Кровные узы

Что из себя представляют главы мафий? Чёрствые, побитые жизнью и суровые мужчины. Те, кого не колышет ничего, кроме бизнеса и денег. Стойкие, твёрдые и острые на язык люди. Но почему Чонгук сейчас выглядит таким напуганным? Его серьёзная и напускная уверенность, упала куда-то на пол, когда он заметил заходящего в кабинет Тэхёна, держащего телохранителя на мушке. Этот темноволосый парень был прекрасен. Его выражение лица сосредоточенно, а улыбка слегка скривилась в наглой ухмылке. Казалось, он наслаждался своим представлением и ошарашенным лицом брата. Чону казалось, что он забыл родную речь. Из мыслей пропали все слова, кроме одного. "Потрясающий" — вторил себе младший мысленно. Тэхён что-то спросил, но Гук не смог разобрать даже отрывок фразы, поэтому, прочищая горло, наконец спросил. — Что? — Поболтаем? — повторил своё предложение Ким. — Сначала отпусти моего телохранителя, — попросил Чон, совершенно неуверенный, что брат выполнит просьбу. Но, к его удивлению, Тэ кивнул и опустил оружие, следом похлопывая охранника по плечу. — Прошу прощения, — извинился старший, слегка нагибаясь в поклоне. Мужчина повернулся к парню и улыбнулся. — Несмотря ни на что, я рад Вас видеть, господин, — честно признался мужчина и ответив на поклон, скрылся за дверью. Теперь в комнате остались только они. Чонгук словно почувствовал, как воздух между ними наэлектризовался. Ещё немного и в разные стороны посыплется ворох искр. Тэхён шагнул к Чону и склонил голову вбок. — Решил всё-таки вернуться? А как же мафиозные разборки? — всё ещё двигаясь к младшему, спросил Тэ. — Почти всё.. решилось.. и я.. да, решил вернуться, — запинаясь, ответил Чон. Ким был словно хищник, кружащий над своей жертвой. Он медленно и чертовски спокойно двигался к цели, пугая Чона, словно загнанное в угол животное. И Тэ действительно этим наслаждался. Отбрасывая остальные критерии, перед ним сейчас важная мафиозная шишка, которая вздрагивает от каждого действия темноволосого, смиренно ожидая своей участи. Губы доктора расплылись в ещё более наглой и широкой ухмылке. Гук неловко откашлялся и спросил. — З-зачем ты пришёл? Тэхён наигранно глянул в потолок, изображая задумчивость. — Даже не знаю. Разве у меня нет причин посетить родной дом? Тон старшего заставлял Чонгука сглатывать вновь появляющиеся комки в горле. Во рту пересохло, а в ушах с грохотом отдавалось биение сердца. — Тогда скажи, что тебе нужно, — чуть осмелев потребовал Гук. Теперь Тэхён улыбнулся во все зубы и кивнул. — Как пожелаете, господин Чон. Теперь Тэ стоял прямо перед лицом Чонгука. Его горячее дыхание опаляло щёку младшего и он обессиленно повалился обратно в кресло, теряя зрительный контакт с фигурой брата. Ким склонился к Чону и упёрся руками в подлокотники стульев. — Но помни, что ты сам попросил меня об этом, — угрожающе предупредил Тэ, наконец стирая все свои сомнения. Темноволосый забрал из обмякших рук младшего оружие и отодвинулся. Наставляя дуло своего пистолета на шокированное лицо брата, Тэ потребовал. — Встань. Неожиданно для самого себя Чон подскочил, будто заводная игрушка. Ноги сами вытолкнули его из кресла, заставляя смиренно подчиняться приказу. — Здесь есть наручники? — спросил доктор. Гук кивнул и достал из второго ящика металлические оковы. Темноволосый забрал предмет и с интересом рассмотрел его. — Вытяни руки, — новый приказ уже более нетерпеливый и требовательный. И снова слепое повиновение. Руки младшего машинально двинулись вперёд, предоставляя полный доступ. Ким сковал одно из запястий, а затем помедлил. Снова угрожая оружием, парень выдал новые действия. — Сними пиджак и рубашку. Чонгук уже давным-давно перестал бояться оружия. Его не пугала смерть, ведь в таком бизнесе она всегда следовала по пятам. Ему даже в самых страшных ситуациях всегда удавалось сохранять нужное хладнокровие. Но что же происходит сейчас? Он трясётся, словно осиновый лист и делает всё, что ему скажут. Но ведущую роль взял не абы кто. А человек, который одним взглядом угрожал больше, чем