На глубине твоей

Ризли медленно скручивал очередную сигарету. Последнее время он изрядно подсел на табак и слазить не собирался. Ни Сиджвин, ни кто-либо другой повлиять на это были не в силах. Коллеги и клиенты наоборот радовались, находя лишний повод сблизиться с ним. Да уж, в сигаретах была своя атмосфера. Душевная и открытая. Если с кем-то вместе куришь, то вы уже немного ближе друг другу. По крайней мере так казалось. Герцог хмыкнул и смачно затянулся второй сигаретой подряд. Меки были удачно пристроены и обрели свою семью. Дети покупателя были в диком восторге, ведь в «псов» вшили пару игровых программ и железка с подсветкой весело несла кинутый мяч обратно в руки. Семейная атмосфера подкупила, и Ризли позволил клиенту уломать себя на ужин, а дальше пошло поехала. Виски, кальян, стрельба по мишеням и откровенные беседы. Герцог, разумеется, держался определенной роли. Ризли всегда ее придерживался, дабы оставаться инкогнито в своей обычной рабочей обстановке. Позволил себе лишь комментировать и образно высказываться, слушая о знакомстве с женой, любовницах и прочих неурядицах состоятельных людей Фонтейна. Не впечатлило от слова совсем, но сегодня герцогу не хотелось быть одиноким. Покуривая, выпивший почти поллитра виски, мужчина не спеша шагал к Эпиклезу. Алкоголь ничуть не сказывался ни на его реакции, ни на походке. Герцог мог поклясться, что вместил бы в себя еще пол-литра и ничего кроме жара в теле не ощутил бы. Десять лет назад это было круто, но сейчас звучало грустно. Медленно спускаясь по склону, Ризли почувствовал каплю. Она аккурат разбилась о нос, оставляя брызги на очках. День не задался с самого начала и логично было завершить его дождем. Мужчина остановился и посмотрел на небо. Серые тучи во всю прятали яркие звезды. Прокручивая день в голове, вспомнил и про разбитую чашку чая, и про найденную Сиджвин карту возле склада, и про не сгоревшее письмо. Карта была плюсом, теперь герцог понимал как его маленькие фатуи коммуницируют между собой. С письмом было хуже. Только оно начало пробовать на вкус огонь, как прибыли грузчики. Пришлось потушить и спрятать до лучших времен. Он ничего не успел. Оставил себе улики, не отключил запуск вечернего режима на одной из машин. Шагая по мокрой траве, герцог тихо засмеялся. Под Эпиклезом его встретила барышня из палаты Жардинаж. Совсем обычная, но как же она была счастлива, когда представилась возможность пообщаться с начальником тюрьмы. Жаклин, кажется. Предварительно запрограммированный мек зашевелился в коробке и включил подсветку, привлекая таким образом внимание. Девушка записывала идентификационные номера механизмов и, естественно, заинтересовалась. Пришлось открыть, показать всем и объяснить, для каких удобных целей эта опция служит. Ризли терпеть не мог лишнее внимание, но к несчастью развлечь присутствующих был вынужден. Увы, без особого смысла. Тут мужчина вздохнул. Признаться, он до последнего надеялся, что девчонка перехитрила его каким-то образом. Но дважды аккуратно проверенный карман демонстрировал хруст вощеной бумаги. Все было на месте. Жаль. Докуривая сигарету, герцог вспомнил и о доставке. Возле Эпиклеза, сразу после оформления, его встретила мелюзина и передала бумаги. Так еще обрадовалась, что не пришлось спускаться на рецепцию крепости. А в бумагах были не только документы, но и строгое белое письмо. Ризли знал от кого оно и был очень удивлен, получить послание именно сейчас. Докурив, герцог отбросил бычок и выудил белый конверт из внутреннего кармана пиджака. Бумага уже не была такой ровной и целой. Ризли приоткрыл его и вновь достал содержимое. Первым в руки скользнуло фото. Да уж, размеры округлостей впечатляли. Большие и налитые, они упирались в белую простынь кокетливо пряча розовые соски. Нежно-розовые, если быть точным, практически в цвет кожи. Ризли хорошо знал, как эти груди выглядели и ощущались в руке. Плечи на фото обрамляли темные волосы, попали еще нежно-розовые губы и тонкий подбородок. Когда-то давно это фото сделал он сам в своем оазисе. Порассматривав некоторое время шедевр, а именно так мужчина оценивал фотокарточку и тело девушки на ней, Ризли выудил текстовую часть. Перечитал снова. Это было аккуратное приглашение, даже немного