На глубине твоей

- Ваша светлость, вы сегодня прям светитесь, - прокомментировал Вулси, выдавая герцогу кофе в стаканчике. Ризли часто пользовался услугами столовой, особенно когда приходилось много перемещаться по крепости. Тем более, по крепости этот кофе ничуть не уступал тому, что мужчина готовил сам, поэтому потратить купоны он был не против. - Сегодня хороший день, - уверенно произнес Ризли и улыбнулся во все тридцать два. Столовая как всегда гудела в обеденный перерыв. Народ сидел за столами, кто-то вкусно ел проплаченный обед, кто-то не менее вкусно уплетал похлебку. Велись жаркие споры касательно предстоящего боя на арене, местами цепляли политику. Чуткий слух мужчины различил и тихие перешептывания о пророчестве. После громкого дела многие заподозрили неладное, но в прессу информация просочилась в количестве достаточном лишь для домыслов, поэтому переживать было не о чем. Помешивая ложечкой напиток, Ризли скользнул мимо столика с компанией молодых ребят. Пару из них присутствующие даже могли видеть на сцене. Вот кто никогда не унывал - эта компания всегда весело проводила время, смеялась и, порой, показывала фокусы. Друг другу, но в эти моменты за ними наблюдали все. Герцог невзначай скользнул по ребятам взглядом. Старший из компании не уделил мужчине и секунды, младший не поднял глаз, а вот девушка задержалась чуточку дольше и теплее. - Тебе нужно урезать обед и больше ходить, - до слуха его светлости донесся недовольный голос Лини, - видимо более высокое давление сказывается на твоем организме, раз ты смогла набрать вес. От услышанного у герцога зачесалась ладонь. За такие заявления полагалась смачная оплеуха, а лучше две. В то же время Ризли захотелось уподобиться прибрежным чайкам. До слез на ресницах и спазма в прессе, ведь у Лини не было и шанса вычислить источник калорий, а тем более на него повлиять. А после таких фразочек герцог вообще приложит максимум усилий, чтобы довести блондина до белого каления. По мнению Ризли, девушка была идеальной в любой форме. Но конкретно сейчас ему очень нравились округлившиеся щечки, бедра и налитые груди. Нет, он не пытался ее раскормить, просто был уверен, что вкусная еда добавляет настроения, а секс отлично палит калории. Тем более впереди была зима, а кошки, как известно, к холодам пушатся и набирают вес. Всю неделю девчонка не отлипала от герцога. Приходила с вечера, танцевала с ним, на столе, в постели. Ее образ казался неотъемлемой частью жизни, которая, к тому же, ею пропахла. Тонкий аромат белой кожи всплыл в голове и Ризли с удовольствием отпил горячий напиток. Сегодня утром они буквально приклеились друг к другу. Мужчина обнял ее со спины, и так крепко, что она могла лишь стонать и впиваться ногтями в руки. И даже этим девчонка не воспользовалась, судорожно прижимая его предплечья к себе, будто давления было мало. Это сводило с ума и в то же время, делало каждое утро таким приятно особенным. Как никогда хотелось дышать, пить, есть и просто жить. Ризли быстро восстановился после грустной недели и ,кажется, даже немного набрал и сам. Но почему-то именно в щеках, они больше не казались такими впалыми. А может он просто начал чаще улыбаться. От этой мысли губы растянулись и герцог отпил еще, ускоряя шаг. Впереди ждали выходные, следовало встретить доставку и перетащить кинотеатр обратно под воду. Ах да, еще оставить записку. Линетт вполуха слушала наставления доморощенного диетолога. Куда приятнее было осознавать, что его светлость поменял привычный маршрут ради маленькой практически незаметной встречи. С какой-то терпкой тоской девушка представила, как же должно быть приятно любить без ограничений. Когда он смог бы вот так просто сесть рядом, поговорить, поцеловать. От этих мыслей невольно сжались бедра, отправляя владелицу в теплые воспоминания последних дней. Что врать, она катастрофически привыкла спать рядом с мужчиной. Его тело источало жар, позволяя расслабиться в холоде крепости и с удовольствием растянуться в постели. Его нравилось трогать, кусать, рассматривать, наблюдать, слушать. И не важно было, что он говорил, хотелось просто ощущать на ушках этот тембр. А еще его тело вкусно пахло. Порой Линетт с удовольствием внюхивалась в крепкую шею. Аккурат у крайнего шрама. Ровно до тех пор, пока владельцу не становилось щекотно и он не начинал делать попыток к пробуждению. - Тебе нужно будет с ним встретиться сегодня, - фраза ворвалась в сознание вместе с прочим шумом столовой. Будто громкость в динамике резко повернули на максимум. Сердце невольно ухнуло в пятки, но Линетт не подала виду и аккуратно уточнила: - С