Год солнца: кулинарная академия

      «Да и какой тебе может даться любви и радости, когда ты и яблока не умеешь». Стихотворение про яблоко и правда было, но не слово в слово. На секунду Антона озарило изнутри тихим злорадством: поворчать у Арса, конечно, вышло, зато поумничать – нет. А Арс выглядел, как человек, который ужас как любил умничать. Вообще, после разговора в столовке на прошлой неделе растерял в глазах Антона все очки обаяния и из кулинарного гения превратился в стрёмного душнилу, которому, кроме как своим задротством, выёбываться нечем.       – Лёш, – позвал Антон и, отметив, что голос у него был несколько виноватым, после Лёшиного вопросительного «м-м» постарался звучать как можно более непринуждённо, – Я тебе книгу возвращаю.       – Ага, – Лёша даже толком не оторвался от своих дел, только протянул руку в сторону приблизительного источника голоса – и Антон с облегчением вложил в неё увесистый талмуд.       Как-то он переживал, что Лёша начнёт интересоваться, когда это Антон успел всё прочитать, мол, что-то он его за книгой толком и не видел. Но это Арс бы так спросил, а Лёша, к счастью, был вообще не Арс: Лёша в основном не наведывался в чужие дела, пока его не приглашали. А читать всякое заумное, когда растаял авторитет Арса, больше не тянуло. Выиграть кулинарный конкурс ему это явно не поможет, а до него оставалось всего три недели. Было бы гораздо умнее сосредоточиться на действительно полезных вещах. Хотя бы в тик-токе посмотреть интересные рецепты. Потому что Дима вчера его черновой рецепт закуски разнёс в пух и прах. Не в буквальном смысле – то есть, он даже не покритиковал: скорее, высказал мнение, – но стало прям ясно, что идея – фингя.       Днём ранее       – И, короче, кладу перед судьями тарелку, наливаю в неё сухой лёд – там всё начинает дымиться, потом достаю из шокера розу, разбиваю её и посыпаю всё сверху розовыми лепестками, – довольно закончил Антон. Идея закуски до сих пор его аж самого впечатляла. – Ну как тебе? – спросил он у Димы, выдержав небольшую паузу. Он пока никому-никому свою идею не рассказывал, даже команде. Дима был первым.       – М-м, – протянул Дима, нарезая грушу, и сразу стало как-то понятно, что он не впечатлён. – Интересно.       – Но тебе не зашло… – сникнув подметил Антон.       – Ну… Ты собрал много спецэффектов, – ссыпал кубики груши в сотейник, влил немного воды и поставил на плиту.       Антон искренне не понимал, в чём проблема.       – Так прикольно же?       Дима почесал вздёрнутую бровь:       – Не, я как бы ничего не говорю, но ты баллов много за такое не получишь.       – Почему?       Дима помешал быстро запузырившуюся жидкость на дне сотейника лопаткой:       – Ну, если б оценивали люди, которые не разбираются, тогда, наверное, прокатило бы… Ну, смотря насколько не разбираются. Но в жюри-то будут преподаватели и студенты старших курсов – для них это будут просто ягоды и порезанный сыр. Ну, и спецэффекты, но ты по факту не используешь ни одной техники, кроме нарезки сыра. Тут тупо нечего оценивать.       – Блин… – Димины доводы звучали логично. Гениальная закуска, которую Антон так придумывал, добавляя деталь за деталью, за пару фраз превратилась в халтуру.       – Ну, и потом, голубика – десертная ягода, а не закусочная. Ладно бы, ты её ещё с чем-нибудь завакуумировал или замариновал…       – Но можно же иногда правила и нарушать, – Антон попытался отстоять хотя бы ингредиенты.       – Это не тот случай, – даже не задумался Дима. – Свежая голубика сладкая. Ещё и в сочетании с сыром она даст сразу чувство насыщения, а закуска должна наоборот будить аппетит. Уж лучше тогда красная смородина, например.       Антон скис. И возразить было нечего: Дима не интуитивно сомневался, а прям видел, что не так и почему. И на лице Антона, видимо, хорошо читалось уныние, потому что Дима, снимая сотейник с плиты, всё так же спокойно утешил:       – Не переживай: до конкурса почти месяц. Придумаешь ещё, – и, выключив плиту, добавил: – И, кстати, когда придумаешь, потренируйся хотя бы пару раз это приготовить. А то в уме всё может классно сочетаться и готовиться как-нибудь, как ты задумал, а на практике будет не так.       – Ага…       И, вроде, и обидно было, что плохо продумал блюдо, а с другой стороны, Дима говорил, вроде бы, совершенно нейтральные вещи, но они необъяснимым образом воодушевляли. Потому что да: теперь Антон знал, что идеи надо тестировать. И можно будет проверить: вдруг, рецепт будет частично работать, а частично – нет. И можно будет вплоть до самого конкурса доводить его до совершенства – время ведь ещё есть. Не прям много, но есть.       – Кстати, – вспомнил что-то Дима. – Подожди, я тебе кое-что хотел отдать.

