А можно я с тобой?

      Чимин почувствовал неприятный озноб, кожа покрылась мурашками. Его не покидало ощущение, будто он вернулся в темное прошлое, которое так старался забыть. Стены здания были холодными и шероховатыми на ощупь, их бледно-серый цвет выглядел удручающим. Вереница коридоров до главного корпуса представляла собой темный туннель. Казалось, он вел во что-то мрачное и пугающее. Каждый шаг раздавался гулким эхом, словно здесь вовсе отсутствовала жизнь.       Госпожа Чхве, заведующая, сопровождала их до детского отделения. Хоби все это время держал Чимина за руку, вселяя уверенность.       Детский дом находился на окраине города, всеми забытый, как будто его специально спрятали подальше от людских глаз, чтобы никто не знал о детях, которых бросили. На первый взгляд здесь было все, что нужно для детей: комнаты с яркими обоями и маленькими кроватками, игрушки в комнате отдыха, даже небольшой спортзал. Стены пестрили мультяшными героями, но это все равно не добавляло уюта, хоть и резко контрастировало с обстановкой в коридорах. Чимина не покидало ощущение, что в этом месте не было самого главного – любви и заботы.       Намекнув об этом заведующей, когда они пришли в первый раз, он получил сухой и циничный ответ:       – Вам известно, что в роддомах не принято брать на руки младенцев, от которых отказались? – спросила она. – Акушерки ругают молодых матерей, когда те пытаются приласкать брошенных грудничков. И это делается не от злости, а для того, чтобы ребенок не привыкал к рукам, чтобы потом ему не было больно, когда никто не придет к нему с утешением. Большинство здешних детей не усыновят, и они пробудут в этом доме до своего совершеннолетия, а после выйдут в большой мир, где не будет воспитателей, и они останутся одни со своими проблемами. И тогда придется полагаться только на себя, иначе им не выжить. Мы готовим их к суровой реальности, господин Пак.       Сердце Чимина тогда сжалось от этих слов, к горлу подкатил ком. Ему до боли стало жаль детей, всех тех, у кого не было счастья иметь родителей. Придя домой, они долго разговаривали. Если раньше Чимин и Хоби еще сомневались, то сейчас были твердо уверены – они готовы к усыновлению. Если они могут подарить настоящий дом хотя бы одному ребенку, то непременно сделают это.       Это было их третье посещение детского дома. Они не знали, как сделать выбор, на ком остановиться. Ребенок – это не домашнее животное. Ты не можешь выбрать первого попавшегося с милыми глазками. Ребенок должен сам выбрать тебя, захотеть пойти с тобой.       В первый раз они просто пообщались с заведующей, задали вопросы, которые волновали их. Во второй раз им провели небольшую экскурсию, показали и рассказали, как живут дети в детском доме. По пути они встретили несколько детишек, захотевших познакомиться с ними. Хоби пытался уделить внимание всем. Но совсем скоро он понял, что некоторые дети намеренно старались понравиться. Им неважно, кто был перед ними, для них важнее то, чтобы их заметили и похвалили.       В третий раз их познакомили со всеми детьми, проводили по комнатам, уделяя каждому ребенку по несколько минут, рассказали о наличии родителей, об особенностях характера и поведения.       Когда они пришли в последнюю комнату на этаже, там стояли всего лишь две кровати, одна из которых пустовала, а на другой сидел и играл в телефоне мальчик лет восьми.       – Минсу, где твой сосед? – спросила заведующая.       – А я откуда знаю? Снова, наверное, ныкается под лестницей, – ответил тот, не поднимая головы.       Женщина вздохнула и повела их дальше по коридору. Пока Чимин разговаривал об усыновлении, Хоби отлучился в уборную. Во время мытья рук он услышал какой-то скулеж. Осторожно выйдя, Хоби прислушался – тихий всхлип повторился где-то снизу под лестницей.       