Долгая ночь: Смерть тишины

      Маршал Солар в тот день встал, что называется, не с той ноги. Ну или утро на Круд Доминус ясно поставило своей целью вывести маршала из себя. Традиционную чашку кофе Солар опрокинул себе на китель, и форму пришлось сдавать в химчистку. Запасного комплекта формы, как назло, в шкафу не оказалось. Поминая по матери всех, кто приходил на ум, Солар откопал гражданскую одежду, которую натянул с отвращением — всю жизнь проходил «под ружьём», и потребность носить униформу прочно засела в подкорке. Спускаясь из своего кабинета, на лестнице наступил в лужу из мыльного раствора, поскользнулся и чудом не подвернул ногу. Выйдя из себя, Солар немедленно уволил уборщицу. Уже подходя к залу заседаний имперского совета, Солар вспомнил, что забыл в кабинете важные бумаги, которые собирался вынести на обсуждение. Пришлось идти обратно. Словом, к тому моменту, как маршал занял позицию в своём кресле, настроение у него было ниже всякой ватерлинии.              Члены имперского совета словно почувствовали, что маршала лучше не доводить — собрались на удивление быстро, но не в полном составе. Пересчитав присутствующих по головам, маршал раздражённо поморщился: не хватало лекса-сигнора и секретаря. Закатив глаза по самые брови, маршал устало спросил:              — Кто-нибудь видел Лена и Алису? Ну Лен-то чёрт с ним, с этого что возьмёшь… а Алиса? Она ни разу не опаздывала!              — Лекс-сигнор передал, что задерживается, — подал голос Лост.              — Да чёрт с ним, говорю! — снова поморщился маршал. — Этот крендель нигде не пропадёт. А вот Алиса… Непохоже это на неё. Кто-нибудь вообще её видел?              Как оказалось, Алису никто не видел. Потерев глаза и в очередной раз пройдясь крепким словцом по всем, кого мог вспомнить, Солар устало спросил:              — Она что, испарилась?! Или…              В зал влетел, распахнув дверь коленом, Лен. Затормозил руками в стол, приложившись об него локтем, по-школьному поднял руку и выпалил:              — Прошу слова!              — Выкладывайте, — кивнул маршал. — И лучше бы у Вас были хорошие новости. Плохих мне и так хватает.              Отдышавшись, лекс-сигнор ровно произнёс:              — Секретарь имперского совета, Алиса Селезнёва, сегодня ночью сбежала, прихватив с собой взвод военного спецназа. Это первое. И второе…              — Секундочку, — перебил его Кросс. — Что значит «сбежала»?              — То и значит, полковник, — лекс-сигнор придвинул себе стул и тяжело опустился на него. — Подняла в ружьё взвод, угнала бронемашину и свалила в неизвестном направлении. Не спрашивайте меня, что там случилось… не знаю. Лексы засекли, как машина выезжает из города, но дальнейшая слежка результатов не принесла. И, таким образом…              — Не иголка, не пропадёт, — отрезал Солар. — Лен, Вам поручаю организовать поиски. Обыщите на Круд Доминус каждый угол.              — Есть. И вторая новость, с Вашего позволения, — дождавшись кивка, Лен произнёс: — По непроверенным данным, за «Немотой» может стоять светлейший принц Торнас.              Повисла гробовая тишина.              — Вы хотите сказать, что, возможно, исчезновение секретаря связано с этим? — подозрительно спросил Солар.              — Нельзя исключать такую вероятность.              Помолчав немного, Солар спокойно сказал:              — Вероятность исключать действительно нельзя. Но это ещё ничего не доказывает… Не забывайте о презумпции невиновности, Лен. Пока не установлена истина, никто не выдвинет обвинений против секретаря имперского совета. Следовательно, я однозначно запрещаю её преследовать. Найти, установить негласное наблюдение, о всех передвижениях сообщать имперскому совету. Эта информация слишком ценна, Лен, чтобы Вы владели ей один.              — Так точно, — флегматично ответил Лен. — С Вашего позволения, маршал, я пойду передам приказ своим подчинённым.              — Идите.              — Он явно задумал что-то недоброе, — заметил Кросс, едва за лексом-сигнором закрылась дверь.              — Очевидно, — спокойно ответил Солар. — Кто что думает о ситуации?              — Принц Торнас — законный правитель! — резко и с пафосом произнёс Лост, хлопнув по столешнице ладонями, словно пытался кого-то переубедить. — Наш долг…              — «Долг»? — маршал желчно усмехнулся. — Громко сказано, канцлер.              — Безмолвный отрёкся от трона именно из расчёта, что его место займёт Торнас, — поддержал канцлера Кросс. — Мы должны выполнить его последнюю волю. В конце концов, кто мы, если не слуги трона?              