пистолетом. Его глаза машинально заставляли ёжиться и сжиматься, желая следом спрятаться внутри себя. Чон ни за что не посмел бы что-то возразить. Парень послушно снимает указанную одежду и видит, как взгляд брата скользит по его телу. Шея, ключицы, грудь, торс. Тэхён поедает каждый участок, желая поскорее попробовать всё на вкус. Но ещё рано. Он не наигрался. Наконец заковывая вторую руку, Тэ кладёт оба пистолета на стол. В углу кабинета красовался большой и весьма удобный диван. Кивнув самому себе, Ким подошёл к нему и расслаблено уселся, давая себе небольшой отдых. — Подойди. Гук тут же подлетел, не теряя драгоценные секунды. Ему хотелось быть послушным, лишь бы этот, казалось, нереальный момент не закончился. — Встань на колени. И снова ноги отозвались быстрее, чем мозг. Конечности подкосились и Чон повалился на пол, упираясь в ковёр. Тэхён подался вперёд и взял лицо брата за подбородок, внимательно разглядывая выражение. Лицо выдавало небольшой страх и неуверенность, но в глазах пылал огонь и бушевало желание. Понимая, что их мысли сходятся, Тэхён двинулся ближе и жадно поцеловал губы Гука. Этот поцелуй сильно отличался от того, что у них был ранее. В этот раз ведёт Тэ, а Гук лишь судорожно выдыхает ему рот, ощущая, как чужой язык стучится и требует войти. Чон довольно впускает его и чувствует, как полость яростно исследуют, желая запомнить каждый уголок. Тэхён больно цепляется за волосы брата и слегка оттягивает их назад, разрывая мокрый контакт. Он осторожно спускается ниже, чмокая сначала подбородок, а затем в трепещущее на шее парня адамово яблоко. Чонгук прерывисто выдыхает от такие ласк. Его голова пуста, а тело всецело отдано в руки старшего. Вдоволь распробовав возлюбленного, Тэ отстраняется и, смотря прямо в родные глаза, начинает медленно расстёгивать свою рубашку. Чон внимательно следит за каждой пуговицей, что смиренно вылетает из петель. Ненужная и мешающая ткань полетела в угол кабинета. Гук, кажется, даже проскулил, наблюдая за этой картиной. Перед ним самый настоящий греческий Бог, что спустился на землю. Каждый участок кожи этого потрясающего парня хотелось с благоговением касаться и расцеловывать. Чон подался вперед, но рука Тэхёна резко оттянула его назад, снова зарываясь в копну волос. Ухмылка расплылась по лицу Кима. Он видел насколько сильно брат желает потрогать его, но не позволял ему исполнить своё желание. Продолжая утопать в глазах брата, Тэхён скользнул свободной рукой по телу и погладил себя, ведя конечностью сверху вниз. Он ощупывал собственную выступающую грудь, слегка торчащие костяшки ключиц и рельефные кубики пресса. Всё время внимательно наблюдая за реакцией брата. Парень свёл брови и жалобно постанывал, желая заменить ладони брата своими. Доктор вдоволь насладился страданиями младшего и наконец отпустил его волосы, дозволяя прикоснуться. Чонгук схватился за Тэ, словно за спасательный круг. Губы нетерпеливо исследовали медовую кожу, а язык собственнически пробовал вкус поверхности. Вслепую найдя один из сосков, Чон горячо выдохнул в него, а затем припал в мокром поцелуе, сладостно смакуя вершинку. Это был словно самый потрясающий десерт в его жизни. Ему казалось, что у человеческого тела не может быть такого вкуса. Такого одурманивающего и головокружительного вкуса. Тэхён запрокинул голову и прикрыл глаза, наслаждаясь ощущениями. У Гука засияли огоньки. Он не мог поверить, что доставляет удовольствие этому божеству. Его скованные руки сами потянулись к ширинке, желая открыть ещё больший доступ. Ким поднял голову и звучным шлепком остановил чужие ладони. — Используй только свой рот, — приказал брат. Чон почти рыкнул, но принялся неуклюже мусолить ширинку брюк. Неприятная пуговица клацала по зубам, но всё же сдалась под безмолвными молитвами Чона. Следом Гук подхватил губами застёжку молнии и потянул её вниз, верхний срез штанов разъехался в стороны, показывая находящиеся под ним чёрные боксеры. Тэхён сжалился над братом и слегка приподнялся, чтобы тот мог спустить ткань вниз. Не желая больше