На глубине твоей

- И как оно? - Фремине выдал первое, что пришло в голову. Парень пребывал в смятении, ведь оказался прав куда глубже, чем рассчитывал. - Нууу, - Линетт заметно покраснела, - это очень приятно. Я думала, это все сильно преувеличено, но на деле это и правда кружит голову и приносит физическое удовольствие, - девушка замялась, будто решаясь. Далее продолжила быстрее и тише, - а еще, оказывается, есть столько вариаций, как это можно сделать. Ну, знаешь, если проявить фантазию и изобретательность… сперва странно, а потом чувствуешь.. - Я про отношения в целом спрашивал, - бордовый Фремине наконец смог подать голос. Не отошедший от одного шока, он не был особо готов и к последующим подробностям. Линетт неловко ахнула и отвернулась. Щеки полыхнули куда сильнее. Так они и сидели, разглядывая то потолок, то стены, в поиске возможности побороть возникшее смущение. Первой отошла Линетт. В конце концов у нее было больше причин для переживаний, чем неловкая оговорка. - Отношения, пожалуй, еще более приятная вещь, - прошелестела сестра, - в них есть тепло, забота, дикое желание видеться и необычайное удовольствие проводить вместе время, которое для этого находишь всеми правдами и неправдами, - она усмехнулась, и на ресницах мелькнули слезы, - но в конечном итоге это больно. Ведь у людей есть тайны и жизнь до тебя. И, вовлекаясь в отношения, следует понимать, что столкновение с реальностью, а оно, Фремине, рано или поздно случиться, может не понравиться. И так как лодка влетишь в скалу, вместо скольжения по волнам. И все, - она приложила палец к губам и горячая слеза скользнула по щеке. - Что пошло не так? - Фремине коснулся плеча сестры, видя, что сейчас буквально все может пойти не так. Линетт не ответила. Она по-прежнему смотрела перед собой. Теплое прикосновение послужило катализатором, и вот следующая горячая капля скользнула по щеке, чтобы прочертить блестящую борозду и упасть на бедро. - Это было такой ошибкой, - Линетт всхлипнула и медленно подтянула колени к себе. Обняла их и уткнулась носом. Дрожащей рукой смахнула очередную порцию слез и снова всхлипнула, - зачем я только туда поехала? Фремине не знал, что следует делать в таких случаях. Он растерянно смотрел на плачущую девушку, впервые она делала это настолько горько. У парня даже защемило в сердце. Он видел, как люди обнимают друг друга для поддержки, и решил, что это может быть лучшим решением. Результат его удивил, ведь девушка заплакала сильнее. Линетт с готовностью уткнулась в его плечо и тут же промочила ткань. Ничего не оставалось, и блондин обнял сестру сильнее. Тяжело вздохнул и откинулся затылком на стену, видимо, сегодня он будет той подушкой, в которую она проплачется. Когда Линетт затихла, а ушки вновь уверенно заточали вперед, Фремине подал голос: - Что между вами произошло? - тихо и мягко, будто говорил с ребенком. - У него есть женщина, - сипло произнесла сестра, нос отек от пролитых слез и теперь приходилось шмыгать. Линетт немного отстранилась, утерла щеки и уставилась в пол. - Он сам сказал? - прозвучало глухо. - Нет, - пожала плечами девушка, - нашла письмо. Он его очень прятал, - на ресницах показались новые капли. - Даже и не знаю, что сказать… - Фремине потупил взгляд. В очередной раз захотелось посетить кабинет начальника тюрьмы. - Она приглашала его на ужин, - тот факт, что это было единственной фразой, которую разобрала Линетт, девушка решила не озвучивать, - и прислала фото. Такое откровенное не пришлют абы кому. - Ну, слушай, - блондин почесал затылок. Парень и так был не силен в любовных делах, а тут речь заходила уже о треугольнике, - а ты его спрашивала? - А смысл? - слеза вальяжно потекла по щеке, - и так все понятно. - Ну, смотри, - Фремине вздохнул, - если говорить об обычных людях, то в отношениях обычно существует доля доверия и читать чужую почту считается неправильным. По сути, ты не знаешь, когда это письмо было получено… - На конверте была дата, - эта деталь тоже уцелела. - Хорошо, - брат заерзал, - ты не знаешь, как к нему относится герцог. Может это по ошибке, может это бывшая… - О, поверь мне, - нотки раздражения скользнули в голосе Линетт и она досадно поморщилась, - от такой бывшей не отказываются. Это невозможно, - перед глазами всплыли округлые формы знакомой барышни в катастрофически знакомой обстановке. Линетт аж затошнило. Она зажмурилась, позволяя новой партии слез скользнуть по коже. Когда она ввязывалась в эти отношения, то больше всего боялась боли первого