кем? Судя по короткому взгляду Фремине, это была искра в бочку с порохом. Реакция последовала незамедлительно: - Я уже битый полчаса пытаюсь донести всем присутствующим, что у нас появилась надежда, - наставительный тон Лини был плохим знаком. Парень был дотошным. И, если кто-то его не слушал, то мог нарваться на лекцию из нравоучений длиною в час. Или в жизнь, как вышло у Линетт. Уйти не дослушав не представлялось возможным, ведь именно Лини в их троице владел дальнобойным оружием, - мы потратили слишком много времени впустую. И теперь вы так привыкли к разгульному образу жизнь, что не можете собраться даже ради получасового диалога. Если Отец узнает о таком отношении к миссии… - Интересно, а кто ему об этом скажет? - съязвила Линетт. Тем не менее прозвучало мягко и тепло. Мысленно вздохнув, девушка принялась наскоро допивать кофе. Лини осекся. С открытым ртом он внимательно посмотрел на рискнувшего бросить вызов. Глаза нехорошо сузились: - Ты, юная леди, вообще не имеешь морального права умничать, - Линетт не удержалась и хихикнула. Фремине метался взглядом то к одному, то к другому близнецу в надежде не увидеть реакцию рассеивания на территории столовой. Хотя с научной точки зрения было интересно, насколько слабее разлетятся присутствующие с учетом повышенного атмосферного давления. - Ты уже вторую неделю филонишь работу во всех смыслах, - блондин насупился и продолжил, - ты не предложила ни одного варианта, не нашла ни одной зацепки, у тебя даже купонов на взятки нет. И вот теперь этот человек саботирует мою находку, - он сделал паузу и таки решился добавить последний аргумент, - еще умудрилась где-то подворовывать сладости и даже набрала вес. Повисло напряженное молчание. Готовый призвать шлем и убежать в мгновение ока Фремине потупил взгляд. Последний аргумент был особенно обидным, Лини не сдобровать. К своему удивлению младший неожиданно догадался где именно сестра подворовывает сладости. Линетт в свою очередь удивленно захлопала глазами. В целом, она привыкла к претензиям брата по поводу питания, но этот, с переходом на личности, претендовал на ответ. - Я не разделяю твой вкус на женщин, - на губах заиграла коварная улыбка, - поэтому, пожалуйста, эти требования оставь для своей девушки, а меня - в покое. - Что? - теперь настала очередь удивиться Лини. Он долго смотрел на сестру, переваривая услышанное. Хотел что-то возразить, но вздрогнул. Замерший взгляд медленно скользнул на третьего немого участника посиделок. - Я сваливаю, - выдал Фремине, с грохотом вскакивая из-за стола. - Постой, - протянул Лини. Температура за столом буквально поднялась на градус, - а ну-ка сядь обратно, - проговорил он крайне сладко, чем напугал брата еще сильнее. - Лини, в чем дело? - обеспокоено одернула блондина Линетт. Не смотря на выраженную обеспокоенность в глазах девушки скакали чертики. - Я просил ей не рассказывать! - рявкнул Лини вслед убегающему блондину. - О чем? - в рамках обеспокоенности Линетт повысила голос. - В смысле о чем? Ты только что сказала, чтобы я следил за фигурой своей девушки. Линетт играла мастерски. Выдержав паузу, она округлила глаза и удивленно выдала: - У тебя есть девушка? Лини не смог различить игры. Весь красный и злой он с отчаянием осознал произошедшую глупость. - Он тебе не говорил, - практически шепотом заключил блондин и нырнул лицом в ладони. - То есть с Фремине ты поделился информацией, а от меня решил скрыть? - прилетело в качестве лезвия гильотины и Лини со стоном опал на столешницу. - Тебе нужно будет встретиться с Путешественником, - Лини смотрел куда-то в стол, подперев лицо руками. Краснота практически сошла с щек, но все еще пылала на ушах. - Кто она? - последовало в ответ. Линетт сказала это уже столько раз, что невольно утратила смысл словосочетания. - Ты помнишь Итера? - устало продолжил блондин. - Кто она? - Линетт… - Кто она? - Пожалуйста, переключись, - простонал Лини, - я не хочу об этом сейчас говорить. - А Фремине почему сказал? - когда Линетт ловила на лжи и наседала, было практически невозможно выкрутиться. - Курьер облажался, пришлось его просить, - Лини поднял голову и с мольбой посмотрел на сестру, - я не планировал говорить вообще никому, но так вышло. - Так кто она? - девушка заговорила уже мягче и доверительно положило руку на плечо. - Это так важно? - Да. - Там все уже кончено, - вздохнул блондин, грустно сводя брови, - на данный момент ничего не понятно и пьеса поставлена на паузу. Она не пишет мне, я ей. - Договорились на период миссии? - Нет, насовсем, - Лини медленно помотал головой, - я решил, что так будет лучше для нас