Vampire secret

«Единственное, что я знала, что чувствовала мертвой душой и каждой клеточкой тела: любимый имеет над любящим колоссальную власть, может подмять под себя и сломать.»

— Белла Свон.

✄✄✄

Антон вздрогнул, ощущая чужие касания на руке сквозь затянутые бинты. Его тело охватил страх, сковывая конечности так, что нельзя было шевельнуться и произнести какой-либо звук, а ведь закричать очень хотелось. Приоткрывая глаза, он уставился на маску зайца перед ним, под которой были глаза кровавого цвета и широкая клыкастая улыбка, с которой капала алая жидкость прямо на лицо вампира. Он резко зажмурил глаза, стараясь понять, что происходит и двинуться, но все попытки были тщетными. — Открой глаза... Тихий шёпот пронзил слух, заставляя во второй раз открыть глаза и смотреть на самого себя, горящего в огне. Там Антон больше не кричал и не бился в агонии, когда пламя разъедало его кожу, а добравшись до лица, остановилось. Маска зайца, полностью залитая кровью, дрожала от тихого, но мерзкого хихиканья, которое Антон узнает из тысячи. Он успел моргнуть, как маска вновь оказалась перед его лицом и громко засмеялась, оглушая неким ультразвуком. Антон испуганно закричал, наконец поднимая руки вверх и чувствуя, как по всему телу ползут чужие пальцы, трогая его и поглаживая. Шум прекратился спустя минуту, как и касания, и Петров с особой осторожностью приоткрыл глаза, смотря на Джо с поднятыми руками, нависающую над ним. Её лицо было истощенным, а глаза чересчур уставшими, словно она видела сон Антона и тоже присутствовала там, пытаясь спасти парня. Он повернул голову в сторону, откуда доносились звуки и разглядел стоящего возле двери Рому с Бяшей и Варей, Карину с Борисом, у которых на руках была Оля и Марию, что нервно кусала свой ноготь. Они все выглядели нервными. — Что за праздник? — прохрипел Антон, выдавливая из себя улыбку и поднимая ладонь ко лбу, чтобы вытереть бегущий пот. Стоп, пот? — Джо это... — Антон, я не знаю, как это возможно, но похоже, ты граничишь между собственным обличием, — негромко проговорила Джозефина, убирая руки подростка от его лица. — Твоя регенерация приостановилась, но не до конца. Единственное, что осталось неизменным — твоя способность, которая ждёт, когда ты начнёшь её развивать. — Подожди, — словно на грани нервного срыва усмехнулся Петров. — Я что, превращаюсь в человека?! — Ну, условно, да... Но ты и вампир тоже, — женщина нахмурилась, кладя ладонь на лоб парня и почти сразу убирая её, будто бы обжигаясь о что-то горячее, а глаза округлились в явном испуге. Она увидела. — Господи, Антон... Воспоминания, оставленные в гараже, вернулись ужасающим вихрем, заполняя голову белокурого полностью. Руки, цепь, нож, ножницы, губы и ещё множество того, что могло приносить боль Антону, снова оказалось слишком близко. Он резко поднялся в желании убежать отсюда, скрыться от всех, чтобы его никто не трогал, но свалился на больные колени. К нему подбежала Карина, протягивая руки, чтобы помочь, но Антон закричал, и женщина моментально остановилась, позволяя сыну быстро отползти к углу и забиться там. Джо стиснула зубы, аккуратно обнимая Карину за плечи и отводя к двери, где передала её в руки Бориса, который с болью в глазах наблюдал за происходящим. — Он потерялся в своём разуме, и душа мальчика отделилась от реальности. Разум его прокручивает воспоминания с гаража, а душа там, где обычно начинается рай, — быстро заговорила Мария, закатывая рукава рубашки. — Если его не вернуть, то он может навсегда остаться таким, как сейчас. — Мария, — с предупреждением сказала Джо, поворачиваясь на подругу. — Он чистокровный, если потеряет контроль... — Сейчас он — маленький мальчик, которому требуется помощь, — серьёзно ответила Мария, отмахиваясь от Джо. — Я сделаю всё, что в моих силах, даже если придётся потратить на это много времени. — Я тоже останусь, — прочистив горло, заговорил Рома, делая шаг вперёд. — А ты-то зачем? — нахмурилась Джо. — Нам ещё один труп в доме не нужен. — Ну, я его близкий друг, поэтому как-то, но должен подействовать, — пожал плечами брюнет, выпроваживая остальных и задерживая взгляд на Варе, которая остановилась напротив. Рома хотел было закатить глаза, но удержался под взором Карины. — Хочешь что-то сказать? — Не навреди ему, — прошептала она, уничижительным взглядом смотря в глаза напротив и отворачиваясь. Как только дверь закрылась, Мария выдохнула и посмотрела на стоящего рядом Рому. Парень выглядел удивительно здоровым для того, кто шарахался в лесу три дня в обличии волка и забил на пищу, сон и, в целом, на жизнь. Он был занят лишь тем, чтобы найти Антон и как его вытащить из лап монстра. Женщина усмехнулась, читая мысли брюнета и понимая, что её работа будет не такая сложная, благодаря подростку. Он действительно должен подействовать.