раза. И совсем не ожидала, что больше всего пострадает от расставания. - Хм, не ты ли говоришь «кто первый встал, того и булки»? - Фремине показалось, что сестра страдает от неуверенности куда сильнее, чем от других чувств. И он не ошибся. Линетт во все глаза уставилась на брата. Красные, они смотрели на бледное лицо с неверием: - От тебя ли я это слышу? - Это же логично, ну, - щеки полыхнули, но мысль следовало закончить, - какая бы там девушка не была, последние недели герцог не вылазил из крепости и проводил все время с тобой. Как минимум, там не может быть каких-то стабильных серьезных отношений. А разве тебя должны волновать поползновения любовницы? - Фремине сам не верил, что говорил так смело, - мало ли что и кто пишет герцогу, это его личные сложности. Ему с ними и разбираться, раз прятал, значит не хотел, чтоб ты нашла. Может потому, что там было фото. Может он ответственно сохранял конфиденциальность, кто знает, - брат наконец позволил себе заглянуть в изумленные фиолетовые глаза, - если тебя это беспокоит - просто спроси его. Если не очень, то почему ты отказываешь себе в удовольствии? - Потому что, - Линетт запнулась. Через час после находки, когда она незаметно для мира поплакала в море, девушка задумалась о том, что стоит забыть увиденное. Будто ничего и не было, будто ничего не поменялось. Ведь она не планирует замуж. Архонты, она не знала, увидится ли с ним еще после окончания срока. Но все логичные аргументы разбились о какую-то ужасную боль предательства. Когда она забиралась в коробку тестового мекка, Линетт увидела его лицо. Довольное, счастливое, светящееся. И поняла, что не имеет ни малейшего понятия как теперь смотреть в голубые глаза. Накрывало в лифте, захлестывало на стойке администрации. Она сбежала куда раньше оговоренного места, чтобы скорее порыдать в подушку. Эта часть эмоций не поддавалась ни логическому объяснению, ни контролю. Их следовало пережить, и только перетерпев определенный объем, она наконец смогла задуматься о целесообразности. - Потому что, я не хочу быть второй, - выдала отчетливо и ясно, - я не хочу, чтобы он, - она осеклась, ведь хотела сказать «любил». Не задумываясь, именно так она хотела описать происходящее между ними. Отогнав мысль, продолжила, - чтобы он был с кем-то кроме меня. По крайней мере сейчас, - а ведь она была уверена, что мужчина одинок. Его внимание никогда не уходило дальше работы или Линетт. Занятые мужчины не видятся каждый день. - Тогда может поговори с ним? - робко вклинился брат. - Я же ничего не сказала, должно быть он зол на меня... - Это его проблемы, - фыркнул Фремине, - как же вы похожи с Лини, - тут он усмехнулся и вздохнул, - практикуете фокусы годами, но как только возникают сложности в отношениях с людьми - готовы все бросить в миг. Повисла пауза, нарушаемая шмыганьем Линетт. Последняя фраза казалась максимально цепляющей. - Спасибо, - прошептала девушка. - Не за что, - так же тихо произнес Фремине. Возникшая снова пауза тянулась бы еще дольше, если бы не сработавший будильник у блондина. До комендантского часа оставалось всего двадцать минут. Фремине скрывать себя не умел, а значит следовало добраться до барака как можно быстрее. - Я побегу, - он наскоро приобнял сестру и направился к выходу. Стоило ему войти в трубу, как сзади окликнули: - Фремине, - несмотря на заплаканные глаза, девушка смотрела внимательно и несколько удивленно, - у Лини что, есть девушка? Блондин вздрогнул. Его выражение лица дало четкий ответ на вопрос, а вот губы открылись, чтобы солгать: - Н-нет… - Ты врешь. - Я обещал не рассказывать, - простонал Фремине, судорожно перебирая в голове где же он так оплошал. И таки вспомнил, - я пошел, - прозвучало звонкое и парень уверенно попятился, чтобы не терять сестру из виду. - Вернись, я должна знать, - словно кошка, Линнет соскользнула с кровати и уверенно пошла за ним. Будто бы за мышкой, - этот негодный братишка скрыл от меня такой важный факт! - Нет! - Фремине развернулся и бросился наутек. Кровь билась в висках, по спине липко заскользил страх. На фоне волнения он совершенно не смотрел под ноги. Чувствуя шаги по железному полу, а их передавала вибрация, Фремине вскочил в поворот и тут же что-то звонко снес. Предмет покатилсяв сторону, выдавая характерный для бутылок звук. - Что это? - Линетт замерла в паре шагов от брата. - Вино, - выдохнул Фремине, включив небольшой карманный фонарик, - а еще тут лежит какая-то пряжка. Когда младший покинул ее компанию, Линетт зарылась в