Шоколад в клубнике

Ах, 8 Марта. Эта суета на тесных улочках города, всеобщее напряжение в преддверии чего-то нежного и праздного, уловимый ото всюду запах самых разных цветов: от элегантных роз до простеньких ромашек, кто на что горазд. И конфеты. Очень много конфет. Если это не самый частый подарок, то как минимум один из. Ну какой мужчина откажется от возможности порадовать женщину коробочкой лакомого шоколада? Цветы завянут, а десерт непременно удостоится чести оказаться полезным в хозяйстве: к чаю, к кофе, а гурманам - к коньяку. А если женщина не любит шоколад(аж все его виды), то пищевая промышленность готова предложить альтернативу, да в каком ассортименте! Букеты из зефира, топиарий из конфет, печенье с предсказаниями, фрукты в карамели, пахлава, леденцы необычных форм и размеров, маршмеллоу - и это только малая часть всего разнообразия кондитерского искусства. И это еще если не брать в учет всяческие подарочные наборы, от которых ломятся прилавки накануне любого праздника. В общем, у Честера дел было невпроворот. Точнее, у Мэнди. Еще за неделю до женского дня бедняжка начала оформлять магазин сладостей подстать празднику, увешивая его различными цветочками и сердечками, экстренно менять стилистику внутреннего убранства под более нежные и неброские тона, подготавливать шоколадки, зефирки, мармеладки, карамельки и все то, за чем приходили покупатели. А за пару дней до праздника покупателей стало вдвое, если не втрое, больше. И ладно бы вся мужская половина Старр Парка успела посетить магазин, но еще и сами женщины были нередкими гостями! Седьмого марта, утром в магазин зашла Джесси за подарком для мамы, а вечером пришла Пэм за подарком. Догадайтесь для кого! И Мэнди носилась из одной части магазина в другую, едва успевая обслуживать клиентов и при этом менять пустоту полок на новые товары. Аж жуть берет. А что до Честера... У него была одна задача - не мешать. И справлялся он с ней на удивление хорошо. Не сразу, конечно. За неделю до праздника он препятствовал приготовлениям Мэнди: менял одни конфеты на другие, карамель на ириски, сладкий мармелад на кислый, а молочный шоколад на горький. За четыре дня до праздника он изредка разыгрывал Мэнди, выскакивая из-за угла в попытках добиться от нее реакции. За два дня до праздника он путался под ногами и словесно отвлекал Мэнди, рассказывая шутки. За день до праздника он стал ниже травы, тише воды: молчал, не лез под руку, а бывало даже и помогал. Как жаль, что Мэнди была слишком занята, чтобы оценить столь кардинальные изменения шута. В день праздника он и вовсе стал самым покладистым и смиренным человеком. Можно подумать, что его особенное поведение - подарок на 8 Марта его боссу. Но Мэнди была вся в заботах и Честер, хоть и входил в часть забот, был меньшей из них. Во второй половине дня все начало налаживаться, но спокойно выдохнуть Мэнди не успела. Всегда найдутся те, кто будет покупать подарки в самый последний момент. И тогда начался новый наплыв посетителей. И как по щелчку активизировался Честер, который начал требовать внимания к себе на протяжении всего оставшегося дня. Ничего не оставалось, кроме как изредка бить его по рукам и пытаться игнорировать. Впрочем, как и всегда. — Мэ-э-энди. — Не сейчас. — Кстати, а знаешь... — Отвали. — Я тебе такое приготовил... — Позже. — Хочешь покажу? — Не разговаривай со мной. Мэнди даже не вслушивалась в то, что ей пытался донести шут. Тяжело пытаться понять его, параллельно общаясь с клиентами. А клиенты были приоритетнее очередных хотелок и проказ Честера, которые, как правило, не несут в себе ничего важного и срочного. Но стоит отдать должное, Честер не был настойчив. В любой другой день он бы из кожи вон вылез, но заставил Мэнди отвлечься на него: накричать, кинуть в него пустой баночкой от конфет или еще чего похуже. Но сегодня он лишь раз в полчаса пытался вовлечь подругу в разговор и каждый раз, получая отказ, успокаивался ...