Договор

      Тонкие, невысокие каблучки застучали по полупрозрачному полу, звонким эхом отдаваясь от высоких холодных стен полупустого зала. Принцесса — теперь уж королева, но так ее язык назвать не поворачивался — шагнула внутрь, приподняв полы своего пышного платья. Этот неестественный, едва ли встречаемый где-либо кроме шумных городов розовый оттенок ярко выделялся на фоне сине-голубой монотонности ледяного строения. В легкой, некрупной фигурке с подрумяненными щечками и ворохом шуршащих юбок едва ли было хоть что-то от предыдущей королевы. Зоркий взгляд льдистых глаз, пока что неведомый девчушке, впился в нее, стараясь выцепить хоть небольшую знакомую частичку. Но одежка, скрывающая слишком узенькие и округлые плечики, была слишком легкой, как и ручки, напоминающие больше перышки, чем прочную сталь. Большие глазенки нерешительно и изумленно озирались по сторонам, хлопая чересчур длинными ресницами, и во взгляде этом не было ни капли твердости и суровости. Не то чтобы по этому поводу стоило расстраиваться.       Девчонка остановилась посреди зала и легким жестом остановила следующий за ней эшелон стражей. Те столпились вокруг нее чуть ли не кучкой, словно стая птиц вокруг едва вылупившегося желторотика. Но невесомый взмах белой ручки оставил их этим нелепым строем на месте, и вперед двинулась лишь невысокая фигурка. Ей стоило отдать должное. Руки ее не держали меча - ни сейчас, ни, очевидно, когда-либо, но все ж она рискнула выказать свое доверие. Пусть и чисто символически, но все ж. Впрочем, вероятно, в ее пушистой белокурой головке и мысли не промелькнуло о том, что десятки духов пристально следят за ней со всех углов казалось бы совершенно пустого строения.       — Приветствую, Ваше Высочество, — Ланнерия наконец вышли к ней напрямую. Полупрозрачный подол из сотканной магией ткани заструился по ступенькам, однако не издал ни звука, в отличие от шуршащих юбок гостьи.       Девушка вздрогнула, почти дернулась, глазки ее хлопнули еще пару раз. Очевидно, до этого момента она никогда и не слышала речь духа вживую. Ланнерия изогнули губы в легкой полуулыбке и склонились в, вероятно, не самом правильном поклоне. Но юная королева на это не отреагировала ни словом, ни жестом. Как и на неправильное обращение.       — Приветствую Вас, Предводитель, — кивнула она, слегка присев в странноватом поклоне. Это было ново. Ланнерия знали, что лирнийцы так приветствуют равных. Предыдущая королева никогда бы не позволила себе такого.       Возникла короткая пауза. Королева впилась глазенками в собеседника и казалась почти смущенной, словно не зная, что сказать дальше. Это лишь добавляло штрихов в ее образ юной девицы, далекий от того, что требовал титул лирнийского монарха. А слава о холодных, безупречных, достойнейших из достойнейших наследниках Элленов доходила и до Владений.       — Вы выполнили наши требования? — спокойно поинтересовались Ланнерия, распрямляя плечи, чтобы казаться еще внушительнее, возвышаясь над девчонкой.       Та, к их удивлению, также выпрямилась и произнесла куда спокойнее. Почти уверенно. Едва ли внушительно, но почти уверенно.       — Да. Документ подписан, все условия соблюдены, — она кивнула слегка, и один из сопровождающих подал ей свернутую, перевязанную сияющей золотой лентой бумагу.       Королева обернулась на гвардию и тяжело вздохнула, прежде чем решительно, почти поспешно развернуть плотный листок с витиеватым почерком и, сделав еще один глубокий вдох, лично зачитать содержимое.       Тонкий голосок тек удивительно спокойно, подрагивая лишь иногда, и то Ланнерия больше не обращали на это внимания. Они вслушивались в текст со всей внимательностью, стараясь уловить главную суть: деталей этой чересчур длинной речи их ограниченное знание лирнийского понять не позволяло. Но это и не требовалась. Формальности предназначались той стороне. Ланнерии было достаточно одной только строки.       Вернуть Владения Ледяных к границам ×××× года.       Ланнерия кивнули с удовлетворенным лицом и сложили руки на спине. Девчонка смотрела на них серьезно, и с таким выражением ее лицо куда больше соответствовало положению. У нее все еще не было решительности матери, той, со стальным блеском в глазах, но было что-то иное, совершенно другого толка.       — Требуется лишь ваша подпись... — кивнула она, протягивая грамоту и перо.       Ланнерия приняли только бумагу. С легкой, гордой, но более не надменной полуухмылкой они приложили палец к листу, прожигая его ярко-голубой сияющей морозной энергии, выводя символ, означающий первую букву их имени на родном языке.       — Прошу, Ваше Величество, — они вернули грамоту с вежливой улыбкой, поглядывая осторожно, как королева отреагирует на такой жест. Та хлопнула своими ресничками уже несколько раз, но в конце концов кивнула и свернула бумагу.       — Благодарю Вас.       Зал наполнился протяжным гулом, эхом разносящимся по всему залу, вьясь меж ледяными стенами.       — Молчать! — окрикнули Ланнерия на родном языке, устремив глаза вверх. Королева и ее свита посмотрели туда же, но слишком поздно - лишь несколько голубых фигурок ловко юркнули в воздухе.       Вновь повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь легким бряцаньем мечей стражей да шорохом платья королевы. Ланнерия издали низкий протяжный звук, имитирующий вздох, и пробормотали, все так же не переходя на лирнийский.       — Дело сделано.       Они знали, что те, кому это нужно, их услышат.       — Если ли у королевства еще претензии к моему народу? — поинтересовались они затем, как ни в чем ни бывало, после короткой паузы, слегка наклонившись к Ее Величеству.       Та лишь только взглядом, но все ж дала понять, что уловила намек.       — То было при матушке и начато ею же, — ответила она, глубоко вздохнув. — Судить ее я не смею. Но и продолжать незавершенное не желаю. Мы окончили это здесь, Предводитель, и я могу дать слово, что до конца моего правления оно останется оконченным.       Ланнерия кивнули, не пряча улыбки и склонились в поклоне: достаточно глубоким, чтобы считаться в должной мере правильным. Королева кивнула в ответ и, после короткого обмена прощаниями, дала знак страже, направляясь к выходу. В широкую арку вот-вот угрожал ворваться ледяной ветер. Но пока погода во Владениях еще держалась в покое.       У самого выхода Ее Величество обернулась и зачем-то снова окинула взглядом весь зал, а затем поймала взгляд Ланнерии.       — Я надеюсь, что однажды между нашими народами снова установится мир.       И это был первый раз на памяти Ланнерии, когда лирнийская королева назвала духов народом.