В цветах заката

      Рампо жмурится, когда сквозь сон чувствует лёгкое прикосновение к губам и шепот. Его настойчиво пытаются разбудить поцелуями, но детектив только глухо стонет и просит дать ему ещё пару минут. Поцелуи прекращаются на пару секунд, но затем его целуют уже нормально, и Рампо не может не открыть глаза по завершению поцелуя. Хмурясь от солнечного света, Эдогава смотрит на довольного парня над собой, чьи рыжие волосы выбиваются из слабого хвоста.        — Чуя, сейчас только семь утра, — хнычет Рампо, когда Накахара поднимается с него.        — У нас рабочий день с восьми, — Накахара усмехается и идёт на кухню. — Вставай давай, я приготовил завтрак.       Детектив снова удручённо стонет, но все же поднимается с кровати и идёт умываться, а уже через десять минут сидит на кухне и под незатейливый мотивчик из чужого телефона допивает кофе, не отрывая взгляда от Чуи.       Пожалуй, это было одно из самых правильных решений два года назад в жизни Рампо — за все это время он ни разу не пожалел, что согласился сначала встречаться с этим потрясающим мафиози, а потом и выйти за него. Чуя сидел на подоконнике и курил в открытое окно, с закрытыми глазами улыбаясь поднимающемуся солнцу. Дым от сигареты причудливо извивался, смешиваясь с ароматом кофе. Рампо подумал, что именно такое сочетание студенты считают эстетически красивым, и хихикнул. Чуя перевел на него вопросительный взгляд, но улыбаться не перестал.        — Я подумал, что именно сочетание кофе с сигаретами многие студенты считали бы эстетичным, — сказал детектив.        — Ну не знаю. Когда Мори отправил меня в обязательном порядке на юридический, то моя эстетика составляла собой не только кофе с сигаретами, но ещё винтажные блокноты, красивые записи и закаты, — Чуя задумался, а затем сделал последнюю затяжку и потушил сигарету в пепельнице. — Одевайся и пойдем. Я отвезу тебя в Агентство, — мафиози спрыгнул с подоконника, оставил смазанный поцелуй на чужой щеке и направился в коридор, чтобы убедиться, что они оба взяли все, что им могло бы понадобиться на работе.       Через пару минут они уже садились в машину, а ещё через пятнадцать — останавливались перед входом в здание Агентства.        — Удачного дня, — усмехнулся Накахара, наклоняясь ближе. — И помни, что в больших количествах сахар вреден.        — Я скажу тебе это, когда на тебя снова нападет прилив необычайной нежности, — усмехнулся Рампо, целуя мужа и только потом, насвистывая веселую песенку под нос, выходя из машины и направляясь на четвертый этаж, по пути здороваясь со всеми знакомыми.

***

      День проходил до боли медленно, и даже Куникида вскоре начал поглядывать на часы, не говоря уже про остальных сотрудников, которым не терпелось поскорее вернуться домой. За весь день в агентство не пришел ни один человек, и, с одной стороны, радовало, что в городе все было спокойно, но с другой это означало скуку смертную. А если в кабинете есть ещё и Дазай, то кроме собственной скуки нужно было выслушивать ещё и чужие причитания.       Когда у Рампо пиликнул телефон, то Дазай приоткрыл один глаз, наблюдая за улыбающимся переписке коллегой. Эдогава что-то написал в ответ и хихикнул, когда ему снова пришло сообщение.        — Рампо-сан, вы выглядите довольным, — лениво протянул Дазай, не сменив расслабленной позы на диване. — Случилось что-то хорошее?        — Да так, поступило одно предложение, от которого я просто не могу отказаться, — Рампо хмыкнул, на секунду подняв глаза на коллегу, но затем опустив их обратно на фотографию, где Чуя держал белого котенка.       Под фото был вопрос, не против ли Рампо, если у них появится домашний любимец. Но даже если бы Эдогава был против, то он не смог бы отказать этим жалостливо смотрящим на него голубым глазам Чуи. Слишком уж многое Рампо позволял этому мафиози и, если честно, не жалел, когда видел чужую радость.        — Если это задание, то возьми с собой помощника, — сказал Фукудзава. Судя по его расслабленному виду, лень подчинённых понемногу сегодня заражала и его.        — Это не задание. Просто мой муж решил, что нам нужен котенок. Теперь по дому будет бегать белый пушистый комочек по имени… О нет, ты не можешь назвать кошку «Машина для убийства», — не отрываясь от телефона, сказал детектив, печатая гневное сообщение, что их кошку будут звать нормально.        — Кошка? — Фукудзава сразу же насторожился. — Принеси ее сюда.        — Так, подождите, — Дазай резко сел, во все глаза глядя на коллегу. Впрочем, на него сейчас все смотрели с удивлением. — Рампо-сан, вы сказали «муж»?        — Да, я замужем, проблемы? — Эдогава нахмурился, посмотрев на экс-мафиози.        — Я думал, у вас никого нет! Почему вы не рассказали нам о таком? Я теперь жажду подробностей! — с лица Дазая скуку словно рукой сняло, и он подскочил к столу гения, силясь заглянуть тому в телефон.       Рампо вовремя выключил телефон, скрывая переписку от слишком назойливого коллеги, и окинул лица остальных задумчивым взглядом. Все, кроме Фукудзавы и Йосано, смотрели на него с удивлением и ожиданием, а некоторые, вроде Куникиды, делали вид, что работают, но тоже внимательно прислушивались к происходящему, допуская самые банальные ошибки.        — Мы его знаем? — спросил Дазай. — Это, случаем, не тот писатель из Гильдии?        — Вы его знаете и, нет, это не По, — Рампо тяжело вздохнул.       Он знал, что однажды все всё равно узнают о его личной жизни, но даже так хотел утаить это, ведь счастье любит тишину. А сидя с Чуей в обнимку чуть ли не каждый вечер на диване под просмотр фильма и комментарии по поводу неправдоподобности, Эдогава ощущал, что он именно счастлив и был.        — Хм… Круг подозреваемых сузился, — задумался Дазай. — А дайте ещё одну подсказку, потому что так людей все равно очень много.        — А ты задавай вопросы, может, что и поймёшь, — Рампо хмыкнул.       Он даже понятия не имел, какую он может дать подсказку. В конце концов, если он скажет, что это рыжий мафиози, то будет слишком просто. А если умудрится сказать, что это парень, в чьих глазах он готов тонуть всю вечность и пусть весь остальной мир подождёт, то никто, кроме знающих, уж точно не поймет. Все же Рампо, кажется, и сам стал слишком романтиком с этим невероятным парнем рядом.        — Отлично, так даже интересней будет, — Дазай в предвкушении потёр руки, придумывая вопрос, а Рампо за это время написал Чуе, что именно сейчас происходит у них в агентстве.       Накахара отправил смайлик с рожками и ухмылкой, но Рампо не придал этому внимания — мафиози слишком любил разбавлять текст сообщений смайликами или стикерами. И, на самом деле, долгое время это удивляло Рампо, потому что, когда они с Чуей только познакомились, то мафиози показался ему хотя и эмоциональным, но умеющим брать эти эмоции под контроль. Эдогава уж точно не думал, что Накахара окажется тем, кто первым присылал ему, пока они ещё не жили вместе, сообщения с пожеланиями доброго утра или ночи. И обязательно с сердечками.        — Итак, как ваш муж относится к вашей работе детектива? — внешний вид Дазая так и кричал, что он намерен докопаться до правды.        — Очень настороженно. Все боится, что меня могут ранить или похитить, зато у себя чуть ли не первым лезет под пули, — Рампо вздохнул. Все же работа в мафии подразумевала под собой круглосуточную опасность.        — Ага, значит, ваш муж связан каким-то образом с законом. А если предположить, что это полиция?        — Холодно, — хмыкнула Йосано, которая была рядом, когда Рампо и Чуя расписывались. — Ты идёшь в совершенно не ту степь.        — Сдавайся, Дазай-кун, ты даже представить себе не сможешь, что эти отношения возможны, — вздохнул Фукудзава. — Со свадьбы Рампо прошло уже два года, но я до сих пор в это поверить не могу.        — Помни, что ты решил угадать его имя, а не просто узнать, — Рампо прищурился, указывая на Дазая и перехватывая его мысли, в которых совершенно точно было намерение узнать все у Йосано или, если она откажет, у директора.        — Хорошо, итак, какой он? — Дазай вздохнул и сел напротив, локтями упираясь в столешницу и придерживая голову.        — Самый лучший человек на земле, — ехидная ухмылка дала понять Дазаю, что коллега над ним просто издевается. В конце концов, для влюбленного его вторая половинка всегда самая лучшая. — А если серьезно, то он хороший, — улыбка стала более нежной, а сам гений откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. — Ведёт себя, правда, иногда очень разно. То заботится и смахивает на мамочку, то, наоборот, капризничает и ведёт себя как ребенок. На удивление любит гулять и даже умудряется вытаскивать меня с собой. Вкусно готовит, но теперь вкусняшки у меня не постоянные, — Рампо поджал губы и возмущённо посмотрел на хихикнувшую Акико.        — Ответственный, заботливый, добрый, — перечислил Дазай. — Знаете, Рампо-сан, если бы я не видел, что Куникиде тоже очень интересно, то я бы подумал, что вы описываете именно его, — усмехнулся экс-мафиози.        — Мой на два года старше будет, — Рампо закатил глаза. — И у него с Куникидой лишь несколько общих примет. Они оба ответственные и оба крайне тебя не любят, — он указал на Дазая.        — Что ж, список вариантов увеличился, — хмыкнул Дазай. — Меня очень много кто не любит.        — Кто не любит тебя, но разбирается в хорошей литературе и хорошей музыке, любит фотографировать и танцевать, топит за здоровый образ жизни, а сам курит как не в себя, — фыркнула Йосано.        — Йосано-сан, вы не помогаете, — возмутился суицидник.        — А я и не нанималась тебе помогать, — Акико усмехнулась, после чего снова опустила взгляд на журнал в руках.        — Как и говорил директор, у тебя нет шансов угадать. Ты просто даже в страшных снах его не видишь. И чего вы так друг друга не любите? — гений хмыкнул и закинул в рот сделанную Чуей мармеладку.       По крайней мере, Накахара хотя и против был покупных сладостей, сам умел их готовить. Все же это было намного полезнее, чем покупать что-то непонятное в магазине.        — Это Достоевский? — Дазай ошеломленно посмотрел на коллегу, схватившись за рубашку в области сердца.        — Нет! — возмутился Рампо. — Как тебе вообще в голову такое могло прийти?!        — Гоголь не одобряет, — хмыкнула Йосано.        — Это уж точно, — хихикнул Рампо и потянулся к заигравшему телефону.       Дазай заметил только, что вместо имени на номере стояло красное сердечко, но вот фотографию рассмотреть не успел, хотя отметил, что там было много оранжевых тонов.        — Да-да, ты уже освободился, что ли? — улыбнулся Рампо, принимая звонок.        — Как насчёт съездить куда-то к пляжу и открыть бутылочку каберне совиньон? — Чуя хмыкнул, словно что-то задумал.        — Я, конечно, согласен, но что ты уже задумал? — Рампо нахмурился, но спустя пару секунд не выдержал и рассмеялся. — Давай уже, колись. Я по голосу слышу, что что-то выкинешь.        — Вспомнишь солнце, вот и лучик, — Накахара хихикнул.        Рампо вопросительно посмотрел на телефон, на котором мигало оповещение, что звонок закончен.        — Какой такой лучик? — сам у себя спросил гений, но достаточно громко, чтобы услышали все остальные.        В следующую секунду все детективы вздрогнули, ведь дверь ударилась о стену. На пороге стоял усмехающийся и явно забавляющийся Чуя Накахара, держащий в одной руке бутылку вина, а в другой — букет красный роз.        — Рыжий лучик, по всей видимости, — хмыкнула Йосано. — И, Дазай, тебе сразу сказали, что ты никогда не угадаешь.        — Я тоже рад тебя видеть, — Чуя хмыкнул и приветственно кивнул Фукудзаве. — Я за Рампо.        — Да, я догадался, — Юкичи кивнул.        — Рампо-сан с Чуей? — шокировано догадался Дазай. — Но… как?        — Легко и просто, — усмехнулся Накахара, протягивая мужу букет, а затем беря Рампо за руку. — Просто в этом мире не все следует твоим правилам, Скумбрия.       Чуя тянет Рампо к выходу, и гений только и успевает махнуть коллегам на прощание, перед тем как Накахара закроет за ними дверь и с задорной улыбкой потянет к выходу.        — Ну и что это сегодня было? — уже в машине хмыкает Рампо.        — Я решил, что твоим коллегам стоит знать, что ты ненормальный, — Чуя хмыкнул в ответ. — По крайней мере, суицидник точно так подумал, когда узнал правду.        — Пожалуй, ошеломленное лицо Дазая и правда того стоило, — рассмеялся Эдогава.       Машина тронулась в сторону пляжа.