Помолчав, Солар покачал головой:              — Не думаю. Мне понятно, что движет вами двумя, но подумайте сами… Во-первых, светлейший принц Торнас — да продлятся его годы! — если он жив, обесчестил себя, сбежав с Круд Доминус. Вы знаете причины, по которым он сбежал… и вы знаете наши традиции. Во-вторых, вышеупомянутые причины никуда не делись. Заговор принца Чухна раскрыт… но кто может дать гарантию, что принц Войс не был в сговоре с братом? Если империя обретёт законного императора и тут же его лишится снова, обвинить в этом нас будет элементарно. В-третьих, судя по всему, принятие принца Торнаса — да продлятся его годы! — может привести к сепарации лексов. Нам только гражданской войны не хватало…              — И что предлагаете делать? — саркастично спросил Кросс.              — Сначала — установить, правдивы ли эти слухи. И если да… — Солар вздохнул, закрыл глаза и надолго замолчал.              Пока маршал собирался с мыслями, вернулся лекс-сигнор. Пододвинул себе стул, сел. Лост пихнул ногой под столом Кросса, подманил к себе пальцем, что-то горячо зашептал. Кросс замотал головой. Лост скривился и снова зашептал.              — Всё равно не согласен! — сквозь зубы уронил полковник. — Бошками рискуем… и не только своими!              — А есть выбор? — зашипел Лост.              — Выбор есть всегда, канцлер. Мы не можем так рисковать.              Солар наконец открыл глаза и тяжело произнёс:              — Если за «Немотой» стоит принц Торнас, его не должно быть в живых.              — Рейнджеры не поддержат этого решения, — флегматично произнёс Кросс.              — Да пожалуйста! — раздражённо бросил маршал, выпрямляясь в кресле. — Вы что, правда не понимаете, полковник? Если принц Торнас сядет на трон, полетят головы — наши головы!              — И что с того, маршал? — невозмутимо возразил Кросс. — Не знаю, как Вы, а я готов пожертвовать жизнью, если империя обретёт законного правителя.              — А хочет ли империя видеть законного правителя? — едко спросил Лен. — Нет… определённо нет. Я думаю, что мы должны действовать по первоначальному плану Безмолвного. Пусть «Немота» подавится костью, которую хотела бросить нам.              — А кто сказал, что план Безмолвного был таким?! — резко вопросил Лост. — Он подал в отставку только потому, что узнал, что за «Немотой» стоит его сын!              Повисла мёртвая тишина.              — Несомненно, — неожиданно спокойно произнёс Солар. — Это уже говорилось ранее. И я уже привёл доводы, почему Торнас не может стать новым императором. Лен, подготовьте оперативную группу и оформляйте задержание.              — Есть, — лекс-сигнор встал, обозначил учтивый поклон и быстро вышел.              — Сидеть, — лениво велел Солар, увидев, что Кросс и Лост подрываются встать. — Сидеть и слушать. Кросс, Вам поручаю найти принца Торнаса и передать ему, что по его душу идут лексы.              — Но…              — Лекс-сигнор всё равно начал бы искать принца Торнаса, да продлятся его годы. Раз так, то пусть ищет под нашим контролем. Но стать императором он действительно не должен… — маршал постучал пальцами друг по другу. — Принц Торнас, да продлятся его годы, не готов взять в свои руки целую империю. Он молод, неопытен и горяч, а в таких делах рубить сплеча нельзя. Или он предоставит правление нам, пока не наберётся опыта, или пусть подпишет отречение. Третьего не дано.              — Вы скучаете по правлению Кога I? — спросил Лост. — Все, думаю, помнят, что тогда творилось.              — Все, — согласился Солар. — А у Вас есть предложения получше? Если отдать империю в руки молодому принцу, пусть даже он всю жизнь и готовился к этому, для империи это закончится плачевно, причём без вариантов.              Предложений не было.              — В таком случае, полагаю, курс действий ясен, — резюмировал маршал. — Кросс, Вам, как я уже сказал, поручаю организовать поиски светлейшего. Самое трудное в этом деле — это опередить лексов. Подключайте к делу всех рейнджеров. Это, фигурально выражаясь, наш последний бой, и оставлять резервы нет смысла.              — Есть, — Кросс встал. — Разрешите идти?              — Разрешаю.              Когда за полковником закрылась дверь, Солар медленно заговорил, морща лоб:              — Лост, для Вас не менее ответственное задание. Так как секретарь имперского совета нас временно покинула, всю почту, приходящую на имя императора, передаю в Ваше ведомство. Если попадётся что-то важное, немедленно уведомить меня, в любое время суток. Задание ясно? Надеюсь, что ясно. Можете быть свободны.              Оставшись один, маршал развернул кресло к окну и долго молча о чём-то думал.              — Чего же ты хотел, Ропот?.. — наконец пробормотал Солар. — Передать трон сыну и уйти на отдых? Заставить «Немоту» сожрать саму себя? Наказать нас за что-то?.. Чего ты хотел?..       

