Контракт

      ***

      «Если жизнь похожа на нескончаемое путешествие по кругам ада от первого к девятому и обратно, возможно ли подружится с местными чертями?»

      С такими мыслями парень шаткими движения заканчивает устанавливать последнюю свечу в пентаграмму. Рукава изношенной, но любимой толстовки вечно спадали, так и норовя залезть в языки пламени и спалить к чертям владельца. Джисон снова закатывает их, являя тонкие запястья. Ладони огонь свечей совсем не грел, да и как тут согреться, когда в заброшке на пустыре дыр больше, чем в самооценке и сквозняк гуляет среди них, словно навязчивые мысли.       Для него это либо очередная попытка угробить окончательно жизнь, либо последний шанс зацепиться хотя бы за один крючок. Найти камень преткновения, который поменяет мнение, покажет, что не все так плохо, даст надежду. Ну или она снова разобьется о реальность, в которой нет ни магии, ни чудесного, в его случае адского, спасения и его последним ритуалом по собственному спасению будет билет в один конец на заброшенную девятиэтажку. Он давно на нее засматривался, будто пытался ухлестнуть за зданием, строил печально глазки и жег мосты с окружающей его действительностью.       Мама всегда уверяла, будь добрым к окружающим и они к тебе потянутся. Однако реальность была куда болезненней, чем ему говорили. Никто не предупреждал, что отдав всего себя людям, они привыкнут кусочки эти забирать. Вот только вернуть обратно никто еще не додумался. Не думал парень, что чуть-чуть погрязни он в своих мыслях и сомнениях, ему не придут на помощь, а провались он в бездну, так вообще забудут, что такой был. Хан зависел от людей, но в этом мире каждый сам за себя играет и ты сам в ответе за то, что выбрал социально-активную дорогу.       Как бы не было обидно, окружающих он не винил. Просто дошел до того, что совсем выжил из ума и искал поддержки у кого-то, кому это чувство вообще не свойственно. Пока он капал свою кровь из свежего пореза на руке в пламя свечи и шептал что-то на непонятном с тлеющей в груди надеждой и слезами, застывшими на радужке, он не думал никому мстить. Просто хотел кого-то рядом. С одной стороны это жутко эгоистично, супротив воли заставлять какое-либо существо оставаться рядом, привязав обязательствами. Но в пору ли с демонами говорить об эгоизме? Вот и Хан думал, что нет.       Когда по окончанию чтения свечи погасли и ничего не произошло, парень лишь безразлично вздохнул. Что-то противное на секунду встрепенулось в груди, но мгновенно было принято. Принятие — все, что ему оставалось и все, что он имел в рукаве. Принял одиночество, слова близких, что имели разрушительное влияние, их же поступки, заставляющие сначала давиться слезами, а потом безразлично обходить всех стороной. Приняла без остатка. И не заметил, как погряз в этом, до конца не понимая отгородился он или же от него. Очередной совет из мифической книги с ритуалами, по призыву исполняющей желания нечисти, не сработал. А выглядела она серьезной. Хан даже смог выдавить из себя толику энтузиазма, да только зря все. — «Нетипичная пустышка» — думал парень, капая кровью на начерченные мелом линии, пока перебинтовывал себе ладонь — «и на что я надеялся?» — вопрос стоял скорее в том, почему он все еще надеялся, но думать об этом не хотелось. — Надежда — иллюзия обреченного. Она пуста, так же как и те книжонки, в которых рисуют мистическую муть. — раздалось за спиной холодно и безразлично, в миг, когда свечи сами по себе снова загорелись.       Джисон застыл с бинтом в руке, переваривая происходящее вокруг. Не начались ли галлюцинации от обезболивающих и снотворного? Или он уже окончательно умом тронулся? Не от потери крови же его настолько мутить начинает?       Он снова выдыхает и медленно, но не без страха оборачивается. На границе того несчастного ореола освещения, что давали свечи, стоит довольно статный мужчина, одетый во что-то черное, что делает его фигуру фактически незаметной на фоне темноты. Лишь бледнота кожи ярко контрастировала с обстановкой, делая его образ ещё более нереальным. Оперевшись о косяк, он как-то брезгливо вертит в руках принесенное Ханом издание и кривит губы в отвращении. Откидывает книгу подальше в темень и встречается взглядом с юношей. В больших Хановых глазах отражается не добрый блеск кровавых радужек. Все сразу становится понятно. Плевать, мистика существует или кукуха улетела за пределы заброшки, он это видит перед собой. И ему почти не страшно. Разве что чуть-чуть.       Его сканируют взглядом, подмечая миловидную внешность уставшей красоты. Стоит моргнуть и наваждение пропадает. Джисон вздрагивает. Неужели правда галлюцинации. Или он настолько недостоин внимания хоть кого-нибудь, что даже нечисть от него нос воротит. Накатывает даже какая-то грусть, но его тут же разворачивают за подбородок обратно в сторону пентаграммы. Снова красные глаза. Не привиделось. — О чем же так отчаянно молила твоя душа, Чудо, что я тебя аж там услышал? — мужчина указывает пальцем на пол, никак не обозначая, что точно имеет ввиду. Джисон внимает речам, пока глупо засматривается на кошачий разрез глаз и ровный нос с, кажется, родинкой? Сидит пялится, пока хват на щеках не усиливается — Ответь же. — Призыв сработал или я умом тронулся? Вы же не у меня в голове? — хлопает глазками в неверии, чем вызывает у существа лишь смех. Рефлекторная уважительность, по привычке слетевшая с языка, немного раззадоривает пришедшего. — Пока между нами нет сделки, я у тебя в голове. Сон. Ночное наваждение. Обернись. — и Хан слушается, понимая, что лучше бы не спрашивал. Сзади лежит его тело. На лице играют отблески свечей, заставляя кожу на щеках алеть, губы приоткрыты. Грудная клетка мерно вздымается и опускается - значит дышит. Значит не умер — Просто спишь. Не пугайся, Чудо. — и Хан заметно расслабляется. — Не думал, что сработает… — он трет лоб в неверии, пока не застывает снова. — А я и не говорил, что это призыв сработал. — на него уставилась пара больших глаз и демон опять засмеялся. Так мелодично и тонко, словно мяукнул — Я же сказал. Я услышал, как меня зовет твоя душа, а не то, что ты там себе под нос шептал, заляпав свечи и пол кровью. — А… Вот оно как… Душа просила? С одной стороны да, я хотел этого всей душой, как бы не убеждал себя в обратном. — Джисон прикрывает глаза потирая переносицу и, сложив руки, снова поднимает взор на создание перед ним — Если все утверждения о призывах и ритуалах сказки, правда ли, что за душу у демона можно попросить выполнить любое желание? — Правда. И все необходимое для этого у тебя есть. — он складывает руки на груди и хищно скалится — Ты. Твоя душа. И желание, о котором она молит. - на вальяжно откинутой ладони загибаются пальцы. Весь вид мужчины пышет превосходством и силой, которая, кажется, все сильнее концентрируется в продуваемом насквозь помещении. — Тогда я наверное загадаю, вы же за этим здесь? — Сомневаешься, зачем твоя душа мне вообще нужна, так ведь? — в ответ робко кивают — Не за чем. Только, разве что дать поиграться подчиненным, но в ад таких каждую минуту притекает пруд пруди. Человеческие грехи постоянны и работы у моих куча и маленькая горка рядом. Так что, даром ты нам не сдался. — Но зачем-то же вы сюда поднялись? Развлечение у вас такое приходить и отчаявшимся язвить? — прозвучало довольно безразлично, хоть и кольнуло где-то глубоко в груди. Было еще чему колоть. — Ха-ха, а у тебя острый язык, Чудо. Так вот запомни, — Хана снова хватают за подбородок и резко задирают голову. Мышцы отдают тягучей болью, но парень даже бровью не веде, лишь отрывисто вздыхает. — это не просто развлечение, это моя работа. И не в твоих приоритетах мне сейчас дерзить, дитя. — отпуская так же резко, как и схватил, демон отходит и присаживается в центр начерченного символа, окидывая высокомерным взглядом свечи — Я здесь, только потому что один голос вопил настолько отчаянно, что мне захотелось проверить, что за зверушку ты там в себе взрастил. Пока что не более. Сможешь предложить что-то стоящее — исполню желание. Если нет, отпущу и мучайся ты с этим сам.       Жизнь снова окунает лицом в лужу и времени на раздумия совсем не дает. Остается только сидеть и задыхаться, судорожно пытаясь выдавить из себя хотя бы слово. Руки трясутся под прожигающим взглядом. А с другой стороны действительно, что ему терять? Либо он окажется в аду за сделку с демоном, либо за суицид. Он обеспечил себе путь в одно место, так какая разница, какую к нему протоптать дорогу. От существа перед ним зависит только то, пойдет он по ней один или в обнимку с сожалениями. Так что была не была. — Хорошо. Ваше решение зависит от самого желания или от того, как его просить. — вроде бы обыденный вопрос для Джисона, но демон кривится. — Я что похож на фетишиста? Ладно, не смотри так, похож конечно, но это не так. Написанное в книжках тоже почти от и до липа святой воды. К слову, мы ее не боимся. — он подпирает щеку кулаком, смотря прямо в глаза, но душу пока не трогает. — Все зависит только от твоего желания и понравится ли оно мне. — он сюда пришел развлечения ради, этим сквозит каждая его частичка. Доминирует и не скрывает это. Властвует, показывая, какая ты букашка под его ногами, но смотрит как-то странно. Заинтересованно что ли? — Тогда ладно. Не сочтите мою некомпетентность за грубость. Не поймешь сейчас где правда, где обман. — может его и сейчас обманывают. Просто, чтобы понаблюдать за отчаянием в глазах, когда последние крупицы радости выкинут на помойку, заполнив всё его существо страданиями. — В общем мое желание заключается в том, чтобы вы стали мне другом. — демон аж воздухом поперхнулся. Джисон немного сжался под испепеляющим взглядом, своим начав сверлить пол. — Я не ослышался? — напряжение в комнате давило и угнетало. Хан чувствовал, как его потихоньку гнет к земле. — Не ослышались. — вышло как-то хрипло и задушено, но что поделать, если легкие свело. — То есть не найти тебе друзей, девушку или кого-нибудь еще? Не отмстить обидчикам? Не заставить их страдать? А самому стать тебе другом? — он ошалело пялится на парнишку, что ещё чуть-чуть и расплачется. Сейчас его точно попустят… — Дружба с демоническим созданием… Ты ж в край рехнулся. — не вопрос, а утверждение. — Я не хочу привязывать к себе людей, это будет обманом, как не хочу и мстить, они не виноваты, что я верил им. — его отпускает. Говорил не он, а его душа. Видимо ее мужчина и слушал. — Вы сказали озвучить свое желание, я озвучил. Это то, чего хочет моя душа. — Кажется, фетишист у нас здесь ты. Поднимайся. — они оба почти синхронно встают. Демон приближается и, Хан уже прощается с жизнью, которой не очень-то последнее время дорожил. Вспоминает маму, детство и расслабляется.       Пока грудь не пронзает резкая боль, словно у него схватило сердце. Вцепляется в плечи мужчины напротив, теряя почву под ногами. Смотрит в низ и видит, как чужая кисть пропадает у него где-то в районе солнечного сплетения. По телу вниз стекает теплая кровь. Его начало ощутимо трясти, а колени подкашивались под навалившейся тяжестью тела. Парень поднимает голову, в молитве дать хотя бы вздохнуть последний раз и отключается, видя напоследок горящие алым глаза и тихое: — Ли Минхо. Запомни. — произнесенное на ухо.

