком» к способности, вызывала особые обострения, делая из него полноценного чистокровного вампира. — Ты можешь чувствовать нашу жажду, да? — спокойно улыбнулась незнакомка, смотря на Антона и кивая Карине, которая забрала Олю к себе на руки и поднялась наверх. Антон с недоверием покосился на женщину и перевёл взгляд на Бориса, что с улыбкой на лице наблюдал за ним. Последний, на кого смотрел Петров, был Рома, но брюнет не смотрел в ответ. Это вызывало ещё больше раздражение. — Кто вы такая?! — огрызнулся блондин, убирая ладони от носа и присаживаясь рядом с Пятифаном — на единственное свободное место. — Я буду кем угодно для тебя, но только не врагом. Зовут меня Джозефина, но ты можешь звать меня просто Джо, — улыбнулась женщина и кивнула головой в сторону Бориса. — Меня сюда позвали твои родители, так как тебе нужно немного свободы, я права? Её рука медленно поднялась и два пальца прижались к правом виску. Антон понял, про что говорила Джо, потому что она была абсолютно права. Тараканы в голове проели мёртвый мозг, но не успокоились, продолжая копошиться. — Отлично. Ты хочешь поговорить наедине или можем продолжить здесь? — вновь спросила она, улыбаясь нежной улыбкой. — Можем здесь, мне нечего скрывать, — сразу же ответил Антон, метнув взгляд на своего отца. — Но могу ли я задать пару вопросов перед началом? — Конечно. — Что с Бяшей? Рома рядом дёрнулся и Антон обратил на это внимание. Чужие желваки выступили на линии челюсти, но взгляд был сосредоточен на кружке с чаем, стоящей перед ним. Видимо, Пятифан всё помнил, хоть Алиса пробралась в его сознание и жестоко манипулировала. — С ним всё в порядке, — кивнул Борис, замечая растерянность на лице сына. — Он оказался тем ещё живчиком, оклемается. — Хорошо, тогда... Могу я поинтересоваться насчёт Вашей способности? — обратился он к Джо. — Для начала, перейдём на «ты»? — после неуверенного кивка Антона, женщина продолжила. — Я имею такую способность, как управления разумом. Могу помочь тебе забыть моменты или же, наоборот помочь вспомнить. Но, к счастью, все эти процедуры безболезненные, только если воспоминания не будут приносить тебе моральной боли. — Кстати о боли... — заговорил Антон, склоняя голову набок. — Я перестал её ощущать. Борис нахмурился, переводя взгляд на Джо, которая пожала плечами и улыбнулась маленькой улыбкой. — Всё потому, что она подчиняется тебе. — Но я не хочу, она... — парень вздохнул, закрывая лицо ладонями и протирая его. — Я теряюсь, когда не могу что-то ощущать. Боль приносила мне чувства жизни, словно я всё ещё человек, а не ходячий труп. — Ох, Антон, — выдохнул мужчина, устало сжимая переносицу двумя пальцами. — Ты питаешься кровью, — вдруг заговорил Рома, кромсая обёртку от конфеты, которую ему предложила Джо. Его тон был ничем иным, как чистый сарказм, который ядом плескался на Антона. — Ты никак не забудешь, что ты вампир. Ну, если пофантазировать, то можно представить, что мы в фильме «Ходячие мертвецы». О, или тебе нравится серия «Сумерки»? — Думаю, «Сумерки» подойдут тебе больше, ведь там есть псины, — язвительно ответил Петров, ловя краем глаза дёрганье бровей Пятифана. — Попробуешь роль Джейкоба? Он, вроде как, тоже никчёмный кусок шерсти. — Только если ты попробуешь на себе роль Беллы, потому что ты такой же плаксивый мудак, как и она. — Мальчики, — раздражённо прошипел Борис, заставляя обоих вздрогнуть и повернуть головы. — Я сейчас заклею ваши рты, если вы не перестанете ругаться. Вместо этих оскорблений, лучше бы извинились перед друг другом! — Мне есть за что извиняться? — усмехнулся блондин, поворачивая голову к однокласснику и сканируя его скептичным взглядом. — Извини, что вырубил