***

             Безмолвный подошёл к воротам старой фермы, волоча за собой подскакивающий на дорожных камнях чемодан. Осмотрелся — рядом не было никого. Выдохнув, экс-император перебросил чемодан через забор и начал открывать ворота. С трудом подняв тяжёлый засов, Безмолвный приоткрыл створки и вошёл на двор, плотно прикрыв за собой ворота.              «Подумать только… последний раз я был тут тысячу лет назад, — Безмолвный грустно улыбнулся. — Интересно, сколько раз эту ферму перестраивали? Должно быть, немало… Но у меня ещё будет время предаться ностальгии. Пока надо делать дела».              Подобрав чемодан, экс-император пошёл в дом. Сбросил на крыльце ботинки, поднялся по узкой тёмной лестнице. За дверью на лестничной площадке оказалась маленькая комната, разделённая надвое длинным столом. Кроме него и двух стульев в комнате не было ничего. Шторы на единственном окне были опущены, а под потолком едва-едва светила единственная светодиодная лампочка. На дальнем от входа стуле сидел круд, лицо которого скрывал надвинутый по самый подбородок капюшон. Увидев Безмолвного, круд приветственно качнул головой, но с места не встал.              — Не привёл «хвост»?              «Выбирай выражения, Торнас, — Безмолвный сверкнул глазами, садясь. — Я всё ещё твой отец, а потому вполне могу надрать тебе уши».              — Отец… — Торнас желчно усмехнулся. — Где же ты был, когда мне пришлось бежать с этой чёртовой планеты, спасаясь от брата и его мордоворотов? Где ты был, когда я мотался по чужим мирам, собирая сторонников? Где, наконец…              «Довольно! — Безмолвный сделал резкое движение руками. — Тебе есть, в чём меня винить, и это понятно… но у тебя ещё будет возможность отчитать меня. Пока что нужно утрясти оставшиеся дела. Как только сядешь на трон, я выслушаю всё, что ты пожелаешь мне сказать».              — Резонно, — Торнас наклонил голову. — Прости, отец.              «Молодым всегда свойственно горячиться. Но впредь следи за языком».              — Да, отец.              Безмолвный добродушно улыбнулся:              «Будем считать, что урок ты усвоил. Что «Немота» планирует делать в ближайшее время?».              — То же, что и всегда, — Торнас заговорил медленнее. Было видно, что он тщательно обдумывает каждое слово. — Сеять смуту, вести пропаганду… пытаться открыть крудам глаза. Возможно, в ближайшее время будет смысл объявить о «возвращении истинного императора».              Безмолвный покачал головой:              «Чревато. Будь я проклят, если имперский совет ещё не послал за тобой своих крудов».              Торнас пожал плечами:              — Отец, я был бы раздосадован до глубины души, если бы за день никто не пожелал моей смерти. До сих пор никому из моих врагов не удалось до меня добраться.              «Думаешь, тут тебя никто не будет искать? Всей планете известно, что я когда-то жил на этой клятой ферме».              — Именно так. Слишком очевидное место. В имперском совете сидят прожжённые интриганы, которые привыкли везде видеть тройной подвох. Кому из них придёт в голову искать меня здесь?              Безмолвный снова покачал головой:              «Всё равно ты действуешь по меньшей мере неосмотрительно. Если тебя найдут…».              — Если найдут — тем хуже для них же, отец. Дом неплохо защищён… и по самый потолок набит взрывчаткой. Если придётся, я взлечу на воздух вместе с этими ублюдками.              Безмолвный грустно улыбнулся:              «Молодость такая молодость… Не умереть ты должен, Торнас, а жить ради своей империи и своего народа. Я, помнится, до того, как стал императором, всё мечтал о красивой смерти в бою. Думал, что в этом будет, по крайней мере, какой-то смысл. И лишь с возрастом понял, что красивой смерти не бывает. Бред всё это, который молодым вбивают в головы, чтобы не боялись встать, пойти и умереть за своего императора. Запомни это».              