Столько всего, о чём надо подумать

Где я ошибся? Волдеморт превосходил Гарри Поттера во всём: в опыте, в силе, в знаниях, в интеллекте и силе заклинаний. Тогда почему сейчас именно он растворяется в пространстве, не оставляя после себя ничего? Почему защитники Хогвартса торжествуют, а его последователи бегут? Что такого было у этого ребёнка, чего не было у него, Волдеморта? Лорд всегда знал, что дело не только в силе, поэтому всегда старался развиваться во всех направлениях. Он изучал магию и даже искусство других магических народов, впитывал всё новое как губка, всегда совершенствовался. Он даже улучшал заклинания и создавал новые. Он знал историю, теорию и практику самой разной магии, имел множество артефактов в своём арсенале, изучал тактику и стратегию великих полководцев, разбирался в философии, политике и экономике. Но с появлением Гарри Поттера это всё как будто перестало иметь смысл: ни один его план более не венчался успехом, поражение следовало за поражением, подчинённые возвращались ни с чем с заданий. Каждая победа аннулировалась разгромным проигрышем через время. И Волдеморт никак не мог понять — почему? И сейчас, в свои последние секунды, он смотрел на Гарри Поттера и думал только об этом: почему я проиграл? Рядом кто-то закричал, но слов не разобрать. Острая боль прошила всё тело и особенно голову. Он попытался открыть глаза, но получилось плохо. Кажется, он лежит на чём-то холодном и мокром, а рядом кто-то продолжает кричать. Глаза получилось немного приоткрыть, но остальное тело совсем не слушалось — не получилось ни привстать, ни хотя бы сжать ладонь. Осознание накрыло внезапно — рядом дементоры. И в тот же момент они проплыли перед его взором. Тело до сих пор не слушается, но почему-то почти сразу встаёт само по себе и направляет палочку на тёмную фигуру, которую кое-как получается разглядеть едва открытыми глазами. Рука направляет палочку на существо, а губы сами произносят нужные слова для призыва Патронуса, которого Волдеморт никогда не умел призывать. Но он появляется — серебристый волк — и отгоняет дементоров, освещая весь тёмный переулок и фигуру в его конце, хромавши приближающуюся к нему. Крик возобновляется, но теперь он тише. Сознание окончательно покидает его — мир накреняется, глаза закрываются, звуки пропадают. Следующее, что он чувствует — мягкая подушка, с которой почти сползла голова, а затем открывает глаза. Дезориентация усиливается из-за незнакомой комнаты, в которой он внезапно оказался. Ничего больше не болит, что воспринимается как хороший знак, и он садится на постели, скидывая одело. Головокружение из-за резкой смены позиции проходит быстро, и он наконец встаёт. Что произошло? Он только что умирал перед Хогвартсом, смотря на Гарри Поттера, а затем… Переулок? Дементоры? И где он находится сейчас? Волдеморт осмотрелся. Комната, сколько ни вспоминай, была ему незнакома. Фотографий и личных вещей, которые указывали бы на личность хозяина, тоже не было. На полу рядом с дверью лежали рюкзак и сумка. Волдеморт открыл рюкзак: книги из Хогвартской программы за пятый курс, принадлежности для письма, немного дополнительной литературы и всякие мелочи вроде конфет, ключей и прочего. Все вещи были рассортированы по разными карманам и находились в прекрасном состоянии. Видимо, их хозяин очень щепетильный и опрятный человек. Лорд одобрял такое. Также стало ясно, что неизвестный хозяин — ученик пятого курса Хогвартса. В сумке была только одежда. Две мантии и повседневные неформальные вещи. Галстуки и шарфы были синими. Ученик Когтеврана. Одежда также была в превосходном состоянии — чистой и аккуратно сложенной. Волдеморт принял решение, что больше ничего полезного в комнате не найдёт, и вышел. Сделал он это не зря, ведь теперь точно стало понятно, где он сейчас находится — одно из поместий Блэков. Портреты их предков висели по всему коридору. Осталось понять только, как он здесь оказался, кто его благодетель и что он хочет за помощь. Маг спустился по лестнице в конце коридора и сразу же уловил чьи-то голоса. По тону было понятно, что там спорили несколько человек. Кажется, никто ещё не знает, что он очнулся. Возможно, стоит уйти, пока его не заметили. Так и платить за помощь не придётся. — Том! — вздрогнув в отвращении от своего маггловского имени, Волдеморт резко обернулся на голос, собираясь моментально применить Аваду к наглецу. — Ты наконец очнулся! Ребята, Том очнулся! — юноша со смутно знакомым лицом схватил его за руку и потащил в комнату, откуда до этого доносились голоса. Это оказалась столовая, но назначение комнаты, в которой он оказался, волновало Волдеморта в последнюю очередь. Там его ждала очень странная компания, во главе которой стоял Альбус Дамблдор. Первым порывом Лорда было достать палочку и убить каждого в помещении не разбираясь, но в моменте он увидел нечто ещё более странное — его рука была… нормальной, человеческой. Он уставился на неё так, будто видел впервые. — Том! — Альбус начал подходить к нему, но в этот момент со стола вскочило письмо-кричалка.