тебя. — Извини, что поддался твоей подружке и позволил залезть мне в голову, — безэмоционально проговорил Рома и Антон заметил его пустое выражение лица. Видимо, Алиса подёргала за какие-то ниточки, чтобы сломать оборотня. Тишина некоторое время воцарила на кухне и, кажется, все погрузились в собственные мысли. Петров был сильно любопытный, поэтому хотел пробраться в мысли Ромы и прочитать то, что его волнует, но не мог. Он не хотел без разрешения копаться в чужой в голове, если эта голова человека по имени — Рома Пятифан. Не тогда, когда его разум уже поддался вампиру и позволил овладеть собой. Но даже так, брюнет не позволил себя жалеть. Он не показался Антону сонным, когда парень только зашёл на кухню, значит он пробыл в отключке не так много, как сам Петров и Бяша. Значит, что Рома старался не засыпать специально, чтобы контролировать себя и своё тело, потому что Алиса нанесла намного больше боли, чем кто-либо мог предположить. Жадная сука. — Что ж, полагаю, мы можем продолжить? — нарушила тишину Джо и устремила свой взгляд на Антона. — Можешь рассказать о том, что тебя мучает? — Мучает? — заикнулся блондин и получив плавный кивок, вздохнул. — Это... Не знаю, можно ли назвать это общением, но, кхм... Алиса разговаривает со мной в моей голове. — Что она говорит тебе? — Ну, всякое... Она поспособствовала тому, чтобы у меня проснулась способность. Она говорила, что... Я довожу близких мне людей до такого состояния, — он посмотрел на Рому, но брюнет не повернулся в ответ, всё так же кромсая обёртку. — Отчасти я согласен с ней. — Чёртов мученик, — пробубнил себе под нос Пятифан. — Хорошо, — улыбнулась Джо, но её глаза больше не казались такими добрыми. Антон понимал, что за женскими плечами стоял большой и разнообразный опыт в общении с такими, как он, но ему всё ещё было совестно пытаться передать все мысли. Потому что он чувствовал как кипит её кровь. — Рома, могу ли я помочь тебе? — Хм, — пожал плечами оборотень, поднимая глаза. — Я пытаюсь подумать, смогу ли я впустить в свою голову ещё одного вампира. — Тебе пытаются помочь, чёрт возьми! — не сдержался Антон, поднимаясь с собственного места. — Согласись на помощь и прекрати быть ублюдком, потому что она травмировала не только тебя! Я живу с её голосом в голове каждый день, пока она нашёптывает мне ужасные вещи о том, как будет вырубать по кусочку каждого из моей семьи, в том числе и тебя, грёбаная псина. — Антон... — Нет, я хочу поговорить, — он сел обратно, только теперь повернув стул к оборотню и силой поворачивая чужой стул так, чтобы они сидели лицом к лицу. — А теперь, если не хочешь делиться мыслями с другими, то расскажи мне, что именно тебя волнует. — Отъебись, Петров, — вздохнул Рома, слишком уставший от этого дерьма. — Ты не герой и не думай, что тебе удастся приручить меня. — Ты не мой домашний зверёк, чтобы я пытался одеть на тебя поводок. А теперь ещё раз, что тебя мучает? Брюнет строгим взглядом вернулся к ярко-красным глазам Антона и закрыл глаза, глубоко вдыхая пару раз, чтобы настроиться и позволить разуму открыться вампиру. Голова стала тяжёлой, а на лице стали появляться капельки пота, потому что вспоминать как Алиса насиловала его мозг перед тем, как овладеть им, было чересчур. Петров в это время взглянул на Джо и коротко кивнул ей, чтобы она подключилась к общению с Ромой вместо него. Блондин знал, что Пятифан доверил эти кадры ему, но он не мог просматривать их, если они касались личных тем брюнета. Он хотел получить официальное разрешение, а не тогда, когда Рома вынужден это показывать, чтобы помочь самому себе. Джо это не касалось, так как она была кем-то вроде «личного психотерапевта семьи Петровых», потому что таким, как Петровы, явно нужны были специалисты.✎✎✎
