Ошибки исправим мы, книги читая

Небесные деяния оказывали на мир людей огромное давление. Казалось, что Владыка совсем позабыл о том, кем является, восседая на Небесном Троне. Люди, что поклонялись ему, раздосадовано вздыхали, не ощущая никакого содействия со стороны своего покровителя. Большая часть молитв, которые получали Небожители, гостившие в Призрачном Городе, были полны скорби по прежним временам, когда величественный первый Бог Войны, коего обожали и почитали в мире смертных, совсем позабыл о необходимости участвовать в жизни верующих.  Советник, видевший в этом прекрасную возможность для Его Высочества, всячески уговаривал Се Ляня отправиться на зов смертных и оказать им свою помощь. Убеждая, что это не просто опыт, но и возможность вновь стать настоящим Богом Войны, любимцем, которого бы почитали люди, Мэй Няньцин все же сумел убедить Наследного Принца взяться за дела.  Безопасность Се Ляня была на первом месте для всех обитателей Дома Блаженств и именно поэтому, на каждое задание, его сопровождал, как минимум, один из Богов Войны и Демон в красных одеяниях. Принц не жаловался на возобновившиеся тренировки своей силы духа, радуясь тому, что с каждым разом ощущал в себе все больше уверенности. Отдых свелся к минимуму, однако, Се Лянь всегда находил время на то, чтобы провести его либо с Хуа Чэном, либо с дорогими сердцу людьми.  Перерывы между чтением возросли. Каждый Небожитель, осознав, что пренебрежением своих обязанностей в мире людей злоупотреблять больше нельзя, решили, что для начала, следуя примеру Его Высочества, будут копить силы, наращивая свою мощь. Молитвы вновь стали исполняться, а духовные силы возрастать.  ::«Сань Лан, я закончил со своими тренировками. Когда ты вернешься?»:: - покидая главный зал и возвратившись в покои, Се Лянь обратился к Хуа Чэну по сети духовного общения.  Однако, вместо ответа, послышался гул с улицы и почувствовав, как сердце сжалось, Принц тут же покинул Дом Блаженств, наблюдая довольно интересное зрелище. Прекрасный сад Собирателя Цветов был разрушен, а демоны, находившиеся недалеко от резиденции, тут же появились во дворе, удивленно, в некоторой степени даже агрессивно, оглядывая округу.  — Это что же творится то?  — Да кто посмел ворваться на территорию владений Градоначальника?!  — По истине великая наглость!  Недовольный гул толпы заполнил мысли Принца, но страх за жизнь любимого не успел родиться в сердце, ведь в тот же момент, послышался звонкий смех и тяжелые вздохи со стороны заднего двора.  — Неужто ты настолько стар, что не можешь даже поцарапать меня своим клинком? - Закинув руку на плечи Генералу Пэю, Хуа Чэн, улыбаясь самой прекрасной улыбкой, беззлобно подшучивал на проигравшим, наблюдая его хмурое лицо.  — Не сравнивай меня с собой. У тебя духовной силы немерено. - Пэй Мин недовольно сверкнул взглядом в его сторону, спихнув чужую руку со своих плеч. — О Небеса, брат Хуа, мы же снесли твой двор.  