Аватара гоблина или играющая семья в другом мире

      Проснулся я на восходе — и после многих дней, при отсутствии дневного света — это было замечательно. Осторожно взлетел, не вылетая из пещеры, кентавров внизу уже не было, и путь был свободен.       Восход еще и более-менее показал, в какой стороне я нахожусь, и по всему выходило, что я все-таки прошел насквозь эту не очень большую горную гряду и оказался в центральной части прерий — пустоши. К югу отсюда как раз были места, куда отступили кентавры после поражения сотню лет назад. Для того же, чтоб они не распространялись на север, особенно в стороны Межгора, был построен Минотавр — Форт — большая крепость около входа в долину Межгора. Крепость эта была самой большой, но не основной и не единственной — самое узкое место между небольшой горной грядой, огранивающей Межгор и непроходимыми болотами джунглевыми лесами на востоке, было перекрыто более мелкими крепостями. В одной такой крепости могло быть от нескольких десятков до сотни минотавров и троллей.       К юго-востоку от Минотавр-форта был Провал — естественное труднопроходимое ущелье с несколькими мостами; рядом с каждым стоял форт. Еще одна серия фортов стояла у восточной и западной части провала, окончательно отсекая кентаврам почти любую возможность пройти на север, и тем более в сторону Межгора. В фортах существовал некоторый вид костровой сигнальной системы, зажигаемой по цепочке при наплыве орды кентавров от форта, подвергшегося нападению до Минотавр-форта. У самого же Минотавр форта был какой-то вид связи с Межгором. Какой именно я был не в курсе, потому как закончивший рассказ о своей бурной молодости и героической службе минотавр, после слов «и они связались с центром Межгора» захрапел и упал лицом в специально приготовленное для этой цели сено… Или это был салат, с минотаврами, точно быть уверенными нельзя. В любом случае он недоговорил, и мне оставалось только гадать была ли эта связь магической, такой же серией костров, как в фортах, или просто там были гонцы на беговых двурогах.       За последние лет пятьдесят такое нападение нескольких сотен кентавров случалось уже трижды, и трижды подкрепления подходили вовремя, отбрасывая кентавров от очередного осажденного форта. Последнее такое случилось двадцать лет назад, о чем мне, собственно, этот ветеран и рассказал.       Хорошие новости были в том, что я знал, где нахожусь, представлял более-менее, куда мне идти, и, по словам все того же минотавра-ветерана, промахнуться мимо фортов мне было тяжело. Или меня занесет к Провалу, и я найду один из четырех провальных фортов. Либо к востоку от него, а там и к Минотавр-форту близко.       Плохие новости тоже были. Первой такой было, что через полчаса, после того как я все-таки отошел от пещеры у озера и направился в нужную мне сторону, из пещеры посыпалась целая толпа существ.       Означало это в первую очередь то, что «страшные звуки в темноте», что мне чудились во время перехода по пещерам, не были ни галлюцинациями, порожденными моей паранойей, ни детскими страхами. Означало это, что собакоголовые все же в какой-то момент «встали на след» и почти меня поймали.       Был я в условном километре от них, когда несколько отделились от общей группы и двинули за мной. Они не смотрели в мою сторону, но еще раньше я был свидетелем того, что для собакоголовых зрение не является доминирующим органом чувств. Шли они точно в мою сторону, что, с одной стороны, вызывало сильное опасение, но с другой стороны, пару тройку я должен завалить раньше, чем они завалят меня. Будь у них время и возможности установить ловушки, мне пришлось бы плохо, но тут не лес, и вообще незнакомая им местность, так что подобного можно не опасаться. Несколько из них прошло по моему следу и вернулось. Не то, что я за ними следил, но все же, увидев возможных преследователей, я немного увеличил скорость передвижения и время от времени оглядывался.       