терять времени, Чон вцепился в выступающий бугорок темноволосого, заставляя бельё неприятно мокнуть. Горячий рот младшего слишком хорошо ощущался на крайней плоти и Тэхён непроизвольно застонал, чем вызвал новую волну наслаждения ещё и у Чона. Он продолжал вслушиваться в эти звуки, впитывая их ушами, словно мелодию. Чонгук вонзился зубами в резинку белья и потянул её вниз. Тэхён не стал протестовать и слегка приподнял бёдра, снова помогая совершить это действие. Голая кожа ягодиц коснулась холодной поверхности дивана и Тэ слегка поёжился. Гук тут же принялся согревать партнёра, облизывая кожу вокруг причинного места, слегка покусывая выступающие части. Наконец его взгляд переместился к самой разгорячённой и напряжённой плоти. Член брата оказался весьма внушительного размера и заставлял Гука нервно сглатывать слюну. Тэ усмехнулся. — Хочешь попробовать? Чонгук удивился, когда понял, что его собственная голова часто закивала. Останавливая это действие он стыдливо отвернулся, не желая дальше видеть насмешливое лицо старшего. Но Ким резко развернул парня обратно, снова улавливая его взгляд. — Смотри мне в глаза, — прозвучал новый приказ и Чон снова кивнул. Тэ откинулся назад, но голову держал ровно, следуя своему собственному указанию. Смотреть и видеть эту картину. Чонгук придвинулся к члену брата и медленно провёл языком по всей длине. Тело Тэ вздрогнуло, но он усиленно старался не закрывать глаза. Вид такого Гука заставлял причинный орган дёргаться и несколько капель естественной смазки выступили на поверхность головки. Чон заметил это и тут же принялся слизывать жидкость, впитывая всё в разгорячённый язык. Следом он осторожно вобрал в себя верхнюю часть ствола и слегка опустился, всасывая её в себя. Его щёки впали, а губы продолжали сильно сжимать плоть. Парень продолжил свои движения, но с каждым новым насаживанием опускался все ниже. Спустя некоторое время головка стала больно упираться в заднюю стенку горла и на глазах выступили бисеринки слёз. Но Гук словно не замечал. Ему было плевать на собственное состояние, он хотел лишь доставить удовольствие партнёру. Тэхён заметил его небольшое колебание и прошептал. — Хватит. Чон послушно выпустил член изо рта и слегка откашлялся, терпя неприятные ощущения. Тэ рывком поднялся с дивана и дёрнул брата на своё место, ставя того на колени. Младший упёрся лицом в спинку мебели и прикрыл глаза, ожидая дальнейших действий. Ким крепко прижался членом к заду брата и стал расцеловывать его рельефную спину, пока руки вслепую пытались расстегнуть ширинку одной из последних деталей одежды на младшем. Успешно завершая этот этап, Тэхён нетерпеливо сбросил брюки вместе с боксерами, отправляя их туда же, куда прежде отправилась его собственная рубашка. Старший нежно огладил открывшуюся зону Чона. Кожа была бледная и манящая. Прежде чем Тэ успел обдумать действие, его рука уже звонко впечаталась в мягкий участок ягодиц, оставляя на том чёткий отпечаток его ладони. Не желая обделять вторую половину, доктор занёс вторую руку и с небольшим усилием шлёпнул и её. Теперь зад пылал от его ударов. Кожа раскраснелась, а сам Чон прерывисто дышал. Тэхён осторожно развёл ягодицы и невесомо провёл пальцем по тугому кольцу мышц, наслаждаясь как Гук вздрагивает от этого. Чон слегка отодвинулся от предполагаемого вторжения, за что получил дополнительный шлепок в наказание. Старший снова придвинулся ближе и расположил свой член у заветного входа. Протягивая руку ко рту брата, он прошептал. — Открой рот. Младший послушался и внутрь полости вторглись чужие пальцы. — Соси. Гук втянул кожу в рот и стал медленно обсасывать поверхность, стараясь выжать из себя как можно больше слюней, понимая, для чего нужно это действие. Когда результат удовлетворил Тэхёна, он грубо выдернул руку и тут же приставил её к заднему проходу Чона. Не теряя ни секунды, он надавил подушечкой на заветное место и с силой пропихнул один из намоченных пальцев. Чонгук громко простонал и вздрогнул под таким воздействием. Но всё же не позволил себе