Тёмный ангел или Красный демон

      Сухое чувство полудрёма, поджидающее каждого после прекращения сна, накрыло лежащего Изаку. Его мозги судорожно начали ворошить последние воспоминания. Открыв глаза, мужчине открылась темнота. Он попытался подняться, но понял, что связан с ног до головы. Исключение составляли только пальцы на руках: на левой кисти они были замотаны скотчем, а на правой тупо сломаны, судя по ноющей боли, доносящейся оттуда. Здесь явно не спа-салон. Однако Учиха был спокоен. Его научили терпеть боль ещё в детстве, кто-нибудь рано или поздно найдёт его, а за себя он бояться не привык.       — Э-эй! Есть здесь кто-нибудь?! — крикнул он в пустоту.       Как и ожидалось, ничего не произошло. Изаку решил немного пошевелиться и понял, что зафиксирован намертво скорее всего ремнями. Выбора нет. На ещё один сон надеяться не приходится. Остаётся только ждать. И ожидания окупились достаточно быстро. Откуда- то послышался громкий скрип железной двери и тихие шаги.       — Кем бы ты не был! — крикнул Изаку. — Тебе лучше освободить меня по-хорошему! Иначе, когда меня найдут мои друзья, ты попадёшь в свой персональный ад!       Шаги на пару мгновений стихли, а потом начали медленно, но уверенно, приближаться. В какой-то момент их владелец открыл дверь. Прямо перед носом Учихи заревели петли. «Кто бы это ни был, он — идиот», — подумал Изаку. Он тут же активировал свой шаринган в надежде на зрительный контакт. Света не было даже снаружи, но этим глазам на это плевать. Изо двери показалась низкая фигура, на вид лет двенадцати максимум. Но главное — это то, что глаза обоих встретились друг с другом. Есть! Никто не устоит перед гендзюцу Учих, тем более такие дилетанты, как этот коротышка. Но эйфория была недолгой. Никакого контроля над ним Изаку не чувствовал. Виновник всего этого почувствовал активацию шарингана, однако из ответов была только сдержанная улыбка, которая не на шутку задела пленного. Он не понимал, что происходит. Шаринган ещё никогда не подводил. Тем временем маньяк продолжил свой путь. В его руке появился свиток, из которого в свою очередь взялся неизвестный свёрток. Хозяин помещения положил его на стоящую неподалёку тележку и приблизился к похищенному мужчине, шаринган которого и не думал отключаться. Он засёк аномальную активность чакры в левой руке, за секунду до…       — А-а-а-а-а-а-ы-ы-ы-ы-ы-ы-у-у-ууу-у-у!!!       Электрический разряд прошёл от руки по всему телу, и пленник взвыл. Он едва не отключился от такого тока. Шаринган от этот сам деактивировался. Понадобилось какое-то время, чтобы Учиха смог прийти в себя и заново запустить свои глаза. Но, как только он это сделал, в них ударил яркий свет, который доставлял жгучую боль чувствительному месту. Изаку попытался закричать от неё, но стоило открыть рот, как его заткнул очередной ремень, который придавил голову с такой силой, что ещё немного и шея бы сломалась.       — Ну, не вежливо кричать в гостях у кого-то. Это дурной тон, — со стороны лампы донося немного охрипший по неизвестной причине и спокойный бас, который производил впечатление опытного человека. Скорее всего это был всё-таки взрослый мужик, который почему-то перестал расти. Немного оправившись от яркого света, Учиха бросил взгляд в сторону, где должен быть его мучитель, но там стояла только тележка с тканевым чехлом с инструментами, которые Изаку видел только… в кабинете Морино Ибики. Вдруг то, к чему было привязано тело, приняло вертикальное положение. В то же мгновение похититель поднялся оттуда. На нём были замечены странные очки. Возможно из-за них шаринган и не работал. Коротышка достал из чехла какой-то лезвие, прервав раздумья пленного. — Советую не двигаться лишний раз, иначе ощущения будут более интересными, чем предполагалось.       Инструмент вонзился в плоть. Учиха не мог ни двигаться, ни кричать, он просто тихо мычал от дикой боли. Единственное, что мог сделать похищенный — это последовать совету своего мучителя. А он спокойно и без лишних рывков орудовал в правой глазнице.                     Коноха       Некоторое время назад       Где-то в районе клана Сарутоби находилась оружейная лавка с говорящим названием «Танто». Заправлял ей высокий старичок лет шестидесяти по имени Тоширо. При первом же взгляде замечался шрам на левом уголке рта. Так называемая «Улыбка Глазго». Так же в глаза бросались желтоватые глаза и весьма подкаченная, несмотря на возраст, шея. Во всём остальном это был обычный старик. Сегодня он, как и всегда, ходил в синем кимоно, слегка неряшливо заправленным в штаны. В руках у него был стакан горячего чая. Вчера в Конохе был ливень, и на улице сейчас просто мерзкая погода. А Тоширо наслаждался уютом своего магазинчика. Вот так должна проходить заслуженная пенсия.       — Здравствуйте, можно войти? — колокольчики на двери зазвенели, сообщая о покупателе.       — Конечно, чем могу быть полезен? — дедуля отвлёкся на него.       — Говорят, что у вас продаётся лучшее оружие в Конохе.       Тоширо хорошенько приглянулся к посетителю. Что-то старик его раньше не видел. Тёмные волосы, косичка сзади, серая куртка, под ней чёрное кимоно, а под ним серая то ли майка, то ли кофта, хотя ростом гость не вышел: где-то метр шестьдесят. Может просто оружейник вниз не смотрел, ха-ха-ха? А вообще, этот парень молодо выглядит. Может его кто-то из шиноби усыновил? Но на вид юноша неподозрительный. По крайней мере, так думал Тоширо.       — Ну-у, мало ли что говорят. Сейчас толковых людей среди шиноби о-очень мало. Однако выбор у меня не маленький, — старик встал изо стола и начал представлять посетителю свою продукцию. — Здесь у нас катаны на любой вкус: длина, материал — дальше кунаи, сюрикены, взрывные печати, есть тренировочное оружие, яды. У нас, кстати, акция: купи яд и получи противоядие за полцены… Тебе достаточно? Или мне продолжить?       Паренёк посмотрел сначала на показанные железки, а потом на непоказанные и через мгновение сказал:       — А вы делаете оружие на заказ?       — Да, — Тоширо вернулся за стойку и, не имея злых умыслов, решил немного подколоть этого салагу. Ишь ты. Не захотел брать такие качественные работы. — У тебя есть какие-нибудь чертежи? Или чисто на словах свои пожелания скажешь.       — Вот, — шатен коснулся средним пальцем середины своей ладони, и из неё появилась кучка бумаг, свёрнутых в рулон. Он незамедлительно был передан старику.       Хозяин, развязав верёвочку, раскрыл данную ему макулатуру. Взгляду открылись на удивление аккуратные чертежи. Все размеры, все линии нужной толщины были на своём месте. Даже нахлынули воспоминания о тёплых деньках в инженерной академии. Однако с каждым просмотренным листом становилось всё больше и больше вопросов.       — Меня зовут Исао Тоширо, — начал старик уже не таким оптимистичным тоном, — но ты можешь звать меня просто Тоширо или Тоширо-сан. А тебя как зовут?       — Сакакибара Сэйто, — сухо ответил юноша с таким же невозмутимым лицом, с каким пришёл сюда.       — Сэйто-кун, ты куда, по-твоему, пришёл?       — Туда, где мне могут сделать оружие, — появился такой же сухое утверждение.       — Вот и именно! Ключевое слово здесь оружие. А ты мне что дал? — Исао взял для примера самый большой имеющийся чертёж. — Здесь, например, я вижу… какой-то каркас, наверное. Ни разу такого не видел. Зачем здесь столько отверстий? Сложность этой детали зашкаливает.       — Поэтому я пришёл к вам. К тому же у вас есть материал с нужными мне свойствами. Он указан в чертежах.       — А ты не пробовал отправиться в столицу? Там то выбор побольше, чем у нас.       — Я там был. Подходящих мастерских не нашёл.       — Значит плохо искал.       — Готов предположить, что подобная информация мне ещё не положена по рангу.       — Или ты просто слепой.       — Вы будете браться за заказ? — Сэйто решил сменить тему.       — Хе, двести тысяч рё — авансом, пятьсот тысяч — за всю работу, — старик решил отпугнуть от не желаемого заказа. — Слишком уж много геморроя на мою старую ше…       Неожиданно на стойке появилась пачка денег. Её туда мог положить только Сакакибара.       — Идёт.       Тоширо смотрел на эту пачку, пока его не накрыло странное чувство. Нет, это была не жадность. Это было… недоверие. Помещение начало наполняться сильным от его хозяина.       — Сэйто, а откуда ты вообще? Что-то я тебя здесь раньше не видел. Для чего тебе это? И, если это для оружия, то что это за оружие, раз ты на него готов потратить столько денег?       — Вы каждого клиента этими вопросами заваливаете?       — Ты последний за несколько лет.       — Что ж, боюсь даже самому лучшему оружейнику не стоит знать ответы на них.       — А что если я не примусь за твой заказ?       — Ну, я останусь без того, что нужно мне, — Сэйто спрятал деньги себе в печать, — а вы останетесь без кучи денег у себя в кармане.       