Был, конечно, вариант, что они нанюхались всякого, их цель — кентавры, но я считал ее несостоятельной. Ах да, вторая не очень хорошая новость: по направлению моего движения, но немного опережая меня, шел отряд (табун) кентавров.       Конечно, это мог быть табун именно лошадей, если бы не несколько нюансов. Кентавров, даже находившихся в дальней разведке, никто не учил скрывать следы. Максимум, на что их хватило — это скинуть объедки в яму и завалить ее камнем побольше. Возможно, будь я сильно от них подальше, этого бы хватило. Вот только даже, если допустить, что в этом мире есть плотоядные лошади, и даже если допустить, что они скинули бы объедки в яму, то вряд ли обладали настолько маленькими зубами.       Казалось, что обладавшие большей скоростью кентавры должны были уйти далеко от меня, но я, как оказалось, двигался медленнее, чем они, идти мог дольше, так что наша скорость была вполне сопоставима. Я, наверное, если бы напрягся, мог бы их догнать, перегнать ближе к ночи, если бы не один нюанс — они бы меня догнали бы на следующий же день, а ни деревьев, ни травы, ни даже холмов, где можно было бы спрятаться, в пределах видимости не было.       Не знаю, какие методы позиционирования были у кентавров, но шли они от ручейка к ручейку, я же больше ориентировался по горам, и уходить от них слишком далеко, и терять ориентир не хотел, хоть сам и не был так жестко привязан к источникам воды.       Где-то за мной шло несколько групп собакоголовых, тоже, ориентируясь по моему запаху, стыдно, но запаха хватало, пусть я и старался с утра помыться, магией, промыть, просушить одежду и сваливать. Заклинание очистки, делавшее примерно то же самое с минимумом усилий, увы, знал и умел только Рури, и у меня оно не получалось.       Первая группа, подошедшая слишком близко, проследовала за мной к чему-то вроде оазиса, месту с более зеленой травой рядом с источником, и наткнулась на кентавров. Сам я, доведя следы до их стоянки, взмыл в воздух и переночевал с наветренной стороны, немного ближе к востоку. Группа, плотно шедшая за мной, нарвалась на кентавров, а следующие старались уже не повторять таких ошибок.       Так мы и шли по прерии: разведотряд кентавров, за ними, я на некотором отдалении, время от времени поднимаясь в воздух, чтобы оглядеться получше, и за мной группа собакоголовых, время от времени разбивавшаяся на несколько групп поменьше.       Так продолжалось до тех пор, пока мы не добрались до того, что я смог определить как Провал — здоровенное ущелье с несколькими подвесными мостами. Насколько я помнил из рассказов Вайна, а болтали мы с ним в том числе и о всяких географических феноменах, частые землетрясения в этом районе не позволяли наладить нормальное сообщение через провал. Подвесные мосты тщательно проверяли после каждого землетрясения, попытка же одного из правителей Империи Анка установить большой каменный мост через Провал провалилась в Провал, как и сам наполовину построенный мост. По иронии остались стоять два пролета в начале и конце моста и еще один в середине, видимо, каким-то образом эти три зоны оказались сейсмически устойчивы. А подвесные мосты устояли. Тем же, кто шел с торговыми караванами и умел договориться с кентаврами, оставалось идти справа или слева от провала, и платит; торговую пошлину тем, кто охранял Западную крепость или собственно Минотавр-форт на Востоке.       Более мелкие караваны и одиночные путники могли пройти и по центру, но грузоподъемность их ограничивал подвесной мост. И аппетиты стражи были поменьше. По слухам через западную крепость, отданную на откуп губернатору, торговцы вообще старались обходить стороной. Потому как в Минотавр-форте заправляли ставленники Совета Племен и все это время держали определенную таксу, которую не меняли с имперских времен, а вот в Западной крепости могли ограбить до нитки, за «нарушение предписания номер 228 о чрезвычайном положении». Номер предписания менялся. Желание нажиться на неудачливых торговцев было постоянным.       