формальное. В ее стиле. Герцог остановился. Сложил содержимое в конверт и посмотрел вдаль. Принялся собирать третью сигарету, рассматривая огни Кур-де-Фонтейна. Яркие и теплые, они отражались в необычной воде канала как в зеркале. Был штиль. Огни манили и звали, обещая веселые выходные, шопинг и вкусную еду. Тем более, что было куда податься. Затягиваясь в очередной раз, герцог подумал, что мог бы смело пробраться на тот самый балкон. Немного выпирающий, с обустроенным для посиделок подоконником. Уставший, пьяный, мокрый, дождь все же понемногу капал. Она бы оценила по достоинству. И уж точно заставила бы выплатить полную компенсацию прямо на столе кухни. Потом где-нибудь на полу, в душе или даже в кровати. Она такое любила, как чистая домашняя кошка порой любит залезть в самый грязный угол ради вонючих старых ботинок. Особенно ей нравилось слушать глупости, на которые мужчину толкал алкоголь. Все еще глядя на отражение в водной глади, Ризли задумчиво заключил, что сделать он так может. Только вот не хочет. Все воспоминания вызывали лишь приятную ностальгию, но не трогали ни тело, ни душу. О такой бывшей можно только мечтать. Приди это письмо на полгода раньше, и он бы точно вломился ночью в окно. А сейчас все остыло. Увы и ах, и даже в такой момент нужды ее компании совсем не хотелось. Каблуки застучали по мощеному тротуару, герцог подошел к фонтану. Сколько лет прошло, с тех пор, как его сюда привели на суд? Пятнадцать вроде. Глядя на бурлящую воду, мужчина вспомнил слезы в глазах какой-то женщины в зале. Подростка жалели, особенно на фоне коротко рассмотренных прегрешений жертв. Ризли предпочел утаить, что именно толкнул его на поступок. Хотелось сохранить собственное достоинство и выжить в тюрьме. Вспомнил, как грустно с поджатыми губами смотрел на него Невиллет. До сих пор герцогу было интересно, что же пробило великое элементальное существо на жалость. Быть может раны, после которых мальчишка чудом выжил, или же возраст подсудимого. В целом это было не важно, утекло слишком много воды. Сигарета кончилась. Под журчание фонтана Ризли тоскливо принимал решение куда идти дальше. Хотелось просто сесть на парапет и просидеть до утра. Может быть тогда придет просветление. Мужчина вздохнул, следом засмеялся. Крепкий, решительный и холодный, он таял на глазах от чувств. - Да уж, - хрипло протянул герцог и подошел к фонтану вплотную, чтобы заглянуть в глаза отражению, - пора собраться, чувак, - грустно улыбнулся себе. Не в первый раз так, ну и архонты с ним. На четвертую сигарету Ризли не решился. Он бодро зашагал к побережью, хотелось освежиться. Вынырнув в Лиффи, мужчина улегся на поверхность воды. Звезд уже практически не осталось и мелкие капли то и дело падали на лицо. Стало значительно легче. Плаванье прочистило голову и привело мысли в порядок. А скату, который решил напасть на одинокого пловца посреди ночи, мужчина был готов выразить благодарность. Хоть и посмертно. Капли медленно перерастали в стену дождя. Лежа под ней с закрытыми глазами, герцог прислушался к коже. Еле ощутимое жжение чувствовалось по всему телу. Если пророчеству и суждено сбыться, то в ближайшие дни. Дождь усиливался и герцог был вынужден ретироваться. Размышлять под холодным ливнем в прохладной воде получалось плохо и не в удовольствие уж точно. Выйдя на берег, мужчина потрусил по песку к маленькому неказистому на первый взгляд двухэтажному домику. Обставленное цветами и заросшее виноградом, который даже не думал сворачивать сезон, строение выглядело мило и приветливо. И совершенно не ассоциировалось с владельцем. Собственно так и было задумано. - Неужели украли? - уже на входе герцог осмотрелся. Вечером должны были сделать доставку, но судя по всему у вещей появился другой владелец. Может и к лучшему. Выудив ключ, герцог медленно провернул замок. Помещение встретило темнотой и неожиданным теплом. Последнее показалось странным, но герцог слишком сильно хотел есть и принять ванну. В тумбу на входе были спрятаны все имеющиеся при себе бумаги, письмо тоже. С надеждой о нем забыть. Ризли направился к холодильной камере, оставляя мокрые следы через весь хол. По дороге увидел граммофон. На скорую руку запустил первый попавшийся джаз. Отлично для