«Дорогой мистер Реддл!

В наше Министерство магии поступили сведения, что вчера вечером, в девятнадцать часов двадцать четыре минуты, вы использовали заклинание Патронуса в присутствии маггла. За это грубое нарушение указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних Вы с данного момента исключены из Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс.

Желаю вам всего наилучшего!

Пандора Лавгуд.»

Что? — Остальные вопросы придётся временно отложить, Том, — Волдеморт уставился на Дамблдора со смятением. Ситуация настолько не укладывалась в его голове, что сейчас он мог только немо открывать рот, не зная, с чего начать спрашивать, чтобы хоть немного понять, что здесь вообще происходит. — Твоё слушание через два часа. Нужно как можно скорее добраться до Министерства. — Я вас довезу, я на прошлой неделе получил маггловские права. — Спасибо, Сириус, — кивнул Дамблдор и открыл входную дверь. — Идёмте. — Лорд тупо последовал за ним. Они сели в машину. Сириус — за руль, директор с Волдемортом — на заднее сидение. Последний решил, что настало для него время передышки. Он совсем не понимал, что происходит. Помимо Дамблдора, который должен быть мёртв, между прочим, в столовой находились Абрахас (тоже вроде мёртвый) и Люциус (очень молодой) Малфои, предатель Снейп (также юношеской наружности), Регулус Блэк (по идее почивший) и, как теперь известно, его брат Сириус, убитый некогда Беллатрисой, которая тоже там присутствовала. И они… просто разговаривали. К тому же все называли его Томом, а письмо известило об исключении из Хогвартса. Либо это его предсмертный бред, либо он уже мёртв, и это его ад. В завершение всего, сейчас они едут на слушание в Министерство. Применение Патронуса в присутствии маггла. Так действительно было, а тот, кто кричал, видимо, и есть маггл, заставший это. Магглы не видят дементоров, а потому картина перед ним должна была предстать хоть и необычная, но не невероятная: моё тело в тот момент просто лежало в том переулке. Почему маггл кричал? Подумал, что я мёртв? Нападал ли дементор на маггла? Крик обрывался, но вернулся, стоило мне призвать Патронуса. Но был тише. Кажется, этот маггл звал меня. Был ещё один человек. Тот, кто появился в самом конце. Скорее всего, это он либо доставил меня в дом Блэков, либо позвал того, кто уже меня и забрал. Но кто? И кем был тот маггл, раз звал меня? Мы явно знакомы. И всё происходило в маггловской части Англии, раз уж там был маггл. Откуда дементоры в мире магглов? Их можем контролировать только я и Министерство, но для такого странного мира, в котором я непонятно как оказался это может быть неверно. Волдеморт посмотрел на Дамблдора. Директор не проявляет враждебности и ведёт себя с ним так же, как во времена учёбы. Письмо извещало меня об исключении из Хогвартса, а директор направляется со мной на слушание. Возможно, в качестве стороны защиты, ведь больше никто туда сейчас с нами не направляется. Помимо Сириуса Блэка, который всего лишь вызвался довезти — на слушании его не будет. Либо защитником всё-таки является Дамблдор, либо тот ждёт нас в Министерстве. Какова бы ни была правда, сейчас Альбус Дамблдор на моей стороне. — Директор? — скромно позвал Том. — Что случилось, после того как я отключился? — Наблюдатель, которого я приставил к тебе, сообщил, что ты в беде. — Дамблдор повернулся к нему. — Ты молодец, Том. — Точно! — воскликнул