отодвинуться. Теперь он знает, что ему так делать нельзя. Послушно вбирая в себя палец он старался поскорее привыкнуть к новым ощущениям и расслабиться. Но Тэ совсем не желал ждать, когда брат созреет. Почти следом за первым, он сунул и второй палец, обдумывая, что слюна слишком быстро испаряется. Теперь расслабиться Чону было всё труднее. Тогда доктор удивительно точно и уверенно нащупал определённую зону внутри входа. Когда один палец прошёлся по комочку нервов, Чон вскрикнул и сначала ещё туже сжал Тэ, но затем постепенно стал обмякать. Тогда старший продолжил водить по этому месту, мимолётно поддевая его. Партнёр продолжал вскрикивать, но вскоре из звуков боли они перешли в звуки наслаждения. Остальное Тэ совершенно не волновало. Новые выступающие капли смазки на его члене норовили упасть на пол, но Тэхён предусмотрительно успел раньше и размазал жидкость по всей длине органа, следом наконец приставляя его ко входу. Медленно толкаясь внутрь, он оценивал лицо возлюбленного. Тот сначала зажмурился, но после выдал тяжёлый вздох и кивнул, зная, что за ним наблюдают. Тэ постепенно двинулся ещё дальше и удовлетворённо простонал. Сначала Чон чувствовал только боль. Ему казалось, что стенки нежного места разрываются от внушающего размера старшего. Но тот понимающе медлил, стараясь всё-таки не мучать брата окончательно. Гук старательно привыкал к ощущениям и изредка кивал, когда жгучая боль наконец отступала, а горячее наслаждение подходило на смену. Когда наконец вся поверхность ствола уместилась в Чона, Тэ склонился к нему и снова поцеловал его спину, параллельно проводя по ней руками и слегка массируя мышцы. Они нетерпеливо забегали под ладонями, с благодарностью принимая массаж. Стенки входа стали постепенно расходиться, но Тэхён не спешил. Игру, которую он затеял, он сам давно проиграл, сдаваясь выражению лица Гука. Толчки он начал медленно, лишь слегка отводя бёдра. Но неожиданно, снова вглядываясь в родные глаза, он увидел, как в них пляшут смешинки. Его самообладание моментально куда-то скрылось. Тэ рывком отодвинулся от брата, а затем резко впечатался в зад младшего, разнося по кабинету звук шлепка. А следом ещё и ещё раз. К звуку их тел добавились вымученные стоны Чона. И крышу Кима снесло окончательно. Ускоряя темп, он буквально вбивался в брата, выпуская из него весь дух. Кабинет мутно плыл в глазах, заставляя темноволосого зажмуриться, чтобы сохранить остатки разума. Чон не выдержал наплыва чувств и ощущений первым. Последний и самый громкий вскрик вырвался из его горла и он обильно кончил, пачкая поверхность дивана. Мышцы внутри входа сжались, сильно воздействуя на член Тэхёна. И старший последовал за братом, изливаясь внутрь Чона. Некоторое время они оба молчали и пытались перевести дыхание. Их тела застыли, шокированные таким резким воздействием. Первым ожил Тэхён, выходя из Гука и разбавляя тишину своим голосом. — Твоя комната. Где? — Следующая дверь, — хрипло выдал собеседник. Тэхён подхватил брата на руки, словно тот ничего не весил. Без стыда выходя в коридор, он зашёл в соседнюю дверь и ногой захлопнул её. Пройдя вдоль большой комнаты, он занёс Чона в санузел и уложил его расслабленное тело в ванную. Осторожно включая воду, он несколько раз проверил приемлемость её температуры, а затем наконец заметил, что брат всё ещё закован в наручники. — Ключ, — без объяснений сказал Тэ. — В том же ящике, — ответил Гук, не разлепляя глаз. Старший ненадолго вышел, а затем вернулся с заветным предметом, наконец освобождая запястья из металлического плена. Чон с удовольствием выдохнул и слегка потёр ноющие места. Тэхён заметил на туалетном столике небольшую губку и несколько разнообразных бутыльков. Тэ нашёл среди них гель для душа и выдавил содержимое на губку, следом переминая её в руках и взбивая пену. Когда той оказалось достаточно, доктор бережно стал водить по телу брата, пытаясь смыть с него усталость. Гук расслабленно выдохнул и улыбнулся. Это последнее, что он смог запомнить, прежде чем сон предательски окутал его разум.