Демоны были шокированы услышанным и не могли поверить своим ушам и глазам. Их Градоначальник не просто позволил Небожителю оказаться настолько близко к себе, но и общается с ним, как с лучшим другом. Уму непостижимо, господа. Да где же такое видано то…  — Пустяки. Я отстрою его еще прекраснее меньше чем за день. Попрошу Гэгэ выбрать самые прекрасные цветы, что украшали бы это место. Хочу, чтобы он чувствовал себя здесь комфортно. - Изменившийся тон Собирателя Цветов, невозможно было не заметить. Так происходило всегда. Насколько бы зол или недоволен не был бы Хуа Чэн, любое упоминание о Его Высочестве смягчало сердце, рождая где то внутри пожар из опьяняющих его чувств.  — Ты либо слепой, либо тупой, друг мой. Его Высочество итак не покидает пределы твоей резиденции, находясь подле тебя день и ночь. Ты что же, хочешь его и вовсе запереть тут? -  Пэй Мин плеснул холодной воды себе на лицо и шею, чувствуя, как приятная прохлада охлаждает разгоряченное из-за их недавней тренировки тело.  Не сумев больше скрывать свое присутствие, Се Лянь вышел им на встречу, лучезарно улыбаясь. Стоило парочке несносных друзей заметить его, как оба улыбнулись, в шутливой форме кланяясь Его Высочеству, чем вызвали тихий смех Принца.  — Я смотрю, ваши тренировки вышли на новый уровень. Сань Лан, Генерал Пэй, оглянитесь. Жители Призрачного Города совсем потеряли покой из-за вас. Стоить быть аккуратнее. - Оказавшись подле Хуа Чэна, Се Лянь поднялся на носочках, целуя демона в щеку. Смущение давно прошло, не преследуя более. - Ах, ну что за неудача. Сань Лан, как же так? Наш прекрасный сад… Только не говори, что на очереди наш дом.  Однако, ответа не последовало, ведь великий Собиратель Цветов, что сеял лишь хаос во всех трех мирах, рождая в сердцах всех существ ужас, замер, услышав, как Его Высочество назвал это место Их домом. Не сумев совладать со своими эмоциями, Хуа Чэн тут же оказался рядом с возлюбленным, крепко прижимая к себе и даря самый нежный поцелуй.  — Ну что за несносные дети. Ваше Высочество! Собиратель Цветов! Вы тут не одни. - пародируя голос Мэй Няньцина, Пэй Мин сложил руки на груди, выгибая бровь на манер Советника. Троица тут же залилась смехом, вместе возвращаясь в Дом Блаженства.  Однако, покой и счастье поселились не только в их сердцах. Касаясь пальцами черных, словно вороново крыло, волос, Цинсюнь наслаждался обществом демона Черных Вод, что беспечно развалился на небольшой софе в главном зале. Тихие, не омраченные ужасом дни, сблизили их. Стоило остаться наедине и предаться любовной близости, Хэ Сюань и Ши Цинсюань дарили друг другу море любви и тепла, оставляя всю скверну этого жестокого мира где-то за пределами их маленькой вселенной.  — Хэ-сюн, как думаешь, что это был за грохот на улице? Неужто случилось что-то страшное? - Младший Ши поднялся, желая проверить, однако руки, что обняли сзади и прижали к себе, не позволили сделать и шаг, крепко запирая в плену объятий.  — Мое Превосходительство, тебе не стоит волноваться. Там всего лишь Его Высочество выгуливает двух агрессивных псов. - стоило демону произнести это, как из коридора послышался громкий смех Собирателя Цветов и смущенное «Сань Лан» от лица Принца. Троица вернулась в главный зал, занимая свои места.  — Где остальная свора непрошеных гостей? - в своей привычной манере, Собиратель Цветов закинул ноги на стол, откидываясь на спинку стула.  — Решают свои важные вопросы. - Кладя руки на плечи Пэй Мина и Хуа Чэна, Хэ Сюань встал меж ними, видя толику усталости в глазах каждого из-за прошедшей тренировки.  Однако, не все обитатели Дома Блаженства пребывали в умиротворении. Два сердца, что метались в агонии из-за тоски друг по другу, не могли обрести тот желанный покой. Огибая коридор, ведущий к покоям Генерала Наньяна, Сюаньчжень был темнее грозовой тучи, вот уже несколько дней избегая не просто разговора, но и взгляда в сторону Фэн Синя. Чем объяснить это, он не знал, однако, подозревая, что дело не так просто, как могло бы показаться на первый взгляд, Му Цин ругал себя, постоянно напоминая себе о собственной ничтожности.   Кто же знал, что тот, кого сердцем полюбил и душой признал своим разрушением, так же метался по углам своих покоев, пытаясь понять, где совершил ошибку, заслуживая к себе такое отношение. Фэн Синь никогда и подумать не мог, что сердце будет болеть из-за одного недалекого юнца, который не видел и дальше своего носа. Теплые чувства, родившиеся в тот самый момент, когда крепкие руки впервые прижали к себе, оберегая от роковой ошибки, с каждым днем разгорались сильнее адского пламени, поглощая душу Небожителя. Теряя себя из-за тоски по одному лишь взгляду, Фэн Синь убеждался в том, каков он на самом деле, раз тот, по кому сердце влюбленой бабочкой порхает, избегает любого контакта с ним.  — Ничтожество. - смотря на себя в отражении водной глади небольшого озера, что было расположено в резиденции Хуа Чэна, Наньян тут же хлестнул рукой по спокойной воде, рябью ту пуская. Видеть себя было невыносимо.  — Ты..  — Я удостоился твоего внимания? Иронично. - грустно усмехнувшись, Фэн Синь даже не обернулся, дабы взглянуть в эти прекрасные, словно мириады звезд глаза.  — Фэн Синь… — Не нужно. Я знаю, что противен тебе. Можешь не говорить этого в лишний раз. - тяжело вздохнув и желая покинуть это место, Наньян двинулся в сторону выхода из места, что еще вчера называлось прекрасным садом. Однако, крепкие руки, что обняли его со спины, не позволили сделать и шага.  Цепи, которыми он сковал себя и свои чувства, наконец были разорваны.  Теперь же, ощущая, как самый дорогой человек начинает мелко трястись, Му Цин понял, что гордость ни к месту. Отбросив это ничтожное чувство, он прижался щекой к спине Фэн Синя, тихо моля его не уходить.  Ближе к ночи, все собрались в главном зале, собираясь вернуться к чтению. Однако неловкость, что густым туманом окутала залу, невозможно было  преодолеть. Фэн Синь и Му Цин сидели рядом, краснея щеками, а Его Высочество, то и дело бросал на них взгляд, желая понять, что же произошло. Но ни один из них не подавал ни единого шанса на выяснение правды.  Правды, в которой один из них, прижимая второго к стене, заставил испытать неописуемое счастье, ощущая чужие губы на своих.  — Ваше Высочество, в этот раз, передаю книгу вам. - Тайхуа улыбнулся своему наставнику, приготовившись внимательно слушать. 