✄✄✄

Было тепло и хорошо. Тёплая вода окутывала тело, позволяя расслабиться и насладиться приятными ощущениями. Солнце светило ему прямо в лицо, и было не страшно, что тело может раствориться и превратиться в пепел из-за ярких лучей. Хотелось просто отдохнуть и раствориться, принадлежать самому себе и ничего не ждать. — Долго лежать собираешься? — грубый, но знакомый тембр коснулся его слуха, и Антон повернулся на Рому, стоящего рядом. — Тебя уже заждались. — Как... Где мы? — спросил вампир. — В раю, — усмехнулся Рома. Антон забарахтался, падая в воду с головой и хватаясь за руку, что была протянута специально для него. Пятифан вытащил одноклассника из воды, опуская ладонь на талию и придерживая рядом с собой, чтобы он осмотрелся. Большое чистое озеро с ярко-голубой водой, а вокруг высокие деревья с ярко-зелеными листьями и растущими яблоками на ветках. Ослепительное солнце, которое светило прямо на парней и делилось своим теплом. Щебетание птиц и белок слышалось где-то неподалёку, а мимо деревьев вовсе проскакивали оленята. — Ты не шутишь? — хихикнул вампир, оглядываясь на Пятифана. Он остановился, смотря на яркую улыбку на ровном лице, его ореховые глаза, что светились на солнце, и завивающиеся тёмные локоны. Такой живой и яркий, без своего угрюмого образа. Рома был прекрасен. Он осторожно убрал свою ладонь с чужой талии и повернулся к Антону, проводя ладонями по белоснежным волосам, зачесывая их назад. Их лбы соприкоснулись друг с другом, когда оборотень вновь устало улыбнулся и погладил чужую поясницу. — Хватит, Антон, — тихо заговорил он. — Хватит мучить себя. — Что? — Выберись из собственных иллюзий и вернись в реальность. — Но... Я не хочу, — дрожащим голосом заговорил он. — Я хочу быть здесь, с тобой, где никто не сможет меня тронуть. Я устал от того, что меня пытаются сломить, когда я и так сломлен. Он устал от самого себя, что стал чистокровным вампиром и привлёк неудачи не только на себя, но и на всех, кто рядом. Устал пытаться чувствовать себя сильным и должным кому-то, чтобы доказать, что он может. Устал стараться жить. — Ты сильный, слышишь меня? — Рома взял чужое лицо в руки, проводя большими пальцами по щекам. — Ты справишься. Мы справимся. Он наклонился, проводя носом по кончику чужого носа и пальцами массажируя мочки ушей. — Побудь ещё немного со мной, прошу. Он содрогнулся всем телом, широко открывая глаза и поворачивая голову на сидящих рядом Марию и Рому в позе лотоса. Его дыхание было сбивчивым и тяжёлым, поэтому Антон постарался вдохнуть побольше кислорода, расслабляя лёгкие. Мария проснулась следом с тихим стоном, сразу же принимаясь разминать затёкшие конечности. Рома проснулся через пару минут, громко прокашливаясь и поднимая более уставший взгляд на Петрова. Он подполз к нему на коленях, поднимая ладони и после кивка белокурой головы, притянул его лицо к себе, позволяя уткнуться в ложбинку между плечом и шеей. Антон удивился, что Рома вообще оказался здесь и остался, чтобы помочь вернуть Петрова в реальность, а сейчас и вовсе оказывал неожиданную и неприемлемую для парня тактильность. Блондин поглубже вдохнул запах яблочных сигарет и прижался к Пятифану, дрожащими руками обвивая его крепкое, но исхудавшее тело. Глазами он нашёл Марию, которая смотрела на него с лёгкой улыбкой на лице и плавно кивнул ей, на что получил ответный кивок, и закрыл глаза, отдаваясь рукам Ромы. Единственным рукам, которые были для него приятны.

✄✄✄

— Так, значит, я почти человек, но я всё ещё вампир? — заговорил Петров, слизывая вытекшую с оторванного края пакета кровь. Он вырубился после того, как вернулся в реальность с Ромой и проспал до раннего утра — привычка вампира. Обнаружив спящего Пятифана рядом, он не стал будить парня и предельно тихо поднялся с постели, спускаясь на кухню, где была Джо. Она искала пакеты с кровью, которые они притащили в дом Харитона, чтобы прожить на что-то несколько дней. — Получается, — кивнула Джозефина, ставя перед Антоном оладьи, которые подавала уже третьей порцией. — Человеческую еду ты уплетаешь за обе щеки, но кровь нужна для регенерации. — Как такое могло произойти? — спросил он, благодаря за еду и поднимаясь со стула, чтобы выбросить пустой пакетик. — Чары Алисы, не более, — выдохнула женщина, мешая ложкой в кружке с зелёным чаем, который Антон мог пить, даже будучи вампиром. — Видимо, она тоже присутствовала в гараже, но успела уйти до того, как мы обнаружили вас. — Она так легко позволила спасти меня, — нахмурился блондин, отпивая немного чая. — И почему она сделала меня человеком? Когда мы впервые встретились, она хотела использовать меня лишь как вампира, чтобы отомстить тем, кто не принимает чистокровных. Джо пожала плечами, занимая рот трубочкой, вставленной в такой же пакет с кровью. Ей самой было непонятно, чем думала Алиса, и какие планы она строила на Антона, издеваясь над ним до такого состояния. Сейчас Петров выглядел более здоровым, хотя бы огромные круги под глазами пропали и губы перестали быть похожими на кровавое месиво, обретая вид аккуратных, достаточно тонких губ с алым цветом. Ресницы больше не дрожали, а взгляд был уверенным, словно Антон вернулся к тому, с чего начинал. Единственное, что мучало Джозефину — бинты на шее Антона и то, что скрывается под ними. Она знала, что шрамы пропадут, если Антон полностью восстановится и его регенерация заработает, но сейчас, когда парень превратился в человека, всё стало непредсказуемым. — Антон, как твои раны? — всё же спросила Джо, улыбнувшись одним уголком губ. — Я не чувствую боли, — пробурчал с набитым ртом Петров, пожимая плечами. — Но я ощущаю то, насколько вспотел. Можешь, пожалуйста, снять эти тряпки? — Конечно, — хихикнула женщина, быстро, но осторожно приближаясь к мальчику и начиная аккуратно снимать слегка влажные бинты. — Антон, ты же понимаешь, что... — Шрамы, да. — С этим всё в порядке? — Мне всё равно, — вздохнул он, чувствуя, как старается Джо, чтобы не задеть его голую кожу. — Но я не могу ощущать чужие прикосновения, ты сама знаешь. Если кто-то скажет что-то против них, то... — Я их убью, — проворчала Карина, вовремя зашедшая на кухню. — Какого хрена вы разорались на кухне с утра пораньше? — С добрым утром, — улыбнулся Антон, наблюдая за матерью. В голове моментально всплыли моменты с Кариной, когда она ласково держала голову Антона и плакала над его лицом, умывая своими слезами. Карина все эти четыре дня много стрессовала, поэтому тоже заметно похудела. Вместо щёк у нее прорезались скулы, а руки казались ещё тоньше, чем раньше. Блондин прикусил внутреннюю часть губы, ощущая маленькую вину за то, что заставил всех знатно поволноваться и помучиться. Хотя Антон всё равно выглядел хуже всех, что нельзя было не заметить. Это определенно не льстило. — Где Рома? — поинтересовалась она, задевая этим вопросом сына. — А про моё состояние ты спросить не хочешь?! — После того, как ты пришёл в себя, Мария доложила мне обо всём. Тем более, сейчас я вижу тебя в полном здравии, а этот блохастый комок шерсти где-то опять пропадает. — Он сильно устал и спит, — как-то смущённо, даже неловко пробубнил Антон, отхлебывая свой чай. — Мария сказала, что они четыре часа сидели надо мной, хотя мне показалось это пятиминутным делом. — Конечно, ты ведь себя со стороны не видел, — хихикнула Джо, всё ещё разматываясь бинты. — Так что у вас с Пятифаном теперь? Лицо подростка моментально залилось смущением, окрашивая щёки и уши в ярко-розовый цвет. Не то, чтобы ему было стыдно обсуждать это с Джо, но когда на кухне находилась Карина, всё становилось сложным. Джозефина засмеялась с реакции ребёнка и потрепала его белые волосы, в то время как Карина хмыкнула и показательно отвернулась, как будто специально не слушая их диалог. — Не знаю. Наверное, мы друзья? — снова пробурчал он себе под нос, получая новую порцию смеха Джо. — Ну а что?! Я вообще не профи в таких вещах. — Милый, позволь Роме сделать первые шаги, а потом действуй сам, — подмигнула Джо, снимая все бинты с тела Антона и хмуря брови. Карина украдкой подглядела, чтобы сильно не смущать сына, но тоже нахмурилась, отворачиваясь обратно. — Сначала мы посмотрим на его реакцию, а потом решим, что с ним делать...