на ближайшие полчаса. И у Честера было достаточно решимости, чтобы продолжать этот безнадежный круг бесполезных действий еще долго, но рабочий день подходил к концу. Мэнди выдохнула со спокойной душой, опускаясь на единственный стул у кассы и сидела так минут десять, пытаясь прийти в себя после нечеловечески тяжелого рабочего дня. В последний раз такое было под Новый год, когда она решила начать продавать имбирное печенье и пряничные домики. Честер молча посматривал на нее со стороны. Столько раз он подходил к ней на протяжении рабочей смены, а как только она закончилась, он все никак не мог решиться. Но пользуясь моментом ступора Мэнди, шут ушел на кухню, что была строго ограничена от самого магазина надписью черным по белому: «ДЛЯ ПЕРСОНАЛА (НЕ ДЛЯ ЧЕСТЕРА)» и тут же вернулся, держа за спиной две небольшие коробочки. Одну он достал из холодильника, вторую из морозилки. Их же он туда и сложил еще утром и Мэнди бы определённо должна была найти их и удивиться. Но она не нашла. А может, нашла и не удивилась. — Мэнди! У меня для тебя подарок! — Честер подошел к ней со спины и навис над ней. По началу всматривался в ее макушку, но затем она подняла голову на него. — Так...? — Осторожно спросила она. Зная Честера это может быть как милый подарок, так и самый жестокий и бесчеловечный пранк. — Сегодня прекрасный день прекрасных дам... — Он театрально отвернулся и откашлялся. — Поэтому прекрасной даме я дарю самый лучший подарок: себя! — О, нет... — Устало простонала девушка, так же театрально закатывая глаза. — Я переживу и без этого подарка. — Во-первых, не переживешь, — Мэнди цокнула языком, а Честер положил ей на ноги одну коробочку. — А во-вторых вот! — Что это? — Я! Мэнди открыла загадочную коробочку, уже предвкушая, как ей в лицо полетят блестки или от туда выпрыгнет какой-нибудь игрушечный черт или коробка будет и вовсе пуста. Но нет. Там действительно был Честер. Из шоколада. Его физиономия и даже шутовской колпак для правдоподобности. Вот только выглядело это как месиво из однотонного цвета и если бы не аннотация к подарку, едва ли можно было бы разобрать в ней знакомую рожу. — Это что за шоколад? Темный? — Осторожно спросила Мэнди, не сводя глаз с шоколадного Честера, который не мог похвастаться аппетитностью. — Я смешал все виды шоколада. Я, знаешь ли, очень разносторонняя личность! — Честер, тот, что настоящий, обошел Мэнди и встал на колени перед ней, чтобы в первых рядах лицезреть и себя шоколадного и реакцию получателя такой невиданной щедрости. Ничего удивительно в том, что шут на коленях перед королевой. Да и не он один 8 Марта склонил голову перед женщиной. — Я уверена, что это отвратительно на вкус, — Мэнди дразняще хихикнула и попыталась хоть как-то подцепить эту шоколадную массу пальцем, дабы отломить кусочек. Несмотря на то, кто это подарил и какого это качества - это все еще подарок. — Я бы сказал, на любителя! Отломив кусочек бубенцов от шутовского колпака, Мэнди с опаской поднесла это ко рту и... убрала руку. — Я сейчас попробую, а там что-то острое? Или кислое? — Мэнди строго смотрела на Честера, который все еще сидел на коленях сбоку от ее стула. — Я по-твоему монстр какой-то? — Он с наигранной обидой отвернул голову в сторону. — Я бы сказала, чудовище! Мэнди рассмеялась, а Честер изо всех сил старался сдержать улыбку и не поворачиваться лицом. И пользуясь этим, Мэнди поднесла кусочек сомнительного шоколада к его лицу. И стоило это заметить, Честер без раздумий взял шоколад в рот. Во-первых, в своих навыках кондитера он не сомневался и недостаток опыта и знаний этому не препятствовал. А во-вторых, не часто Мэнди кормит его с рук. То есть, вообще не кормит. Это впервые. И будь даже у нее в руках острый перец, он бы все равно это съел. Впрочем, "сладость" могла бы посоперничать с острым перцем. Попробовав шоколад, Честер скривился и усилием воли подавил в себе желание выплюнуть это. В теории, белый и молочный шоколад должны были перебивать горечь темного и горького, но на деле последние подавляли всю сладость и это был ужасно горький шоколад с едва ощутимым на языке сладким