Сириус. — В одиночку двух дементоров отделал. Эти шишки из Министерства должны быть совсем тупоголовыми, если думают, что смогут действительно исключить тебя за самозащиту. А ты ещё и человека спас! — Я плохо помню, что произошло, — сказал Том. — Точно помню только то, как вызвал Патронуса, но не смог уловить момент, когда дементоры вообще появились. И я не знаю, что случилось с тем магглом, что был со мной. На него тоже ведь напали. — Тоже напали? — директор полуобернулся к Реддлу. — Расскажи подробнее. — Я слышал, как он кричал и звал меня, а потом дементоры оторвались от меня и полетели в его сторону. Тогда крик оборвался. Но он опять начал кричать мне что-то, когда я уже отогнал дементоров. Тот наблюдатель, о котором вы говорили, должен был видеть его. Но всё-таки, — он изобразил задумчивость. — Откуда дементоры взялись в маггловской части Лондона? — Хотел бы я знать, мальчик мой. Это вполне могут быть проделки как Тёмного лорда, так и Министерства. Волдеморт даже не знал, какое из этих предположений вызывает у него больше вопросов. Теперь известно, что здесь (где бы это «здесь» ни было) есть свой Тёмный Лорд, но кто это? Были ли они знакомы в реальном мире? А если это Министерство, то зачем им это и кто из этих чинуш вообще мог решиться на такое? Хотя вполне вероятно, что истина где-то посередине. — А если это сделал последователь Лорда, являющийся работником Министерства? Он мог кого-то подговорить или убедить самого Министра наслать на меня дементоров. — Пока что информации слишком мало. Твоё предположение не лишено смысла, но нечего гадать, пока нет доказательств или хотя бы улик. — Директор тяжело вздохнул. — Будем надеется, что сможем разобраться с этим. Для этого слушания тебе потребуется всё твоё обаяние, Том. Постарайся сделать так, чтобы Министр и судьи попались на твой крючок так же, как попался я. — Боюсь, — холодно сказал Том, — они не попадутся так же, как когда-то не попались вы. — Ну что ты, Том, будь снисходительнее к старику, — улыбнулся директор. — Просто в день нашей первой встречи я обнаружил, что в моей подушке не хватает одного пера, но было слишком поздно, и мой сон пострадал безвозвратно. Разве у тебя никогда такого не бывало? — Нет, профессор, — прищурился юноша. — В моих подушках никогда не было перьев. — Эй, мы приехали, — в тот же момент машина довольно резко затормозила, из-за чего Дамблдор впечатался носом в переднее сиденье, что вызвало у двух других магов лёгкий смех. — Вас ждать? — Не нужно, мы вернёмся другим путём. — Ну ладно. Бывайте. Сириус привёз их довольно быстро, благодаря чему они не только успевали на слушание, но даже пришли загодя. Дамблдор взял последний выпуск «Пророка», и Том заинтересованно заглянул в газету. На первой полосе… красовался он сам. Его колдофото на фоне какой-то разрухи. Заголовок тоже притягивал внимание.

«В Хогвартсе воспитывают убийц?»

Том попросил у директора газету и вчитался в написанное под заголовком.

«В начале июня тело одной из судей Визенгамота, что присутствовала на Турнире Трёх Волшебников в качестве приглашённого лица, было найдено в комнате отдыха чемпионов. На месте преступления присутствовал один из учеников четвёртого курса — Том Реддл, который заявил, что она уже была мертва, когда он пришёл. Студент был допрошен с Сывороткой правды, но детали его рассказа неизвестны никому, кроме следователей. Дело остаётся открытым.»