✄✄✄

Рома поднялся с постели, ощущая сильное головокружение, которое сопровождалось выкручиванием всего желудка. Он вышел из комнаты и быстро спустился в туалет, буквально врываясь в него и падая к унитазу. Свешивая голову вниз, он благополучно очистил свой желудок пару раз и поднялся на дрожащие ноги, ковыляя к раковине. Смотреть на своё отражение не хотелось от слова совсем, но сквозь отвращение Пятифан поднял взгляд на самого себя и поморщился. Обкусанные губы, большие синяки под глазами и выраженные скулы говорили о больном виде парня, вызывающего жалость и желание помочь. Рома ненавидел себя за такой вид, потому что терпеть не мог жалость. Он промыл лицо холодной водой, стараясь подольше продержать лицо в мёрзлых ладонях и почистил зубы. Подойдя к ванне, Пятифан быстро стянул с себя вещи и включил душ, вставая под прохладные струи воды, которые лучше всего приводили его в чувства, но долго продержаться не смог. Вымыв грязные волосы с потным телом, Рома вылез из ванны и достал из шкафа заранее подготовленные футболки, которые Полина частенько оставляла там, потому что когда Бяша ночевал у них, то надевать ему было нечего. И, чтобы не смущать друга, она откопала старые вещи Харитона и постирала их, сразу же складывая в шкаф ради Бяши. Полина была самой ответственной из всей стаи, что и следовало ожидать от внучки старейшины. Выползая из уборной, Рома поплелся на кухню, откуда доносились голоса. Хоть ему и не хотелось пересекаться с кем-либо, но дать знать о своём состоянии надо было. Заходя туда, первым делом он взглянул на Карину, сидящую прямо напротив Ромы. Она выглядела лучше, чем парень мог себе представлять, хотя ночью он мог утверждать обратное. Вторым оказался Бяша, стоящий у раковины и промывающий после себя посуду, но, кажется, что все воспользовались этим моментом и накидали ему ещё посуды. Потом была Джо с довольным лицом, стоящая рядом с Кариной. Пятифан не мог понять в какой момент, но эта женщина стала надоедать ему своим всезнающим взглядом. Последним оказался Антон, который сидел у входа в кухню, почти рядом с Пятифаном, и смотрел на него своими голубыми глазами. Вампир выглядел намного лучше, чем ночью, но ореховые глаза зацепились за нескрываемые пластырями ссадины на лице. — Что это? — прохрипел Рома, протягивая руку к чужому лицу, и кончиками пальцев касаясь ран. — Почему они не зажили? — Потому что моя регенерация ослабла, — тихо ответил Антон, не сводя взгляд с лица напротив. — Они останутся до того, пока я снова не стану полноценным вампиром. Пятифан промычал, опуская ладонь к шее и оглаживая пальцами проженную кожу в виде цепи, которая слишком отчётливо получилась. Его брови нахмурились, ведь Рома представить не мог, насколько больно было Антону, если Вова оставил такую роспись. Он уже и представить не мог, насколько был сломан Антон, чтобы сидеть здесь и улыбаться всем, а внутри ощущать всё, что произошло с ним в гараже. — Сегодня должны прийти наши родственники, — прочистила горло Джозефина, складывая руки на груди. — Вам надо привести себя в порядок. — Мы уже в порядке, — повернулся к ней Петров, пожимая плечами. К слову, он выглядел как побитая собака, если не хуже. Его белоснежные волосы были в полном беспорядке, потому что Матюхин постарался и показал свой талант парикмахера. Ужасные шрамы, бросающиеся в глаза, нужно было чем-то прикрыть, чтобы не травмировать остальных и не давать поводов для неудобных расспросов, даже если Джо всё им расскажет. В отличие от Антона, Рома выглядел получше, но, даже он был похож на живой труп. Его слегка смуглая кожа отливала желтоватым оттенком, что уже говорило о явном нарушение в организме, и резкое похудение, которое тоже не могло пройти мимо глаз. Пятифан сам по себе был крепким по массе, но сейчас выглядел как шарик, который сдулся. — Нет, вы далеко не в порядке, — усмехнулась Карина. — И, Антон, у тебя остались дела. — А-а, — обречённо протянул парень, возвращая глаза на Рому. — Ты, случайно, девочек не видел? — Что-то опять случилось? — снова нахмурились брови оборотня. — Мне надо показаться им... Ну, шрамы и всё такое... — На втором этаже, — вздохнул Пятифан, делая шаг назад, когда вампир начал подниматься с места. Он заметил беспокойство на лице одноклассника и понимал, что Антон чересчур сильно волнуется без повода. Девочки не те, кто сможет тыкать его мордой в проблемы, заставляя ещё больше загоняться. Но Рома знал, что блондину всё равно будет тяжело.— Мне пойти с тобой? Все присутствующие на кухне резко повернулись к ним, внимательно наблюдая за парнями. Даже Бяша выключил воду, с загадочным видом протирая руки полотенцем. Бяша, кстати, самый первый спустился на кухню и оказался самым первым, кто увидел Антона без бинтов. Бурят сам по себе впечатлительный, но на тот момент парень равнодушным взглядом осматривал его шрамы, чтобы не задеть Антона своими ненужными эмоциями. И даже когда Бяша под конец осмотра из-за собственной злости случайно разбил кружку, Петров всё равно был ему благодарен. Сейчас, осматривая ровное лицо Ромы, но понимая все его эмоции, скрывающиеся за маской безразличия, Антон хрупко улыбнулся и мимолётно опустил взгляд на его бледные губы. — Ты меня совсем за беспомощного принимаешь? Останься здесь и займись тем, чтобы заполнить свой желудок на неделю вперёд, а то я не могу смотреть на то, как ты ломаешься, — усмехнулся он, разворачиваясь на пятках и быстро удаляясь с кухни. Паутина тишины снова воцарилась в помещении, не позволяя даже дышать. Пятифан стоял как вкопанный, смотря прямо перед собой, на то место, где только что стоял Антон и смотрел на его губы. Антон, которого до этого момента в дрожь бросало от смущения, оказавшись лицом к лицу с Пятифаном стоял и пялился на него. — Это только что был флирт, на? — тихо спросил Бяша, разрубая приятную тишину. — Он самый, — пробубнила Джо, отпивая чай у Карины. Рома бросил на них самый уничижительным взгляд, который мог выдавить из себя, но никто даже не подумал испугаться, потому что покрасневшие уши выдавали его с поличным.