***

      Хан просыпается от щекотящих веки солнечных лучей. Пытается встать, но тут же падает обратно, из-за пронзающей боли в висках. Оглядывается и видит свою комнату. Вот он в своей кровати, вон висит плакат, с отклеенным углом, который парень забывает приклеить уже месяц, на стуле за столом сидит тот демон, теребит в руках ручку, одеяло тоже Ханово, теплое и мягкое. Стоп. — Что блять?! — вскрикивает он сначала от испуга, потом от боли, отскочив прямиком затылком о стену. Демон хихикает. — Не «что», а доброе утро. И не «блять», а Ли Минхо. Просил же запомнить. — он оставляет в покое ручку и поднимается, приближаясь к парню. Глаза больше не сияют красным, а сам мужчина больше похож на молодого юношу лет двадцати двух. Он присаживается на край кровати, пока Джисон выше натягивает одеяло, все шире раскрывая глаза. — Ну чего шугаешься, как кролик? Сам загадал, теперь уж позволь мне исполнить желание и забрать в ад твою грешную душонку на веки вечные. — нет. Этот оскал останется с ним, какую бы форму он не принял. — Так мне не приснилось? — задает он больше риторический вопрос и расслабляется. Демон поднимает бровь, предвещая, что с этим парнишкой будет куда интереснее, чем предполагалось ранее. — Ой, извините. Я просто подумал, что правда с ума схожу и мне всякие бредни снятся. То есть… Погодите. Вы согласились...? — Я подумал, что это будет интересно. — он закатил глаза, беззлобно потешаясь — В аду последнее время скука смертная, да и давненько я не бывал в вашем мире. Устрою себе отпуск. И будь так любезен, на «ты». — То есть для вас…тебя? Это так странно, вам сколько лет вообще? — Мне больше, чем всему твоему родовому древу. — его взгляд острым лезвием обозначал всю неучтивость вопроса, но Джисон, кажется, был просто непробиваемым. — Так… Мне надо будет привыкнуть, прости если будет проскакивать. Так вот… Для тебя это просто отпуск? — Не более. Знаешь? Я не буду раскладывать тебе по полочкам всю демоническую рабочую иерархию, но я конкретно там заебываюсь, поэтому проветриться не помешает. — парень? Мужчина? Демон? Зачесывает ладонью волосы назад, проходясь взглядом по комнате — Тебе-то сколько лет Джисон. — Откуда ты...? — его смеряют саркастическим взглядом, мол, ты серьезно, и он замолкает — 23 мне. Живу один, учусь в универе. — Значит сегодня ты прогуливаешь по болезни и, — он поглядывает на наручные часы, не пойми что прикидывая в голове — и убираешься в комнате, да и в целом в квартире. Живу с тобой, пока не исполним твое желание. Ненавижу бардак. — он поднимается, сует руки в карманы и направляется на выход. — Стой! В смысле со мной? И эй! Это творческий беспорядок! — на него оборачиваются. Пора привыкать к этим кошачьим глазам, выражающим высокомерие и сарказм одним только взглядом. И его он попросил стать другом… Джисон, ты идиот… — Конечно. Я должен быть с тобой в непосредственно близости, чтобы контролировать процесс, учитывая, что я его непосредственная часть. — взгляд смягчается, кажется, демон только сейчас понимает с чем ему работать. Да этот парень сияет только от мысли, что он будет не один. Что же такого с ним случилось, что он так цепляется даже за проклятое создание? — Да и лень мне искать что-то поблизости и подчинять людей. Минимум магии. Только отдых.       И ушел.       Джисон еще с минуту попялился в дверной проем. О постороннем присутствии говорил лишь приятный миндальный шлейф. От чего-то в Хане сразу нашлось столько сил на уборку, что всего за час он полностью выдраил свою комнату. Осталась остальная квартира. Ужас, да и только… Если быть честным, демон был прав, некоторая одежда валялась по всей квартире, на полках внушительный слой пыли, а о кухне вообще лучше промолчать. Вот Джисон и решил наводить порядок молча, конечно хотелось ещё и в слепую, но так парень всю посуду перебьет. Вещей он сюда привозил не много, однако даже среди них нашлись занимательные старые зарисовки и черновики, которые он когда-то хотел выпустить в свет, но дальше испорченных листов блокнота не ушло. Ностальгия отняла немного больше сил, чем предполагалось, поэтому пришлось срочно отрывать себя от школьных фотографий, чтобы не разреветься. Заканчивал он уже в обнимку с наушниками и дорамой на фоне. Не то, чтобы квартира была большой - почти студия с отдельной небольшой спальней. Спасибо родителям, что еще три года назад помогали оплачивать покупку, пока Хан сам не вышел на работу. За нее осталось выплатить совсем немного, но важно ли это для него теперь.       Он заключил сделку с дьяволом. Мама, наверное, такого бы не одобрила, но те теплые отношения с ней давно сошли на банальное поддержание связи, чтобы знать, что оба на конце провода живы. Его душа скорее всего уже в чужих руках и ему по сути недолго осталось. Год, а то и того меньше? Его тело скорее всего найдут в этой самой квартире. А может быть о просто пропадет без вести. Сам Джисон пока не знает, да и в подробности вдаваться как-то не хочет. Мысли, которые должны были быть грустными, но у них не вышло, прерывает довольно ощутимый хлопок дверью. Хан совсем не заметил, как за уборкой пролетели часы и наступил вечер. Он даже не помнил, как включил свет. Минхо нашел его, тупо пялящегося в окно, на восходящие звезды со шваброй в руках.       Картина нелепая, но милая, сам с собой мужчина спорить не стал. Тихонько уложил пакет с продуктами на стойку и пошел обратно в прихожую, повесить ветровку. Когда вернулся, Хан уже отмер и пялился на него своими большими глазами-звездами. Кажется, тот хорошо выспался, прижимаясь к руке демона и наконец не видя кошмаров. Синяки под глазами почти исчезли и, выглядел он куда бодрее. Даже стесняться начал, отводит взгляд куда-то в сторону, бегая им по предметам, и щечки надувает, губки бантиком сложив. Не желая разбираться, откуда у него в диапазоне эмоций взялось умиление, Минхо просто идет разбирать все, что купил и наконец начать готовить кушать. Его подопытный, наверное, проголодался. — Я думаю, ты сам понимаешь, что просить демоническое существо подружиться с человеком, та еще задачка на эрудицию, поэтому в твоих интересах меня научить этому, потому что земные книжные пособия на эту тему — херня полная. — Парень хозяйничает на кухне, как у себя дома, но поперек слова ему ничего не говорят. Лишь внимательно слушают — В моих же приоритетах не прибить тебя хотя бы в первую неделю. — А…? — Да, Чудо, мы уже заключили контракт. И нет! Это не юридически удостоверенный документ. У нас духовные связи крепче материальных, так что души наши уже связаны. — У тебя есть душа? — как-то восхищенно лопочет Хан, опираясь щекой на швабру, и Ли понимает, что его приоритетам следовать будет очень сложно.       Он объяснял долго. Пока готовил, пока кормил и пока они гуляли вокруг жилого комплекса, чтобы проветрится перед сном. Минхо начало сильно раздражать, сколько всяких бредней напридумывали люди, лишь бы выпустить себе кровь, волосы, ногти и прочие телесные части человеческих особей и не только. Да его подопечные добрее и гуманнее некоторых индивидов, о которых поведал ему Джисон. Удивительно, что тот сам следовал этим советам, причем неоднократно, хоть и не особо в это все верил. Иронично, что именно ему откликнулся на просьбу демон. — Мы сейчас с тобой связаны. И если я так и не смогу в течении отведенного тебе времени выполнить желание — получу сполна. — продолжал он рассказ, снимая в прихожей обувь. Джисон же в шоке от количества полученной информации в легком коматозе топтался на коврике, не до конца понимая, где и что он. Минхо пришлось помогать ему выходить из оцепенения. — Я все больше думаю, на кой черт ты согласился. Это ведь звучало так нелепо и абсурдно. Я даже сам это признаю. — Именно поэтому я и согласился. Это интереснее, чем просто сбросится с крыши. — Джисон застыл в ступоре с одеялом в руках, пока готовил спальное место для демона. Вопрос «А нахера?» становился ключевым в его голове и подходил под любую обыденную для человека, но как правило, не свойственную демонам вещь. Парень вымученно поднимает на него взгляд — Я твою душу насквозь вижу, Чудо. И то, что попытки у тебя уже были тоже. А также много чего еще, так что делай выводы, почему я тут. — Мне вот любопытно, почему ты меня Чудом зовешь? — стадии принятия у Джисона проходят быстро, как Ли уже заметил. — Потому что ты то еще свалившееся на голову Чудо. Пока объяснять не буду. Ты и так за сегодня нагружен, иди спать. - Минхо отрывается от подпирания косяка и подгоняет Джисона легкими похлопываниями по спине.       Хану хотелось сказать, что тот себя ведет скорее как няня или гувернантка для людей постарше, но решил особо об этом не думать. Вдруг еще где-то в душе отразится и он это увидит. Точно прибьет… Вместо этого послушно уходит спать. Час целый вертится, но потом накрывает усталость и сон подступает как-то незаметно. Лишь пара алых глаз на секунду мелькает у изголовья и пропадает до утра.       Пробуждение настигло Джисона так же неожиданно, как и ночная сонливость. Только последняя была приятнее пульверизатора с холодной водой в лицо. И где этот кот его только нашел? Хан пытается спрятаться в одеяло, но и его быстро одергивают, продолжая пшикать на чувствительную шею и пяточки. Ли бегает за ним по квартире под крики и маты добрых пять минут, в конце концов загнав в душ. Кинув полотенце и закрыв парня в ванной, он ни слова не говоря, уходит на кухню. — Хё-о-он… За что? — плаксиво спрашивает Хан, только макушкой боязливо выглянув из-за двери. — Я тебя целых десять минут будил. Решил перейти на крайние меры. Чего хмуришься, добавки хочешь? — демон поднимает руку с вражеским объектом и смотрит так угрожающе, что Джисон, пискнув, прячется обратно. Намек понят. Душ принят. Кровать заправлена. Хан переоделся, сел и ждет завтрак. — В универ иду с тобой. Учимся теперь в одной группе. — только парень просиял, что ему наконец помогут с учебой, как все надежды растворились в пустоту — Сразу говорю, делать ничего не буду, мне эта учеба уже осточертела. Не дуйся. — Я и не дулся… — Ли лишь угукает, подмечая снова надувшиеся щечки.