—«»—

Выходит, они тоже забрались на гору Тунлу! — Если Гуцзы здесь, неужели и Ци Жун тоже? — спросил Се Лянь. — Судя по зелёному огоньку над её головой, вне всяких сомнений. Кажется, Гуцзы побаивался Сюань Цзи — сидел на её руках, не смея шевельнуться. Однако мальчику, похоже, было трудно стерпеть ледяной холод, исходящий от демоницы, и он тихонько заёрзал. — Не вертись! — тут же велела Сюань Цзи. Гуцзы плаксиво пожаловался: — Сестрица, после той воды мне что-то нехорошо. Воды? Се Лянь невольно облился потом. В подземных водах плавали стаями крысы-падальщики, и хотя смертельно отравиться такой водой нельзя, всё-таки у ребёнка довольно низкая сопротивляемость организма ко всякой заразе, и его может даже схватить понос.

—«»—

— Бедный ребёнок. - скривилась Повелительница Луны — Напоить малыша такой отвратительной водой. Сюань Цзи - истинная демоница. 

—«»—

— Потерпи. Мы уже идём обратно. Их силуэты растворились в темноте. Без лишних слов Се Лянь и Хуа Чэн бесшумно направились следом. Очень скоро они, не отставая от Сюань Цзи, прошли несколько поворотов и оказались на другой широкой улице. В самом её конце показалось строение, которое отличалось от остальных великолепием. Изнутри доносились голоса — наверняка это здание и было конечной целью демоницы. Под покровом темноты Се Лянь и Хуа Чэн обогнали её, забрались на крышу и заглянули внутрь сквозь щели в кровле. Их ожидания оправдались — Ци Жун вальяжно устроился прямо в центре большого зала усадьбы. Он притащил сюда с два десятка окаменевших статуй и расположил их так, чтобы казалось, будто они падают ниц перед ним. А сам Ци Жун тем временем, наслаждаясь «поклонением», самодовольно обгладывал окровавленную руку. В углу зала находились пять-шесть крестьян, а среди них был один, казалось, вовсе неприметный, который сидел, уронив голову на грудь. Это и был Инь Юй!

—«»—

— Как это ничтожество посмело похитить шисюна?! - гневно воскликнул Циин.  — Даже у Ци Жуна есть свои секретные техники. - скривился Хуа Чэн — По крайней мере, бегает он быстро. 

—«»—

Се Лянь прошептал: — Очень странные огоньки. Хуа Чэн пояснил: — Это демонические оковы, которыми Ци Жун удерживает пленников. Захочешь сбежать из-под стражи, огонёк пронзительно закричит. А если привести в действие особое заклинание, заложник мгновенно сгорит в этом пламени.

—«»—

— Какая же тварь. - высказался Повелитель Огня — Надеюсь, он сдохнет как можно быстрее.  — Вы можете зайти к нему в камеру дабы поздороваться. - усмехнулся Хуа Чэн.  — А мне можно? - поинтересовался Циин.   — И мне. - поднял руку Лан Цяньцю.  — Я сказал, что можно поздороваться. О том, чтобы его убить, речи не было.

—«»—

— Юйши Хуан уже добралась сюда? Ци Жун ответил: — Нет. Этот паршивец, так же как мы, случайно обнаружил подземный город. Повелительница Дождя пока ещё нас не нашла. Чтоб её! — Вдруг забранился он. — И почему от неё так трудно отделаться? Всю дорогу гналась за нами, пришлось даже укрыться от неё под землю! Я же просто схватил парочку крестьян из той захирелой деревеньки, чтобы перекусить! К чему такая мелочность? А ещё небесная чиновница! Так и знал, что у них на Верхних Небесах ни одного нормального! Крохоборы! Сюань Цзи продолжила: — А может, отпустим этих, и дело с концом? Ци Жун считал, что это слишком позорное отступление, и вытаращил глаза: — Не отпустим! Я уже съел половину, и теперь отпускать остаток нет смысла. Конфликт уже завязался! Либо уж доедать всех, либо вообще не надо было трогать! Вывели меня из себя, да я одним огоньком спалю их всех до единого, всем туго придётся! Сюань Цзи сказала: — Я тоже совсем не ждала, что всё так обернётся. Характер у Юйши Хуан раньше был совсем другим, можно сказать без преувеличения, что её каждый мог обидеть. И я думала, что если даже забрать людей из её деревни, она спокойно стерпит и проглотит, только поэтому решилась на подобный шаг. Кто же знал, что она превратится в такую большую проблему? И никак её с хвоста не сбросить!

—«»—

— Время многих меняет. Кто-то в лучшую сторону, а кто-то нет. - произнёс Мэй Наньцин — Повелительница Дождя - мудрейшая женщина.  — Услышать похвалу из уст Советника - большое дело. - высказался Пэй Мин. 

—«»—

Ци Жун тем временем продолжал: — Да плевать мне, кто она — Повелительница Дождя или шелудивых псов. Когда я попаду в Медную печь и стану непревзойдённым, своим появлением повергнув в потрясение целый мир, все, кто ходит под Небесами и над ними, падут ниц у моих ног, на коленях будут стоять и жрать грязь под моими ступнями! И тогда я снесу Призрачный город, затоплю остров Чёрных Вод, и даже Цзюнь У должен будет со мной считаться, лебезить и заискивать, ха-ха-ха-ха-ха-ха…

—«»—

— Ну-ну. Я бы посмотрел на это. - усмехнулся Хэ Сюань, обменявшись взглядом с Хуа Чэном. Видимо посетителей в камере Ци Жуна будет много. 