Антон лежал в постели матери и отца, а рядом с ним находился оборотень. Ему было бы спокойнее, если бы оборотнем оказался Бяша, но так как он всё ещё был в отключке, его решили переложить в комнату к Антону. Карина с Борисом легли в комнате Оли, на раскладном диване, который позволял поместиться двоим взрослым. Антон с Ромой не могли лечь в комнате с Олей, так как у обоих были свои кошмары и если бы они разбудили девочку, то остались бы без головы. Джо решила не оставаться на ночь, так как не хотела теснить чужой дом, поэтому поехала в ближайший отель, чтобы переночевать там. Антон тихо вздохнул, понимая, что этой ночью он явно не уснёт и всё, что ему оставалось — смириться. Рома, кажется, спал, потому что он лежал к блондину спиной и дышал равномерно. После его терапии с Джо, оборотень выглядел чересчур измотанным, от чего Антону стало его даже жаль, но стоило брюнету смерить вампира пустым взглядом, Антон сразу же забывал о жалости. — Ты можешь перестать возиться? — тихо спросил Рома, оглядываясь на друга через плечо. — Прости, я тебя разбудил? — стараясь избавить свой тон от сарказма, ответил Антон. — Нет, я не спал, — выдохнул брюнет, аккуратно поворачиваясь на спину и несколько раз моргая. — Боюсь уснуть. Такое знакомое чувство для Петрова, который тоже боится спать по ночам и видеть в своих кошмарах самые ужасные картины. — Я тоже, — тихо поделился вампир, прикусывая нижнюю губу. — Это... Тяжело. Я видел смерть абсолютно каждого из вас и сегодня Бяша... Он умер на моих руках. — Он не умер, — зашуршал Рома простынью и Антон обратил внимание на то, что Пятифан смотрит на него. — Он выжил и сейчас спит в твоей комнате. Думаешь, его так просто убить? — Не в этом дело, Ром, — поморщился Антон, приподнимаясь на постели и протирая лицо ладонями. — Просто я устал видеть как кто-то из моих близких людей умирает у меня на руках. Каждую чёртову ночь, в каждом ебучем кошмаре. — О, я понял, — кивнул Рома и Антону показалось, что он услышал усмешку. — Ты трахаешься со своими проблемами вместо того, чтобы найти себе пассию. Вот это и приводит к кризисным моментам, от которых ты сейчас страдаешь. Антон пару секунд смотрел на Рому пустыми глазами, а потом схватил подушку и со всей силы ударил ею по оборотню. Пятифан захохотал, отбирая подушку и притягивая вампира к себе, уложив под бок. Они не лежали впритык друг к другу, так как брюнет понимал, что каждому нужно пространство, но рука Ромы была на рёбрах Антона и слегка поглаживала. — Засыпай, — тихо пробубнил волк, закрывая свои глаза. — Я послежу за тем, чтобы тебе ничего не снилось. — А ты? — Я ведь сказал, что послежу? Может, приду к тебе во снах, — пожал плечами Пятифан, открывая один глаз и замечая, что Антон послушался его. Петров свернулся калачиком рядом с другом, но не стал убирать чужую руку со своего тела, так как она служила ему грелкой. Чужие широкие ладони были настолько тёплые, даже горячие, чтобы помочь Антону согреться и постепенно утянуть его в сон мягким поглаживанием. Рома заметил, что белокурый вырубился почти сразу, как закрыл глаза, поэтому не сдержал усмешку и захотел убрать ладонь, но чужая рука остановила его. Рома аккуратно опустил ладонь на талию одноклассника и вздохнул от понимания, что утром его рука полностью онемеет, но он будет явно рад, если Антон выспиться, поэтому готов пожертвовать собой. Закрывая глаза, он представил, как Антон снова оглядывается назад с улыбкой на лице и ждёт, пока Рома добежит до него, чтобы вместе оказаться на финише.
Примечания:
спасибо, что читаете это, потомв что я вообще вахуе, что это может кому-то нравится