✄✄✄

Антон выдохнул, останавливаясь на пороге комнаты, в которой спали девочки. Полина и Катя должны были уже давно проснуться, потому что он знает, что девушки завели себе специальный режим сна, но удивляло то, что никто из них ещё не выходил из комнаты. Петров помялся у входа, в порыве нервности поднимая пальцы к шее и с нажимом проводя по неровной коже. Боли не было, но какие-то отголоски неприятного ощущения накрывали волной раздражения. Убирая руку от шеи, он тихо постучался в дверь и почти сразу услышал хриплый голос, вероятно, принадлежавший Кате, доносящийся по ту стороны двери. Он толкнул дверь от себя, неуверенно перешагивая порог, закрывая за собой дверь и только после этого поворачиваясь лицом к девочкам, лежащим на постели. Полина лежала лицом в подушку, скорее, даже спала, а Катя, только-только проснувшаяся, приподняла голову с подушки, чтобы осмотреть Антона. — Разбудил? — тихо спросил парень, подходя ближе и засовывая руки в карманы свободных штанов. — Я думал, что у вас режим, а тут самое настоящее сонное царство. — Долгая ночь, — пробубнила в ответ Катя, наблюдая за Антоном. — Ты зачем пришёл? — Да так... Он остановился рядом с Полиной, рассматривая её высунутую голову из под одеяла и улыбнулся уголками губ. Катя бросила на него осторжный взгляд, и только спустя минуту парень услышал её тяжелый вздох, слетевший с губ. Она приподнялась с места, принимая сидячее положение, чтобы получше разглядеть лицо и шею одноклассника, покрытые шрамами. Катя не была той, кого Антон считал близкой, но она была с Полиной, поэтому Петров принимал её и пытался доверять. Он не знал её так, как знали ребята, но видел, что Рома иногда старается не замечать её и терпит только из-за Полины, поэтому сам не мог разобраться с тем, как воспринимать Смирнову. В некоторых моментах она действительно не была близка к ним по сущности, ведь была единственным и полноценным человеком, и это сильно ощущалось физически, когда Бяше приходилось каждый раз тащить Катьку на своём волчьем горбу. Но даже не смотря на это, она старалась всегда находиться рядом и закрывать глаза на парней, выделяя для себя лишь Полину. — Только не говори, что я теперь не красавчик, — хмыкнул Антон, присаживаясь на край кровати. — Я никогда не говорила, что ты красавчик... Но ты всё равно неплох, даже с этой дурацкой причёской. — О, подожди, кажется моё сердце не выдержит комплимента от тебя. — Да пошёл ты, Петров! — недовольно фыркнула она, заставляя одноклассника засмеяться. — Ну, а если серьезно, то как ты? Он хмыкнул, отводя взгляд и плавно кивая головой, не давая определённо ответа. Антон и сам не понимает, что сейчас ощущает, но старается настроиться на весёлый лад, чтобы не потерять себя в ненужных воспоминаниях ещё больше. Он не может снова пытаться удалить эти моменты из своей головы, потому что Алиса всё равно будет напоминать ему это во снах, а может и вовсе лично придёт, и уже тогда Петрову будет ещё хуже, чем сейчас. — Ну что, пора будить Полину? Вам всё равно скоро вставать, а мне ещё надо показать ей... — Она не спит, — хмыкнула Катя, и Антон резко поднялся с места, опуская взгляд на открытые глаза подруги, которые высовывались из под одеяла. — Мы думали тебя разыграть, но не ожидали, что ты придёшь с серьезным разговором. Морозова поднялась с постели, подходя к однокласснику и протягивая руки к нему, но парень вздрогнул, делая шаг назад. Она поджала губы, опуская руки и натягивая уголки губ, чтобы на её грустном лице показалась маленькая улыбка. — Прости, что мы опоздали, — прошептала она, опуская глаза к шее парня. Если Бяша с Ромой выглядели не удивлённо, то девочки выглядели пиздец как удивлённо, потому что их взгляд снова навевал воспоминания. — Вы не виноваты, — отвёл взгляд Антон, поднимая руку и осторожно кладя её на худое плечо подруги. — Спасибо, что понимаете и поддерживаете. — Ещё бы не понимали! — фыркнула она, улыбаясь шире и уходя обратно к постели, где всё ещё лежала Катя. — Вставай, а то не успеем собраться! — Куда нам спешить? — проныла девушка, прикрывая зевающий рот ладошкой. — Сегодня к нам приедет стая Тихона. — Тихон? — вскинул бровь блондин. Ему было незнакомо это имя, даже от Ромки не слышал, поэтому стало интересно. — Не знаю, могу ли я говорить это тебе, но это стая одного мужчины, который является дядей для Ромки, — ответила Полина. — Но если он спросит, то ты ничего не знаешь! Антон задумчиво промычал, отводя взгляд в никуда и пытаясь понять, почему Рома не поделился с ним этой новостью. У них не было времени ночью, но он мог передать эти слова мысленно. Пусть их связь и нарушилась, но Петров всё ещё чувствовал отголоски бьющегося сердца оборотня и его присутствие.

