Больные откровения

Душно. Настолько, что тело будто горит, а футболка неприятно влажная и липнет к коже. В горле сухо, будто тонну песка проглотил, а веки слишком тяжёлые, чтобы их поднять. Чан не с первой попытки, но все же открывает глаза, чуть жмурясь от света, проникаемого через щель между закрытых штор. На улице явно солнечно, и парень переводит взгляд на часы, стоящие на столе его комнаты, и понимает, что сейчас уже почти час дня. Последнее, что Бан помнит - это то, как он работал в студии. Текст новой песни как то не складывался, а может мешала звенящая боль в голове и трясущиеся руки. Сидящий рядом Чанбин шутил, что Чан стал совсем стар, и ему нужно больше отдыхать, а Хан лишь принес стакан воды, с беспокойством смотря в красные глаза лидера. - Хен, ты весь горишь - тихо произносит Джисон, трогая лоб старшего - иди домой. - Я в порядке - отвечает Бан, хотя у самого перед глазами все плывет - давайте закончим и... Лидер не договаривает, потому что голову вновь пронзает боль, перед глазами темнеет, и последнее, что слышит Чан - это испуганный вскрик Чанбина. Бан оглядывается, убеждаясь в том, что находится в своей комнате. Откидывает одеяло и с трудом поднимается с кровати, мечтая лишь сделать глоток воды. Парня шатает и он, держась за стену, медленно двигается в сторону кухни. В комнатах общежития не задернуты шторы, и свет льется через окна, заставляя Чана щуриться, прикрывая болящие глаза. Парень заходит на кухню и сразу наливает стакан воды, осушая его в пару глотков. Наливает ещё один, и только сейчас чувствует приятный запах и замечает на плите кастрюлю, в который что то кипит. - Ну и зачем ты встал? - раздается за спиной парня, и Чан вздрагивает и оборачивается, смотря на обеспокоенное лицо - иди в кровать. - Феликс? - голос хриплый, тихий, и Бан рассматривает младшего, выглядевшего абсолютно по домашнему. Ли стоит в дверном проёме. Смотрит внимательно, оглядывая старшего с ног до головы беспокойным взглядом и задерживается на лице, при этом поджимая губы. - Как чувствуешь себя? - лишь спрашивает Ёнбок, шлепая босыми ногами ближе к парню и кладя руку на его лоб - все ещё горишь... Чан прикрывает глаза, ластясь к прикосновениям младшего, хотя сам еле стоит на ногах. Феликс чуть улыбается, все ещё с беспокойством смотря на уставшее лицо старшего, а после мягко проводит пальцами по его щеке и отстраняется, возвращаясь к плите. - Как я оказался в общаге? - тихо спрашивает Чан, продолжая стоять, опираясь на столешницу и следя за действиями Ли. - Чанбин и Хан привезли тебя - отвечает Феликс, не отрываясь от готовки - ты сознание потерял в студии. Они жаловались, что еле дотащили тебя до машины. - Где они сейчас? - Они доверили мне твою жизнь и уехали обратно в студию доделывать работу. Чан еле заметно кивает, допивает воду из стакана, но не спешит уходить с кухни все ещё наблюдая за младшим. - Иди ложись - произносит Ли помешивая что то в кастрюле - скоро будет готов суп, так что нужно будет поесть. - Ладно, я пока поработаю - отвечает Чан, хотя у самого голова гудит так, что рябит перед глазами - нужно песню закончить и... - Нет. Бан вздрагивает, когда прямо перед ним оказывается Ли, сильно сжимая запястье маленькой ладошкой. Руки Феликса прохладные, и Бан чувствует мурашки, прошибаюшие тело. Младший смотрит серьезно, рассматривая темные круги под глазами Чана, и поджимает губы, свободной рукой поправляя лохматые волосы. - У тебя отпуск, ясно? - серьезно продолжает Ли, смотря на Чана - и он продлится до тех пор, пока ты не поправишься. Если понадобиться, то неделю, две или месяц. - Но работа... - Хан и Чанбин обещали закончить песню. Остальные поехали в студию с ними, поэтому песня уж точно в надёжных руках. Так что просто прими лекарства и ляг в кровать. Чан смотрит на младшего мутным взглядом, с большим трудом воспринимая все то, что он говорит. Шмыгает носом, и вдруг переводит взгляд на ладонь Ли, все ещё сжимающую его запястье. - Только если с тобой - вдруг выпаливает старший, и до больного мозга запоздало доходят сказанные слова. Если вообще доходят. Феликс смотрит удивлённо, с вопросом, но тут же неловко улыбается, списывая все на температуру. - Мне нужно закончить - говорит парень, трепя и без того взлохмаченные волосы старшего - а тебе в кровать. - Я подожду - тихо отвечает Чан, садясь за стол и наблюдая за младшим сквозь прикрытые веки. Тело будто свинцом налито, и Бан вновь громко шмыгает покрасневшим носом, когда Ли ставит перед ним кружку с горячим чаем. - Пей - коротко бросает Ёнбок, и вновь возвращается к плите. Чан делает пару глотков, наблюдая за парнем: Феликс суетиться, что то режет, мешает содержимое в кастрюле, вновь наливает воду и включает чайник. Бан следит за каждым его движением, чувствуя, как глаза медленно слипаются, и сам не замечает, как начинает дремать, опустив голову на стол. - Крис... Чан слышит свое имя и разлипляет глаза, мутным взглядом смотря на склонившегося над ним Ли. Лицо младшего беспокойное, и