"Дружба — личные устойчивые отношения между людьми на основе симпатии, уважения, общих интересов, духовной близости, взаимной привязанности, понимании и доверии."

      Изучающий уже шестой сайт, Минхо раздраженно вздохнул. Джисон, до этого писавший лекцию, покосился на него и придвинулся поближе, заглядывая в гаджет. Мгновенно вспомнилось, как он первые две пары объяснял демону, как пользоваться этой уже не допотопотной машиной. На удивление тот быстро учился, правда, на похвалу почему-то зло скалился и стрелял глазами. Пока пальцы Ли пролистывали очередную страницу, Хан тоже вздохнул. Им будет трудно.       Он знал его всего два дня, но уже четко понимал настроение по выражению лица. Скорее всего он считает каждый совет тупым и не применимым в их случае. Что поделать, если даже Джисон не смог бы сказать, что такое дружить. Как стать близким человеком кому-то?       Сколько себя помнил, он вечно выбирал не тех. Будь то ребята с двора или компания в школе, а позже и университетские парни с первого курса, с которыми он, на свое счастье, перестал общаться. Иначе и его бы отчислили. Хотя о чем говорить, если те до сих пор винят его в своих оплошностях. Винить самого себя за это глупо, оно понятно, но что делать, если тебя так уверенно убеждают в причастности к обстоятельствам, про которые ты знаешь только по слухам. Никакие аргументы о тогдашнем состоянии парня не помогали переубедить бывших друзей. Джисон все равно мразь и это не менялось. Неотвратимая константа, которую он просто решил принять, нежели бороться с ней.       И вот так всю жизнь. Не те люди, не те обстоятельства и вечно не такой Хан Джисон. Даже с родителями. Они были его опорой, но и тут он умудрился споткнуться, поступив на продюсера. В это день от него как будто отреклись. Какая-никакая финансовая поддержка осталась, мама даже до сих пор раз в неделю звонит узнать хорошо ли он кушает, в то время, как отец и вовсе забыл о его существовании. Однако и с матерью тема учебы и будущей карьеры обходится стороной. Зато она не устает настойчиво расхваливать детей знакомых, незримо попрекая за то, что в кое-то веке их собственный ребенок подумал о себе и своих желаниях, а не последовал родительской воле.       Интересно, а в аду будет так же? На форумах обычно пишут, что это жаркое место, где люди варятся в адских котлах за свои грехи. Джисона тоже в котел посадят? Или что с ним вообще сделают за сделку с дьяволом? Увидит ли он потом Минхо еще хотя бы разочек или снова будет использован и брошен. Хотя кто кого в их сделке использует? Тема в голове залезла на карусельку и поехала кататься по нейронам. Он снова зафиксировался на какой-то мысли, совершенно теряя нить лекции. И почему в его голове так много места, а занимает его вечно что-то не то. Староста его скоро живьем закопает за то, что он присутствует на лекции и все равно выпрашивает конспекты, ибо опять отвлекся. Стало критически не хватать воздуха. Перед глазами поплыло, а аудитория по ощущениям сжалась до кладовки. Хотелось за что-нибудь схватится, но перед глазами только парта, дальше темнота, а в руках лишь ручка — слишком тонкая, чтобы удовлетворить потребность.       Желаемое достигается слишком быстро, даже для потерявшегося во времени мозга. В ладонь попадается что-то холодное и грубое. Минхо, насторожившийся внезапным гудящим писком, коротко чертыхнулся, чуть ли не улетая обратно в преисподнею, когда почувствовал хватку на руке. В непонимании смотрит на Джисон и застывает. Мгновенно находится и причина шума, и причина его испуга. Парень сжал пальцы на его запястье мертвой хваткой, словно его в ад прямо через здание тащат. Его, кажется, частично трясло. С каждой секундой он сгибался все больше и, Минхо уже начинал нервничать. Демон разворачивает его лицо к себе одной рукой, вторую полностью отдавая на растерзание. В глазах не видно ничего. Карие омуты затмило какой-то пустотой и блестящей поволокой, ясно как день - Хан не разбирает ничерта перед собой. Смотрит, но не видит. Прерывистое дыхание потихоньку стало перерастать в измученные напуганные вздохи. Минхо пытался дошептаться до него, но Джисон совершенно не реагировал, словно находился под толщей воды и кроме шума ничего не слышит. Глупо моргает, бешено бегая глазами по совершенно несвязному маршруту, не имеющему опоры.       Ли перепугался настолько, что у него самого закружилась голова. А если он сейчас тут откинется, что ему тогда делать? Конечно это самый легкий путь из возможных, дарующий свободу, но так ведь дела не делаются. Приведя мысли в порядок и как следует подумав о реакции парня, Минхо приходит к выводу - Джисону страшно. И по всей видимости очень сильно. Но почему? Что он такого увидел, что его в лихорадку бросило? Что вообще делают, чтобы успокоить? Судорожно перебирая варианты в голове, Ли решил просто загуглить. Сомнительное решение, но он ни черта не понимает в этих ваших светлых чувствах, ему элементарно негде брать опыт. Остается только интернет. Уже порядком надоевшие задроты, что скоро доведут весь ад, теперь становятся не такими уж раздражающими в его глазах. Он скоро к ним присоединиться, кажется.       Самое простое, что выдал поисковик и то, что было известно самому Ли, было непросто исполнить правильно. Сейчас он боялся довести своего связанного до еще большей истерики, но все же решился. Отцепил руку парня от своей, чем вызвал тихий всхлип и какое-то бормотание, развернул его и прижал к себе. Тихо нашептывал что-то успокаивающее на ухо, поглаживая второй рукой по спине и, кажется, у него получилось. Трясущиеся ладошки вцепились в спину, а на плече ощущалась влага. Парень сбито хрипел, заставляя задаваться вопросом, как он еще не закашлялся от такого давления на горло. — Ну же, Чудо, дыши, ты в безопасности. Тебя никто не тронет. — продолжал шептать Минхо, надеясь, что его вообще слышат. — Давай со мной. Слышишь? Вдох… Выдох… Давай, ещё раз. Вдох… И выдох…       Примерно на четвертый раз их дыхание все же поравнялось, а хватка на плечах ослабла. Однако тельце все ещё боязливо прижималось, становясь в миг таким маленьким и требующим ласк, что Ли подался соблазну и прижал крепче. Джисон дышал уже без помощи, изредка всхлипывая. — Извини… — раздалось приглушенно под ухом. Хан ощущался нашкодившим ребенком, что украл конфетку и его сейчас будут ругать. — Что это было сейчас? Я думал ты на тот свет раньше времени отойдешь. — он пытался говорить мягче, но толика раздражения за испуг все же просачивалась, заставляя парня втопить лоб в чужое плечо. — Паническая атака. Извини… — И часто это у тебя? — Ли отстраняется, доставая сухие салфетки из рюкзака Джисона, протягивая их ему. — Не часто. Особенно последнее время. Но иногда бывает. Не бери в голову. — он вытирает дорожки от слез и отводит глаза, окидывая аудиторию взглядом. Шум никого не потревожил. Видимо Минхо подсуетился. — И в чем причина сегодняшней? — хотелось узнать, что это в принципе за зверь такой, но он подумал, что может попытать и форумы, а не многострадального человека. — Ну… как таковой причины нет… — Джисон снова ложится на свои руки и вздыхает — просто задумался и схватило, не бери в голову. — Как мне не брать, если я сам чуть не умер, когда ты меня за руку схватил. Повезло, что я запрос хотя бы приблизительно правильно вбил. — казалось, что Ли его и вправду отчитывает, как дитя, но он прав — ориентироваться по чистому везению, та еще лотерея — Мне же нужно знать, что делать. — Извини… — Да прекрати ты извиняться в самом деле. Это делу не поможет. — демон уже серьезно начал раздражаться. — Изв… — Джисон. — он выдыхает — Ты не сделал ничего плохого и поверь, если бы я действительно злился на тебя, ты бы уже не жил. Так что давай по сути и без лишних слов. — Ну… — он пытается перебрать в голове моменты, когда ему помогали, но ничего не может найти. Придется следовать из личного опыта — Я сам в общем-то не особо понимаю. Психолог говорил фокусироваться на окружении. Искать ассоциации там, цвета, предметы и цифры считать, но это не особо помогало. А потом оно проходило через время само. Правда сейчас, когда ты сказал дышать с тобой, я вроде как понял, что ты сказал. Да и в целом получилось эффективнее любых моих собственных попыток. — То есть мне в случае чего просто повторять все то, что делал сегодня? — демон поднял брови и, скрестив руки, опустился на спинку стула — Нет проблем. Это в целом просто. — А! Ну если что, не обязательно в охапку хватать! Можно просто взять за руки, если тебя вдруг это затрудняет. — Джисон завертелся и замахал руками, бегая глазами по лицу собеседника — Если нет, то можешь обнять, я не против в целом! — Не кричи. Я понял. Садись пиши дальше. — Ли тактично переключил все внимание на преподавателя и как только Хан развернулся, снова послышался гомон аудитории.       И он только сейчас заметил, что в помещении до этого было по странному тихо, словно парни были совершенно одни.