двоих. Линетт внимательно смотрела на брата, на эмоции, что выражало так хорошо знакомое лицо. Эту сторону Лини она не знала, но невольно узнавала в ней себя. - Уверен, что не погорячился? - давление, а вместе с ним и интерес, гасли на лице сестры будто спичка. - Не совсем, - после недолгой паузы выдохнул Лини и снова опустил голову на стол. На сложенные пальцы, грустно уставившись куда-то перед собой. - Я не буду настаивать на имени, - Линетт вздохнула и принялась гладить плечо брата. Аккуратно перебирая пальцами край жилетки, вспомнила, как Фремине говорил о схожести близнецов, и невольно хмыкнула, - но тебе следует отправить весточку, раз это столь болезненная для тебя тема. Она, должно быть, волнуется и не понимает, за что ты так. - С нашей работой не стоит заходить в такие связи, - после небольшой паузы вздохнул Лини, - я не удержался и это моя ошибка. Не стоит кружить голову тем, с кем не можешь быть. Поэтому я и закончил, - он выдержал очередную паузу, разглядывая людей вокруг, - в нашей семье все слишком сложно для простого счастья. Линетт ничего не ответила. Лишь перебралась к светлым прядям и принялась накручивать волосы брата на палец. - Сложность не повод для отказа. Возможно, это единственный раз, когда ты сможешь побыть с любимой женщиной, - произнесла медленно, смакуя каждое слово, ведь говорила и о себе, - не думал об этом? Лини не ответил, вместо этого он лег на руки щекой, так, чтобы увидеть лицо сестры. - С каких это пор ты записалась в лекари душевных ран? - хитрый прищур многозначительно уставился в фиолетовые глаза. Линетт вспыхнула, но растерянность продлилась недолго. Вскоре пальцы вернулись к прежнему занятию. - Было время на раздумья, - девушка уложила подбородок на плечо брата и вздохнула, - на моем складе не происходит ровным счетом ничего интересного. И вот я подумала… - она запнулась, - поняла, что завидую тем, кого на поверхности ждут любимые люди, - увидев недовольство на лице брата, быстро продолжила, - Да, мы есть друг у друга. Но разве было бы плохо иметь еще кого-то рядом? Тебе кто-то нужен, кому-то нужен ты… по-своему это должно быть прекрасно и приятно. Обед плавно подходил к концу. С грохотом заключенные сносили посуду к окну приема, где уже вполголоса возмущался Вулси. Мол надо же им было сидеть до последнего, чтобы устроить ему аврал. Лини с отстраненным видом наблюдал за происходящим. Вслушиваясь в какофонию звона посуды и удаляющихся шагов, он с каким-то грустным умилением осознал, что Линетт тоже повзрослела. Рука на плече приятно грела, и, кажется, даже немного успокаивала ураган эмоций в душе. В этом жесте ощущалась непреодолимая поддержка, которая всегда будет рядом. Которая внушает надежду даже в самые темные дни. - В этом наша сила, Линетт, - блондин нарушил затянувшуюся паузу, - пока мы сами по себе - мы живы. Количество связей порождает страх смерти, а это то, что губит, - парень выпрямился и серьезно посмотрел в глаза сестры, - у меня есть слабость - и это ты. Преумножать число точек воздействия я не намерен, - он улыбнулся, - и тебе не советую, если ты вдруг влюбилась. Последняя фраза прозвучала тепло, но в то же время весьма серьезно. Линетт полыхнула и сперва даже собралась оправдываться, но быстро остановилась. В этом не было смысла, брату не требовался ответ. Прислушавшись к какофонии окружающего мира, девушка встала из-за стола и выдала короткое: - Принято. Линетт шла быстро, местами переходя на бег. Больших трудов стоило убедить брата в необходимости посетить барак. Аргументов была масса, но все они разбивались о камни подходящего времени. В итоге все скатилось в банальное надо и было списано на девичьи странности. Встретиться с Путешественником нужно было сейчас, а потом еще вечером. Линетт поморщилась, понимая, что увидится с герцогом лишь в постели ночью. И лишит себя удовольствия в приятном и, что немаловажно, вкусном вечере. Пообниматься, потанцевать, поболтать, покушать вместе. Девушка недовольно поджала губы, понимая, что все это ждёт ее не сегодня. И не факт, что завтра она сможет позволить себе подобную роскошь. Тяжело вздохнув, Линетт скользнула в коридор. В привычном месте, за металической панелью нашлась маленькая записка. Доставая ее, Линетт принюхалась - табак, слабый запах кожи и чая. Уголки губ немного подались вверх и девушка приступила к изучению. Она оказалась права - вечер обещал быть прекрасным, жаль что не сегодня. В очередной раз вздохнув, девушка отписала любовнику короткое «после 22:00» и отправилась на встречу с весьма известным человеком, в чьи регалии каким-то образом затесалось звание заключенного.