одеяла и принялась рассматривать вещь. К корсету обратно так и не прикрепила, не на своем месте эта пряжка имела куда больший смысл. - Так и появляются ценные вещи, - хмыкнула Линетт и сжала металл в ладони. Отец всегда говорила, что ничего дорогого памяти лучше не иметь, а к вещам не привязываться. В лучшем случае это принесёт лишь грусть и разочарование, а в худшем может вынудить рисковать своей жизнью ради спасения ценного сердцу предмета. - Выходит, подслушивал, - вздохнула грустно, ведь прекрасно понимала, что именно мужчина мог услышать. - Может и к лучшему, - прошелестела в одеяло. Но тело не обманешь, и предательская слеза скользнула по щеке. - Значит я права, раз не зашел, - она уткнулась в одеяло лицом. Сил плакать не было и она покрепче обняла собственные плечи. Через какое-то время покосилась на ночную лампу мягкого света. Вмонтированная в стену, грубая и неказистая она бесшумно излучала приятное желтое свечение. От одного ее вида становилось теплее и как-то даже уютнее, - А что если Фремине прав? - Линетт все рассматривала побитую жизнью раму светильника. Такая неказистая вещь, оказывается, хранила в себе столь приятные глазу вещи. Что если и в этой ситуации под неприятной обложкой скрывается какая-то уютная и даже теплая правда. Девушка невольно вспомнила мужские объятья. Не одно одеяло не могло согреть так же как его светлость, в чем Линетт убедилась за эту неделю. Нет, так просто она не забудет этого человека. Спустя без малого полчаса тонкие ноги упруго семенили по лестнице кабинета. Добегала до проема Линетт абсолютно невидимой, хоть и слышала пустоту в помещении. Она не ошиблась, владельца не было. Вместо него на кресле красовался какой-то дивный круглый аппарат. Судя по лопастям - летающий. Не имея ни малейшего понятия, что она видит, Линетт под прикрытием направилась к тайнику. Уютная спальня впервые показалась мрачной. Скомканные постельные принадлежности покоились в перемешку с одеждой как на кровати, так и на полу. Комната откровенно провоняла табаком и алкоголем. При ближайшем рассмотрении Линетт обнаружила открытую бутылку какого-то крепкого напитка возле кровати, вероятно она и источала аромат. На ковре в следе от пепла виднелось несколько окурков. В надежде, что их не донесли, Линетт открыла уборную и замерла. На нее посмотрело собственное отражение в паутине осколков. Куски стекла виднелись на бортике умывальника, как и засохшие капли крови. Владельца дома невольно стало жалко. Такой бардак совсем не подходил образу хитрого изменщика. Это больше напоминало депрессию. Мусорное ведро с блеском демонстрировало еще пару бутылок. Со вздохом облегчения Линетт осмотрела абсолютно целую душевую. Убедившись, что искомого человека тут нет, девушка решила вернуться в кабинет и дождаться. Сперва Линетт устроилась на диване у чайного столика. Плюхнувшись на подушки, она тут же обнаружила скопление грязных чашек и пакетик заварного чая. Самого дешевого, что есть в Фонтейне. Все предыдущие находки не шли ни в какое сравнение с этой. Ризли и отвратительный чай - это сочетание не просто говорило о плохом состоянии герцога, оно кричало о помощи. Линетт поджала губы, невольно отмечая глубокую проницательность младшего брата. Не следовало рубить с плеча, нужно было просто поговорить. Тут же вспомнились слова про письма благодарности. Резануло, но дешевая частично отвалившаяся бирка от чая пугала больше. В этот момент со стороны стола что-то еле слышно щелкнуло. Встрепенувшись, Линетт тут же растворилась в воздухе. Ближайший осмотр не показал ничего интересного. Должно быть аппарат. Девушка бесшумно направилась к вещи. Осмотрев с разных сторон, не нашла ни одной кнопки. Не сдержав любопытство, материализовалась и аккуратно взяла железку в руки. Когда-то давно Отец настоятельно не рекомендовала касаться подобных предметов, во избежание скоропостижной смерти из-за взрыва. Но это же Ризли, что могло случиться? Устройство оказалось увесистым и ухоженным, у основания мелких лопастей блестело масло. Ближайший осмотр не открыл ничего нового. Камера на смену дистанции не реагировала, в аппарате ничего не стучало. Но стоило попробовать провернуть винт, как устройство тут же недовольно пикнуло и взмыло в воздух. Линетт с открытым ртом наблюдала, как механизм посмотрел на нее той самой камерой. Аппарат еще раз пикнул и, скользя по спирали, уселся обратно в кресло. В этот момент Линетт услышала как хлопнула дверь. Мысли в голове тут же перемешались, не позволяя сдвинуться с места.