✄✄✄

Вечер наступил тогда, когда к ним в дом начали стучаться. Полина, одетая в чёрное платье, которое подчёркивало её стройную фигуру, открыла дверь и с громким смехом запустила стаю Тихона в дом. Мужчина на первый взгляд был беспечным весельчаком, но как только на его глазах показался Антон, он затих, стараясь войти в положение. Джозефина попросила его не бояться подростка и не испытывать стыд за веселье, ведь Антона это реально бесило — что все пытаются войти в его положение. Тихон на это лишь кивнул и улыбнулся Петрову, получая в ответ маленькую улыбку. Следующий стук в дверь обозначал приход родственников Джо, которая побежала открывать дверь. Она выглядела чересчур радостной, но ошарашило то, что Карина разделяла её веселье, с радостным смехом встречая всех проходящих в дом вампиров. Среди них не было чистокровных, но зато они все почувствовали Антона и пытались не подавать признаков удивления его сущности, потому что их заранее придупредила Джо. Олю сразу же передали в руки тетям — сёстрам Джозефины, которые с радостью приняли её и сидели весь вечер рядом, рассматривая её новых кукол и заплетая косички. Антон в последний раз оглядел свой прикид в зеркало, отмечая, что чёрная рубашка почти сливается с ранами на шее, а за запястье он не волновался, так как всё равно забинтовал их. Карина скептично следила за ним во время этого дела, но сын только выдохнул и жалостливо посмотреть на мать, как бы умоляя оставить хотя бы запястья закрытыми, на что женщина кивнула. На выходе из комнаты он случайно увидел Бяшу, стоящего с какой-то девочкой из стаи Тихона. Это действительно выглядело немного интимно и странно, учитывая, что парочка решила скрыться от всех на втором этаже. Бурят выглядел весёлым и довольным, когда рассказывал о чём-то и активно жестикулировал руками. Антон вскинул бровь, когда друг заметил его и подавился воздухом, обращая взор девушки на белокурого. — Э-э-это Ира, на! — заикаясь, сказал Бяша, когда вампир подошёл ближе. — Привет, — улыбнулась светловолосая девочка, кивая Антону. — Я наслышана о тебе. — Привет, — медленно кивнул в ответ Петров, стараясь не засмеяться от абсурдности ситуации. — Мне льстит, что про меня ходят истории, но про тебя я, к сожалению, даже от лучшего друга не слышал... — Л-лучший друг, на... — пробубнил себе под нос Бяша, слишком тронутый этими словами. — Я простая девчонка из стаи дяди Тихона, — отмахнулась она, заправляя прядь волос за ухо. — Мы с Бяшей дружим не так долго, как можно представить, поэтому я понимаю, почему он не рассказывал. Антон улыбнулся на это и решил оставить ребят наедине, чтобы бурят мог успокоиться и поговорить с "подругой". У него ещё будет время расспросить друга обо всём, что тот скрывал. Петров даже как-то загрустил, наблюдая за Бяшей, который пытается завести себе девушку, а ведь в их первую встречу он бубнил, что всегда будет один. Раз Бяша вырос, то и ему пора. Блондин спустился в гостиную, где сидело большое количество мужчин и смотрели телевизор, по которому шёл футбол. Антон привлёк внимание Бориса и заметил, как на ровном лице мужчины расцветает мягкая улыбка, заставляя улыбнуться в ответ. Харитон, сидящий неподалёку, заметил это и тоже улыбнулся, почти сразу отводя взгляд, чтобы не смущать отца с сыном за минутную слабость. Следующая его локация была кухня, где сидел противоположный пол. Женщины сразу же вытаращились на Антона, как на редкий эксклюзив, чем сильнее засмущали. Джозефина и несколько женщин засмеялись, когда бледное лицо Петрова окрасилось ярко-розовым смущением, а остальные умилились с его реакции. Оленька подбежала к брату, который подхватил её на руки и пощекотал, слышая приятный детский смех прямо под ухом. — Антон, а можно вопрос? — спросила привлекательная женщина-вампир с кудрявыми волосами. После долгожданного кивка парня, она улыбнулась и открыла рот: — По всем семьям ходит слух, что ты и оборотень вместе. Лицо подростка вновь покраснело, а Карина покачала головой, что означало — если не хочешь отвечать, не отвечай. Мария, которая знала ответ на этот вопрос лучше самого Антона, скрыла многозначащую улыбку за глотком алой жидкости и тоже повернулась на парня, наблюдая за ним. И, кажется, этот момент хорошенько ударил по его самообладанию, которое до этого держалось хорошо. Взгляды, направленные лишь на него, начали стеснять парня и заставили чувствовать себя загнанно. Оля в руках брата даже нахмурилась, ощущая неровные вдохи Антона. Шум, который до этого доносился из гостиной и других частей дома, и его прекрасно слышал парень, теперь стал давящей на мозг тишиной. Интерес, открыто направленный на Антона, заставлял больше закрыться в себе и позорно сбежать. Правда, которую он не хотел озвучивать, ведь и сам был не уверен в ней, ничем не отличалась от бреда сумасшедшего. — Антон. Чужие кончики пальцев с нажимом шершавых подушечек пробежались по пояснице и блондин, словно по команде, выдохнул, поворачиваясь к Роме. От оборотня пахло родными для Антона сигаретами и проскакивали нотки крепкого алкоголя, а это значило, что он только что вернулся с крыльца, на котором постоянно курит и попивает, пока никто не видит. Петров не мог понять почему, но сейчас он ощутил как груз с его плеч падает с громким грохотом и облегчение, лёгким трепетом окутавшее тело, позволяло двигаться дальше. — Что-то случилось? — тише спросил он, пробегаясь взглядом по всему лицу вампира и стараясь поймать