Провал оказался для меня большим сюрпризом, чем я думал. Последние несколько дней похода по пустыне я привык постоянно уходящим вперед кентаврам и преследующим меня собакоголовым. Я всегда мой уйти — улететь вперед налево или вперед направо. Провал это возможность мне сильно урезал. Я не очень знал, как работает мой полет, если земля подо мной сильно далеко. Мои подъемы на высоты были кратковременными, так как требовали уйму маны, невысоко я мог летать довольно долго. Исходя из этого всего, если я взлечу и полечу над Провалом, я могу как уйти вниз, так и остаться на месте, но недолго, пока не кончится мана.       Кстати, это еще одна из возможных причин, почему я улетел в ту дыру — какой-то вариант кражи маны, который я не заметил. Хотя вряд ли, тогда я бы и ледяной кокон не смог бы колдануть. Но это еще одна уязвимость моего полета, надо иметь в виду.       Повезло мне немного в том, что к Провалу кентавры вышли очень незадолго до сумерек, а я с охватившими меня полукругом, собакоголовыми уже в сумерках. Я успел разглядеть охватившие меня и прижимающие к кентаврам отряды, а вот кентавры меня не заметили. Все же какие-то начала тактики, типа «окружения добычи» собакоголовые знали.       Несмотря на довольно прискорбное положение с преследованием, и практически окружением, мое положение стало сильно лучше. Направление моего движения уже определилось, спасибо кентаврам, по всей вероятности, они знали, куда шли. Всего-то мне надо было перейти мост, и переговорить со стражей форта. Мешала этому одна маленькая деталь: кентавры установили пост на входе на мост.       Впрочем, сумерки мне сильно сыграли на руку. Я постарался подойти как можно ближе к мосту на линии провала, обойдя лагерь кентавров справа и оставаясь вне досягаемости собакоголовых. Кстати, последний явно показывались на глаза кентаврам, но до драки между ними не дошло (а жаль). Собакоголовые просто дошли до последнего места, где я стоял на земле, и дальше двигаться не рискнули. Но хотя бы собакоголовые потеряли мой след, когда я взлетел, или не потеряли, но поближе к кентаврам соваться не стали, и то хлеб…       Я взлетел и продвинулся вперед магии это стало сразу жрать, как не в себя, и я понял, что до моста я недотяну. Пришлось спускаться в провал, находить выступ как можно ближе к мосту, и отдыхать, пока снова не смог летать. Повторив это трюк несколько раз, я оказался под мостом. Сверху тихо переговаривались кентавры-часовые. У меня оставались силы, возможности сделать последний рывок на мост, но был один нюанс: стоит мне ступить на мост, как кентавры-часовые тут же об этом узнают. А двигаются кентавры в краткую единицу времени все же быстрее, чем маленький неторопливый гоблин. А значит, догонят. Я, если я буду выдохшийся, то и сделать с ними особо ничего не смогу. Кентавры охраняли мост по двое: один стоял частично на мосту, частично на земле, второй стоял рядом с ним. При пересменке был короткий момент, когда один из них спускался с моста, а второй еще не успевал подняться. Этот момент мне и надо было ловить, чтоб подняться на мост. Одно дело — неожиданные колебания моста, и совсем другое — когда один сошел, а другой поднялся. Даже если заметят, то будут шансы оторваться. Перелететь же на другую сторону мне не светило, расход маны был такой, что просто держись.       Единственным слабым местом моего плана было то, что я точно не знал, насколько часто у них смена. Но во время ночевок в оазисах менялись они три или четыре раза за ночь. Оставалась единственная проблема — не заснуть. И это мне не удалось — все же последние несколько дней были довольно напряжными, и в какой-то момент я отрубился, такой роскоши, как разговоры на посту у кентавров, у меня не было. Проснулся я от резкого оклика, видимо, один или оба кентавра-постовых стояли, но это не помешало им заснуть, и сменившая их пара что-то им выговаривали. Вообще, кентавры, на мой взгляд, выглядели организованными не сильно хуже регулярной армии, что наводило на довольно грустные мысли. Радовало только, что их тут не слишком много. В любом случае, те, кто сменял, не должны были еще слишком хорошо видеть в темноте, поэтому я дождался, чтоб постовой кентавр сошел с моста, и опустился на него, стараясь делать не слишком выбивающееся из ритма колебания моста шаги. До какой-то степени мне это удалось, но, видимо, недостаточно хорошо, потому что спустя минуты три после начала моего движения один из кентавров решил проверить мост.       