Взгляды двух мужчин пересеклись. Первый давил своей мощной аурой, а второй без особого труда выдерживал это. Однако рано или поздно намёки превратятся в действия. Сэйто придётся смириться со своей неудачей и отступить. Здесь — не его территория. Он повернулся к выходу, невзначай приоткрыв чужому глазу внутренний карман своей куртки. И где-то в шаге от двери послышалось:       — Подожди! — дед за эти пару мгновений сильно изменился. Всё давление, исходящее от него, пропало, а сам он вроде бы успокоился. — Покажи-ка мне ещё раз свои каракули.       Сакакибара вернулся обратно и снова дал чертежи. Его резервный план сработал. Тоширо же начал тщательно (на этот раз точно) рассматривать каждую линию, каждую чёрточку, каждый знак, и под конец был выдан вердикт:       — Ладно, займусь я твоим делом. Знаю я некоторых людей в столице, которые способны смастерить такое, однако всякими гайками и винтиками они не занимаются. Уяснил?       — Об этом я уже позаботился.       — Как я и говорил, двести тысяч — авансом, пятьсот тысяч — в общем. Результата придется ждать минимум месяц. Уж слишком много работы.       — Не проблема. Я умею терпеть, — Сэйто положил нужную сумму денег и направился к выходу, напоследок кинув, — спасибо, что согласился, дедуль.       Дверь захлопнулась, и только колокольчики мешали тишине воцариться в помещении.       — Ну что за поколение пошло, — проворчал про себя Тоширо. — Лишь бы выпендриться. Сразу бы сказал, что из АМБУ. Столько времени потратил, ей богу.       Тем временем Сакакибара уже был в сотнях метрах оттуда. Вскоре крыши сменили толстенные стволы деревьев. Осень была в самом разгаре, так что вся округа была усеяна жёлто-оранжевым цветом. Дождевые капли, застрявшие на верхних листьях, падали, повинуясь воли ветра, и разбивались об Сэйто, который только ускорялся от этого. Один ловкий прыжок, и он оказался внизу.       Юноша оказался где-то в дебрях Леса Смерти. Убедившись в полном одиночестве, он превратился в сгусток дыма, из которого вышла невысокая фигура. На её ногах красовались кожаные сапоги с хромированными заклёпками и надёжными швами и мешковатые штаны с аномально большим количеством карманов. Чуть повыше были надеты тёмно-синяя футболка и чёрная кожаная куртка. На свету она немного отливала красным. А дополняли образ ярко-алые волосы, глаза такого же цвета с вертикальными зрачками и шесть полосок на щеках. Наруто, который шесть лет погиб в результате поджога здания, находился здесь и был живее многих живых. В паре десятков метров находится вход в его убежище, где он переждал все опасности.       — Хорошо, что ты везучий придурок, Наруто, — защебетал лис в подсознании.       — Ага, везучий «б**ть». Я полгода нужную кантору искал.       — Но ты её нашёл. Плевать, что в Конохе. Да и с этим стариком нам повезло. Он явно непростой человек. Я его ки даже отсюда чувствовал.       — Ха, впервые вижу «непростого», которого можно «нае**ть» за полтинник, — красноволосый достал из, казалось, пустого кармана белую маску лиса с цветными узорами.       — В АМБУ не за такие шутки берут.       — Ну и не надо «б**ть». Работать с такими идиотами. Уже два с половиной года на их базе орудую. Хоть бы заметили!       За дружеским диалогом парочка не заметила, что лестница, идущая вниз, закончилась. Теперь они в десятках метрах под землёй.       — А что мы будем делать с тем Учихой? — спросил лис.       — С ним…       — Э-эй! Есть здесь кто-нибудь?! Кем бы ты не был! Тебе лучше освободить меня по-хорошему! Иначе, когда меня найдут мои друзья, ты попадёшь в свой персональный ад! — слегка приглушённый голос донёсся откуда-то спереди. Он заставил Наруто улыбнуться в предвкушении.       — О-о, наша спящая красавица проснулась, — джинчуурики достал из кармана на куртке очки не самой практичной формы, стёкла которых были замазаны чёрной краской, и надел их. — Надо устроить ей достойный приём.                     Восемь лет назад, ночь десятого октября       Убежище       В стальных коридорах царила темнота. Может показаться, что жизнь давно покинула их, однако за одной полуоткрытой дверью горел слабый свет. Тишину там нарушали бульканье кипящей воды и тяжёлое дыхание красноволосого — единственного жителя этих катакомб. Буквально только что он прожил один из самых захватывающих и опасных моментов за все свои жизни. За несколько дней джинчуурики потерял самое дорогое, что у него было. Его состояние было просто ужасное. Краткосрочный прилив сил, обусловленный обидой, гневом, желанием мести и чакрой девятихвостого, сошёл на нет, и начался медленный и мучительный откат. С каждой минутой Наруто становилось всё хуже. Он только надеялся, что у него останутся силы на ещё кое-что. Единственным утешением был гигантский лис, который не собирался бросать свой сосуд, даже если бы хотел того.       — Ты как себя чувствуешь Наруто? — переживал демон.       — «Б**ть… х**во» … такое чувство, что сейчас помру… — совершенно не преувеличивал Наруто.       — Тогда зачем ты привязал свою руку к этой железке? — лис совершенно не понимал действий своего сосуда.       — Это? — перед ответом красноволосый поместил своей здоровой, но дрожащей от общего состояния рукой железную миску, так как самодельный огонь исчерпал весь свой ресурс, а кипяток был уже готов. Из неё вместе с водой выскочил кунай, выполняющий роль главного оружия последние сутки. — Меня этот некроз… «за**ал». Я хочу его срезать «на**й».       — С чего ты взял, что это можно?       — Я вижу, что основная его часть находится снаружи. Как минимум до кости он почти не добрался… не знаю, почему. Может быть, это твоя заслуга. По-хорошему, руку надо бы вообще ампутировать, но эта дрянь уже перешла плечо, так что особой разницы нет.       — Разницы?       — Высока вероятность, что после моих махинаций рука будет не рабочей. Однако может и повести. Я хочу срезать весь некроз отсюда, а потом надеяться на свой организм и тебя. Ты вроде говорил, что ты бы вылечил меня, если бы меня постоянно не пичкали этим ядом. Ха-ха, надеюсь, ты не «нап**дел», и у тебя получится убрать всё, что останется, кхе-кхе. Для этого я и готовил сегодня это место, если ты не забыл. Здесь всё относительно стерильно, хотя за качество не ручаюсь…       — Курама.       — Чего? — переспросил Наруто.       — Моё имя — Курама. Ты же вроде так хотел его узнать.       — Хе-хе-хе, с чего это ты вспомнил про него сейчас? — сказал Наруто с небольшим смехом.       — Особой причины нет. Есть только просьба. Пожалуйста, не совершай самоубийство, — нежно прорычал лис.       — Хе-хе-ех-хехех, ха-ха-ха-ха-хаха-ха-хах!! Нет, ну серьёзно! После всего, через что мы прошли вместе, после всего, через что я прошёл, после всего, что ты видел?! Даже если бы я реально хотел это сделать! Ты реально думаешь, что у меня получилось бы?       — Думаю, ты прав. Я зря волнуюсь.       Джинчуурики использовал все имеющиеся нити кукловода, чтобы заставить свободную руку перестать дрожать. На удивление, их хватило для этого. Затем она взяла ещё не остывший кунай. Было больно, но это было просто щекоткой по сравнению с тем, что Наруто испытывал сейчас. Он засунул в рот круглую деревяшку, понимая о предстоящей боли.       — Курама значит, — послышалось в подсознании. — Пойдёт!!       Острое лезвие куная вонзилось в набухшую плоть поражённой зоны. В этот момент рука будто обрела сознание, и ей не нравилось, что её режут. А тем временем вниз упал первый кусочек. Наруто решил передохнуть. Он и представить не мог, что это будет так больно. Хорошо, что он додумался хотя бы привязать руку. Но тянуть нельзя. Надо закончить, пока есть силы. Время шло. Чёрных мест становилось всё меньше, в то же время крови становилось всё больше, и произошло то, что никак нельзя было ожидать. Рука в неконтролируемой судороге выскользнула из пут. Она извивалась словно змей на раскалённой сковороде. В такой ситуации делать что-то дальше слишком опасно. Но Наруто зашёл слишком далеко, чтобы останавливаться. К тому же оставалось совсем немного в области ладони. Он принял решение перенаправить нити кукловода на больную руку. Они смогли пригвоздить её к полу, но не обездвижить полностью. Она всё ещё извивалась хоть и не так интенсивно. Однако проблема появилась в другом месте. Было больно, очень больно. С этой ситуацией по боли могли сравниться только два момента из прошлой жизни. Но лучше от этого не становилось. Левая рука от такой боли не просто дрожала, она шаталась с такой скоростью, что кунай мог полететь отсюда в любой момент. В эту секунду Наруто понял, что теряет сознание. Теперь большая часть сил уходила на то, чтобы просто не падать в обморок, в то же время надо держать правую руку в узде, а левую наготове. Дальше так продолжаться не может. Плевать на безопасность, плевать на аккуратность. Надо покончить с этим, чтобы больше не мучиться от этого. Немного чакры биджу пробилось, и Наруто из последних замахнулся кунаем.