Стараясь не шуметь, он спустился и увидел в углу, на скамеечке маленького мальчика, который прижимал к себе мягкую игрушку. Заметив незнакомого человека, тот замер, его лицо было красным, заплаканные глаза широко раскрылись от удивления, а пухлые губы дрожали.       – Привет, – шепотом произнес Хоби, – можно мне присоединиться к тебе?       Мальчик вытер нос длинным рукавом полосатого свитера и молча кивнул, крепче прижав игрушку.       – Здесь очень хорошее место, чтобы спрятаться, – Хоби постарался улыбнуться.       – У тебя рот, как сердечко, – мальчик внимательно смотрел на него. Слезы все еще блестели на его маленьких ресницах.       – Мой муж говорит то же самое, – он подошел и присел на корточки рядом с ним. – У тебя очень милая игрушка, у нее есть имя?       Неожиданно лицо мальчика снова скривилось. И несмотря на то, что он пытался не плакать, его губы задрожали.       – Это собака! – с каким-то отчаянием в голосе произнес мальчик. – Это не обезьяна, а белая собака! Они все говорят, что обезьяна, но это собака!              Хоби посмотрел на старенькую игрушку в его крошечных ручках. С первого взгляда было сложно понять, что это за животное. Но круглые уши и длинные лапы указывали на то, что это все-таки была белая мартышка.       – Это ведь твоя игрушка?       Мальчик кивнул.       – Ты ее хозяин, а значит, тебе виднее, кто это. Если ты говоришь, что это собака, то у меня нет никаких сомнений в этом.       Мальчик на мгновение задумался и, поджав губы, кивнул.       – Это собака.       – А у нее есть имя?       Он покачал головой.       – Ничего страшного, иногда очень сложно определиться с именем. Вполне достаточно знать, что это собака.       Мальчик молча прижимал к себе игрушку и с любопытством смотрел на нового знакомого.       – Кстати, я Хосок, но можно просто Хоби. А как тебя зовут?       – Джинни.       – Джинни, здесь немного прохладно, ты не против, если мы поднимемся и покажем моему мужу твою собаку?       Мальчик неуверенно спрыгнул со своей скамеечки. Хоби протянул руку, на что его встретил удивленный взгляд. Немного помедлив, ребенок ухватился за большую руку своими маленькими пальчиками, и они вместе поднялись на второй этаж.       Чимин спрашивал о том, как долго они могут приходить сюда, прежде чем сделают свой выбор, как вдруг из-за поворота показался Хоби, а за руку его держал маленький мальчик.       – Джин, ты снова был под лестницей? – заведующая покачала головой и, уже обратившись к Чимину, пояснила. – Нелюдимый и замкнутый ребенок. Он появился у нас не так давно, очень неприятная история с его родителями... Джин постоянно прячется под лестницей, нам даже пришлось поставить туда скамейку, чтобы он не сидел на полу.       Подойдя к ним, Хоби представил Чимина, а мальчик спрятался за его ногой.       – Ну, Джинни, ты же обещал показать свою игрушку Чимину.       Чимин присел на корточки, чтобы поравняться с Джином, и посмотрел на мягкий комочек в его руках.       – Ох, это что, мартыш…       – Кхм-кхм, – Хоби кашлянул и покачал головой, давая знак Чимину.       – Это собака, у нее еще нет имени, – Джин отпустил руку Хоби и показал поближе свою игрушку.       Чимин ласково улыбнулся и потрепал «мартышку-собаку» по голове.       – Очень симпатичная собака, ей обязательно нужно придумать красивое имя.       Джин улыбнулся, показывая свои розовые щечки, и Чимину показалось, что это самый милый оживший смайлик на свете.       – А какое имя красивое?       – Раз это собака, то ее можно назвать как угодно. Например, в честь того, что ты любишь, – ответил Чимин.       – Я люблю рыбные палочки Омук.       Хоби рассмеялся.       – Я думаю, это идеальное имя.       В этом холодном здании Чимин впервые почувствовал теплоту и нежность в сердце. Маленький мальчик со странной игрушкой смог осветить все вокруг своей улыбкой. И Чимин увидел то же самое озарение в глазах своего мужа – они определились. Их выбрал ребенок с любовью к рыбным палочкам.