Вариантов у меня уже не осталось никаких, сам кентавр шел не особо быстро, но если бы я продолжал двигаться на цыпочках, он определенно догнал бы меня на середине моста или раньше. Конечно, был шанс, что он пройдет по мосту, никого не увидит и вернется, но вот шанс, что он пройдет и точно меня заметит, был выше. Отчего я решил отбросить всякую осторожность и просто побежал по мосту, кентавр, естественно, меня заметил, что-то прокричал и увеличил ход. Когда он увеличил ход слишком сильно, мост дико затрясло, так что и я он чуть не улетели с моста. Мне это было не так страшно, я мог прилететь и обратно, ему же это было намного более опасно, поэтому свой ход он уменьшил. Но не успел я обрадоваться такому развитию событий, как в мою сторону прилетело короткое копье, которое это индивидуум держал до этого в руке. Я задействовал «скачек» — мгновенную телепортацию на небольшое расстояние, и чуть не стал жрецом из мага, так как поймал себя на какой-то молитве.       Уже был близко и второй конец моста, и небольшая вышка рядом с ним, вход в которую был поверху, из форта. Немного подальше стоял собственно фортик. Небольшой, на какие-то даже катапульты там были, или что-то похожее.       — Кентавры, кентавры! Нападение кентавров! — заорал я изо всей мочи.       На башенке засуетились и забегали. Мост же задрожал еще сильнее. Начало светать.       Я успевал перебежать через мост, но дальше уже нет и, как только перебежал мост, решил обернуться. Кентавр, конечно, сволочь здоровый, но возможны варианты.       Увы, влетевший на мост огненный шар кентавра, опалил, разозлил, замедлил, но не остановил. Следующий шар его почти остановил, заставив закрыть лицо. Тем временем, к замедлившему ход кентавра подскочил сзади, еще один, передал ему еще копье, а сам, засранец засадил по мне молнией. Не попал, зараза, но отвлек, а преследовавший меня кентавр, без необходимости прикрывать лицо продвинулся вперед. Еще пара шаров и пара моих отскоков от молний изменили расстановку сил совсем не в мою пользу. Кентавры были все ближе, и у переднего было копье, которым он уже и мог в броске в меня попасть. Убегать я не успевала нормально вломить сразу двоим не получалось, займись я как следует одним из них, второй бы меня точно добил. Мост же совсем не хотел загораться, на что я сильно надеялся.       И тут бы мне стало совсем плохо, но с башни подкатили и сбросили камень, перекрывший кентаврам проход.       — Ты, паря, огнем мост не пожжешь, — проговорил мне с башни бросивший камень немолодой минотавр. — Он заговорен от огня, а в веревки стебель водянки вплетен, такую не поджечь ничем.       Проблемка.       — Но попытайся, если все же мост снесешь мы рады будем, а пока…       На башне раздался стук, и в сторону моста сверху полетел камень. Не задев вообще никого       — Перелет. Ты, Мошик, прицельно можешь бить? У нас давеча еще два таких осталось…       Кентавры из-за глыбы, не имея возможности ее сдвинуть, пытались достать меня копьем и молниями, я пока уклонялся и стрелял ледяными стрелами.       Раздался повторный стук сработавшей катапульты, и меня чуть не снесло летевшим камнем, еле успел пригнуться, когда тот пролетел над тем, что заблокировал выход с моста. Стоявшим за ним кентаврам повезло меньше, их с моста таки снесло вниз.       — Недолет, — раздалось с башни, — Хотя все равно неплохо. Гоблин, давай дуй в крепость.       Мое положение явно улучшилось, но по мосту двигала уже следующая пара кентавров из копейщика, и, видимо, мага, и я поспешил к воротам.       К намертво запертым воротам.