какой-либо сигнал, который Антон выразит эмоцией. — Стоишь тут как вкопанный, пугаешь дам. — А-а, я думал... — Анто-о-он! — радостно вскрикнула Варя, забегая в кухню следом за Ромкой и прыгая на друга. Пятифан вовремя перехватил маленькую Олю к себе на руки, шепча ей на ухо о том, что Варя неадекватная, и после этого улыбаясь заразительному смеху Оли. Вампир поймал подругу, удивляясь такой тактильности со стороны мало тактильной Вари, но после понимая, в чём дело. От девушки шёл шлейф алкоголя, которым её напоили женщины, а если быть точнее, то это была Мария, потому что Варька сидела прямо напротив женщины, и они вместе пили вино. — Антон, ты не ответил, — вновь заговорила та вампирша, привлекая внимание. — Или мне лучше спросить у Ромы? — Спрашивайте, — сразу же ответил Пятифан, удобнее беря Олю на руки. — Ты и Антон состоите в отношениях или это просто цирк? Карина нахмурилась, бросая холодный взгляд на родственницу, но та специально не поворачивалась к ней, устремляя свой взор лишь на парней. Варя в руках Петрова тоже завозилась, поворачиваясь к женщине и уже собираясь открыть рот, но Рома её перебил. — Наши отношения не должны Вас касаться, — пожал плечами он, хмыкая. — Но если действительно интересно, то да. Карина поперхнулась, случайно брызгая алой жидкостью на Джозефину и оборачиваясь на Рому, улыбающегося исподлобья. — Но я слышала, что у тебя есть девушка со стаи Александра, — вклинилась другая женщина, которая являлась членом стаи Харитона. — Это слухи, — отмахнулся парень, поворачивая голову к Петрову и вскидывая бровь. — Дорогой, они не верят в наши крепкие отношения. Варя буквально держала дрожащее от возмущения, смущения и стыда тело Антона, который с широко раскрытыми глазами смотрел в ответ на Рому. Он был готов прямо сейчас выкопать огромную яму во дворе собственного дома и закопать Пятифана заживо, чтобы каждый день приходить на это место и поливать землю. Оборачиваясь на женщин, он заметил, что все смотрят на него и поджал губы, производя глубокий и сложный мыслительный процесс, выбирая какую позицию ему занять. Вроде бы и отказаться хотелось, потому что изначально Ромка сам испугался такого исхода и сильно отдалился от Антона, но сейчас брюнет сам шёл на это, прекрасно осознавая последствия. — Милый, ты ведь знаешь, что нам не нужны подтверждения, — криво улыбнулся Антон натянутой улыбкой и заметил, насколько сильно дёргается глаз Ромы. Теперь настала очередь Джо выплюнуть содержимое во рту на лицо Карины и получить за это сильный подзатыльник, так ещё и предательский смех Марии, которая получала удовольствие от всей этой ситуации и веселилась, зная истину. — Ладно, мы поняли! — возмущённо проговорила Карина, вытирая испачканное лицо тряпкой. — Валите, пока я вас не поубивала! Все трое вместе с Олей под прицелом быстро ретировались с кухни на улицу, где стояли несколько мальчиков со стаи Тихона. Антон вдруг вспомнил, что он не спросил у Пятифана насчёт дяди, да и, в принципе, не поговорил с ним обо всём, что успело произойти. Рома выглядел чересчур спокойным для того, кто тоже настрадался и почти открылся Антону, которого неделю назад не ставил ни во что. Он отмахнулся от Ани, которая всё ещё думала, что они в отношениях, и выбрал вампира, который испортил ему жизнь и уже даже не полностью вампир. Петров действительно не понимал, что творится в этой волчьей голове, и почему Рома так быстро меняет своё мнение, делая больно Антону и остальным, кто ему близок. — Ромыч, на, — крикнул бурят, выходя из дома вместе с Ирой, Полиной и Катей. — Вы куда путь держите? — Нас выгнали оттуда, — пожал плечами Пятифан, передавая Олю Полине и Кате. — Им не понравилось, что мы наконец признались. — Кому, на? — Что они пидорасы, — икнула Варя, стараясь собрать глаза в кучку. Антон громко хлопнул себя по лицу, а Бяша заверещал, и со смехом это было трудно сравнить. Полина с Катей и Ирой косо на них посмотрели, закрывая уши маленькой Оле, а Рома достал сигарету и закурил, потому что вывозить эту компанию сил не было. — Нет, а если серьёзно, на? — хихикнул бурят, вытирая слёзы с глаз. Рома бросил на Варю многозначный взгляд, на что она кивнула и закрыла рот. — Варька, тупо ты шутишь. Пошлите, короче, прогуляемся, на. — Куда? — вздохнул Антон, поднося руку к волосам, чтобы по привычке потянуть себя за чёлку, но вместо длинной пряди он наткнулся на ровно обрезанную прядку. Кристина — родственница Джозефины, — хорошо владеющая ножницами, аккуратно подстригла Антона, подрезая неровно отрезанные прядки. Подросток не согласился на короткую стрижку и пришлось оставить лёгкий беспорядок на белоснежных волосах, но это более, чем устраивало. Тем более, наконец-то стали видны голубые глаза Антона, что не могло не радовать окружающих. Бяша так вообще поплыл, когда увидел новый образ лучшего друга. — Куда-нибудь, на. И пошли они куда глядят глаза. Сначала шли все вместе, обговаривая школьные годы и приближающиеся экзамены, которые все будут сдавать «с Божьей помощью», хотя вряд ли они в него верят. Оля восторженно делилась моментами из своей школьной жизни, и каждый успел позавидовать возрасту девочки, потому что они тоже хотят проживать такие беспечные деньки. Позже они уже разделились по парам: Катя разговорилась с Варей, а Полину заинтересовала новая подружка Бяши, которая взялась из ниоткуда. Сам Бяша шёл с парнями, тихо разговаривая об их состоянии и получив положительные