───※ ·❆· ※───

Время шло. Ризли недовольно постукивал пальцами по столу, то и дело поглядывая на гордые в своем одиночестве креветки с устрицами. Блюда сверкали серебром в отблесках свечей. Сервировка по меньшей мере могла назваться рискованной. Жаль только рисковала она быть разве что неоцененной. Ризли не знал чем себя занять. Мужчина прочитал все, что было нужно и можно, рассортировал и подписал необходимое, какие-то документы даже от скуки занес на администрацию сам. Записки пассия не оставила, поэтому надежда на романтический пятничный вечер таяла вместе с воском. На секунду герцог подумал о второй главе прощания. Вот сейчас он это отметил, а через неделю осознает, что был чертовски прав в собственных догадках. Мужчина хмыкнул и буквально отмахнулся от мрачных мыслей. Не до них было. Вместо этого он откинулся назад и уставился на потолок. На вечно кружащиеся железные лопасти. Стало интересно, скольких чиновников они повидали и пережили. Ведь чисто исторически эта вентиляция была создана первой в крепости и замены еще не переживала. По крайней мере так писалось в старых бумагах, которые Ризли изучил еще при вступлении в должность. Мужчина закинул руки за голову и медленно сполз вниз по креслу. Он никогда не задумывался о том, как долго просидит на своем троне и кто сможет взойти на него после. Желающих было много, но амбициозные планы всегда рушились о лед сегодняшнего дня. Герцог не любил фантазировать в пустую. Он любил действовать, и так происходило во всех сферах его жизни без исключения. Это свойство его характера в свое время помогло юноше выжить и дорасти до завидного положения. Это свойство не позволяло конкурентам даже на шаг приблизиться к красному креслу. И именно это свойство подталкивало мужчину найти чертовку, что не оставила вестей, либо свернуть вечеринку к чертовой матери и уйти на заслуженный отдых. Часы символично пробили девять. Герцог лениво потянулся. Размял лопатки, хрустнул пальцами. По бутылке отборного вина заманчиво скользнула капля воды. - Да ладно, не расстраивайся, - весело протянул герцог, обращаясь к напитку, - голодным я отсюда не уйду. Устриц особо не хотелось, а вот креветки шли просто отлично под бокал белого полусладкого. Герцог с удовольствием облизал палец и тут же переключился на очередной хвост. Пламя свечи многозначительно затрещало, привлекая к себе внимание и давя таким образом на совесть. Да, Ризли съел уже больше половины креветок, но он честно оставил попытки потребить свою порцию устриц, а значит баланс был соблюден. Мужчина вытер пальцы и уставился на огонь. В свете последних событий, он сделал для себя пару выводов. Их планировал опробовать на практике, как только подвернется возможность. И, похоже, сегодня вышло принять любой исход событий и продолжить нормально существовать. Может он просто интуитивно знал, что это не конец, может просто храбрился. Тем не менее, допив бокал залпом, герцог шустро собрал тарелки и отправил остатки в холодильную камеру. До сих Линетт не имела ни малейшего понятия о локализации устройства. Как забавно, девайс удалось скрыть лучше тайного хода. К последнему Ризли и направился, звучно хлопнув маленькой плотной дверцей. Гардеробная. Душ. Кровать. С рутиной было покончено быстро. Герцог потушил лампы и умостился в постели поудобнее. Но сон не шел. Сменив несколько поз и осознав всю тщетность попыток улечься и расслабиться, герцог лег на спину и уставился в потолок. Скрытый темнотой и далекий, он определенно нависал сверху. Сегодня, кстати, без конденсата. В привычном порядке мыслей герцога все же творился хаос, который не позволял забыться. В последнее время он много думал о любимой кошке. Все прекрасное, что происходило в крепости в купе с внушительными возможностями герцога, наталкивали его на необходимость принять решение и попытаться сделать что-то. Что-то хорошее и правильное, хоть он и понимал, что многое в этом