—«»—

— Сань Лан, разве можно оставлять Инь Юя и этих людей в плену Ци Жуна?  — Призрачные огни Ци Жуна снимаются устным паролем. Для начала нужно придумать, как выведать его. — Кто это сделает? И как? Мы точно не сможем. Но оба тут же, не сговариваясь, опустили взгляды вниз, где снаружи усадьбы в грязи игрался Гуцзы. Помолчав, Се Лянь произнёс: — Не выйдет, слишком опасно. Ци Жун и без того всё порывается сожрать ребёнка, а что если он почует подвох… Хуа Чэн возразил: — Хватит ли у него на это мозгов — вопрос отдельный, но если он и впрямь решит навредить мальчишке, мы просто придём на выручку, ничего сложного. Гэгэ, не лучше ли побеспокоиться о том, что ребёнок уже столько времени провёл с Ци Жуном? Что если мальчик стал на него похож и повредился умом? — Судя по реакции Гуцзы на его поведение, не думаю, что мальчик стал в чём-то ненормальным. Тогда… попробуем?

—«»—

— Судя по тому, что Ци Жун прячется от Гудзы, когда ест, нет нужды переживать, что мальчик станет походить на демона. - высказался Му Цин.  — Восемьсот лет назад я и не думал, что Ци Жун станет настолько отвратительным существом. - скривился Мэй Наньцин — Тёмные зачатки в нём конечно и тогда были, но чтобы заниматься канибализмом…

—«»—

Хуа Чэн разжал ладонь, из которой выпорхнула и не спеша полетела вниз совсем крохотная бабочка.  — Гуцзы, ничего не говори. Если скажешь слово, я исчезну. Это я. Ты меня помнишь? Если бы Гуцзы всё-таки закричал, Хуа Чэн сразу пленил бы его сознание светом бабочки, однако мальчик зажал рот рукой и послушался, затем прошептал: — Помню. Это голос мусорного гэгэ. Се Лянь, помолчав, посмеялся: — Ха-ха-ха, отличная память. Да, верно, это я, мусорный гэгэ. Пойдём со мной в сторонку, только чтобы Ци… чтобы твой отец не заметил. Гуцзы кивнул и поднялся с земли, чтобы тихонько отправиться за бабочкой.

—«»—

— Какой послушный мальчик. - с умилением произнёс Цинсюань.  — Главное, чтобы он за незнакомцами так не ходил. - наморщился Хэ Сюань.   — Ты переживаешь о ребёнке? - изобразил удивление Хуа Чэн. 

—«»—

— Эй! Нечего бегать где попало, слышал?! Если будешь шататься без присмотра, тебя съедят огромные крысы! А ну вернись! Бабочка тут же скрылась. Гуцзы округлил глаза и отозвался: — Я… я пошёл пописать! Ци Жун с насмешкой бросил: — Маленькие дети только и делают, что писаются! — и отстал от мальчика. Гуцзы отошёл чуть дальше и тихо позвал: — Мусорный гэгэ, мусорный гэгэ! Се Лянь, сидя на крыше, сказал: — Зови лучше даочжаном. Мусорный гэгэ звучит как-то… странновато, ха-ха-ха… Гуцзы. Те люди, которых схватил твой отец, очень несчастные, а ещё они чужие подданные, их госпожа придёт и надаёт твоему отцу тумаков. Можешь помочь нам их освободить? Гуцзы кивнул: — Я знаю! Это люди небесной богини на чёрном быке! — Мальчик почесал затылок. — Я хотел их освободить, но… отец заболел, он говорит, что только человеческое мясо поможет ему излечиться. И что есть человечину — это нормально, просто я ещё маленький и не понимаю. А когда вырасту, он научит меня, как надо есть. Но мне кажется, что это не очень хорошо…

—«»—

— После этой главы, я покажу Ци Жуну, что значит заболеть! - гневно произнёс Пэй Су.  — Вам пора в очередь становится. А то за сегодня уже столько желающих. - усмехнулся Хуа Чэн — Надеюсь, гэгэ не против, что небожители и Черновол навестят твоего братца - приобнимая Принца, прошептал демон. 

