Колосья на ветру

Каждое утро, как только солнце начинало всходить из-за горизонта, Луз тихо одевалась и убегала на улицу. Каждое утро по деревне разносилась загадочная мелодия. Она наполняла собой воздух, приветствовала ветер, гуляла в колосьях пшеницы и будила сонных пастухов. Каждый раз она звучала по-разному, ее интонация менялась, мотивы изливались во множестве вариаций, но отдельные эпизоды были похожи. Песня летела вместе с ветром, начиналась вместе с солнцем и угасала вместе с последними звездами. Все знали о ней. Все боялись ее. Все презирали ее. Но все равно ходили к ней за помощью и советами… Никто не знал, когда она появилась в деревне. Кажется, это произошло не заметно для всех, как само собой разумеющееся событие. Никто не заводил разговор об этом, а уж тем более, никто не спрашивал об этом ее. Слухи быстро разносятся в небольших и замкнутых поселениях. Так произошло и в этот раз, кто-то проболтался, а ветер уже пересказал его слова на всю округу. Деревья перешёптывались об этом, река одиноко журчала путникам свежие слухи и сплетни. Все люди одновременно узнали. Все люди одновременно поняли. Но продолжали делать вид, что ничего не изменилось. Лишь каждое утро их приветствовала песня… Луз бежала по цветочному лугу. Капли росы падали на босые ноги, ветер трепал распущенные волосы, а вдалеке раздавалось утреннее пение птиц. За горизонтом, за небольшим холмом с одинокими деревьями текла река. Ее журчание отчётливо слышно в свежем воздухе, а течение очень быстро. Еще будучи детьми, им рассказывают разные истории о реке, о водяных, кикиморах… О прочей нечисти, которая норовит утащить тебя на дно. Ну конечно, это всего лишь сказки, придуманные для того, чтобы отбить у детей желание приближаться к реке. Сказки были всегда, надо только дать им повод и они сразу же появятся, зародятся из слухов и пойдут странствовать по свету, рассказывая и рассказываясь разным взрослым и детям. В доме водится домовой, в лесу тебя зовет аука, леший путает тропинки… Подростки тихо перешептываются ночью в поле, пугаясь каждого шороха и звука. Вот только в ведьм, все здесь верили по-настоящему. Потому что люди знали ее. Потому что люди видели ее. Потому что люди слышали ее песню каждое утро. Первые лучи солонца озаряли ее зеленоватые волосы и острые бледные уши. В руке она держала плетеную корзинку, со свежими набранными травами. Легкий серый плащ раскачивался на ветру в такт песне. Река незаметно для всех останавливалась, лишь бы на пару мгновений рассмотреть ее тень чуть ближе. Она начинала петь. Ее мелодия разносилась по всей округе, наполняя воздух запахом сухих трав и чем-то необыкновенным. Она знала, что каждый день, Луз стоит за деревом и смотрит на нее. А Луз знала, что ведьма об этом знает. На самом деле, люди иногда приходили к ней. Это происходило вечером, ближе к закату, когда к реке, в тайне, прибегали родители с больным ребенком на руках или несчастные девушки. Она, молча, выслушивала их историю, вручала им какие-то пучки трав или просто гладила по голове. Через некоторое время, жизнь налаживалась, и никто не хотел упоминать о том, что здесь была замешена «нечистая сила». Хождения к ней называли обрядами. Люди не любили о них говорить. Люди сразу же переводили разговор на другую тему, как только речь заходила об обрядах. Но Луз это не останавливало. Стоило ей только завидеть легкую тень около реки, как ее сердце тут же замирало. Она просто не могла отвести взгляд от этого прекрасного творения, от невесомых рук, собирающих травы, от бледного лица с легкой улыбкой, от волос, растрепанных на ветру…и от песни. Песня зачаровывала, песня лечила, песня согревала. Песня давала надежду и жизнь. Это произошло на рассвете, в день, когда что-то поменялось. Ветер сегодня разыгрался не на шутку: срывал одежду и плащ, гнул золотые колосья пшеницы, игрался с волосами, то поднимая, то отпуская, а затем, резко хлестал ими по лицу. Не слышно и привычного щебетания говорливых птиц, затаившихся с лесной тени. Ветер беспокоил их. Но девушка продолжала петь. А Луз продолжала стоять. Ее руки вжались в дерево, а уши пытались уловить нежное пение в густом завывании ветра… Резкий порыв воздуха, на несколько мгновений заставил обоих зажмуриться. Поднялся слой пыли, все вокруг окрасилось в песчаные, коричневые тона. Глаза защипало, в носу зачесалось, а ноги осыпало дождем мелких камешков. Ветер не останавливался, он все быстрее и быстрее бежал куда-то вдаль… Нет! Корзинка! Ветер резко вырвал ее из рук, травы рассыпались в реку, девушка протянула руки, чтобы ее схватить, но они с хлопком сжали лишь воздух. Корзинка улетала все дальше и дальше, ветер относил ее все выше и выше, облетая кустарники на холме, задевая травы, запутываясь в деревьях… Две руки схватили корзинку. Две человеческие руки. На склоне стояла Луз. Ветер рвал ее волосы, рвал одежду, пытаясь отнять из рук, уже опустевшую, маленькую