***

      Маша сидела на корточках. Белая слизеринская рубашка туго натянулась на спине, потому что локти стояли на столе. Подбородком Маша упиралась в кулаки и смотрела на Кучеряку так хмуро, что Антон бы на месте этих злосчастных двух листиков хотя бы немного взял себя в руки и постарался.       – Да и ладно, если честно, – отмахнулась Юля. – Давайте уже просто забьём на неё и сфокусируемся на меню в целом, а не только на вот этом… вау-эффекте?       Маша и Полотенчик такую беспечность не разделили от слова совсем, одна – продолжив в упор смотреть на необычный оттенок жёлтого с лёгким зеленоватым напылением, второй – пройдясь туда-сюда от одного горшка до другого, тоже подперев подбородок сложенными в щепотку пальцами. Антон просто стоял, любуясь тем, как у них всё с каждым днём потихоньку подрастает (ну, кроме Кучеряки: она действительно особо не проявляла энтузиазма), и чувствуя пряное тепло от мысли о том, что где-то с час назад Дима подарил ему нож. Точнее, даже круче: отдал ему свой старый. Овощи в теплице, гармонируя с этим событием, вызывали внутри неторопливое и причудливое завихрение, как-то совершенно по-новому будя желание пробовать новые рецепты, новые вкусы – и вообще, наслаждаться процессом готовки.       Ещё хотелось покурить, но Антон не курил. Назло Андрею: чтобы ему больше нечего было сказать в сторону Антона.       – Вот, например, посадили мы помидоры, – тишину продолжала нарушать Юля.       Маша прищурилась, глядя сквозь Кучеряку, как сквозь заклятого врага:       – Чем тебе помидоры не угодили?       Юля глянула на Антона и, видимо, не сочтя его надёжным источником поддержки, в упор посмотрела на Полотенчика:       – А ничего, что до конкурса меньше месяца, а помидоров у нас как бы нет?       – В смысле, «нет»? – Судя по голосу, Полотенчик обиделся. Но не за себя, а за помидоры. – А вот это что такое?       На ветке действительно висели помидорки, целых десять. Но они были такие крохотные, что для того, чтобы Юля точно их увидела, пришлось поднести кончик указательного пальца близко-близко к одной из блестящих зелёненьких горошин.       – Кстати, – воодушевился Антон, – а давайте ещё горошек посадим! Он же вкусный такой.       И в их вегетарианскую концепцию красиво вписывался. И цвет у него приятный.       – Антон, – Юлин голос звучал всё более кисло, – он до конкурса не успеет вырасти.       – Но посадить так-то можно, – мрачно-философски заметила Маша.       – И на счёт помидоров, – не успокаивалась Юля, – вот этих лилипутов я вижу, конечно. Но у нас как бы осталось, я повторяю, три недели, – и, поскольку эти слова снова увязли в угрожающе-восторженно-сосредоточенном молчании Маши, Антона и Полотенчика, Юля на всякий случай повторила, сгустив краски в голосе: – Три.       – Ай, Юль, – вздохнув отмахнулся полотенчик. – Они сейчас ускорятся, не переживай ты так.       – Точно? А то я у них что-то не вижу спидометра.       – Да ну точно. У них было целых три месяца, чтобы вырасти. Летом же они за три месяца вырастают – ну, и сейчас вырастут.       – А это единственная причина твоего спокойствия или есть ещё какие-нибудь? – поинтересовалась Юля. – Просто летом типа теплее, а сейчас – осень. Опять-таки, световой день более короткий.       Довод был такой логичный, что Полотенчик даже несколько секунд его серьёзно обдумывал. Но в итоге всё равно решил не волноваться:       – Ну, летом они и вырастают обычно не за три месяца, а за два. Вот, в августе уже все с помидорами ездят в электричках. И потом, их, в крайнем случае, мы и в магазине можем купить. А вот что с Кучерякой делать… – на этих словах он снова впал в сосредоточенную задумчивость.       – А может, ей света не хватает? – предположил Антон.       Маша, наконец, перестала пронизывать взглядом Кучеряку и посмотрела на Антона как-то не сильно по-доброму:       – Здесь? – подняла саркастичный взгляд на прозрачную крышу теплицы и снова уставилась на Антона.       Полотенчик присел на корточки прямо позади Маши, положил свои руки на стол, по бокам от Машиных локтей, а подбородок практически устроил на её плече:       – Ну, а кстати. Очень даже может быть, – и, пользуясь тем, что Маша замерла, как кошка, к которой обнаглевший кожаный решил поднести свою вонючую руку, продолжал ласково: – Летом же теплее, а сейчас осень. И световой день короткий.       Возмутиться не успели ни Маша, ни Юля, у которой только что спиздили аргумент про помидоры. В теплицу вошёл Лёша. Вошёл на половину своей команды, но, конечно, сразу невольно посмотрел в дальнюю часть теплицы, где Полотенчик, сидя на корточках, обнимал Машу у горшка с загибающимся символом регги.       Юля нашлась быстрее всех, эффектно ложась корпусом на стол, как на пляжное полотенце, и закрывая горшок:       – Приветик!