—«»—

— Это просто ужасно! Поедание человечины может вызвать очень серьёзную болезнь. Призраки съеденных будут преследовать тебя и твоего отца. Он вовсе не болен, просто не может бросить дурную привычку, слишком пристрастился. Ты должен придумать, как не дать ему съесть больше ни кусочка. Иначе останешься сиротой! — Н-но что же делать?! Хуа Чэн сказал Се Ляню: — Гэгэ, позволь мне. Он передал что-то через серебристую бабочку, а Гуцзы послушал и хорошенько запомнил. Затем Хуа Чэн вновь посмотрел на Се Ляня и произнёс: — Нужно выманить Сюань Цзи. Демоница тем временем говорила Ци Жуну: — Мне всё-таки кажется, что этот тип слишком подозрительный. Утверждает, что он — подчинённый Повелительницы Дождя, но от него так и веет демонической Ци. Думаю, он нам лжёт. Поспрашиваю его ещё.

—«»—

— Как так? Шисюн хоть и низверженный, но небожитель. - удивился Циин.  — Вот проживёшь столько же лет в Призрачном Городе, и от тебя будет фонить демонической Ци. - ответил Пэй Мин. 

—«»—

Се Лянь кивнул: — Как её выманить? Они переглянулись и снова, не сговариваясь, пришли к мнению: — Генерал Пэй. Се Лянь сложил руки в молитвенном жесте, как бы извиняясь. — Делать нечего, придётся просить вас временно принести себя в жертву, генерал Пэй. Все спасённые вознесут вам благодарности. Хуа Чэн хохотнул: — Лучше пусть благодарят тебя, гэгэ.

—«»—

— Как жестоко, Ваше Превосходительство. - усмехнулся Пэй Мин — Я к вам всей душой, а вы из меня приманку делаете.  — Простите, Генерал Пэй. Но это нужно для спасения людей. - опустив взгляд, произнёс Се Лянь. 

—«»—

Тем временем с узора на его наручах спорхнула ещё одна призрачная бабочка, которая подлетела к уху Се Ляня, и принц услышал голос мужчины. Пэй Мина. Значит, перед уходом Хуа Чэн оставил в храме ещё несколько бабочек, а теперь мог услышать, что происходит с остальными. Се Лянь сосредоточенно послушал и прошептал: — Идёт, идёт. Воспользуемся этим отрывком. Выберем следующие фразы…  — Ну раз так… сначала… У тебя ещё… или нет? Давай… Первоначально фраза звучала так: «Ну раз так, сначала зажарим эту крысу. У тебя ещё остались змеи или нет? Давай сюда парочку». Когда Се Лянь услышал эти слова Пэй Мина, в душе его постигло потрясение и сочувствие. Наверняка генерал убил крысу, которая подобралась к ним, решил, что это обыкновенный вредитель, и вознамерился приготовить его на огне, чтобы накормить Пэй Су.

—«»—

— Мне даже стало вас чуточку жаль, Генерал Пэй. - прикрываясь веером, произнес Цинсюань — Столько лет ели первоклассные небесные блюда, а теперь пришлось готовить крысу. 