***

      Обычно Джисону не везет. Так он думал, а точнее преуменьшал масштабы катастрофы под названием его собственное "Я". И ладно в нанесении себе увечий он был мастером и сильно не переживал по этому поводу. Ну подумаешь растяжение лодыжки из-за одной пропущенной ступеньки. Ну подумаешь домой после перевязки его тащит Минхо. Ну подумаешь… Он не думал. Примерно последние пять минут пути. — Я проблемный. Это так, к слову. — гундел Хан в плечо своему спасителю, пока сам коалой висел у него на спине. — Я заметил, Чудо. Не слепой. — без издевки язвил Ли. Ему эта ноша ничего не весила. В прямом смысле. Джисон же как спичка, и ощущается так же. В плечо снова раздается раздосадованное мычание — Ну все, не нуди. Зато ты на дистанте до выздоровления. — Радость от этого только тебе. — Джисон наконец поднимает голову, щуря глаза от слепящего солнца. — А я вижу тебе особенно приятно, когда тебя по коридорам все кому не лень шпыняют. — попал в цель, ничего не скажешь. Голова снова падает в плечо и стонет. И ведь Ли имел полное право выказывать недовольство. Ему ведь приходилось за шкирку Джисона вытаскивать из приступов. На удивление он адаптировался к таким сеансам сразу же. Просто рассмотрел их, как возможность сблизится и в духовном плане, и в физическом.       Весь оставшийся путь они молчат. Джисон понимает, что итак с самого начала выглядел жалко со своими требованиями, а тут у Минхо вся его повседневность, как на ладони. Это он еще его прошлого не видел, интересно, вступился бы тогда сегодня. Собственно из-за тех придурков Хан и подвернул ногу. Решил спокойно сходить за соком себе и Ли, решив налаживать их взаимоотношения, и тут сердце упорхнуло. Как и почва под ногами. Он бы и нос разбил, если бы не наличие Минхо и его чуйки на любые колебания души Хана. Только та завопила и её хозяин удачно повис на чужой руке, тихо шипя от ноющей боли. Что с теми ребятами случилось, Джисон так и не понял. Увидел только раздраженный взгляд Ли, пока тот брал его под руку и вел в медпункт. Спрашивать не стал.       С другой стороны, меньше проблем от Хана — меньше головной боли у Минхо. А дружить и дома можно. Только придумать бы, чем таким заняться. Ну, для сплочения дружеского духа. Из банального у них фильмы и настолки. Ещё можно взять во внимание посиделки за горячим шоколадом с маршмеллоу и пледом одним на двоих. Джисон представил эту картину и у него задергался глаз. Нет, явно не с Минхо. Он определенно другой стихии. Определиться с занятиями будет легко, на крайний случай Ли просто залезет в интернет. Он за день так наловчился, что скоро наверное каждое непонятное сленговое слово гуглить будет. Ну либо Джисон научится разговаривать нормальным языком. Остался лишь один вопрос. — А как понять, что контракт исполнен? Появится какая-то волшебная бумажка? — болтая ножками спрашивал Хан, пока наливал им чай. Все таки посиделки. — Говорил же, это не юридический договор. — Ли опять закатывает глаза, готовясь к разъяснению — Твоя душа должна решить. Как только она подаст сигнал моей, контракт будет считаться исполненным. Мы это почувствуем. А до тех пор сближаемся и радуемся. — Ну, тогда расскажи о себе! — воодушевленно начинает Джисон, грея о кружку руки. Минхо сначала застывает в этих глазах с чаем на пол пути ко рту. — У нас встреча по интересам какая-то? — его смеривают обиженным взглядом, что вызывает смешок. — Я серьезно. Сам сказал — сближаемся. Ничто так не сближает, как разговоры. — Разговоры сближают, только если души честны друг перед другом, а нам обоим есть о чем врать. Как думаешь, насколько душевная беседа выйдет? — саркастично заявляет демон, убивая весь настрой. — Можно было хотя бы попытаться. Не о погоде же нам вечно говорить, в самом деле. Может у тебя хобби хоть какие… Я имею ввиду земные!!! Земные хобби какие есть?! — уже заметив злорадную улыбку, спешит уточнить Хан. Адских развлечений им тут не надо. Джисон не хочет слушать про пытки. — Я на Земле последний раз был, когда твоих пра-пра-родственников в планах еще не было, а ты говоришь о земных привычках. Тогда из досуга были только книги, дуэли и балы. На вечеринки я тебя не потащу, да и терпеть их не могу. Дуэль не предлагаю, ты и до начала не доживешь, а какие книги я читал, вряд ли в миру остались. Так что делай выводы. — с каждым предложением брови Джисона взлетали все выше, а лицо приобретало все более страдальческое выражение. — Душнила… — Ты сейчас и до предложения дуэли не доживешь. — Угрозами делу не поможешь. Значит пройдемся по моим, а там поймем, что тебе будет нравится. — Ли его пепелит взглядом, а ему хоть бы хны. Спустя минуту все же сдается. — Ну и что ты предлагаешь тогда? — Начнем фильмами и дальше как пойдет. — Ладно, делать то что-то надо.       На том и порешили. Начали фильмами и в один день случайно закончили пару серий Гарри Поттера, начали Марвел (выключили после первого, Минхо не понравилось), перешли на аниме, в частности на студию Гибли. Хан был удивлен, когда увидел как Ли чуть не зарыдал от концовки рыбки Поньо. К часу ночи младший уже клевал носом, а Минхо устал пялится в экран. Конспект перед глазами уже плыл и просил отложить его до завтра. Большая часть заданий была успешно выполнена, ибо Джисон просто не мог нормально концентрироваться на просмотре. Минхо из-за этого часто косился на него и все же подсаживался помогать на особенно скучных моментах. Удивляло, как студент успевал обрабатывать комментарии к сценам, если носом был в тетрадях. Однако выдержка не вечна, глаза уже щиплет от перенапряжения, а рука попросту не слушается. Чуть лоб не встречается со столом, его укладывают на плечо и тянут на себя. Минхо подхватывает парня на руки, все еще удивляясь легкости ноши, и осторожно сквозь чужие бурчания тащит в комнату. - Ну Хо, мне осталось всего пара страниц... - зевая возникает парень, пока его укладывают под одеяло. - Ага. Пара страниц и они отпечатаются у тебя на лбу. Завтра целый день впереди. Спи.       И ведь уснул.       На сей раз принцессу будит не пульвелизатор с холодной водой, а теплые полуденные лучи. Парень приподнимается на кровати, одеяло слезает куда то в ноги. Сам он выглядит, как помятое безумие с гнездом на голове. Не пойми, как он так вообще спал. Решается встать и вспоминает, что лодыжка до сих пор крепко замотана и надо бы поаккуратнее. Потихоньку, стараясь лишний раз ногой не дергать, по стеночке он пробирается сначала в ванную. Умывается и тем же лабиринтом бредет на кухню.       На удивление квартира оказывается пустой. Подпрыгивает к столу и видит записку о том, что старший ушел в магазин. Видимо ему скучно было. Почти весь досуг Минхо сводился к Джисону, во всех смыслах этого выражения. Кушать в одиночестве не хотелось, поэтому Хан решил дописать вчерашний несчастный конспект, который вроде как не закончил. Прикидывая на память сколько еще осталось, берет в руки тетрадь и застывает. Сверяется с фотографиями одногруппника и снова подвисает. Он не должен был вчера успеть переписать его весь. Джисон засыпал с полной уверенностью, что ему оставалась ещё целая треть. Однако каким-то образом весь материал был закончен, а значит осталось дождаться только сегодняшних заданий и вечером сделать и их. Пазл в голове пытался сложится, но сонный разум никак не хотел думать.       Решив, что доломать свой мозг за готовкой будет более продуктивной затеей, Джисон поковылял к кухне. Позавчера готовил Минхо, значит сегодня его очередь. Забинтованная нога доставляла небольшой дискомфорт, но спасибо небольшому кухонному пространству, парню практически не приходилось ходить. Когда вторая нога устала держать вес тела, он просто сел на стул, подставив его к плите. В таком положении и застал его Минхо - сидящим нога на ногу, с крутящейся лопаткой в руке и скосившим взгляд в сковородку, на которой тушились овощи. На голове по какой-то вселенской задумке снова роились птицы и прическа была похожа скорее на одуванчик, нежели на что-то адекватное. Кажется, Хан еще не проснулся. Ли постучал по косяку, чтобы своим присутствием не довести человека до остановки сердца, но тот все равно вздрогнул и уронил лопатку. Тихо выругнулся, поднимая ее и поздоровался.       Пока Минхо раскладывал продукты и помогал мыть посуду, пока они завтракали, хотя судя по времени уже обедали, пока снова сели за фильмы и настолки, потому что Хан сейчас еле в пределах дома передвигается, ни то, что на улицу выйти - эта атмосфера, что изначально казалась Джисону напряженной и неуютной, сейчас стала более домашней и комфортной. По ауре Минхо создавалось ощущение, будто они всегда так жили. Вкупе с довольно обыденным поведением Минхо, расслабится парню стало в разы проще. Хан старался много не думать и сам не заметил, как включился в течение жизни, что потихоньку начинала становится приятнее.