ответы, побежал за Олей, которая устала от медленно темпа подростков. Антон улыбнулся, наблюдая за ними и перевёл взгляд на Рому, идущего рядом. Его скулы всё ещё были отчётливо видны, но постепенно сглаживались, превращаясь в щёки здорового человека. Тёмные брови не были нахмурены, поэтому лицо выражало умиротворение, которое Антон так долго дожидался от Пятифана. Рома выглядел взрослым, хотя исполнялось ему всего семнадцать. Для такого маленького возраста он успел повидать слишком много говна в этой жизни, но Антон не мог винить его в этом, даже если сам Антон страдал от действий оборотня. Рома был сломан так же, как и Антон, просто он уже успел привыкнуть скрывать и прятать это за закрытой дверью, которую никому и никогда не откроет. — Пялишься, — сказал Пятифан, краем глаза замечая взгляд Антона. — Прекрати это. — Что? — выдохнул Петров, не отворачиваясь. — Думать. Я чувствую, как кипит твой мозг. — Неудивительно, я же ведь почти живой. Рома улыбнулся уголком губ, вздыхая и закидывая руку на плечо одноклассника, чтобы притянуть его ближе. — О чём ты думаешь? — О том, что ты слишком выебистый для того, кому нужна помощь, — фыркнул Антон, вдыхая запах яблочных сигарет. — Почему ты думаешь, что мне нужна помощь? — Потому что я знаю, какого это, когда ты проглатываешь обиду, вместо того, чтобы поговорить, — блондин пожал плечами, рассматривая уходящих ребят, которых они позже догонят. — Твоё мнение меняется слишком быстро, и я не понимаю ход твоих мыслей. Сначала ты избегаешь меня, а теперь, при взрослых, ты говоришь о нас. — Разве ты не должен радоваться? — Чему? Что ты поигрался с Аней, теперь пытаешься поиграться со мной, а в конце уйдёшь, ничего не сказав? — Разве я смогу уйти от тебя? — хмыкнул брюнет и обернулся, перехваченный рукой Петрова. Рома поднял взгляд в голубые глаза и заметил, как расширяются зрачки вампира. Чёрный цвет медленно расползался по голубому, заставляя залипнуть на этом. Рома был готов залипнуть на Антоне на долгие часы, потому что этот полу-человек и полу-вампир был единственным, кому Пятифан готов уделять внимание и интерес. — Ты можешь поговорить со мной, — пробубнил Антон, поворачиваясь в ответ. Они остановились под одиноко мигающим фонарём, который нагонял ещё больше грусти. — Ты узнал все мои тайны, поэтому я хочу получить что-то взамен. — Это уже жадность, дорогой, — усмехнулся Рома, опуская глаза на уровень кровавых губ и непроизвольно выдыхая, чтобы воздух прошёлся по ним. — Придётся делиться, милый. Он выдохнул в ответ, когда чужие губы грубо накрыли собственные. Крепкая рука осторожно опустилась на затылок, а вторая покоилась на пояснице, но Антон не отворачивался от касаний, а наоборот, подставлялся сильнее. Он открывал рот, позволяя горячему языку пройтись по острым клыкам и возвращался к языку Антона, слизывающему капельки крови. Их поцелуй был грубым и жадным, какими были они сами, но никто не отворачивался и не уходил от этого. Антон обмякал в руках волка, позволяя ему взять инициативу на себя и лишь схватился за широкие плечи под курткой, чтобы найти точку опоры. Мёрзлые и шершавые пальцы проникли под чёрную рубашку вампира и посчитали выпирающие рёбра, потому что белокурый не застёгивал куртку и для Ромы никаких преград в этом плане не было, а вот Антону пришлось бы постараться, чтобы не сломать замок и аккуратно опустить собачку. Петров не чувствовал холод, а вот Пятифан хорошо чувствовал свой обмерзший нос, которым уткнулся в холодную щёку Антона. Антон упустил тихий и разочарованный стон, когда Рома отстранился от его губ со звуковым сопровождением и тонкой ниточкой слюны, которая блестела на свету моргающего фонаря. Оборотень оглядел покрасневшее лицо одноклассника и заметил, что Антон выглядел опьянённым, хотя он ничего не пил и даже не ел. Рома усмехнулся, проводя большим пальцем по припухлым от поцелуя губам и склонился обратно, вновь оказываясь в плену желанных губ вампира. — Ром, — выдохнул в губы Антон, смущаясь собственной хрипотцы в голосе. — Ты... — Ребята! — громкий возглас заставил парней резко отойти друг от друга и повернуться на Катю, стоящую неподалёку от них. Антон нахмурился сильнее, ощущая её кровь, которая дрожала от страха. — Быстрее сюда! Они переглянулись и помчались за одноклассницей, которая вела их вглубь леса. Антон старался разобраться в крови Смирновой, которая была чересчур буйной и неспокойной, хотя обычно Катя старается быть в себе, даже когда боится. Он на секунду замедлился, а Пятифан вовремя обратил на него внимание, останавливаясь рядом и подходя ближе, чтобы понять, в чём дело. Катя побежала вперёд, даже не оборачиваясь на них, и скрываясь в чаще леса, откуда парни уже не могли её разглядеть. — Есть вероятность, что это не Катя, — прошептал Петров, сглатывая подкатившийся комок к горлу. — Я не чувствую никого, кроме тебя и этого существа... — Хочешь сказать, что остальные пропали? — Я не знаю, — рыкнул Антон, поднимая злой взгляд к ореховым глазам. — Но я уверен, что они в порядке. — Не будь так уверен, очкозавр, — захрюкал мерзкий голос рядом. Рома моментально оказался спереди Антона, отгораживая его своей спиной от всей опасности. Перед ними стоял кто-то, на чьем лице красовалась маска медведя, которую Антон видел у своего окна. Тело вампира окаменело, а голова опустошилась, оставляя там только воспоминания о гараже. О том, как Бабурин убивал Антона физически, используя кулаки и ноги.