Бан поднимает голову и потягивается, разминая затёкшие мышцы. - Хён, надо поесть - говорит Ли, и двигает к Чану тарелку с супом. Чан морщится, смотрит на лицо парня, но все же берет в руки ложку. Ест медленно, чуть ли не давясь, а Феликс просто сидит на соседнем стуле и наблюдает, двигая ближе к парню стакан воды и таблетки. Когда Чан проглатывает лекарства, Ликс поднимается, убирает посуду в раковину, а потом возвращается к старшему, помогая ему подняться. - Все, теперь точно в кровать - говорит Ли, ведя Чана в его комнату. Бан еле передвигает ноги, почти полностью опираясь на младшего и чувствуя, как его не слушается собственное тело. Боль в голове чуть утихла, видимо из за таблеток, но перед глазами все ещё плывет, а тело горит так, что руки Феликса, придерживающие парня за талию, кажутся холодными даже через футболку. - Вот так - тихо произносит Ли, опуская Криса на кровать и отходя к столу, чтобы взять градусник. - Ёнбок-а... - тянет Чан хриплым голосом, смотря на парня сквозь прикрытые глаза - ты такой хороший... Феликс не отвечает, продолжая копаться в столе, точно зная, что в комнате Чана есть, должна быть аптечка. - Крис, где у тебя аптечка? - в конце концов сдается младший, поворачиваясь лицом к Чану. - Такой замечательный... - вновь тянет Бан, принимая почти лежачее положение и опираясь на стену - светлый... Такой теплый... Как солнышко. Ли поджимает губы и качает головой, вновь подходя к парню и укладывая его на кровать так, чтобы голова заняла законное место на подушке. Накрывает парня одеялом, но Чан высовывает из под него руки обхватывая талию Ли и притягивая к себе. - Ёнбок-а... - вновь зовёт Бан, и его голос звучит будто по детски капризно. - Тебе нужно отдохнуть, Хён - отвечает Ли, вновь меряя температуру парня ладонью. Горячий. Странно, что таблетки до сих пор не подействовали. Чан что то невнятно бормочет, все ещё обнимая парня и прижимая его к своей груди. Феликсу становится жарко, и хоть он большой фанат объятий, сейчас от Чана исходит такое тепло, что даже Ли хочет чуть пространства. - Хён... - мычит Ёнбок, стараясь выбраться из крепкой хватки - нужно дать тебе лекарства, чтобы сбить температуру. - Не уходи... - более внятно произносит Бан, зарываясь носом в волосы парня - Ёнбок-а... Я люблю тебя. - Да, да, мы же семья - отвечает парень чуть раздражённо, все ещё пытаясь выбраться из объятий - я тоже тебя люблю. Чан вдруг чуть поднимается, и быстро, смазанно касается губами веснушки возле глаза Ли. Ждёт секунду, потом обжигает ещё раз, чуть выше - возле брови. - Крис... Феликс резко выдыхает и облизывает в миг пересохшие губы. В голове много мыслей кружат, кружат, но в миг вытесняются жаром чужого тела. Чан медленно, будто изучая, ведёт горячими ладонями по чужому бедру в домашних штанах, залезая пальцами под край футболки. Ли вздрагивает и в миг покрывается мурашками, в попытке отстраниться. - Хён, у тебя температура... - тихо говорит Феликс, упираясь руками в грудь парня и пытаясь встать с него - ты бредишь. - А если нет?.. - шепчет Чан, крепко удерживая парня на месте - что, если я настолько труслив, что мне нужна температура, чтобы признаться в том, что я чувствую?.. Ёнбок молчит, но попытки вырваться из чужой хватки оставляет. Смотрит в глаза, будто пытаясь в них что то найти, а потом проводит ладонью по щеке, чуть охлаждая горячую кожу. Рвано выдыхает, когда чужие ладони под футболкой ведут вверх по торсу, чуть задевая напряжённые соски, но перехватывает их, мягко отстраняя от себя. - Ты слаб, Крис - тихо произносит младший, сжимая чужи ладони и целуя костяшки - не сейчас. Чан смотрит внимательно, медленно кивает и тянется к губам Ли, оставляя на них смазанный поцелуй. - А завтра, когда тебе станет лучше, ты предложишь все забыть?... - тихо спрашивает Ёнбок, и в его глазах виднеется надежда. - Когда мне станет лучше, я обязательно приглашу тебя на свидание - чуть хрипло отвечает Чан и слабо улыбается, поглаживая парня по спине. Феликс улыбается в ответ, перебирает кудрявые пряди и уже сам тянется за поцелуем, мягко касаясь губами чужих губ. - Не хочу заразить тебя - тихо произносит Чан, почти сразу разрывая поцелуй. - Ты даже больным о нас заботишься - усмехается Феликс, устраивая голову на груди парня. - Я же лидер - лишь отвечает Бан, прикрывая глаза и вновь зарываясь носом в волосы младшего - и должен это делать. - Сегодня не должен - произносит Ёнбок, улыбаясь - отдыхай, Хён. Я позабочусь о тебе. - Только не уходи... - вдруг просит Чан, сильнее прижимая Ли к себе - останься со мной. - Конечно - шепчет в ответ Ёнбок, вырисовывая какие то сложные узоры на плече парня и слушая его сердцебиение - я не уйду. А завтра, когда Чану станет чуть лучше, он будет извиняться перед Ли за свои слова и действия, стыдливо опуская глаза и неловко улыбаясь, списывая все на температуру. А Феликс лишь засмеётся, поцелует парня в красноватый нос и подаст ему очередной стакан с водой, наблюдая за тем, чтобы старший съел весь суп.