───※ ·❆· ※───

Коридоры Вингалета завораживали. С красивой деревянной обшивкой и узорными обоями место могло сойти за неплохой особняк. Если бы не корабельные фонари в металической оправе. Ризли уважал дизайн, но технические нужды ценил куда больше. С удовольствием рассматривая вылизанные стены, мужчина почувствовал вибрацию в руке. - Неужели решили отметиться в моем кабинете? - буркнул герцог, прекрасно понимаю, что в обитель проникли Фатуи. Мужчина припустил ходу, ведь гостей следует встречать лично. - Миссия по плану, да? - усмехнулся своим мыслям, забегая на первый ряд ступень. Всего пол-оборота винтовой лестницы и герцог ощутил прилив тошноты. Темп сбавил, но подъем продолжил. Хоть мужчина и перебрал, растущий в крови адреналин толкал его вперед подобно пониженной передаче трансмиссии. Ступенька за ступенькой уверенно к цели. Картинка задвоилась, но герцог был непреклонен. На руках материализовались перчатки. Сцепив кулаки и зубы, мужчина наконец добрался до первого этажа. Перекрыть вход к кораблю он, разумеется, не забыл. Всматриваясь в светлый проем наверху, герцог уже делал ставки, кого он там встретит. Мужчина был абсолютно уверен, что это будет кто-то из братьев. Либо более опытный в поиске, либо вендетта. Тут он усмехнулся, не самое лучшее время для разборок. С другой стороны, когда оно бывает лучшим? Бесшумно продвигаясь вверх, герцог почувствовал нечто странное. По локтю ощутимо скользнул сквозняк. Возникшие было размышления на эту тему снесло волной дежавю и мужчина машинально попытался словить логичное продолжение девушки в воздухе. Удивлению не было предела. Нечто тонкое и скорее всего мягкое, а сквозь перчатку этот параметр оценить не представлялось возможным, и правда застряло в железных тисках. Ризли хмыкнул и медленно обернулся к пустоте: - Попалась. Пустота наконец цыкнула, а затем и вовсе явила себя начальнику тюрьмы. Смотрела неуверенно и как-то даже пугливо через красные с блестящим каплями на ресница глаза. К счастью, но герцог не мог обратить на это внимание. Хоть мысли в голове роились достаточно упорядоченно, координация и качество изображения ощутимо подводили. - Так и будешь молчать? - герцог снова хмыкнул. Глядя на неожиданную гостью он криво усмехнулся. Ответа не последовало, отчего мужчине стало смешно. С одной стороны, он оказался крайне ловким в пьяном угаре, с другой - причина душевных страданий сама пришла к нему, а с третьей - происходящее было до безобразия глупым и бессмысленным. И он рассмеялся, громко и искренне. Абсурд ситуации заслуживал именно этой реакции. - Зачем ты здесь? - Ризли попытался было утереть потекшую слезу, но ткнул железным пальцем в глаз, - бл…, - потеря картинки привела к потере координации. Герцога качнуло к перилам, перчатка скользнула по гладкому металлу вниз, отпуская злополучную бутылку в свободный полет. Ризли покатился бы по лестнице как пить дать, если бы не тонкие руки, что крепко уперлись в грудь. Даже сквозь одежду, мужчина почувствовал, насколько холодными были ладони. В нос ударил запах колокольчик, а ушко щекотно скользнуло по подбородку. Их взгляды встретились. Какие-то мучительно-теплые, скучающе-жгучие нотки чувствовались в них. Убери события последних дней, и они поняли бы друг друга без слов. Вернув себе равновесие Ризли несколько наклонился вперед. Линетт же встала на цыпочки. Атавизмы девушки сделали из нее отличного шпиона не просто так. Чувствительный нос был одной из сильнейших сторон ее тела и тут он тоже не остался в стороне. Запах алкоголя болезненно ударил в рецепторы: - Ты чертовски пьян, - прошептала Линетт почти в самые губы. Герцог остановился. Она видела как он сперва поджал губы, затем все же хмыкнул и улыбнулся. - Главное, - послышался металлический щелчок, - что ты арестована, - он с удовольствием покосился на личные наручники сковавшие тонкие запястья.