разбитого сердца. Распахнул дверцу, нашел нарезку хамона и забросил пару кусков в рот. Пританцовывая, принялся вытягивать виноград и выбирать алкоголь. Остановившись на варианте покрепче, отставил бутылку на столешницу, и потянулся за кулером. Железное ведро выскользнуло из мокрой руки и с грохотом покотилось по полу. Мужчина вздохнул и принялся ловить грохочущее ведро. Почувствовал себя фокусником, когда буквально из руки натрусил в контейнер несколько брусков льда. Тут он вспомнил Линетт, грустно усмехнулся и принялся доедать хамон. Мокрая одежда мешала. С мясом в зубах, Ризли стянул пиджак, жилетку и рубашку, картинно разбрасывая их по кухне. Подумал, что портная убила бы его своими мечами на месте, если бы ей пришлось видеть, как обращаются с новой вещью. Брюки снимать не стал, потому что сперва следовало попрощаться с обувью, а делать это было лень. Подпевая и пританцовывая, герцог снова переключился на еду. В атмосфере одинокой вечеринки он наконец позволил себе расслабиться и потерять бдительность. Осознание этого факта пришло уже после того как шеи коснулся тонкий металл. - Меч, - задумчиво выдал очевидное. Он был уверен в персоне за спиной. Так просчитать его действия, это что-то новое. Из Фонтейна сюда добираться долго, значит ждала с самого начала. Значит, была уверена, что не придет. Это было сильно, заслуживало уважения, но ничего не меняло. По крайней мере пока. - Ну, привет, - произнес тихо, отставляя сыр в сторону. Гостей во тьме встречать как-то неправильно, поэтому закрыл дверь холодильника и включил свет. Лезвие ослабило нажим и Ризли обернулся, чтобы встретиться с фиолетовыми глазами, - Как? - ахнул, глядя на мечницу в хлопковой пижаме с бантиком. 
 - Интересное место ты себе выбрал, - Линетт медленно обошла строение и в конце концов сорвала горсть винограда. Ветка выглядела очень сочной и соблазняла давно, собственно, не обманула и оказалось невероятно вкусной. Девушка все еще не верила, что на месте, хоть карта и подтверждала обратное. В очередной раз накатили сомнения. А может просто сбежать, выждать обратной поездки и так же вернуться в тюрьму? Линетт прикусила губу. Внутренние терзания нахлынули с новой силой. Понимая это в крепости, теперь она не знала зачем поехала. Зачем промолчала в цехе и лифте, почему скрылась без намека на присутствие? Почему все так усложнила в первую очередь себе, когда можно было вообще ничего не делать? Девушка безнадежно помотала головой. Раз окончательного решения нет, нужно просто чем-то себя занять. Глядишь, появится в процессе. И сейчас следовало решить, как встретить герцога и объяснить ему то, что не может объяснить себе. Почему-то девушка была уверена, что мужчина планов не поменяет и придет на побережье поздно вечером. В любом случае ключ скользнул в скважину и без проблем открыл дверь. В лицо пахнуло прохладой и лавандой. Линетт разулась и принялась исследовать помещение. Первый этаж представлял из себя объединенное пространство кухни и зала. Кухонька хоть и была маленькой, имела остров, пару аппаратов для готовки и кофе-машину. Кремовая в стиле прованс, она соответствовала дому. В холе стоял кинотеатр с кучей пленок. Мелькнула мысль, что это тот же из крепости. Но версия была отметена из-за транспортных сложностей. Напротив кинотеатра располагался большой изящный диван с пледами. Перед мягкой мебелью - журнальный стол с длинной металлической подставкой для свечей. Разного размера восковые изваяния с большим количеством потеков мирно ждали звездного часа романтично воссиять. Возле входа расположился маленький камин и дровница. В нишах на стенах и на кухонном островке стояли прозрачные вазы с лавандой. На первом этаже нашлась совмещенная с душем уборная, лестница и комнатка для бытовых вещей. Поднявшись наверх, Линетт обнаружила три двери. Гардероб из белого дерева с автоматической подсветкой, практически пустой, кстати. Просторная спальня с большой кроватью, большей чем в крепости, и местом для чтения. Череду замыкала ванная комната. Последняя с списке, но не по значению, она гордо хвасталась большой белой ванной на ножках, что возвышалась на постаменте. Ее трубки уходили в пол, не мешая наслаждаться эстетикой. Напротив расположилось окно со ставнями, тумба