корзинку. Но она продолжала стоять на склоне, в ступоре, не зная, что ей дальше делать. Ведьма подошла чуть ближе. Она приветливо улыбнулась и помахала рукой. Луз помахала ей в ответ. Они пошли на встречу друг к другу… Вблизи, она была еще прекрасней. На ее лице просвечивали веснушки, а глаза искрились янтарным блеском. Ее легкое темно-синее платье было ей по колено, а за поясом виднелось несколько кармашков для трав и прочих побрякушек. На ее шее весел амулет, камень, аккуратно вставленный в оправу. Она протянула руки, чтобы взять корзинку… - Бери, я это…гуляла не подоплёку, увидела, что у тебя ее ветер из рук вырвал, вот, принесла… Глупая улыбка. Небольшой смешок. Ведьма взяла свою корзинку обратно. Они простояли несколько минут, смотря друг другу в глаза. Солнце уже поднялось из-за реки и теперь светило ярко, по-летнему жарко. Ветер утих, лишь его остатки одиноко завывали в листве деревьев. С речки послышалось кваканье проснувшихся лягушек. Все вокруг начало потихоньку пробуждаться ото сна… Девушка молча развернулась и пошла в сторону реки. «…Приходи сюда ближе к вечеру…» Легкий шелест ветра коснулся ушей Луз. Она услышала ее просьбу. Она обязательно придет к ней... *** День клонился к закату. На полях уже закончили работы и усталые люди шли по домам, чтобы отдохнуть и насладиться вечерними теплыми лучами уходящего солнца. Их ждал вкусный ужин, добрые семейные посиделки и длинные разговоры о важных и не очень делах. Слышались восторженные крики детей, тяжелые вздохи стариков и грубое, диссонансное пение мужчин, успевших где-то раздобыть алкоголь. Все это напоминало обычный летний вечер. Только не для Луз. Как только первые лучи солнца начали наливаться бардовым цветом, она тут же выскочила из дома и побежала к реке. Где ее ждала она. Луз никто не останавливал. С самого рождения ее считали немножко странной и старались избегать. Нет, они не презирали ее, они ее не унижали, а относились так же, как и к остальным людям. Просто некоторые ее увлечения считали…загадочными. Никто не знал о ее утренних походах. Никто не знал, что сегодня вечером, она собралась на встречу с нечестью. Ведьма стояла около реки. На ней все то же темно-синее платье. Ее волосы все так развиваются на ветру. Только на этот раз, она уже не пела. Она просто стояла и смотрела на реку. Шелест сухой травы раздавался под ногами. Луз уже видит ее, стоящую рядом с водоемом. Ведьма обернулась. Скромная и неловкая улыбка возникла на лицах обоих. Они рассмеялись. Смеялись робко, не смело, как будто бы немного стесняясь друг друга. Их взгляды встретились, маленький огонек уходящего солнца сверкнул в зрачках обоих, они смотрели друг на друга, они понимали мысли друг друга без слов. Затем, ведьма улыбнулась и взяла Луз за руку. В одно мгновенье все переменилось, легкий холодок пробежал по телу Луз, она стала видеть то, чего не видела раньше. Вокруг них танцевали сотни, а может и тысячи различных существ, ужасных, прекрасных, удивительных и неподвластных человеческому пониманию. Солнце окончательно зашло за горизонт, вокруг загорелись огни ночных костров, чей дым уходил далеко в небо, к самим звездам. Они стояли и улыбались. Они стояли вместе, держась за руки, и просто наслаждались волшебным моментом. Это был совершенно другой мир, полный сказок, духов и всяких легенд. Здесь цветет папоротник, здесь запутываются тропинки в лесу, здесь глубокие водоемы зовут тебя на дно… Они поняли все в одно мгновенье. Для них все казалось сном, сном волшебным и удивительным. Потому что они нашли друг друга… Их лица оказались слишком близко, легкое смущение и стремительная решимость накрыли с головой их обоих. Губы с запахом пряных трав и речной воды и губы с запахом ветра и колосистой ржи. Они поцеловались. Они навсегда останутся друг с другом. *** Каждое утро по деревне разносилась загадочная мелодия. Она наполняла собой воздух, приветствовала ветер, гуляла в колосьях пшеницы и будила сонных пастухов. Каждый раз она звучала по-разному, ее интонация менялась, мотивы изливались во множестве вариаций, но отдельные эпизоды были похожи. Песня летела вместе с ветром, начиналась вместе с солнцем и угасала вместе с последними звездами. Все знали о них. Все боялись их. Все презирали их. Но все равно ходили к ним за помощью и советами… Никто не знал, когда они появилась в деревне. Кажется, это произошло не заметно для всех, как само собой разумеющееся событие. Никто не заводил разговор об этом, а уж тем более, никто не спрашивал об этом их. Слухи быстро разносятся в небольших и замкнутых поселениях. Так произошло и в этот раз, кто-то сказал, а ветер уже разнес его слова на всю округу. Деревья перешёптывались об этом, река одиноко журчала путникам свежие слухи и сплетни. Все люди одновременно узнали. Все люди одновременно поняли. Но продолжали делать вид, что ничего не изменилось. Лишь каждое утро их приветствовала песня…