«Сем, ты его так убьёшь!» — раздражённый голос Матюхина разрезал белый шум в ушах Антона.

«И пускай! Пусть страдает, ему это больше к лицу...» — хрюкнул Семён, поправляя ширинку на штанах.

— Ром, пошли... Надо уходить, срочно! — заговорил Антон, срываясь на истерический крик. — Пожалуйста, пошли! Пятифан ошарашенно посмотрел на одноклассника, ощущая его страх, который постепенно пробирался в голову к Роме, так как они чувствовали эмоции друг друга. Пятифан подрывался, чтобы сорваться с места и убежать под руку с Антоном, но он не мог уйти, пока не найдёт своих друзей, даже если это будет значить ценой жизни. — Успокойся, — прошептал Рома, укладывая дрожащую ладонь на поясницу Антона и слегка надавливая пальцами. — Это всего лишь Бабурин, которого мы с Бяшей отпинали. Тот самый, которому ты чуть ли в рот не харкал, когда он пытался задеть тебя. Вспомни, как он обосрался, когда ты дал ему отпор и больше не возвращался, потому что боялся. — Ром, прошу... — Послушай, — выдохнул Пятифан в чужие губы, наконец привлекая внимание вампира. — Он всего-навсего твой кошмар, который ты навязываешь самому себе. Он ненастоящий. Антон вздрогнул, уставившись в глаза друга и медленно отстраняясь от него. Он поднял взгляд, чтобы убедиться в словах брюнета и посмотреть вперёд, но задрожал сильнее, когда перед его глазами всё ещё стояла маска медведя, теперь уже с канцелярским ножом в руках. Рома хотел оттеснить и спрятать Антона обратно к себе за спину, но Бабурин резко двинулся вперёд, прямо на Рому, и никто не успел среагировать, когда Бабурин на всей скорости влетел в брюнета. Изо рта Пятифана вырвался приглушённый вскрик и злобное рычание, похожее на волчье, а его руки оттолкнули от себя тушу с такой силой, что Семён свалился на землю, покрытую снегом. — Сука... — выдохнул оборотень, надвигаясь на Бабурина. — Живучая тварь попалась... Он замахнулся ногой со зверской силой, сбивая носком кроссовка маску медведя и наступая на толстое лицо, от чего, вероятно, остался след обуви. Антон подавил в себе рвотный рефлекс и закрыл глаза, когда из под кроссовка прыснула кровь, а крики Бабурина стихли, в то время как звуки побоев Ромы стали громче. Это продолжалось долго. А может и нет. Но Антон всё ещё слышал в своих ушах эхо непрятных звуков переламывающихся костей Семёна и брызги его крови, сопровождающиеся громкими воплями. Он чувствовал запах гнили, исходящий от мёртвого тела и витающий вокруг них, образовывая оболочку. — Рома! — крикнул знакомый голос собственного отца, и Антон открыл глаза, смотря на кровавое месиво, которое всё ещё терпело побои Пятифана. Он поднял взгляд выше и увидел силуэт Алисы, стоящей на высокой ветке дерева, что наблюдала за всем. — Остановись! Он резко повернулся с пугающей гримасой злости и хотел было напасть на приближающегося, но упал на колени и сильно прижал ладонь к животу, на котором красовалось кровавое пятно. Антон резко повернул голову к другу и вмиг ощутил себя невесомым, на скорости вампира добираясь до Пятифана, падая на колени рядом и прижимая ладонь к чужой, чтобы постараться остановить. — Ром? — дрожащий голос блондина привлёк внимание оборотня, и он поднял ореховые глаза, которые не были его родными. Это были глаза волка, смотрящие на него с яростью и злобой, присущей только ему. Антон ощутил новый страх, охвативший его тело и попытался отстраниться, но рука Ромы, держащая за талию, не дала ему это сделать. Волк нашёл самый уязвимый момент, когда он сможет подобраться ближе и занять место хозяина в его теле. — Ебучий слабак, — низким басом прорычал волк в лицо Петрова. — Ты даже себя не смог защитить, но претендуешь на него?! Ты недостоин его. — Н-нет, — всхлипнул Антон. — Прости, пожалуйста, я... Мы же только... — Поздно, Антоша, — вновь рыкнул он. — Я давал тебе время на то, чтобы сблизиться с Ромой, но ты не оправдал мои ожидания. Я готов был сожрать его ещё тогда, когда он бегал три дня в лесу, с головой погружённый в твои поиски, но он попросил подождать, пока не найдёт тебя. Теперь Рома не хозяин этого тела и вряд ли он вернётся. Он резко поднялся на ноги, превращаясь в огромного, чёрного волка, который красными глазами смотрел на Антона и злобно рычал, обдавая горячим дыханием бледное лицо. Вампир всё ещё оставался на месте даже тогда, когда волк уходил прочь, а с его раненого бока капала кровь. Он не двигался даже тогда, когда вокруг него собрались взрослые, а труп Семёна разрывали на куски стая Тихона. Антон равнодушно посмотрел на ребят и на Катю в полном здравии, которые обеспокоенно подошли к нему. Он поднялся с места, стараясь не привлечь ничьё внимание и в одиночестве вернулся в родной дом семьи Петровых, закрываясь в своей собственной комнате. — «Я же говорила, что ты потеряешь всех, кто захочет быть рядом». — Закрой пасть, — прорычал Антон, хватаясь за неровные волосы. — Я убью тебя и всех, кем ты управляешь. — «Хорошо, Антон, я буду ждать, ведь я уже сдвинула твой рычаг тормоза».