—«»—

Сюань Цзи, потрясённая и озадаченная, вновь обратилась к пленникам: — Вы что-нибудь слышали? Видели кого-нибудь? Инь Юй первым покачал головой, другие последовали его примеру с честным и невинным видом. Ци Жун, у которого весь рот был измазан в крови, повернулся к демонице с вопросом: — А что ты услышала? Сюань Цзи, немного растерянная, ответила: — Я, кажется… слышала голос Пэй Мина. Ци Жун воскликнул: — А? У тебя слуховая галлюцинация? Я ничего не слышал. Серебристая бабочка ближе всего находилась к Сюань Цзи, и другие не могли расслышать человеческого голоса, звучавшего от неё. Сюань Цзи недоумевала: — Правда? Мне всё кажется… что он где-то рядом. — Она некоторое время молчала, потом вздохнула: — Наверное, это и есть так называемый отклик души?.. Ваше Превосходительство, позвольте мне пойти проверить?

—«»—

— Какая глупая леди. - усмехнулся Мэй Наньцин — Даже странно, что она смогла убить столько народу.  — Так она же под покровительством Ци Жуна. А у этого, мозгов на всякие каверзы хоть отбавляй. - произнёс Пэй Мин. 

—«»—

— Эх! Но ты же только что выходила на разведку? Какой ещё отклик души? Галлюцинация, вот и всё. Ты то и дело думаешь о нём по восемьсот раз на дню, как тут не появиться галлюцинациям. Судя по виду Сюань Цзи, Ци Жун её убедил — она почти поверила и отбросила идею выйти снова. Однако Се Лянь не упал духом, несмотря на первую неудачу. Ведь они выбрали ещё несколько отрывков, которые пока не воспроизвели. Сюань Цзи собиралась вернуться к допросу Инь Юя, когда вновь услышала голос Пэй Мина: — Эх ты, глупышка! Поди сюда, я тебя научу. А затем голос молодой девушки: — Не стоит, генерал Пэй, я уже делала это однажды, опыт имеется, давайте лучше я сама…»

—«»—

— Фразы, вырванные из контекста, имеют огромную мощь. - поежился Пэй Мин.  — Ну, это и в правду слышится, будто вы флиртуете с девушкой. - задумался Циин. 

—«»—

— Это он!!! Ошибки быть не может, это он, он здесь, я его чувствую, моя душа откликается ему!!! Пэй Мин! Снова ты за своё! Что за девка на этот раз? Я убью тебя!!! С криками она выскочила прочь, подтаскивая стучащие по земле ноги. Ци Жун вслед разразился бранью: — Эй! Сюань Цзи? Мать твою! Ноги сломаны, а как резво поскакала! Ради какого-то жеребца-осеменителя! Стоит ли того?! — Не стоит беспокоиться. Призрачная бабочка уведёт её в противоположном направлении. Даже если она отыщет Пэй Мина, с ними Жое, и демоница не проникнет в круг. Давай поскорее разберёмся здесь. Сюань Цзи ушла, теперь настал черёд Гуцзы сыграть свою роль. Мальчик поднялся и обтёр запачканные грязью руки о штаны сзади. Се Лянь всё ещё волновался: — Он точно справится? Хуа Чэн спокойным тоном ответил: — Гэгэ, верь мне. Если это не сработает, за неимением лучшего, есть ещё один способ. В крайнем случае просто сделаем так, чтобы Ци Жун больше в жизни не смог рта раскрыть, а потом уж не спеша придумаем, как погасить его призрачные огни.

—«»—

— Вот это и вправду великий Князь Демонов. - улыбнулся Повелитель Огня — А не та размазня, что была неделю назад… Не успел небожитель продолжить свой монолог, как в его сторону полетели призрачные бабочки. 