вопросе зависит от точки зрения. Герцог и сам не заметил, как принялся грызть давно забытый заусенец на пальце. Спасение Фонтейна, спасение Фатуи: - Не слишком ли много ты на себя берёшь? - задал он темноте очевидный вопрос. Вариантов было несколько, вот только он понятия не имел как выспросить необходимое у Линетт. Почему-то был напрочь уверен, что напрямую действовать не стоит. Девчонка закроется, а то и сбежит, переживая за своих родных. Капкан окажется пустым, а сердце разбитым, от чего не выиграет никто. В этот момент до слуха донесся звук открываемой двери. Ожидаемо тихий и медленный. Герцог ухмыльнулся и тут же принял вид спящего. Посетитель бесшумно прошелся по комнате. В какой-то момент Ризли почувствовал на себе пристальный взгляд и для достоверности добавил глубокому дыханию сопение. Совсем тихое, но этого хватило, чтобы гостья, а мужчина никого другого и не ждал, принялась стягивать свою одежду. Слабый скрип молний перемежался с шелестом объемной ткани, которая, видимо, отказывалась покидать бедра. Тут герцог чуть было не выпал из образа, вспоминая возмущения брата пассии. Чтобы не выдать себя, Ризли принялся вслушиваться в происходящее. Судя по грузному шуму возле кресла, с корсетом было покончено. Дальше последовал еле различимый шелест и герцог с удовольствием представил, как аккуратно стягивают колготки. В его воображении пальцы подцепили нейлон и невесомо потянули вниз, собирая в плотную кучку и обнажая тонкие белые ноги. Под ними определенно было белье, но звука не последовало. Может и не было. Эта мысль скользнула приятной картинкой в голове и несколько обозначилась в районе паха. Тут же послышался очередной шелест, слабее предыдущего. «Должно быть рубашка,» - догадался герцог. Тут не нужно было и фантазировать. Для знающего эта часть гардероба могла показаться самой сексуальной. Прикрывая плечи и добавляя образу скромности, ее манишка как нельзя лучше обрамляла стоячую грудь. Этот образ пара даже как-то опробовала на чайном диване пару дней назад. В мыслях тут же возникла Линетт в белом воротничке. Она снова была сверху, сама расстегнула, сама умостилась и прыгала не сдерживая стонов. А что герцог? Он продолжал пить чай, с упоением наблюдая за происходящим. Эрекция не заставила себя ждать и принялась поднимать одеяло. Благо оно было плотным и кошачьи глаза не заметили изменений в рельефе. Тем не менее смотрели они с недоверием, время для сна было слишком ранним. Но истина по этому вопросу интересовала Линетт ровно до того момента, как она поежилась от холода в помещении. Сняв последние заколки девушка чуть ли не бегом направилась к кровати, погрузить замерзшие ноги в безграничное тепло хотелось очень. Стоило Линетт приподнять одеяло, как мужчина сонно перевернулся на бок утаскивая теплый предмет за собой. Видимо поза оказалась не такой удобной, как рассчитывалось, и под слабое мычание герцог вернулся назад, прижимая одеяло своим телом. Он довольно потянулся, закинул руку за голову и сново засопел. Обнаженная фигурка мерно покрывалась мурашками. Линетт планировала быть незамеченной, но такой поворот событий поставил ее в тупик. Девушка предприняла попытку вытянуть одеяло, но вес мужчины был беспощадным. - Почему так долго? - наконец прояснил ситуацию Ризли. - Ты прижал одеяло, - Линетт потянула ткань снова, чувствуя как начинают мерзнуть пальцы. - Я о вечере, - герцог даже не подумал сдвинуться. - Были дела, - уклончиво ответил голос во тьме, - пусти меня, пожалуйста, я мерзну. - Ты опять не предупредила, - Ризли остался непреклонным и даже сложил руки на груди в знак отказа. Линетт недовольно выдохнула. Это был короткий звук, похожий на фырканье кошки, которая не может поймать наглую мышь на нитке. Ризли не видел ее лица. В отличие от самой девушки, он вообще ничего не мог рассмотреть. Поэтому повисшая пауза заставила интуитивно напрячься. И не зря, ведь в следующее мгновение на него