***

Спустя несколько часов Чонгук вскочил, словно от кошмара. Судорожно озираясь по сторонам, он нашёл желаемую фигуру. Тэхён стоял у большого открытого окна. Снаружи было темно и только луна освещала расслабленное лицо брата. Совершенно не желая стеснять себя одеждой, парень наслаждался дуновением лёгкого холодного ветерка, что приятно обдавал всё тело. Гук выдохнул. Это был не сон. Старший не заметил его пробуждения и Чон позволил себе понаблюдать за партнёром. Внезапно он поймал себя на мысли: насколько же он бессилен перед этим человеком. Конечно, младший много с кем спал и мужчины входили в список. Но ни одному из них он не позволял быть сверху, а тем более, совершать то, что творил с ним Тэ. Но Гук совершенно не был расстроен. Этот опыт понравился ему даже больше, чем всё, что он пробовал до этого. Потому что это был Тэхён. Старший обернулся, словно услышал, что о нём думают. Губы тронула нежная улыбка и он двинулся в сторону кровати. Склоняясь к брату он осторожно поцеловал его в лоб и залез под одеяло, устраиваясь поближе. Чон судорожно обнял его, всё ещё проверяя, точно ли Тэ настоящий. — Как ты? — бережно поинтересовался доктор. — Хорошо, — даже не оценив своё состояние ответил партнёр. Ему всё ещё было плевать на себя. Он был сосредоточен только на утончённой фигуре, что лежит рядом. — А ты? Тэхён усмехнулся и потёрся щекой о грудь брата, словно маленький котёнок. Такой образ в корне отличался от недавнего Кима, отчего Чон слегка хохотнул. Тэ поднял голову и склонил её в немом вопросе. — Ты невероятный, — выдохнул Гук. Но сомнения постепенно начали врезаться в его голову. Отчего брови слегка нахмурились, а тело напряглось. Тэхён осторожно ткнул пальцем брату в лоб и стал водить им по кругу, расслабляя мышцы. — Прекрати много думать. Это моя прерогатива. — Хочешь сказать ты всё обдумал, прежде чем приехать сюда? — недоверчиво поинтересовался Чон. — Да, — уверенно ответил брат. — Хотя, конечно, ещё Чимин поучаствовал. Чонгук снова хохотнул, мысленно повторно благодаря эту светловолосую макушку. — Что же теперь будет? — внезапно серьёзно спросил младший. — А чего ты хочешь? — Никуда не отпускать тебя. Старший удовлетворённо кивнул и стал вычерчивать на родном теле произвольные узоры. — Тогда я никуда не уйду.

***

Снова Чон проснулся уже к утру. Солнце слегка проскальзывало в комнату, освещая каждый её уголок. Сквозь открытое окно всё ещё поступал лёгкий, но уже более тёплый ветерок. Гук перевёл взгляд на партнёра и слегка охнул. Спящий Тэхён был ещё прекраснее. Расслабленное лицо, сонная полуулыбка и красивые длинные ресницы, что осторожно лежат на щеках. Всё было словно нарисованное самым талантливым художником. Приятным бонусом оказалось голое тело, что выглядывало из-под кромки одеяла. Но сейчас Чона не охватывало возбуждение. А только радость. Он не мог поверить, что ему достался такой парень. Он сочетал в себе невероятное и одним взглядом вызывал бурю эмоций, заставляя ранее чёрствого Чона трепетать. Сердце мафиози наполнялось ранее неизведанной любовью, такой приятной и тёплой, что улыбка сама трогала губы. Младший осторожно провёл рукой по чёрным как смоль волосам, наслаждаясь ощущениями. Тэхён почувствовал касание и, не разлепляя век, сладко потянулся. — Доброе утро, — протянул Тэ. — Доброе. В комнату постучались и Гук вздрогнул. Не зная, куда себя деть, он нервно оглядывался. Ким по-детски хихикнул, наблюдая за растерянностью брата. Тот вскочил с постели и достал из шкафа спортивные штаны, следом натягивая их на себя. Открывая дверь, он лишь слегка выглянул из-за неё, не желая выдавать, что в комнате ещё один человек. На пороге стоял телохранитель, держа в руках поднос с завтраком для господина. Его лицо было серьёзным, а брови нахмурены. — Господин Чон, совещание через час. Гук кивнул и принял из рук охранника