Интересно… Если я был допрошен с Веритасерумом, но не был арестован, то убийцей я и не являюсь. Тот самый Тёмный Лорд? Есть ли и в этом мире Пророчество? Почему жертвой стала именно она? Том ещё полистал газету и вернул её директору. Пока что надо решить, как себя вести на слушании. Стоит ли исходить из теории, что среди высших чиновников Министерства есть шпион? Как к нему вообще относятся в этом магическом мире? Есть ли что-то, что можно использовать против обвинения на слушании? Можно ли связать случай на Турнире со случаем с дементорами и пойдёт ли это во вред или, наоборот, на пользу? Уже доказано, что я не являюсь тем, кто убил судью, но можно ли сказать, что дементоров натравил на меня тот же, кто является преступником в том деле? И как на это отреагируют? Я помню Фаджа, как трусливого и недальновидного человека, делавшего всё, чтобы не признавать моё возвращение. В таком случае не стоит говорить, что появился неизвестный могущественный враг, или напирать на действия Тёмного Лорда. Или… — Профессор, скажите. — Дамблдор отвлёкся от разгадывания кроссвордов. — Может ли в теории Тёмный Лорд управлять дементорами? — Я не знаю, Том. Этот Лорд умён и могущественен. Он мог найти способ. — Директор задумался. — Но даже если мы заявим, что он причастен, нас с бóльшим удовольствием объявят преступниками или экстремистами. Фадж скорее признает, что является коррупционером, но возвышение нового Тёмного Лорда — никогда. — Понятно. Дамблдор с неудовольствием свернул газету. — Идём. Слушание начнётся через десять минут. Судей было больше, чем ожидается в одном из очень многих дел по использованию магии несовершеннолетними или в присутствии магглов. Неизвестно, повлияло ли подозрение на Тома в убийстве, протекторат Дамблдора или шпион Тёмного лорда, но собрался почти весь Визенгамот. Тома даже позабавила вся эта напыщенность и некая вычурность происходящего. На него как будто пытались надавить серьёзностью ситуации. Может, при иных обстоятельствах у них бы это и получилось, но сейчас здесь он. Формальности были соблюдены, слушание началось. — Мистер Том Реддл, вы подтверждаете, что сознательно использовали заклинание Патронуса в присутствии маггла? — Да, сэр. — И вы осознавали и осознаёте, что вам запрещено использовать магию вне стен школы Хогвартс, пока вам не исполнится семнадцать? — Я осознаю, что мне разрешено защищать с помощью магии свою жизнь вне стен школы Хогвартс. — Пауза. — Сэр? По залу прокатились шепотки. Том обратил внимание на одну из судей, которая не стала обсуждать его высказывание. Он взял её на заметку. — Мистер Реддл, как это понимать?! — На мистера Тома Реддла, — громогласно вступил Дамблдор, — было совершено нападение. На него и находящегося рядом маггла напали дементоры. Новая волна разговоров. — Дементоры, — вкрадчиво отозвался Фадж, — подчиняются Министерству и только ему. Вы осознаёте… что говорите? — Если позволите, сэр. — Том встал со стула и медленно приблизился к Фаджу. — Мы считаем, — он говорил достаточно тихо, чтобы его слышали все в зале, но сохранился ореол таинства, — что некто пытается дискредитировать Министерство подобным образом. — Кто же… — А вы не догадываетесь? — поддержал игру Тома директор. — Оппозиционеры, — предложил Реддл. — Или ваши противники в борьбе за пост Министра. Скоро избирательная кампания. Разве… это не лучшее время? — Том отошёл и поклонился остальным судьям. — Разумеется, если вы не верите мне, я могу пройти допрос с использованием Сыворотки правды или Омута памяти. У меня нет ни причин, ни желания противиться следствию. Наоборот, я, как пострадавшая сторона, хочу помочь. — Он вернулся в кресло в центре комнаты и глубоко сел с идеальной осанкой. — Голосование…