Знак

      Утром, перешагивая через раскиданные по полу распечатки, Стогов деловито спросил:       − А чего ты книгу не напишешь, Серёнь?       Сергей, который всё никак не мог заставить себя проснуться и благополучно дремал под суетливые стоговские сборы, оказался вдруг резко разбужен этим вопросом.       − Какую книгу? — протирая глаза, хмуро переспросил он.       − Про хиромантию. — Стогов упихал в пакет из супермаркета свой вчерашний голубой костюм и теперь подозрительно обнюхивал сорочку. — Вон у тебя сколько материала накопилось! — Он с недовольным прищуром оценил на свет манжеты и прицокнул с досадой языком. — Ты же сам говорил, что уникальные фотографии в картотеке твоей есть. Можно же издать большой альбом с иллюстрациями хорошего качества.       − А ты голова! — уважительно протянул Сергей, садясь в постели. И посоветовал сердобольно: − В шкафу что-нибудь посмотри. Там всё чистое.       − В твоих рубашках у меня рукава под коленками будут болтаться, — недовольно пробормотал Стогов, но гардероб открыл.       − Тоже мне проблема! Закатаешь. Или с коротким рукавом что-нибудь возьми.       Сергей носил просторные рубашки навыпуск, так что, по его мнению, на Стогове всё должно было сойтись и застегнуться.       − Тебе повезло, что я на объект еду. И что на стройке в пиджачке я бы выглядел глупо, − ворчал Стогов, вытаскивая из стопки белья новую, в упаковке ещё, рубашку серовато-болотного цвета. — Вот любишь ты всё такое! — с треском вскрывая пакет и придирчиво осматривая фасончик, посетовал он.       − Какое? — не понял Сергей.       − Маскировочное, − буркнул Стогов, натягивая рубашку на себя.       Рукава и впрямь пришлось закатать. Но Стогову шло. Сергей только сейчас заметил, что на нём были брюки от серого костюма, который остался у Сергея вчера, когда Витёк укатил от него в своём брендовом луке на интервью.       − А чего ты Артурчика не послал за одеждой? — Сергей натянул штаны, футболку и, наконец, встал.       − Вчера был исключительный случай, − придирчиво оглядывая себя в зеркале, ответил Стогов. — Думаешь, я каждый день рассекаю по Москве в таких пафосных шмотках? И я бы не хотел, чтобы Артур начал догадываться. — Стогов не договорил, но Сергей и так понял, о чём он.       − Уверяю тебя, − останавливаясь у Стогова за спиной, широко улыбнулся он его отражению в зеркале, − У тебя такая безупречная кобелиная репутация, что Артурчик уверен, что мы с тобой вместе просто тупо бухаем и по девочкам ездим. — Сергей подмигнул озабоченно хмурившемуся в зеркале Стогову и пообещал тоном заправского ловеласа: − Сейчас зубы почищу и поцелую тебя.       Чтобы не палить Стогова перед охраной, Сергей вызвался сам отвезти его на объект. Выруливая со двора, он поинтересовался:       − А ты не боишься, что не Артурчик, а пресса заинтересуется твоей личной жизнью? Тут ведь совсем другой расклад. Ты детям взялся помогать. Представляешь, какие слухи могут о тебе поползти?       Стогов глотнул йогурт из бутылки, которую вместо завтрака выдал ему Сергей, и помотал отрицательно головой.       − А Рашидов мне на что? Он ценен как раз тем, что контролирует СМИ. Написать о тебе за твои деньги может каждый дурак, а вот сделать так, чтобы о тебе писали только то, что тебе нужно, может только такой человек как Рашидов.       − Хочешь сказать, что в каждой редакции лежит список лиц, писать о которых можно только с предварительного благословения Рашидова? И если принесут нежелательный материал, скажем, про тебя, ему сразу стуканут?       − Наверное как-то так, − пожал плечами Стогов. Он допил йогурт и сунул пустую бутылку под сиденье. — Подумай лучше о том, что ты бомжа из меня делаешь, Серёжа! — запричитал он. − Я живу у тебя уже неделю! Завтракаю в машине. В твоей одежде на работу хожу. Что дальше?       − Да где неделю-то? — развеселился Сергей. — Три дня всего. Или у тебя день со мной за два считается?       − Очень верное замечание! — сразу уцепился Стогов. — Поэтому сегодня мы ночуем у меня — мне нужна реабилитация!       − Ну, посмотрим, − таким тоном, будто успокаивал малыша, сказал Сергей, высматривая место для парковки.       Он высадил Стогова возле обнесённой забором стройки, подождал, пока тот войдёт под навес проходной, и поехал в свой офис. Выходя из машины, Сергей почувствовал, что за ним как будто бы кто-то наблюдает. Окинув окрестности подозрительным взглядом, Сергей никого не нашёл, но ощущение чужого взгляда осталось. «Ладно, разберёмся», − сказал он себе и пошёл работать.