принесённую еду, следом закрывая дверь. Младший оставил поднос на прикроватном столике и Тэ неожиданно скривился. — Ты чего? — Кофе, — объяснился темноволосый и прикрыл нос краем одеяла. Чонгук взял подстаканник и накрыл им кружку сверху, бережно пряча ненавистный возлюбленным запах. Тэхён благодарно кивнул. — В совет входят всё те же люди? — поинтересовался старший. — Да. Недавний переполох вынуждает совещаться по несколько раз в неделю. К тому же я долго отсутствовал. — Кто пытается вторгнуться? — Помнишь человека, что убил отца? От этого воспоминания у Тэ во рту появился мерзкий привкус. Конечно, он был готов, но всё же слегка поморщился. — Помню. — Я давно отомстил, — сказал Гук, но тут же посмотрел на реакцию брата и получил понимающий кивок. Такая информация не удивила и не испугала старшего. — Но его сын был в корне не согласен с такой вендеттой. — Даже имени его не помню, — неловко признался Тэхён. Он видел сына мужчины на некоторых приёмах, но его лицо, а тем более имя давно стёрлись из памяти. — Мин Юнги. После смерти господина Мина он всецело взялся за бразды правления и вывел бизнес вперёд. Как чистый, так и теневой. Он медленно, но верно подбирался ко мне. В тот вечер, когда ты нашёл меня я ехал на подписание важного контракта для белой компании, но Юнги был твёрдо намерен помешать, беря победу с помощью неожиданности и численного перевеса людей. Я с трудом могу вспомнить, как вырвался, но уверен, что если бы ты не подобрал меня, я бы уже был мёртв, — с благодарностью прошептал Чон. Тэхён улыбнулся и погладил брата по щеке. — И я не капли не жалею, что сделал это, — улыбнулся старший. Следом, ненадолго уходя в свои мысли, он спросил. — Могу я поучаствовать в собрании? Чонгук удивлённо вскинул брови. — Зачем? Только вот Тэхён сам не знал. Парень не желал влезать в дела мафии, ведь именно от этого он и сбежал много лет назад. Но его интересовали дела Чона. Сейчас партнёр в опасности и если Тэ сможет помочь, он полезет даже в бездонную яму. — Ты же просил никуда не уходить, — неопределённо пожал плечами старший, но брат все ещё мялся. Конечно, темноволосый понимал, что всё может обернуться плохой стороной. Они оба могут вляпаться по уши без возможности выбраться. А у Тэхёна пока ещё есть возможность снова сбежать. Только теперь он не хочет. Частичка его сердца ещё вчера осталась тут, навсегда переселяясь в брата. Ради Чонгука он готов. Брат, кажется, не разделял его самопожертвования. Чон молчал и сжимал зубы, так и не ответив на вопрос. — Гук? — Тебе не стоит идти, — внезапно жёстко ответил партнёр. И у Тэхёна всё упало. Этот голос был предательски похож на тот, который Тэ услышал семь лет назад, прежде чем сбежать. Из уверенного в себе, расслабленного и сосредоточенного парня он превратился в прежнего мальчишку, которому хочется спрятаться в ближайший угол. Он снова позволил себе открыться человеку, ранее грубо оттолкнувшего его. И неужели это произойдёт вновь? Дыхание темноволосого участилось. Он отвернулся, желая скрыть свою реакцию, но брат не позволил. — Тэхён, послушай меня, пожалуйста, — бережно взмолился брат, обхватывая лицо Тэ ладонями. — Я отказываю не потому что не желаю видеть тебя там или не хочу, чтобы ты лез. Просто подумай о том, что это может стать концом той жизни, которую ты так старательно выстраивал. В ней сейчас есть всё, о чём ты мечтал. А что тебя ждёт здесь? Только прогнившие люди, деньги и бизнес. Неужели ты готов всё бросить? Ещё семь лет назад я... — начал младший, но тут же запнулся. — Что? — уже успокоился Тэ и нахмурился. — Договаривай, — снова нарочито серьёзный приказ, не позволяющий Чону ослушаться. — Я отпугнул тебя, только чтобы защитить. И я знал, что ты сбежал, но не пытался искать тебя, уверенный, что ты найдёшь то место, где захочешь остаться. Это поместье никогда не было для