послевкусием. А еще вчера Честер чувствовал себя гением, придумывая это. — Ну как? На любителя? — Отвратительно... Стоически превозмогая себя, он проглотил этот недуавшийся десерт и облизал губы, пытаясь избавиться от привкуса во рту. А Мэнди рассмеялась с его глупости. И ее смех затмевал Честеру самый горький шоколад. — Ладно, облажался! Но я был готов, — Одной рукой он убрал с ног Мэнди коробку с "собой", а второй достал из-за спины еще одну коробочку. — А это что? Тоже ты? — Она была чуть менее напряжена, но все еще не доверяла шуту. Если в первой коробке не было подвоха, еще не значит, что не будет во второй. — Почти! Это проявление моей находчивости! — Не дожидаясь ее, Честер сам аккуратно открыл коробочку. В ней лежали небольшие шоколадные конфетки, покрытые розоватым льдом. Слипшиеся. По всей видимости, лед подтаял, пока Честер нес подарок до магазина, а в морозилке лед снова замерз. И теперь конфетки было не открепить друг от друга, а Мэнди даже попыталась! — И что это? — Она слегка нахмурилась с видом шеф-повара мишленовского ресторана, который видит меню забегаловки у заправки. — Ну, знаешь... — Честер неловко улыбнулся. — Парни дарят девушкам клубнику в шоколаде и это, вроде как мило, любовь-морковь, все дела... Но я пошел дальше и гениальнее. Это шоколад в клубнике! Я сделал конфеты в виде ягод, а потом заморозил вокруг них клубничный сок. Сначала фруктовый лед, а затем шоколад! И действительно, теперь в этой массе шоколада под льдом можно было разглядеть очертания формы маленьких клубничек. Мэнди цокнула языком. Что-то настолько идиотское мог придумать только Честер. Иногда она удивляется, как она все еще не прибила Честера и почему все еще держит этого клоуна в своем магазине, если пользы от него никакой. Хотя на самом деле польза была. Без него было бы слишком скучно. Бывали времена, когда Мэнди казалось, что в Честере что-то есть. А иногда, что в нем не хватает очень многого. Мэнди была уверена, что она совсем без чувства юмора: слишком строга, деспотична, всегда ответственна и готова к любым тягостям жизни. Но так выходит, что Честер откуда-то знает, как заставить Мэнди рассмеяться, даже если она уверена, что его дурачества несмешные. Это было странное, не поддающееся описанию чувство: особая теплота, граничащая с раздражением и только им обоим известна эта грань. Вот Мэнди кормит Честера, а вот... БАМ! Мэнди резко встала со стула и Честер, до сих пор сидевший на коленях сбоку, дернулся. Коробочку она также быстро бросила на пол с соответствующим хлопком и Честер снова дернулся. — ЗАЧЕМ?! — Он удивленно приоткрыл рот и в отчаянии смотрел на несчастную коробочку. Он догадывался, что подарок не будет принят радушно, но чтоб вот так... Мэнди подняла коробку с пола и по-королевски уселась обратно на стул. Открыв подарок снова, она самодовольно улыбнулась: теперь смерзшиеся вместе конфетки отделились. Не совсем ровно, но и ожидать многого от такого дерзкого способа не стоило. А Честер, все еще шокированный, успевал только глазами хлопать. Остаток праздника они провели вместе. Шоколад в клубнике пришлось съесть быстро, помогая друг другу справиться с этим. Сочетание не самое лучшее, но оказалось не так уж и плохо, хотя по итогу Честеру и пришлось съесть большую часть конфет. А шоколадного Честера пришлось убить: Мэнди растопила весь шоколад и, добавив сливки, он снова стал похож на молочный. Хотя есть его никто из них так и не решился. Мэнди была профессиональным шоколатье и ее мало что могло удивить. Но Честер удивил, как всегда, так, как умеет только он. И хоть он и не знаток шоколада и того, как правильно его готовить, он искренне старался сделать уникальный подарок. И сделал. Разнежившись от такого внимания в такой праздник, который прежде она и вовсе не праздновала, Мэнди даже поцеловала Честера в щеку. А Честер снова начал шутить и дразниться и тогда в него полетели пустые баночки от конфет. Праздник закончился и все вернулось на круги своя. Но Мэнди и не думала расслабляться - впереди 1 Апреля...