***

      Капуста была невкусная, зато дешёвая. Димино пюре было в разы привлекательнее – зато дороже. А деньги нужно было экономить: Антон же собирался экспериментировать с рецептом закуски. Для этого надо было покупать и переводить продукты – а это удовольствие недешёвое. И, к сожалению, нифига не сытное, потому что, как сказал Дима (ну, и, конечно, не только он, вообще-то), «закуска должна будить аппетит». Вот.       К сожалению, столовская еда тоже была не особо-то сытная и, к тому же, малопривлекательная. Арс вот эту мысль, судя по всему, всецело разделял – поэтому не ел вообще ничего. Но сидел за их с Димой столом и никуда не торопился, несмотря на сомнительные ароматы с кухни и час-пик после четвёртой пары.       – Привет! Я подсяду? – спросил и тут же подсел, оттесняя Арса к стенке и устраивая на столе тарелку с супом какой-то студент, похожий на шамана. Или шаман, похожий на студента… Вообще-то, он не был одет, как шаман, но всё равно чем-то был на него очень похож.       Арс неприязненно сдвинулся, садясь напротив Димы:       – Привет. Ты знаешь, у нас всё занято.       Шаман пожал плечами и с шумом втянул в себя первую ложку супа, с удовольствием выдыхая и заедая сразу половиной ломтика хлеба.       Внимание Арса полностью переключилось на внезапно появившегося за их столом четвёртого человека, и у Антона аж временно отлегло.       – Слушай, а вот ещё раз… – Арс даже выглядел вежливым. – Я просто пропустил: как ты пришёл к выводу, что хорошая идея подсесть за стол, где тебя не ждали?       – Ну ты же к нам подсел, – заметил Дима не то невозмутимо, не то устало.       Арс посмотрел на Диму возмущённо, и некоторое время между ними как будто происходил молчаливый диалог. До тех пор, пока шаман, ударив ложкой по дну тарелки, не втянул в себя очередную порцию супа. Арса аж перекорёжило.       – Милая серёжка, – подметил он совершенно без энтузиазма.       – Спахыба, – кивнул шаман, жуя хлеб, и Антон заметил, как в его левом ухе заколыхалась небольшая подвеска-крест… Или это был не крест, а какой-то другой символ… Как-то он, наверное, назывался… В общем, что-то крестообразное…       Арс вздохнул, поджимая губы и поднимая брови, как будто говоря кому-то внутри себя: «м-да…».       – Коля, кажется?       – Серёга, – невозмутимо поправил шаман и, вытерев о рукав крошки с ладони, протянул Арсу руку.       – Вы знакомы? – Дима заинтересованно вклинился в их диалог.       Арс воспользовался этим, как предлогом, чтобы избежать рукопожатия или, если точнее, вообще его проигнорировать:       – Ну, если бы ты почаще ходил на занятия, ты бы знал, что это наш одногруппник, – при этих его словах Дима растерянно уставился на Серёгу. – И если бы «Серёга» почаще ходил на занятия, – съязвил Арс, зачем-то передразнивая Серёгины интонации. – Особенно он.       – Да, – Серёга отмахнулся. – Я академ-разницу сдаю. Мне до начала сессии надо с семью предметами разобраться – поэтому иногда не хожу.       – И совершенно зря, – бросил Арс куда-то в занавеску.       Антону, продолжавшему рассматривать серёжку, в нос ударил какой-то прямо убийственный запах перегара.       – А-а, – протянул Дима. – Ты к нам откуда-то перевёлся?       – Ага, – кивнул Серёга. – Из техникума.       – Вот гондон! – возмутился Антон.       На него уставились все трое: Серёга – возмущённо, Дима – ошарашенно, Арс – скрестив руки на груди и любопытно подняв брови. Антон этого не заметил.       – Кто именно, можно поинтересоваться? – уточнил Арс. – Хотя, честно говоря, не суть важно. Знаешь, …       Антон смотрел на сцену, разворачивавшуюся посреди столовки. Началось всё с того, что из холла туда ввалился Андрей. Перегаром от него воняло настолько, что теперь было ощущение, будто на раздачу вынесли суп сразу из водки и скисшего пива.       – … пожалуй, на этот раз я с тобой не глядя соглашусь,... – продолжал Арс.       