***

      К слову Ли все же о себе рассказал. И не признать, что увлеченные глаза, вмещающие, кажется, Галактики и чужие воодушевленные вздохи, сильно ему льстили - значит соврать всему его адскому поколению. Было по особенному приятно вспоминать о своих сила и видеть такую отдачу в слушателе. Хоть он и сказал, что никакой магии использовать не будет, парочку приемов все же показал. - Погоди! И огонь на руке умеешь!!! - Хан чуть ли не подскакивает, когда между двумя пальцами демона вспыхивает сине-фиолетовое пламя, мирно колышась, и тут же гаснет, оставляя легкую волну теплоты. - Я в шоках... - Ты еще не понял с кем сделку заключил что ли? - усмехается Ли, довольно скаля зубы и откидываясь на спинку дивана. - Да понял я, что ты там какая-то очень важная шишка и равных тебе нет, - Минхо аж чуть не подавился, когда его часовой рассказ о "подвигах" сократили до этого, однако, говорить насколько его персона там внизу важна, все же не стал. - просто... Все еще не верится. Особенно, когда вижу это своими глазами.       И правда, если обычному обывателю показать, что такой же по виду человек предметы в воздух силой мысли поднимает, в секунду телепортируется и зажигает непонятное фиолетовое пламя на руках, возможно он бы сам себя в дурдом отвел и попросил бы не отпускать, пока поколение не сменится. Ох уж эти миллениалы.       То, что Ли буквально может поднять его под потолок, особо не напрягаясь, немного захватывала дух, как собственно и ощущение полета. На удивление самого демона, Хан не брыкался в ужасе, а заливисто смеялся, расставляя в стороны руки и смотрел сверху вниз так завороженно, что в груди что-то само по себе шевелилось. Минхо испугавшись, ослабил хватку и Джисон грохнулся на диван со смешным кряхтением и принялся ворчать на демона за неосторожность и пренебрежение к его больным конечностям. Но парень довольно быстро затих, подползая ближе и заговорчески прося рассказать еще что-нибудь. И Минхо бы в пору его послать с бесконечными расспросами, вот только почему-то рассказывать хочется.       А Джисон же, внимательно слушая, пытаясь запомнить каждую деталь и с интересом задавая вопросы, взял и уснул на нем, удобно умостившись головой где-то у живота. Минхо все больше чувствовал себя хозяином кота, которого боишься двинуться и разбудить.

***

      Ли не вел себя, как типично описанный демон-обольститель, что тебе дорожку ковровую перед ногами стелет - пытается угодить, но лишь обманывает. Он скорее действительно учился ладить с человеком будучи одной из версий себя. Малец перед ним не представлял угрозы и вызывал улыбку своим смущение и ворчанием, так что Минхо начинало нравится его дразнить. Ущипнуть за щечку, кинуть пошлый анекдот или забавный флирт, легонько зарядить ладонью по заднице, а потом на полном серьезе убегать, борясь за свою бессмертную жизнь. Они дурачились и им было весело, даже не смотря на перманентно пессимистичное настроение Хана в университете. Когда Ли становилось скучно, он мог мертвого из могилы поднять. А в университете демону всегда было скучно. Джисон, спящий на парте был для него легкой работой.       Однако начиналась сессия, и младшего стало все труднее доставать. Он откликался, но просил дать сосредоточится хотя бы на час. Ли это надоедало и они решили разделиться. Просто так оставить своего фактически подопечного он не мог, поэтому находился Минхо либо ждущим около здания, либо дома, что-то увлеченно читающий. Его заинтересовала современная детективная литература, что несказанно радовало. И удивляло. Прочитав несколько первых попавшихся у Хана манг, он либо воротил нос, либо закатывал глаза от внутреннего чувства стыда за нынешнее людское поколение. Правда, и Хан пожалел, когда попросил пересказать сюжет одной из книг, которые нравились самому Минхо. Прервал его на половине и налил себе крепкий кофе. Нет, он будет продолжать жить в своих магических вселенных и радоваться их нереальности. И что, что с ним живет магическое нечестивое существо, которое вытаскивает его из меланхолично подвешенного состояния?       Сегодня один из таких скучных дней, когда Хан плелся домой в компании наушников и какой-то толстой книжки из библиотеки. Оттуда нужно выписать кучу терминов и тезисов, чтобы ответить на некоторые вопросы к экзамену через неделю. Благо нужные страницы преподаватель любезно продиктовала всей группе, понимая, что ее предмет их специальности не так важен. Побольше бы таких думал Хан, в голове прикидывая, что нужно взять домой. Ли вроде заинтересовали чипсы из нори со вкусом кимчи. Как раз за просмотром очередного фильма можно будет похрустеть.       В своих мыслях он уже расписал их последующий вечер и половину ночи, среди которой Минхо скорее всего опять отправит его спать, щелчком заканчивая за Джисона его работу. Думает, что Хан до сих пор не догадывается, но такие провалы в памяти стали случаться у него уж слишком часто, поэтому он решил проверить. Притворился самым спящим и уставшим человеком на свете, был заботливо укрыт одеялом, но стоило Ли скрыться за углом, он, как мышь проскользнул за ним. Минхо лишь оглядел взглядом учебник и тетрадь, закрывая их и быстро щелкнул пальцами. Странички встрепенулись, словно под напором ветра, бумага отлила каким-то золотом, и была убрана на край журнального столика, вернувшись к своему изначальному виду. В ту ночь Джисон засыпал с легкой улыбкой на лице и странным чувством в груди.       В голове проносилось сотни сценариев их разговоров, план диалога с кассиром, но до магазина Хан так и не дошел. С Ли он почти перестал бояться ходить по улицам и коридорам университета, а сейчас и вовсе забылся, потерявшись в реальности. Бабочки в животе разлетелись в стороны от глухого удара телом о тело. Джисон, что по своей самоуничтожающей природе хрупкий, отшатнулся на пару шагов, насупив брови, поднимая взгляд вверх, и замер. Знакомые неприятные лица заставили самый низ живота противно скрутится. Парень пересилил желание согнуться от тошноты и сильнее нахмурился, вынимая наушники. Они были наскоро брошены глубоко в задний карман портфеля, чтобы не отвлекать внимание.       Губы человека напротив изогнулись в ухмылке, ему видимо было весело. А вот Хану не до смеха. Вряд ли сейчас получится убежать или позвать на помощь, второй раз сухим из воды ему видимо не выйти. В памяти всплыли прошлые попытки быть слиться с окружением и от него. Как он шугался каждого звука, как придумывал новые маршруты, каждый день петляя все больше, думал над заочкой, но сдался, когда ему ее не одобрили, ибо причина недостаточно уважительная. Не стал разбираться, он справится. Через год волнение как-то поутихло, возросла небольшая уверенность, что его оставили в покое. А потом появился Ли и стало спокойнее. Словно за стеной. Впервые под защитой и так надежно, что дышать стало в разы приятнее. Жаль сейчас его рядом не было. Хотя это наверное к лучшему, мало ли что парни могут наговорить. У них же язык совсем за зубами не держится. А Хан так надеялся не вспоминать... - Хан-а, чего ты распушился, как дикобраз? Разве у белок есть иголки? Мы же просто поговорить. - и снова это тупое прозвище и имя, над которым бессовестно издевались. Джисона окропило легкой дрожью. - Никто не давал тебе права так меня называть. - ему нужно успокоится, дома ждет Ли, фильмы и подготовка к экзаменам. Он больше не один и до своей смерти уж точно не будет, как бы сейчас кровь не стыла в жилах, отрицая все доводы в голове. - Да-да-да. Ты чего же это сегодня совсем без своей охраны? Мы уж подумали тот смазливый паренек к тебе прирос. - слова были словно выплюнуты, как змея метает яд. Чужая злость Хану немного льстила. Они ведь считали его никчемным и никому не нужным. По сути так и было, но вряд ли они когда-нибудь об этом узнают. - Ну, собственно, сейчас не о нем. Ты же, наверное, понимаешь, зачем мы здесь сегодня собрались?       Джисон решил стоически хранить молчание. Пусть думают, что боится, но страх перед ними давно вышел из легких сигаретным дымом. Он, кстати, уже как пол года бросил. - По глазам вижу помнишь. Вот мы пришли вернуть тебе должок. С процентами. - Двое парней за ним выпрямились, ожидая сигнала. - У меня никто ничего не занимал, да и я добрый вроде как, проценты не беру. - тело натянулось словно струна, готовая в любой момент сорваться и больно ударить. Что-то внутри сильно металось, не в силах успокоится. - Да? А как же тот донос, из-за которого мы со скандалом вылетели из уника, пока ты, милый Хан-и, продолжаешь спокойно жить. - он знал, что разговор уйдет в это русло, но Серьезно? Джисон и жить спокойно в одном предложении? Что-то внутри стало болезненно ныть, прося обратить внимание и успокоить. - Я уже сотню. Сотню! Раз повторял, что это был не я. - ядовито-сладкое обращение из уст Кёна уже не так резало уши, как ложные обвинения. Дун Хён и Геон громко усмехнулись откуда-то из-за спины главного. - Я даже не знал о той вечеринке и к тому же, винить вам нужно только себя и наконец взяться за мозги.       Словно ветер, явно злой парень оказался совсем рядом, перехватив одной ладонью воротник толстовки. Джисон правда пытался держать в себе всхлипы и слезы, но глаза предательски блестели. Он перехватил чужую руку, чтобы хоть как-то ощущать почву. Разум настойчиво пытался верить, что хоть кто-нибудь пройдет и увидит это безобразие. Буквально молил, но никто так и не проходил. Джисон собрался с силами и резко перебил, хотевшего заговорить парня. - Не я устраивал вписку. Не я спаивал малолеток. Не я решил побаловаться на пьяную голову и подмешать что-то несчастной девушке. - он с отвращением глянул на некогда бывших приятелей и вернул взгляд в некогда любимые глаза, что сейчас смотрели с жаждой мести. - И не я решил снять надругательство над ней же на камеру. А. Ты. - последние слова он фактически плюнул в чужое лицо и попытался вырваться.       