с полотенцами и разными бутылочками. Линетт решила непременно полежать тут в пене. Прогулявшись по светлым апартаментам еще немного, девушка зашла в спальню и упала на кровать. Постельное приятно пахло свежестью. Потянув одеяло за угол, накрылась и легла на бок. - Хотела сделать сюрприз, - девушка принялась примерять версии на язык, - поэтому исчезла из виду и тайно пробралась в дом, в который не факт что кто-то придет, - протянула скептично, вздохнула и перевернулась на спину, - исключительно из любопытства, было интересно посмотреть на твой дом, - ложь заставила поморщиться. Линетт принялась грызть ноготь, - передумала в последний момент и не было возможности показаться, - возможность была. Девушка закинула голову и посмотрела на хлопковые шторы. Легкие и светлые, они мерно покачивались от сквозняка приоткрытого окна. Свежий воздух с запахом моря ласкал щеки и шевелил челку, - хочу побыть наедине, потому что люблю…, - она не договорила. Почувствовала как к лицу прилила кровь, а сердце застучало быстрее. Осознание давалось тяжелее всего. Девушка закрыла лицо руками, через время принялась гладит лоб. Правду отмела как версию и решила к ней не возвращаться, скажет, что хотела сделать сюрприз. Все. В животе предательски сжалось. Она не смогла подать голос в лифте, а как теперь сообщит о своем присутствии не представляла. - Будем решать проблемы по мере их поступления, - буркнула себе под нос. Следовало заняться отоплением, вечерело. Под уютное потрескивание дров девушка принялась исследовать кухню. Было найдено белое вино, цитрусовые, чизкейк, сыр, хамон и короб с устрицами. Картину дополнил виноград, собранный в миску с улицы. Уж очень он понравился Линетт. Устрицы и фрукты расположились на подносе, вино наполнило первый попавшийся бокал и отправилось на стол перед диваном. Было решено скоротать время за фильмами, перебирая пленки Линетт сделала для себя необычный выбор. Мелодрама. Почему-то захотелось розовых соплей со счастливым концом. Так бы раньше она описала подобного рода сюжет. Пришлось приложить немало усилий, чтобы аккуратно заправить пленку и ничего не сломать. Линетт не особо дружила с техникой, но в случаях особой нужды победить ее все же могла. По крайнем мере аппарат включился и пленку не зажевал. На экране появились начальные титры. Линетт плюхнулась на диван и стянула плед из стопки. И наконец принялась вкушать любимые устрицы под вино. Завязка в фильме была весьма тривиальной - герой помог незнакомке спастись от бандитов, угостил кофе и провел домой. Утром она нашла букет под дверью с предложением пойти на свидание. Вот они встретились. Между ними неловкость и симпатия, героиню взяли за руку. Интересно, а Ризли взял бы ее за руку в такой момент фильма? Линетт покосилась на ладонь и даже стянула перчатку. Мужчина много раз держал ее за руку во время танцев, но чтобы в этом ощущалась близость - нет. Наверное, они прошли этот этап намного раньше. А может просто не было момента, когда переплетенные пальцы почувствовались бы чем-то особенным. Героя пригласили на вечерний чай. Линетт уже догадалась к чему идет дело и даже рассмеялась, вспомнив как часто герцог приглашает гостей на это же мероприятие. По мнению сценаристов выходило, что в Фонтейне нет влиятельных людей, которые не отдались бы Ризли. От этой мысли Линетт рассмеялась в голос, представив мелодраматичное посещение герцога Нёвиллетом. От некоторых других примеров неожиданно стало не смешно. Линетт успела убедиться в массе приятных свойств мужчины, и честно не могла дать ответ, почему же он один. А может и не один? В груди как-то неприятно кольнуло, но мысль была прогнана. Девушка была уверена в честности Ризли, не стал бы он за спиной возлюбленной звать Линетт к себе. Тут же вспомнились презервативы в тумбочке. Странная вещь для жителя Фонтейна, конечно, но может его прошлые отношения были с иностранкой? Если это так, то мастерство искушения герцога заслуживало отдельного уважения. Особенно с учетом его отшельнического образа жизни. На этапе постельной сцены на улице послышалось шаги. Кто-то шел к дому по песку. Всего за пару секунд экран был выключен, поднос спрятан, а плед сложен на место. Линетт с бокалом метнулась к лестнице и принялась ждать.