Торнас обозначил поклон, приложив кулак к сердцу:              — Да, отец.              «Отлично. Я останусь тут. В случае чего помогу тебе советом… а если придётся… — глаза экс-императора нехорошо сверкнули. — Что же, я ещё не забыл, как держать палаш и бластер».              — Надеюсь, тебе не придётся драться, отец, — поспешно сказал Торнас. — Ты… только не обижайся…              «Я никогда не обижаюсь. Говори».              — Ты староват для всего этого дерьма, — нерешительно закончил Торнас.              Безмолвный улыбнулся и поставил на стол локоть:              «Староват? Хочешь померяться силой? Видит Создатель, я ещё на что-то способен…».              — Отец, прошу тебя, — Торнас поднял над головой руки. — Ты далеко не молод… и к тому же твоя смерть может поставить точку в истории нашей империи.              «Моя смерть неизбежна, — Безмолвный покачал головой, перестав улыбаться. — Вечной жизни не бывает. Тебе ли этого не знать?..».              — Но ты ведь изобрёл импланты, дающие бессмертие! — выпалил Торнас.              «Да. Это было главной моей ошибкой, о которой я до сих пор жалею… и за которую до сих пор плачу».              — Но разве…              «Торнас, ты правда не понимаешь? — Безмолвный грустно вздохнул. — Можно сделать тело бессмертным… а как ты «обессмертишь» дух? Каждому разумному свойственно к старости уставать от жизни. Исключения составляют стотысячные доли процента… Кроме того, всех осчастливить попросту нельзя. Единственная причина, по которой я ещё не застрелился — это долг перед империей».              — Отец, — возразил Торнас, — но ты ведь издал указ, по которому героям вживляют импланты!              «Да. Героям, сын мой. Ты не думал, почему герои, получившие вечную жизнь, живут под моим крылом, на Круд Доминус?».              — Нет. Ни разу, — признался Торнас.              Безмолвный снова вздохнул:              «Ради их же безопасности. В империи найдётся много несознательных крудов, которые желают бессмертия, не понимая, к чему оно ведёт. Не исключено, что кому-то из них вожжа под хвост попадёт, и он решит раздобыть импланты, вырвав их у героя. Случаи уже бывали… Что и говорить, на Краста как-то раз напали, когда он выезжал по делам в Аргус. Это было незадолго до начала Великого похода… — Экс-император запнулся. — Торнас, есть просьба».              — Что угодно, отец, — Торнас обозначил поклон.              «Станешь императором — найди того историка, который начал летопись нашей империи и отстрани его от работы. Пожизненно».              Принц не сдержал улыбки, и от глаз Безмолвного это не ускользнуло.              «Да понимаю, как это со стороны звучит… Но меня уже достал пафос, который историки напускают в официальных документах. Каждой битве красивое название придумали. Интересно, чем они вдохновлялись… я же вроде план запретил сразу после того, как из дурки вернулся».              — Сделаю, — Торнас титаническим усилием воли перестал улыбаться.              «Спасибо. И вот ещё что… — Безмолвный нахмурился и выдержал длинную паузу. — Когда я планировал передать тебе трон, то собирался взять с тебя клятву, что ты будешь править согласно моим заветам. Такую же я взял с Войса во время его формальной коронации. Но в нынешних реалиях… скажем так, ты сам видишь, до чего империю довело моё правление».              — Твоей вины в этом нет, отец.              «Не надо меня утешать. Напротив, вина моя и только моя. Я был императором, а потому… — Безмолвный вздохнул и картинно махнул рукой. — Да что уж говорить… Чёртова власть! Сколько раз я уже проклинал день, когда стал императором…».              — Отец, если ты надеешься уговорить меня взять власть на себя, тебе стоит быть поосторожнее с оборотами, — заметил Торнас.              Шутка попала в яблочко. Безмолвный тепло улыбнулся:              «И правда. Я малость расклеился… Прости старика».              