тебя домом. Тэхён прерывисто выдохнул и уставился в пустоту. Значит брат нарочно надавил на него, желая натолкнуть на мысль о побеге. Чувства внутри старшего бушевали. Благодарность яростно сражалась со злостью. Он был уверен, что тот вариант жизни, который он смог сделать для себя сам, был весьма неплохим, но с другой стороны это решение практически приняли за него. Обманом заставили поверить, что в этом месте не осталось ничего, за что нужно держаться. Не справляясь с противоречиями, парень устало закрыл лицо руками и вздохнул. В памяти небольшим отрывком всплыли слова, что ещё семь лет назад он прочёл в этом доме. "Важно то, что и как вы будете делать теперь" Кивая самому себе, Тэхён убрал ладони от лица и взглянул брату в глаза, собираясь свою уверенность. — Но это моя жизнь и мои решения. Я прощу тебе твою своевольность, которую ты позволил себе много лет назад, решая за меня, как будет лучше. Но впредь я не тот человек, которого можно склонить к нужному тебе решению. У меня есть своя голова на плечах и сейчас она твердит, что я пойду с тобой, даже если путь будет выстлан кровью. Потому что я буду идти рядом с тобой. И плевал я на все... — уверенно говорил Тэ, но его грубо прервали, закрывая губы поцелуем. Чонгук не собирался так быстро сдаваться, ведь речь идёт о драгоценной жизни возлюбленного. Но что же получается? Его самообладание пропало сразу же, как он увидел лицо брата, подбирающего нужные слова для убеждения. Но этого даже не требовалось. Чон ещё на первом слове готов был сказать "да". Он позволит Тэхёну всё, что он попросит. Разрывая неожиданный поцелуй, Гук чмокнул старшего в нос и переплёл их пальцы, крепко хватаясь за ладонь темноволосого. — Хорошо, — наконец кивнул глава мафии. — Пойдём вместе. Спустя полчаса оба стояли свежие и, к сожалению, одетые. Чонгук громко вздохнул, когда Тэ стал натягивать рубашку, скрывая за ней своё тело, чем вызвал у старшего мальчишеское хихиканье. Времени до собрания почти не осталось и Чон уверенно покинул комнату, вытаскивая брата за собой. Уже у заветной двери Тэхён застыл, будто вкопанный. Он был уверен, что чётко для себя решил зайти туда, но тело казалось всё ещё пыталось остановить его. Младший понимающе остановился и молчал, давая брату возможность самому справиться с этим. Он лишь осторожно и медленно гладил поясницу темноволосого, расслабляя мышцы под ладонью. Вздохи Тэ постепенно становились спокойнее, а улыбка шире. — Идём, — наконец кивнул Ким и толкнул дверь. Шесть пар глаз моментально оглядели его фигуру, цепляясь за каждую деталь. На лице каждого мужчины застыл немой вопрос. Тэхён отметил, что за столько лет они явно постарели, но всё ещё были работоспособны, раз сидят здесь. Гук прошёл к самому дальнему стулу во главе стола, но садиться не спешил. — Здравствуйте, господа. Прошу простить меня за отсутствие, но все мы знаем, от чего сложилась данная ситуация. Спешу сообщить, что она принесла и положительный эффект. Прошу Вас поздороваться с Чон... — Ким Тэхёном, — перебил главу Тэ и поджал губы. Он совершенно точно был уверен — единственное, что он точно желает сохранить, это своё приобретённое имя. Чон кивнул, замолкая. — Доброе утро, — учтиво склонился Ким перед мужчинами. — Я старший сын семьи Чон. Ранее упомянутая господином история позволила нам снова встретиться. Я вернулся, чтобы помочь. Слушающие поднялись со стульев и Тэ почему-то был уверен, что они сейчас набросятся на него. Каждый достанет оружие и пристрелит блудного сына. Но неожиданно все из присутствующих поочерёдно опустились в глубочайшем поклоне, выражая большое почтение старшему участнику важной семьи. Чон улыбнулся и последовал за советниками, так же низко склоняясь перед братом. Ким прерывисто выдохнул и оглядел эту картину. В голове крутилась лишь одна мольба. "Лишь бы всё не кончилось плохо"