Ничего не вышло, его только сильнее схватили, оттянув подальше. Чужой кулак замахнулся, а парни сзади обступали, доставая руки из карманов. У одного камера, у другого кастеты. Ничего нового, да и приятного мало. Его просто изобьют до полусмерти, засняв это в личный архив, посчитав, что так избавятся от всех проблем. За секунду до боли Хан думал лишь о том, что вся дерзость за которую его сейчас накажут чего-то да стоила. А еще о том, что Ли наверное не дождется чипсов. Интересно, как быстро его найдут?       Джисон зажмурился, пытаясь погасить руками хотя бы половину удара, но услышал какой-то хруст и хрипящий стон. На удивление не свой. Хватка на капюшоне ослабла, но появилось давление в районе талии. Открыв глаза он понял, что летит куда то вниз, словно поскользнулся и спешит схватится за плечи человека рядом. Точнее не человека. Около глаз покачивается сережка в виде полумесяца. Такую Минхо носит, не снимая. Приглядывается и да. Его каштановые волосы, его толстовка, точнее Хана, и такой родной голос. - Ещё б чуть чуть. - мужчина выравнивается, поднимая за собой накренившегося Джисона и оглядывает того оценивающе, не обращая внимания, что к нему бегут двое обозленных парней. - Тебе повезло, что твоя душа иногда тебя не слушается и все равно вопит, как резаная. - Душа...? - и до него доходит. Трепыхалось не сердце, а душа. Так это ее он в такие моменты чувствует? Удивительно. Надо будет извинится перед ней, за то, что ругался, думая, что это очередная паническая атака. - А... Минхо!       Но Ли даже не вздрагивает. Щелкает пальцами совсем незаметно, все еще сканируя своего человека и мир вокруг останавливается. В прямом смысле. Друзья Кёна застыли в воздухе в сантиметрах от парней, а сам он втыкал взглядом в асфальт, зажимая окровавленной ладонью нижнюю часть лица. В глазах его плескался страх и не понимание. Кровь, что капала с его ладоней, застыла в паре сантиметров от асфальта, прямо как сережка в ухе Минхо. Тот как ни в чем не бывало развернулся и, все так же придерживая Джисона за талию, подхватил под локоть и повел куда-то за спины обидчиков. Велел уставится на закатное солнце и не двигаться. - Что ты...? - хотел было возразить парнишка. - Просто не оборачивайся и смотри на алый закат, если хочешь можешь и уши закрыть. почему-то появилось желание последовать наставлению. Он прижал ладони к ушам, рассматривая и правда ярко красное зарево. Последнее что он услышал - повторный щелчок, а дальше шорох.       И как он не заметил такую красоту пока шел? Или оно только сейчас вышло, вместе с Минхо? Ну по дороге по всей видимости собственные фантазии казались намного ярче солнца. Созерцание через минуту прервал виновник этих самых мыслей. Минхо нежно обхватил запястье, коротко погладив его большим пальцем, и потянул на себя. Хан отмер и их взгляды встретились. На темной доселе радужке подобно вину в фужере плескались красные кристаллики, плавно исчезая в глубине глаз. Джисон приоткрыл губы в восхищении, на секунду заметив, как чужие глаза метнулись к ним и сразу сосредоточились на обстановке вокруг. Хан отмер дважды, замечая внешние звуки и какие-то хрипы-стоны за спиной. - Не оборачивайся, говорил же. - рука мягко ложится на его спину. От чего-то становится еще теплее. - До сих пор нельзя? - тихо, вроде даже шепотом спрашивает, робея от поменявшейся атмосферы. - Да. Пойдем домой. - Ли никогда не был настолько обходительным и мягким. Хан чувствовал, как начинал в этом растворятся. - Стой! Я в магазин же хотел ещё. - спохватившись, возвращается он в реальность. События пятиминутной давности испаряются из памяти, как что-то ненужное. - Хорошо, пойдем. - демон напоследок бросает испепеляющий взгляд за спину, что съеживаются даже те, кто был без сознания. Они их больше не побеспокоят.       На удивление в это вечер Хан отрубается не за конспектами, а на плече Минхо, что не желая тревожить его сон, просто накидывает на них одеяло и тоже прикрывает глаза.       Просыпаться утром, всем телом прижимаясь к демону было... Слегка неловко. Как только Джисон проморгался и понял, что это точно не сон, накатила непонятная паника. Душа снова затрепетала, но что-то подсказывало, что Ли всё еще спит. Парень в этот раз осторожно попросил доселе непонятую часть себя успокоится и на удивление, она замолкла. Хан выдохнул и слегка отодвинулся, рассматривая бледное лицо перед собой. В их первую встречу он был многим белее. Оно и понятно, если мужчина будет расхаживать бледный, словно лист бумаги, это создаст лишнее внимание. Ещё Джисон не видел Ли настолько умиротворенным. Глаза закрыты, ресницы не двигаются, волосы слегка прикрывали их и наверное щекотали кожу. Интересно, а он чувствует щекотку? Надо будет узнать потом.       Сейчас в моменте казалось, что Минхо сошел с иллюстрации. Не дышал и не двигался, подобно статуе. Лишь поражал своей красотой. Его тело по сути своей не живое, но от чего-то грело лучше одеяла. И может это будет излишней вольностью со стороны Джисона, но он отпускает себя и обратно прижимается к своему демону. Чувствует сквозь надвигающийся сон, как его крепче прижимают к себе и засыпает. Минхо смеряет взглядом его макушку и осторожно поглаживает спину. Кажется, у него в душе тоже что-то начало тихонько трепетать. Вот только это успокоить совсем не получается.       Возможно, когда они оба встают после еще добрых двух часов сна, между ними бегает непонятная искра. Переглядки, смешки и просто невзначай брошенные слова, от которых улыбка на лицо лезет. Может на задворках своего сознания они заподозрят неладное, что-то странное витающее в округе, но это ведь будет как нибудь потом. И не важно, что это потом случится в день последнего экзамена Джисона через какой-то месяц.       Честно, когда Минхо со спокойной душой отправлял человека закрывать последний зачет в сессии, он четко был уверен, что Хан справится. Он утром лично пересказал ему все билеты от корки до корки. Да и выглядел он вполне здоровым. Однако, взволнованный голос его одногруппника, сообщающего, что Джисон упал в обморок, как только вышел из аудитории, говорил об обратном. Так быстро демон еще ни разу не принимал решения. Мгновение и он уже стоял у входа в университет. Стоило ли сейчас думать о том, что подумают о из ниоткуда возникшем юноше? Скорее всего да, но эта привычка слишком быстро приелась. Как и все, что было связано с Джисоном.       Привычным стало засыпать в обнимку. Конечно не сразу. Отправной точкой был момент, когда посреди ночи младший просто подошел к читающему Минхо и сказал, что не может уснуть в одиночестве. И понеслась. Засыпали либо в зале на диване, либо целенаправленно шли в спальню. И Ли не мог отрицать, что ему нравится. Тепло прижимающегося тела ощущалось так правильно и желаемо. Обрывать такие моменты не хотелось. С Ханом даже получилось стать тактильным. Хотя обычно демон и на метр к себе кого-либо не подпускал.       Плохое это влияние или же нет - судить явно не тому, кто заправляет адом. Любовь как никак тоже одно из искушений его пристанища, так почему бы ей не поддаться, учитывая, что желание этого парня он решил выполнить по собственной воле. Если же Джисон ответит взаимностью, то исход будет даже лучше. Давно он такого не ощущал, что поделать. Есть конечно свои нюансы, но о них они поговорят потом вместе.       Перемахивая через две ступеньки сразу, мужчина быстро находит кабинет медсестры и влетает туда, чуть ли не снося дверь с петель. На него сразу же оборачиваются две пары глаз, но все внимание демона сосредоточено на паре закрытых. Закрытых и тяжело дышащих. Голова виском упиралась в прохладную стену, любимые губы, кажется, пересохли. Худая ладонь прижимала к носу ватку, пропитанную кровью. Очнулся. - Что с ним стряслось? - Минхо обращался к медсестре, отчетливо чувствуя, что Хан сейчас не в состоянии разлепить кашу из мыслей. - Переволновался и упал в обморок. Из-за того, что подскочило давление носом пошла кровь. Сейчас уже все хорошо, но ему лучше лечь и на пару часиков отдохнуть. - отвечает та убаюкивающим голосом, вставая с места. Минхо, подходит ближе и осторожно берет парня на руки, что-то неразборчиво шепча. Джисон заметно расслабляется и просто дает себя нести. - Спасибо, что сразу позвонил мне. - он оборачивается к парнишке, что продолжал шокировано сидеть - Только вот где вы мой номер достали? - А... Не за что. Там все, кто в коридоре стоял, испугались. - парень призадумался - Какой номер был в экстренных, такой мы и набирали. К тому же там было написано "Чаги". Вот я и сложил два плюс два. - Спасибо... - у Минхо аж глаза на лоб полезли. Он вроде не тринадцатилетняя школьница, чтобы впадать от такого в замешательство. Тогда почему по сердцу разлилось непонятное колющее тепло? Почему то, что мертво уже тысячи лет трепещет, словно только что родилось?       Телепортация дело не хитрое, но сейчас жизненно необходимое одной маленькой душе в его руках. Быстро уложив Джисон под одеяло, забив, что нужно переодеться, он налил ему сладкого чая, дождался, когда тот его выпьет и дал просто умостить на своем плече голову и обнял в ответ, обхватившее его тельце. Минута и послышалось тихое сопение. Дыхание человека выровнялось, а Минхо лежал и осознавал, что грядет страшная катастрофа.       Потому что Сатана окончательно влюбился.