***

      Когда клиент, подсев к столу для консультаций, вместо рассказа о своих проблемах молча вынул и раскрыл красную книжечку удостоверения сотрудника ФСБ, Сергей не сразу сумел переключиться с работы на жизнь, любовно подрастившую для него очередную свинью.       − Чем могу помочь? — вежливо спросил он.       − Информацией. Исключительно информацией, − нежно заверил его офицер. — У нас в разработке уже некоторое время находится некто Стогов Виктор Сергеевич. Мы заметили, что в последнее время вы очень сблизились с ним, стали друзьями…       Сергея прошиб холодный пот — даже рубашка к спине приклеилась. Он первым делом подумал о том, что жучков в кабинете больше нет, и что это, возможно, очень плохо.       − Да, всё верно, − бодро подтвердил он с пластиковой улыбкой. — Виктор тоже увлекается эзотерикой. Нам всегда есть о чём поговорить. Но вас же не это интересует?       − Не это, − согласился гость. — Мы навели о вас справки: вы боевой офицер, были в Чечне.       − Это тут при чём? — неосмотрительно резко перебил его Сергей.       − Мы рассчитываем на вас, − душевно ответил эфэсбешник.       − Я всё ещё не понимаю, в каком плане вы на меня рассчитываете, − начал злиться Сергей.       − Нам нужно знать обо всех деловых контактах Виктора Стогова, о подозрительных разговорах, которые вы случайно услышите. Может быть, даже получится скопировать какие-нибудь документы…       − Вы предлагаете мне в доме моего друга шпионить за ним?! — возмутился Сергей. — На каком основании? Он что-нибудь страшное совершил? Продал государственные секреты?       Эфэсбешник пожевал с сомнением губами, прежде чем ответить.       − У нас есть основания подозревать, что Стогов может быть причастен к нескольким заказным убийствам, контрабанде, отмыванию денег, уклонению от уплаты налогов и содержанию незаконного игорного бизнеса.       − Разве это не суд должен решать, в чём человек виновен, а в чём нет? — Сергей вдруг подумал, что, если бы у спецслужб хоть что-нибудь на Стогова было, они с таким списком преступлений не к нему бы сейчас пришли, а сразу к Стогову — с ордером на обыск и арест. − Доказательства вы какие-нибудь можете мне предоставить? — сухо поинтересовался Сергей.       − Тайна следствия! — развёл руками ничуть не смутившийся офицер.       − Тайна личной жизни! — в тон ему ответил обозлённый Сергей.       Он подумал, что если эфэсбешник начнёт ему сейчас угрожать проблемами с бизнесом или ещё чем-то, это будет значить, что перед ним просто бандит, который либо работает на конкурентов, либо хочет выслужиться. Но тот только сощурился презрительно и полез в карман за визиткой.       − Я правильно понимаю, что вы отказываетесь сотрудничать? — уже неласковым «протокольным» тоном спросил он.       − Я готов ответить на все ваши вопросы, если вы меня вызовете к себе на Лубянку повесткой, − твёрдо заявил Сергей. — Если же я доподлинно узнаю о совершённом кем-нибудь преступлении, я тоже обязательно вам сообщу.       − Главное, Стогову о нашем разговоре не сообщайте, пожалуйста, − отдавая Сергею визитку, сухо напомнил эфэсбешник. — А то как соучастник пойдёте.       Сергей раздражённо подумал про себя: «Соучастник чего? Убийства, о котором я ничего не знаю? Или отмывания денег?», но вслух заверил офицера, что от него Стогов ничего не узнает.       «Вот чёрт! Чёрт! Чёрт!», − в истерике завопил про себя Сергей, когда остался один. Больше всего его пугала мысль, что эфэсбешник сказал про Стогова правду. Роль мафиози Витеньке была как раз впору. Но если бы у Стогова в самом деле имелась бы ОПГ, разве пришлось бы ему беспокоиться о выборах в Думу или о другом каком способе попасть во власть? Более влиятельные члены клана уже давно продвинули бы его куда надо. Нет, Стогов был одиночкой, это очевидно. С кем уж он там крутил бизнес и что отмывал, это уже другой вопрос.       Сергей потянулся было к телефону, но испугался, что его, возможно, прослушивают. По той же причине он не решился использовать телефон секретарши и тот, что стоял в приёмной.       Нервно выглянув из кабинета, Сергей увидел, что следующая клиентка уже пришла и ждёт, когда её пригласят.       − Проходите, − ободряюще кивнул ей Сергей.       Подвинув клиентке кресло и сам усевшись напротив, Сергей разыграл целое представление под названием «мой телефон сдох — какой кошмар».       − Не могли бы вы дать мне позвонить? — смущённо обратился он к женщине. — Очень нужно.       Та вошла в его положение и сочувственно протянула свою трубку. Сергей, извинившись, быстро вбил номер, который оставил ему Роман, и трижды вспотел, прежде чем тот ответил на звонок.       − Здравствуй, Рома. Это Рябинин, − скороговоркой выпалил он, улыбаясь клиентке как ненормальный.       − Рябинин? Случилось что?       − Нужно встретиться. Но я не хотел бы тебя… тянуть нынче в свет.       − О как. Следят за тобой?       − Возможно.       − Ты на работе?       − Да. Ещё пару часов.       − Ладно. Как закончишь, отправляйся домой. Буду ждать тебя там.       − То есть как?! — возмутился Сергей.       − Есть возражения?       − Нет, − сник Сергей. — Спасибо тебе. До встречи.       Рассыпавшись в извинениях и благодарностях, Сергей вернул телефон владелице и, мысленно надавав себе пощёчин, чтобы сбить панику и заставить мозг работать, включил лампы и взял в руки лупу.