Полный идиот

Июнь 2025 года. Обыкновенная многоэтажка. Трёхкомнатная квартира с самой типичной планировкой. Небольшая, но красиво и стильно обставленная комната. Одно окно, через которое, впрочем, почти не проникали солнечные лучи: жалюзи были всегда закрыты — Джисон отдавал своё предпочтение именно полумраку. Единственным источником света в его комнате служила двухметровая гирлянда, подаренная когда-то Минхо на День рождения. Куча постеров и различных пластинок красовались на белых крашенных стенах, диски расположились на полке под потолком. Гитара висела в углу комнаты, подле нее находилась передвижная металлическая вешалка для одежды. На тахте покоилось несколько плюшевых игрушек, чей возраст варьировался от совсем новых, купленных самим Ханом или выигранных в автомате, до совсем старых, прямиком из далёкого детства. Последние юноша берёг более всего — они хранили его воспоминания, истории, переживания и секреты, которые Джисон не мог доверить более разговорчивому собеседнику. На пробковой доске и над рабочим столом можно было увидеть множество цитат из любимых песен молодого человека — написанные кривым почерком на пожелтевшей бумаге и приклеенные на двусторонний скотч — они создавали свою особую атмосферу. У невысокой этажерки валялись шопперы, стилизованные Ханом, и несколько пар поношенных классических конверсов. Юноша лет 19 сидел на полу и в очередной раз перелистывал страницы комикса. Человек-паук не терял для него своей актуальности, несмотря на идущие годы. Волнистые волосы Джисона растрепались, чёлка спадала на лоб и порою мешала чтению, отчего Хан каждый раз зачесывал каштановые пряди назад. Его тёмные глаза блуждали по строкам, взгляд метался от красочных иллюстраций к тексту и обратно. Молодой человек поёжился. Медленно поднявшись, он поправил задравшиеся края брендовой белой футболки, снял с рабочего кресла вельветовую чёрную рубашку и накинул на плечи. Карамель. Какие же стойкие духи. Прошло уже больше года, а аромат до сих пор не выветрился. Хан поднялся на носки и снял с полки пластиковую коробку. В ней лежали все его комиксы — по вселенной Марвел и не только, а также сломавшиеся проводные наушники, которые он зачем-то хранил, детские энциклопедии про динозавров и крафтовый конверт. В последнем находились различные открытки, записки, фантики от конфет и протеиновых батончиков, рисунки, исписанные листочки, мелкие безделушки, которые были для него самого дороже любого навороченного телефона или крутой приставки. Джисон хранил все, даже самые незначительные, на первый взгляд, предметы, что так или иначе были связаны с счастливыми моментами его жизни. И пока она была в этой его жизни, таковых было и вправду предостаточно. Руки потянулись к заветному конверту. Аккуратно вскрыв его, молодой человек на минуту задумался: ещё не поздно было отступить, стоит лишь резким движением кинуть стопку бумаг обратно в коробку и засунуть её куда подальше вместе со своими чувствами, которые вот-вот собирались нахлынуть. Но желания оказались сильнее. Он сдался. Вздохнув, начал осторожно перебирать и разглядывать содержимое конверта, пока его взгляд не притянул слегка помятый лист А4. Дрожащими пальцами Джисон развернул его и замер. Та самая наклейка с Мелоди, которую она не пожалела для этого, можно сказать, прощального письма. Глаза забегали по строкам. «Я снова хочу к тебе. Я снова хочу обнимать тебя, опуская голову на твои широкие плечи. Я снова хочу чувствовать, как ты вдыхаешь аромат моих волос и утыкаешься в них носом, а потом тихонько отстраняешься, шепча: 'кажется, я немного их поел'. Я снова хочу время от времени пропускать сквозь пальцы твои волнистые пряди, снова хочу смотреть в твои самые красивые карие глаза и находить в них лучи уходящего августовского солнца. Я снова хочу, чтобы ты брал мои пальцы в свои руки и грел их холодным зимним вечером. Я снова хочу, чтобы ты ободряюще приобнимал меня и хвалил, несмотря ни на что, всегда верил в меня и выслушивал. Я снова хочу обниматься с тобою по 10 минут без остановки и ощущать твои сомкнутые в замок руки у себя на спине. Я снова хочу болтать с тобою до 3 часов ночи и получать от тебя забавные картинки. Я снова хочу слышать твой прекрасный голос в трубке, когда ты неожиданно звонишь мне через Какаоток. Я снова хочу быть с тобою рядом. Я тебя люблю. Всё ещё люблю. P. S. я ещё в декабре придумала кое-что для твоего дня рождения… надеюсь, кто-нибудь додумается до подобного, ведь тебе бы точно понравилось…»

навсегда твоя Мина,

17.04.24

Слеза скатилась по щеке Джисона. Круговорот мыслей и воспоминаний поглотил его. "Её родители не особо любили меня и не хотели, чтобы их дочь общалась со мною, учителя говорили, что я мешаю ей учиться и вообще…она не гуляла после 9, не пила энергетики, никогда не позволяла себе материться, шутила всегда добродушно и тепло и ругала меня за мой чёрный юмор, а ещё…почему-то любила меня…" Любила. Со всеми моими недостатками и грехами любила. Её любовь была нежной и в тоже время всепоглощающей. Её любовь была обжигающе горячей и в тоже время очень аккуратной. Её любовь была тихой, а моментами немного громкой. Она - тормоз, а я…а я, кажется, полный идиот."