***

      Думать да гадать, кто любит, а кто нет демон не собирался. Терпеливо ожидал сигнала от души, но так была либо непробиваемо упрямой, либо блестяще тупой. Сессия Джисона, как и его последний год в университете закончились и сейчас все, что оставалось делать - это пытаться отдохнуть перед неизвестностью.       Неприятно начали мучать предположения, почему контракт до сих пор не завершен. Он четко понимал, что доверяет Минхо и уже смело может назвать его своим другом, так почему они все еще ходят по паркам, много гуляют и смотрят фильмов? Минхо нарочно тянет время или Джисон чего-то не до понял? По демону не скажешь, что он нервничает, поэтому оставалась лишь какая-то неизвестная переменная, мешающая исполнению договора. Некая недосказанность с самим собой - пришел к выводу парень.       С момента осознания, что что-то точно в его миропонимании пошло не так, прошло два мучительных дня. Минхо любезно и почти без лишних вопросов предоставил ему пространство с самим собой, когда Джисон попросил об уединении. Мол, разобраться ему нужно с противоречиями внутри. Душу ждал серьезный разговор а-ля "пытка с пристрастием". Хотя ко взаимопониманию прийти все же получилось.       Разбирался долго. Уверенно и не очень пробираясь сквозь заросли самому себе не признанных мыслей, чувств и прочего хлама, что накопился там за многие годы. Он стоически наводил порядок, иногда затапливая его слезами. Слышал сквозь пелену стенаний встревоженные стуки, тихо отвечал, что все в порядке и продолжал плакать. И вот так мало по малу разобрался.       Разобрался, но не до конца поверил самому себе. Пришел к выводу и запутался, не надумал ли чего лишнего, не упустил ли какую важную деталь, что получилось так. Потом смирился, но не понял, что делать дальше. В голову полезли сомнения, противоречия и неуверенность в том, правильно ли он все это время понимал Минхо. С одной стороны демон никогда не пытался выдать черное за белое. Они за эти пол года действительно медленно, но верно шли на встречу друг другу. Джисон корил себя, за эту свою дурацкую натуру, что искала подвох везде и вся, однако поделать ничего не мог. Мысли лезли в голову и его не спрашивали. На секунду промелькнула идея, что проще самого Ли спросить, и почему-то трусливый мозг за нее зацепился. Парень тут же встал и на дрожащих ногах пошел к двери.       Минхо, что не удивительно, уже стоял напротив, чуть поодаль, закрыв глаза и прислонившись к стене. Когда их взгляды встретились Джисон понял одно - Ли уже все знает. Стало как-то немного неловко и много страшно. Впервые от него захотелось убежать, а напор карих глаз с бордовым отливом ощущался тяжестью на плечах. Глаза начинают неумолимо слезиться, когда Минхо с нечитаемым настроем отталкивается от стены и подходит ближе, хотя может быть ему только кажется. Какое-то странное ощущение в груди стопорит и не дает слова сказать. Хочется оправдаться, заявить, что это случайность и попросить отправить уже в Ад к грехам поближе. Потому что демон перед ним еще один грех на его жизненном счету.       Джисон дрожит и снова чуть не плачет настрадавшимися глазами, похожими на космос. Ли тонет в галактиках и поздно осознает, что наверное сейчас сильно пугает своего человека. Напускное безразличие как рукой снимает и через зрачки оголяется его душа - до липкого нежная, но лишь единожды, ехидно смеющаяся с абсурдности обстоятельств и до жути игривая. - Я думаю ты и так все понял. - выходит коротко, но более слов в голове не находится. Мужчина уже достаточно рассказал своему человеку, чтобы тот знал, что любое колебание его души для Ли, как на ладони. Особенно после того самого знака, о котором только и твердил Минхо. Джисон, правда, ожидал, что это будет как легкий или щекотный укол, как секундное защемление, что-то явно на физическом уровне, но никак не мысль. Четкое и уверенное понимание, что связь окончательно установилась и так называемые "контракт" выполнен. Чего Джисон не до конца понял, так это яркую ответную реакцию. - Да. - вырывается по странному хрипло и тихо. Внутри постепенно стихает страх и разливается теплота. Воздух пропитался спокойствием и их мешающимся дыханием. Джисон от нервов теребит рукав теплой толстовки, потому что от такого глубокого копания в себе холодно стало, и смотрит в чужие кровавые омуты, ожидая, что дальше выкинет судьба. Хотелось верить, что все будет светло и радужно, но Минхо все еще демон и все еще очень по странному смотрит. - Тогда... - взгляд падает на губы. - Готов ли ты встретится с последствиями? - не разрывая зрительный контакт, Джисон кивает, как-то загнанно черпая от связанной души уверенность в собственных словах, и получает ее в избытке, как и мягкие губы Минхо на своих. Поцелуй выходит быстрым и целомудренным. Словно по лепесткам розы, Ли проводит пальцами по спине до талии и останавливает руку. Смотрит, подбирая слова и еле слышно шепчет - Тогда ты должен понимать, что любовь Владыки Ада крепка и нерушима, к тому же имеет необъятную силу. Согласен ли ты на нее? - второй кивок выходит уже более твердо, без дрожи в мышцах и убитого взгляда. - Так тому и быть, однако придется потерпеть. - Ли целует снова, будто в последний раз, не давая шанса опомнится, касается груди где-то у солнечного сплетения и в ту же секунду Джисона чуть ли не сгинает пополам. Минхо сильной хваткой прижимает его к себе, отвлекая губами и парень не замечает, как теряет сознание. В последних крупицах мыслей видится некое дежавю, но причинно-следственные связи уже не вяжутся в голове.

Его разум погрузился в вечный сон.