Улыбнувшись в ответ, Торнас сменил тему:              — Так что же мне делать, когда я возьму власть?              «То, что сочтёшь нужным, сын мой. На меня власть свалилась спонтанно и по моей собственной глупости… ты готовился стать императором всю жизнь. Передаю тебе империю не такой и не в том порядке, какой должен был передать её любящий отец, но выбора нет. Возьми империю в свои руки… наведи порядок. И не повторяй моих ошибок…».              Безмолвный опустил глаза в пол и долго «молчал». Торнас не торопил его.              «Я наступил на все грабли, на которые можно было наступить, — Безмолвный поднял голову. — Щадил врагов, пускал некоторые проблемы на самотёк, доверял важные дела не тем крудам… Проще сказать, каких ошибок я не совершал. С последствиями большинства из них тебе ещё придётся столкнуться. Я буду рядом до тех пор, пока тебе нужна будет моя помощь».              — Да, отец, — Торнас благодарно кивнул. — И прошу… не вини себя ни в чём. Ты сам когда-то учил меня не бояться ошибок, забыл?              «Помню… — по губам Безмолвного пробежала грустная улыбка. — И к чему это привело в итоге?.. Кроме того, Торнас, я имел в виду другое. Ошибки ты будешь совершать неизбежно, и с их последствиями нужно считаться».              — Конечно, — Торнас снова обозначил поклон. — Я понимаю. И клянусь, что исполню твою волю… любую твою волю. Кроме того…              Принц осёкся и прислушался, подняв руку. По лестнице кто-то поднимался. Через несколько секунд в комнате появился круд с квадратной челюстью, лицо которого пересекал шрам.              — Здравствуй, Рез, — Торнас кивнул. Безмолвный встал и отошёл к стене.              — Ты вызвал меня, Ладо, — неприветливо буркнул Рез, опускаясь на стул. — Зачем? И это ещё кто такой?              — Рез, не горячись. Я бы не пригласил тебя, не будь на то причины. Да и непроверенный круд сюда бы не попал. Есть какие-то новости из столицы?              Рез, сплюнув сквозь щель в зубах, хмуро ответил:              — Никаких. Имперский совет сидит тихо. И это напрягает больше всего. Поверь моему опыту, Ладо, тут что-то не так.              — Рез, я тебе за то и плачу, чтобы ты предотвращал проблемы. Что говорит твоя агентура?              Рез вместо ответа снова сплюнул и ничего не сказал.              — Всё настолько плохо? — невозмутимо спросил Торнас.              — Было б что сказать — я б сам пришёл, Ладо. И хватит меня дёргать по любому идиотскому поводу.              — Рез, баста. Я спрашиваю серьёзно.              Сплюнув, Рез неохотно заговорил:              — Тут кто что думает, Ладо. Порт думает, что лексы подобрались к нам достаточно близко. Утверждает, что видел среди нас оперативника, которого знает со времён службы. Идёт проверка.              — Оперативник, значит… — Торнас несколько секунд молчал. — Ты хвост не привёл?              — Если сюда ещё не вломились лексы — значит, нет, — цинично произнёс Рез.              — И всё же напомню тебе об осторожности. Наше главное оружие — анонимность. Когда разберётесь, был это на самом деле лекс под прикрытием или так — ложная тревога, мне дать знать немедленно.              — Дам. Это всё?              — На текущий момент — да.              Снова сплюнув, Рез удалился, захлопнув дверь.              «У тебя все подчинённые такие нервные?» — поинтересовался Безмолвный, снова садясь на стул.              — Рез — скорее исключение. Считай, всю жизнь под какой-нибудь статьёй проходил, вот и дёргается. У него среди зэков авторитет непререкаемый, так что он полезен… — Торнас помолчал. — Пока полезен. Когда-нибудь его придётся вернуть на тюремный мир… или, что более вероятно…              Запнувшись, принц провёл взад-вперёд по горлу большим пальцем.              «Мне нравится, что ты начинал перенимать мои уроки… — Безмолвный подавил смешок. — Но не нравится, с какого ты начал. Но в любом случае, начало положено».