напрыгнуло девичье тело. Ладони с коленями болезненно прилетели в живот, заставляя сжаться и хрипло выдохнуть. - Линетт! - рявкнул герцог, но услышан не был. В постели стремительно развернулась потасовка за тепло и комфорт. Темноту комнаты наполнили кряхтение и шум копошащихся тел. Ладони и ноги то и дело упирались в самые неудобные места не желающего поддаться мужчины. В процессе все чаще слышались смешки. После сочного шлепка последовало обиженное «Ай!» и обездвиженная Линетт добилась желаемого. Спина прижалась к горячему телу, а сверху ее милостиво накрыли злополучным одеялом. В целом, ситуация была приемлемой и девушка с удовольствием растеклась на мужской груди. Ризли же своему счастью не верил, продолжая крепко придерживать собранные кисти и колено барышни. - Не делай так больше, - нравоучительности герцогу было не занимать. - Я очень замёрзла, ваша светлость, - Линетт заерзала, как бы умащиваюсь поудобнее. - Так где ты была? - не смотря на все принятие ситуации, Ризли все же злился. На обстоятельства, в которых они оказались, на девушку, которая не пришла на ужин, но больше всего на себя, из-за несдержанности чувств. Как бы он не храбрился, а влюблённость добавляла свой спектр эмоций, местами крайне мальчишеских. - Раскапывала тайны твоей крепости, - прошуршало в ответ. В голосе чувствовалась саркастичная нотка и герцог усмехнулся. - Очень смешно, конечно, но меня такой ответ не устраивает, - крепкие ладони несколько переместились по суставам. В помещении вновь повисла пауза. - К чему такой допрос с пристрастием? - Линетт несколько озадачилась поворотом разговора. И это несмотря на трущуюся о герцога очередную минуту задницу. Он и правда был настроен серьезно. - Я хочу знать, почему ты не пришла на ужин. - Были семейные дела, а потом я встретилась с Итэром, - Линетт сама удивилась с какой готовностью принялась оправдываться. - И это повод? - фыркнул мужчина в ответ. - Ты что, ревнуешь? - Линетт произнесла фразу несмело, но все же это многое объяснило бы. - При чем тут это? - в голосе чувствовалось раздражение, совсем не то, которое выдают, когда пытаются прикрыть вскрытую правду. - При том, что ты злишься, - Линетт вздохнула, будь ее руки свободны, она бы тут же обняла мужчину в знак примирения, - я понимаю, у тебя были планы, ты хотел увидеться. - Я ждал тебя весь вечер, - вставил герцог. - Очень жаль, что так вышло, - хватка наконец ослабла и Линетт позволили высвободить одну руку. Тонкие пальцы тут же принялись рисовать витиеватые узоры на мужском предплечье, - я и сама жалею, что освободилась только сейчас. Но, поверь мне, занята я была исключительно рабочими моментами. Ничего личного, честное слово. Герцог должно быть закатил глаза. С раздражением бросил: - Да с чего ты решила, что я ревную? - чтобы следом отпустить девушку и демонстративно повернуться к ней спиной, - я злюсь не из-за этого, - мужчина обнял подушку и зевнул. - А из-за чего? Герцог выдержал паузу и продолжил: - Из-за того, что ты меня не предупредила. - В смысле не предупредила? - Линетт наконец позволила себе возмутиться. Странный диалог переставал ей нравится. Девушка тут же приподнялась, требовательно заползая на мужское плечо, - я тебе даже записку оставила. «После 22:00» там было написано. - Правда? - она видела как Ризли покосился на нее. - Что за вопросы? - возмущение наростами и скользило в голосе все сильнее, - я оставила ее после обеденного перерыва и... Линетт увидела, как мужчина неуверенно покосился на нее вновь, и осеклась. Затем он отвернулся, чтобы коснуться тумбочки. Возле кровати полыхнул светильник, демонстрируя аккуратно сложенные вещи на кресле и перекрученное одеяло в постели. Ризли медленно сел в кровати. Они оба щурились от слабого света, однако на лице герцога читалась озадаченность. Медленно и с расстановкой он задал вопрос, от которого сразу двоим стало не до сна: - У кого же тогда твоя записка?