      Утром его встречает большое мягкое одеяло, в которое он во сне закрутился, как в кокон и странная тишина. Тело отдает гуляющей по мышцам болью, слегка затормаживая реакцию, но парень собирается с силами и приподнимается, выпутываясь из того, что сам и наворотил. Перед взором все плывет, но даже в этой размытой пелене он понимает, что это не его комната. Еще понимает, что никакое это не утро. Хотя черт его знает, если на окна и намека нет. В комнате горит тусклый свет свечей, делая обстановку вокруг едва различимой. Становится как-то не по себе, приходится сильно напрячься, чтобы восстановить воспоминания.       И тут как током прошибает. Однако понятнее не становится. С Минхо все вроде, как понятно и Джисон достаточно разобрался, чтобы ему до конца верить. Тогда почему он сейчас один, непонятно где и пойди разбери, что делать дальше. Сидит так в раздумиях с пару минут, да и решается исследовать территорию. Хуже, наверное, не будет. Его подталкивает уверенное ощущение безопасности внутри, как это было, когда рядом был Минхо и Хан решается, поворачивая ручку единственной двери.       Скорее всего он в каком-то большом доме, потому что путь открывается на длинный более светлый коридор. Все так же без окон. Он уже начинает по ним скучать. Так хотя бы получилось оценить местность. Единственное, что он может сейчас оценить, так это интерьер и смешное количество дверей по обе стороны. Почему то в них заглядывать совсем не хочется. Ну, путь ему оставили только один. В свои мысли не дает уйти какой-то черт, чуть не сбивший его с ног на развилке. Причем в прямом смысле - с рогами и хвостом. Вывернул из-за угла ни с того, ни с сего, так еще и матом посыпать начал, пока от чего-то резко не замолчал, боязливо вытаращившись Хану за спину. - Ты совсем слепой или так, сезонная тупость? - раздался высокий насмешливый голос позади. Джисон мог точно сказать, что его владелец улыбался широкой игривой улыбкой. - Не видишь метку Владыки? Так раскрой глаза по шире. А теперь извинился и скрылся нахер с глаз подальше.       Взгляд чертенка метнулся куда-то в район ключиц, от чего Джисона передернуло, низко поклонился и убежал, продолжая шептать извинения. Хану показалось, что он даже заплакал. Оцепенение прошло и ему наконец удалось развернуться. Перед глазами предстало в принципе то, что он и ожидал - молодой парень, на вид одного с ним возраста. Улыбка была и правда широкой и хитрой, ввиду чужого лисьего прищура. Какой-то угловатый черный нимб, больше похожий на колючую проволоку, криво возвышался над такими же темными, как смоль волосами. Незнакомец тряхнул незастегнутыми рукавами рубашки, приветственно протягивая ладонь. - Чонин. Как тебя зовут знаю. Меня попросили за тобой присмотреть, как очнешься. - коротко и по делу, большего Джисону сейчас было и не нужно. Он в ответ пожал руку, немного тушуясь от продолжения монолога. - Смелый ты конечно, во Владыку Ада влюбиться, так еще и взаимно. Действительно, Чудо. - лис обронил смешок, все больше забавляясь от потерянного вида собеседника. - Так он правда тут самый главный... - глаз от чего-то стал дергаться. - Ха-ха, до сих пор не понял? Долго же до тебя доходит. Ну не унывай, пойдем лучше пройдемся, покажу тебе здесь все. Как никак тебе здесь до скончания веков куковать.       И правда повел. Перед глазами невольно пронеслись школьные экскурсии, где слушали экскурсовода, разве что только преподаватели, но никак не дети. Нужно отдать должное, Чонин рассказывал действительно интересно. Даже про стол - чуть ли не реликвия в большом просторном зале, богато украшенный витиеватыми резными узорами, смотрелся вычурно, но в атмосферу вписывался, хоть и перенимал на себя основное внимание. - Ты сейчас серьезно рассказываешь мне всю подноготную стола? - они стоят уже добрых двадцать минут и обсуждают... стол? Джисон торопился забрать свои слова в сторону профессионализма Чонина назад. - Конечно - это самая важная вещь во всем Аду. - они посмотрели друг на друга и засмеялись. - Ладно, я прикалываюсь, пошли дальше. - Как знал. - С кем поведешься, от того и наберешься, что поделать? - демоненок пожал плечами и резко свернул в очень незаметное ответвление коридора. - Пойдем покажу наши красоты.       Только Хан снова подумал, что здешние здания бедны на окна, как наконец их увидел. Честно, он чуть ли молится им не начал, во время остановился. Паренек вывел их на какое-то подобие террасы. Просторное полностью закрытое пространство с остекленными панорамными проемами. Честно сказать в своих ожиданиях он слишком сильно преуменьшил размеры резеденции, ограничив их просто "большой дом". Если примерно прикинуть по высоте - этаже двадцать, не меньше. Вид снаружи одновременно пугал и завораживал. Возможно, его человеческой натуре придется немного привыкнуть к своеобразности видов. Поначалу взор встретил лишь темноту, но потом Чонин опустил его голову слегка ниже и дух перехватило не только от картины, развернувшейся перед ним. Едва различимые постройки перекликались с паутиной чего-то неоново красного, что опоясывало всю нижнюю поверхность. Обзор местами заслоняли высокие пушистые деревья, казалось бы, откуда здесь взяться растительности, но все удовольствие от умопомрачительного вида перебивал подкативший к горлу ком.       Инстинктивно Джисон попятился от окон подальше, пока не впечатался в стену позади. Ладони пошарили по поверхности, не находя за что схватится. Его странное поведение не ускользнуло от взора помощника и тот задумчиво смерил его глазами. - Высоты что ли боишься? - он невинно улыбнулся, как бы сам не веря в эту догадку. Абсолютно пустой взгляд в ответ тут же подтвердил опасения. - Страсть как боюсь... - Не, страсть парой этажей ниже. - взгляд из пустого стал режущим, что Чонин сразу же поднял руки в защитном жесте. - Ну хочешь за руку возьму, если боишься. Правда за мою сохранность потом ты в ответе будешь.       О какой сохранности говорил демон, Хан не задумывался, а как рука собеседника оказалась в зоне досягаемости, немедля вцепился в нее, не без усилий, но уже более уверенно подходя поближе. Даже смог рассмотреть, что деревья пушистые совсем не из-за густой листвы, а скорее благодаря плотному сплетению ветвей. - Я, кажется, теперь понял, почему вы сошлись с Владыкой. - Джисон отрывается на секунду от созерцания и бросает глазами вопрос. - Ну ты такой же саркастичный, забавный и свиду на ежика похож. Ну знаешь? Колючий как будто. На вас нужно налепить табличку "Не лезь - убьет".       Его речь прерывает легкий, лишь для привлечения внимания, кашель. - И ну конечно же именно сейчас Вы выбрали момент, чтобы бесшумно подойти со спины. - они вдвоем поворачиваются и сталкиваясь с нечитаемым выражением на лице пришедшего. Его взгляд падает на сцепленные руки и Чонин бледнеет. Хотя куда больше то. - Так! Стоп! Я объясню... - Я сейчас в обморок упаду. - честно признается Джисон заместо всех объяснений. Только сейчас становится заметно, как трясутся его руки. Конечно страх притупился, но это не значит, что он не накапливается. Ещё как накапливается и делает это в геометрической прогрессии.       Спохватившись, они уже вдвоем утаскивает чуть ли не плачущего парня подальше, в более безопасное место. Отходит от шока Джисон уже в светлой просторной комнате, сидя на диване, Минхо протягивает ему кружку с чем-то теплым - чисто символически. Для человеческой психики Хана пока не понятны изменения в его организме, так что теплый чай поможет ему успокоится. Чонин их быстро покидает, наскоро извинившись и, кидая напоследок что-то вроде "совет, да любовь". За что конечно получает от Ли оплеуху, но это не мешает ему озорно смеяться, показывая на ходу язык. - Несносный мальчишка... Ни во что меня не ставит, совсем уже от рук отбился. - качает головой старший, заложив руки за спину, все еще стоя перед Ханом. - А мне показалось, что он очень тебя уважает. - грея руки, добавляет Джисон. - По крайней мере так было, пока ты не пришел.       Минхо от чего-то смеется и усаживается на край журнального столика прямо напротив уже своего человека. Его образ вернулся к изначальному - высокий хорошо сложенный мужчина в черной рубашке и свободных приталеных брюках. Кожа бледная совсем не скрывает выступающие на оголенных предплечьях вены. Дар речи уходит вслед за всеми адекватными мыслями от идущее от демона ауры. Изучающим взглядом он скользит по напрягшейся фигуре, в конце возвращаясь к глазам. Смотрит так завороженно и влюбленно, что Хан чувствует, как щеки и кончики ушей теплеют. Он наверное уже красный, как помидор. Ну, тут его винить не за что. Он тоже влюбленный и жутко чувствительный ко всем проявлениям ответной любви. И пусть некоторые назовут эту любовь нездоровой, ему плевать. Противится в угоду общепринятым нормам совсем не хочется, учитывая, что он по этим нормам отчаянно старался жить и до чего в итоге дожил. Ли тем временем наклоняется, складывая локти на колени, оказываясь еще ближе. На шее блестит серебрянная цепочка, ниспадая на полуоголенные ключицы. Джисон невольно заглядывается, усилием воли заставляя себя вернуть взгляд обратно к глазам. - Есть ли у тебя какие-то вопросы, Чудо? - теплая ухмылка трогает чужие губы и голова парня на секунду пустеет. Хочется спросить какого хрена, но это будет слишком обобщенно звучать. - Если я захочу задать их все, мы просидим за игрой в "Что? Где? Когда?" следующие сто лет. - он пытается расслабится, но какой-то приятный адреналин не дает. - Тогда давай отмету половину. Да, ты сейчас в Аду, это ты наверное уже понял. Мы находимся в моей резиденции в самом его центре. Чонин, который тебя здесь водил - мой подчиненный. Теперь и твой. С остальными познакомишься позже. Думаю даже обычной прогулки тебе хватило, нужно отдохнуть. Твое земное тело погибло, ввиду перехода души сюда. Скажу так, что ты - это все еще ты, просто немного более нематериальный. - он и правда упорядочил больше половины замешательств, крутящихся в голове парня. - Не пугайся, скоро все сам поймешь. Если я начну объяснять подробно ты просто запутаешься и накрутишь себя всем, чем только можно. - Неправда... - бессмысленный протест против очевидного. Чтобы не смотреть на красноречивое выражение лица Минхо, приходится рассматривать свои коленки, на которые тут же ложится чужая рука. - Знаешь же, что накрутишь. Даже то, что исказить-то невозможно. - Ли хихикает, наблюдая, как надуваются любимые щечки. - Ты самое главное не сказал мне. - не понимая, что же такого забыл, Ли ожидает, когда тот продолжит. - Что между нами в итоге? - и тут же жалеет о заданном вопросе. Он краснеет, кажется, всем телом, пока у него забирают из рук чашку. Все еще смеясь, Минхо встает, утягивая Джисона за собой и тут же за талию притягивает ближе. Разум не успевает переваривать непредсказуемость демона. Остается только непонимающе таращится в ответ на нежный и теплый взгляд. - Прости, Чудо, я просто думал, что все и так понятно. Забываю, что ты у меня очень любишь сомневаться. - вроде незначительная фраза, но ощущение, что кто-то считает его своим, будоражит спящих бабочек до глубины их маленьких душ. - Сначала ты был для меня "Чудом", потому что твоя душа жила словно отдельное, но сообщающееся с тобой существо, словно твои истинные потребности пытались до тебя докричаться. Заметил, что здесь тебе стало находится легче? - пара задумчивых секунд молчания и уверенный кивок - Это потому что все твои земные противоречия остались на той стороне и душе твоей фактически спорить не с кем. Поэтому я откликнулся на её зов - счел это занимательным. Сейчас же ты Чудо всего Адского пантеона, потому что моя собственная душа не откликалась ни на чьи чувства в ответ уже около тысячи лет.       И эти пара простых предложений все, что требовалось, чтобы Джисон упал лбом ему в плечо, крепко обнимая за шею. Несколько слезинок вынесли с собой пережитую ранее боль, скатились и были забыты, как все его гнетущее прошлое. - Ты говорил, о последствиях связи с Правителем Преисподней. Я же правильно понимаю? - Да, на тебе моя метка и теперь ты только мой и ничей больше. Измена карается ужасными муками. С другой стороны за верность я буду готов отдать тебе всего себя. - Слегка абьюзивно, не находишь? - парня пробивает дрожь от того, что ему начинают щекотать ребра - Ладно-ладно! Я пошутил! Пошутил! - Ты серьезно? Мне кажется, все честно. - Ли так уж и быть сжаливается и, аккуратно поглаживая по спине, целомудренно целует его в щечку. - К тому же, тебе уже можно много того, что не позволяется буквально никому. - Например? - Ну, например, обращаться ко мне на "ты" или же просто "Минхо". - Владыка возмущается с неприкрытого смеха со стороны парня и продолжает - Что смешного? Некоторые кроме "Великий Владыка Ада" ничего произнести не смеют. - Прости. Так мне снова обращаться на "вы", как в нашу первую встречу? - он поднимает голову и задорно смотрит в глаза напротив. - Избавь меня от этого. Отдохнем от формальностей.       Тишина затягивается. Обоим больше нечем продолжить разговор, поэтому стоя, соприкоснувшись лбами, они пытаются высмотреть в душах друг друга что-то новое. Джисона Минхо изучил уже вдоль и поперек. Тот с самого начала был как на ладони и нисколько не скрывался. А вот Хан подобно котенку мягкими лапками простукивал почву их новых взаимоотношений. Там наедине Ли позволял себе показать более подростковую сторону своего характера - слегка несобранную и капризную, немного развязную и черпающую все благи накатившей юности. Сейчас же его обнимал более взрослы и зрелый мужчина. Смотрел уверенно, так же касался, полностью обозначая свою позицию и Джисону было в это комфортно. Он в ответ был готов отдать всего себя, и ему даже не нужно будет это говорить. Ли все и так чувствует, сквозь закрепившуюся между ними связь.       Минхо посчитал бы себя идиотом, если в такой удачный момент не поцеловал бы Джисона. Ощущения были совсем иными, нежели в их первый поцелуй. Уверенные движения рук, что спускались на талию, притягивая совсем уж вплотную, и мягкие касания родных губ. Хан чувствовал, как его потихоньку ведет. Ли на удивление быстро отстраняется, меняя угол и приникая вновь, углубляя поцелуй. Тело бросает в дрожь от ощущения чужого языка, но Джисон стоически держится. На дрожащих коленях, из последних сил, но держится. И плевать, что руками и за Минхо. Для него он по прежнему сравним с пушинкой, хоть всем весом на нем повисни.       Пальцы медленно вплетаются в волосы демона, от чего тот удовлетворенно мычит Хану в губы и всё. Того можно забирать в дурдом, ибо он уже совсем поехал крышей. В заключении напишите - свихнулся от любви Ли Минхо. В лечащие врачи записать желательно тоже его, потому что без дозы нежностей он, наверное, пропадет совсем. Да и как же так жить и не любить в ответ.       Привыкать к такой жизни, возможно, придется долго, но ведь и Минхо к его привыкал. Пусть на время, но привыкал.       И конечно же идиллию момента влюбленных может прервать только черт возьми откуда взявшийся со своими срочными делами подчиненный. - Господин Ли... Ой! Ужас какой, простите! - Хан мгновенно прячется куда-то в шею, а Минхо снова смеется, останавливая ворвавшегося. - Быстро говори, что стряслось и не отвлекай. - в миг он становится серьезным, готовясь слушать. - Это, кстати, Бан Чан. - Джисон быстро поглядывает на него, машет с тихим "Здравствуйте" и обратно прячется в объятиях, слишком смущенный этим инцидентом. - Просто хотел должить, что выполнил последнее Ваше поручение. Все готово, осталось только ждать, когда Вы назначите время. - Чан выпадает из легкого ступора и машет в ответ. - Сегодня точно нет. Завтра в середине суток можно. - они кивают друг другу и Чан попрощавшись уходит. Воцаряется неловкая тишина и Хан решается ее прервать. - Что-то случилось? - Да, и очень важное событие, и ты кстати в нем участвуешь. - невзначай сообщает Ли, подталкивая Джисона по коридору к своей комнате. Им обоим стоит как следует отдохнуть в компании друг друга. - В смысле, я учавствую? - Хан настораживается, сжимая ладонь Минхо в своей. - Не пугайся, Чудо. - он открывает дверь, пропуская свою любовь в просторную спальню, тут же утягивая на кровать. - Да и нужно сообщить этому чертовому сборищу, что у Ада появился еще один король.       Наваждение от удивления быстро проходит и Хан без лишних вопросов засыпает в теплых объятиях, убаюканный таким желанным спокойствием. Кажется, оба получили то, чего хотели бы их души, словно недостающие части друг друга. Теперь Джисон точно знает одну вещь.

С нечистью о понимании и любви поговорить тоже можно.