Каждой рукой Андрей обнимал по девушке – и выглядели они прям как чирлидерши из американских фильмов про колледж: такие, ну… вот Антон бы к таким постеснялся подкатить. Они воздушно хихикали, а Андрей что-то им там молол заплетающимся языком – то одной, то другой.       – … ты можешь собой гордиться, – продолжал что-то там Арс, думая, что Антон его слушает, – это, скорее всего, единственный раз в жизни, когда я с тобой соглашусь…       На пути к раздаче Андрея и двух чирлидерш остановила третья чирлидерша – и Антон не слишком был силён в психологии, но её лицо явно выражало гнев. Она что-то выкрикнула Андрею, и его спутницы, с визгом пригибаясь, ретировались куда-то в стороны, смешиваясь с толпой, потому что в Андрея уже летело содержимое стакана, который держала в руке третья чирлидерша. И если бы это был американский фильм, то там, наверное, была бы содовая или слаш, – но это была общажная столовка, поэтому Андрею в лицо прилетело компотом, а вокруг начала шмякаться курага. Но вытерся Андрей всё равно харизматично, как в фильме про колледж, и как-то невозмутимо покивал и даже прокомментировал ситуацию, и Антону сквозь Арсово бормотание показалось, что он явственно прочитал по губам: «Заслужил».       – Вот сраный лицемер, а?! – Антон отодвинул тарелку с капустой и сложил руки на груди.       – Ты это про кого? – поинтересовался Дима.       – Да вон! – Антон, даже не пытаясь как-то скрыться, возмущённо махнул в сторону капитана их сборной и снова скрестил руки – с ещё большим остервенением.       Серёжа с интересом обернулся, глядя на Андрея из-под брови.       – А чего? – Дима удивлённо смотрел на Андрея, как будто не понимал, в чём проблема.       – Да чего?! – кипел Антон. – «Я не такой, я не такой. Вы все дураки, а я в белом пальто»... А на самом деле – вон что.       Дима пожал плечами:       – Да он не то чтобы шифруется… Он всегда, вроде, такой…       Теперь уже Антон посмотрел на Диму с крайнем недоверием. Потому что, если скромняшка в галстуке и жилетке у деканата и вот этот байкер-бомж были как бы совершенно на одно лицо, то Антон был… хм… ну… ну, в общем, был кем-то, кто вообще не Антон.       – Короче, – Арс нетерпеливо вздохнул. – Уже пять часов, а мы ещё в зал собирались. – Укоризненно посмотрел на Диму: – Если ты не забыл, конечно.       – О! Вы в качалку ходите? – оживился Серёга. Хотя, если честно, он за их столом вообще был самый живенький.       Дима посмотрел на Арса без энтузиазма:       – Арс, ну я только что поел.       – Ну, что ты хочешь, чтобы я тебе на это сказал? Ну нефиг жрать перед качалкой.       – Давай с тобой сходим, – сразу предложил Арсу Серёга.       Арс презрительно отодвинул краешек ауры подальше от Серёги и, немного подумав, всё же решил ответить «премного благодарен, но нет». И, вытащив тяжело вздохнувшего Диму из-за стола и смерив Антона взглядом, отражающим удовлетворённое превосходство, отправился на выход.       – Чё, – Серёга кивнул Антону как бы в тишине. Точнее, в столовой, конечно, как и раньше, стоял гул (уже выровнявшийся после атаки чирлидерши, и Андрей куда-то потерялся), но за их столом теперь была тишина. – Пошли, может, тоже в качалку?       Антон растерянно пожал плечами:       – Да я, если честно, не хожу.       – Это ты зря, – по-доброму упрекнул его Серёга. – Чтоб тесто как следует промять, знаешь, сколько сил надо?       Это Антон знал уже очень хорошо…

***

      И вообще. Он решил с этого дня использовать любую возможность сблизиться с Димой. Потому что вот а почему нет? Поэтому, открыв ноутбук, Антон набрал в поисковике «Горбатая гора смотреть онлайн» и кликнул по первой вразумительной ссылке. Не зря ж её Дима упоминал – Антон это точно уловил.       – Лёш.       – М-м? – Лёша разглядывал в окно вечерний кампус.       – Не хочешь со мной «Горбатую гору» посмотреть?       В этот момент Антону показалось, что атмосфера в их комнате стала немного напряжённой.       – … честно говоря, нет, – ответил, наконец, Лёша.       – Ну ладно, – Антон пожал плечами.       И Лёша почему-то спешно добавил:       – Но спасибо за предложение.