—«»—

— Сынок, подойди, разомни папке ноги! — Отец, а почему люди, которые сидят в углу, не связаны верёвками, но всё равно не смеют пошевелиться? Ци Жун с явным удовольствием ответил: — Хи-хи, ну конечно, они так сильно боятся меня, твоего папашу, что у них колени подкашиваются и ноги не ходят от страха! — Ты так силён?! — Гуцзы разинул рот и округлил глаза. Ци Жун, удовлетворяя своё тщеславие, воскликнул: — А то! Слушай внимательно, сегодня ты узнаешь, насколько твой папка силён! Видишь те огоньки? Один мой приказ — шух — и людишки сгорят без остатка! Конечно, они меня боятся! И ещё, есть два мелких демона, запоминай. Гуцзы закивал, подобно цыплёнку, клюющему пшено. — Одного зовут Хуа Чэн, — продолжил Ци Жун, — прозвище другого — Черновод. Оба — никчёмная бесталанная мелочь, подлецы, заполучившие в руки силу и немного своей пёсьей удачи, а на самом деле вся их слава — дутая. Понимаешь, что значит «дутая слава»? Я тебя научу. Это такое выражение, оно означает, что они только с виду непобедимые, а на деле им никогда не сравниться со мной!

—«»—

— Я бы посмотрел на то, как он сейчас будет произносить эти слова. - ухмыльнулся Хуа Чэн — Столько гонора, а силенок ноль. 

—«»—

Ци Жун, должно быть, уже давно не бахвалился с таким удовольствием. Наконец, полностью удовлетворённый, он пригрозил: — Ты должен меня слушаться, понятно? Если не станешь, я и тебе на голову надену призрачный огонёк! Гуцзы испугался и поскорее закрыл голову ладошками. — Не надо, я не хочу… Кстати, отец, — он вспомнил, что ему велели Хуа Чэн и Се Лянь, и робко проговорил: — т-ты ведь уже не сможешь снять эти зелёные огоньки? — Чушь собачья! Папка может навесить их, когда захочет, и точно так же снять! Смотри! Я прямо сейчас тебе это докажу! — Затем он указал на одного из крестьян и крикнул: — Псом вылюбленный Се Лянь! Се Лянь и Хуа Чэн так и застыли.

—«»—

— Я вырву ему язык. - гневно сощурился Хуа Чэн —  И не только язык. 

—«»—

— Видимо, никчёмная дрянь решила стать ещё более никчёмной. Принцу даже показалось, что кулаки Хуа Чэна захрустели, и он сказал: — Не всё так страшно. Разузнать пароль оказалось проще, чем я думал! Они научили Гуцзы ещё нескольким способам выманить пароль, которые, видимо, уже не пригодятся. Теперь понятно, почему Ци Жун ни разу не высказался в адрес Се Ляня — оказалось, что привычке он не изменил, просто сделал излюбленное ругательство паролем для своих призрачных огней. Подобной глубине чувств можно было только подивиться. Теперь-то Хуа Чэну и Се Ляню отпала нужда прятаться, они тут же пробили крышу и спрыгнули вниз! Услышав грохот, Ци Жун от испуга свалился со своего стула. — Кто такие?! Кто такие?! — Затем пригляделся и стал заикаться: — Псом… псом… — Видимо, хотел выругаться, но вспомнил о пароле, и торопливо закрыл сам себе рот.

—«»—

— Мда. А фантазией Лазурное бедствие оказывается не блещет. - усмехнулся Пэй Мин — Использовать ругательство, как пароль… Я ожидал большего.  — В том то и дело, что вы что-то от него ожидали. - произнёс Хуа Чэн. 

—«»—

Крестьяне в углу зала наперебой заговорили: — Кажется, он только что назвал пароль, может, попробуем сами себя освободить? — Да! Ведь нужно просто выругаться! Правда, совестно перед человеком по имени Се Лянь, но ведь его здесь нет, думаю, ничего страшного! Хуа Чэн приподнял бровь и бросил взгляд в их сторону. По лицу Инь Юя прокатилась капля холодного пота, и он обратился к остальным пленникам: — Ну… Не важно, присутствует ли здесь этот человек, я всё же советую вам не говорить тех слов. Иначе последствия будут ещё более тяжёлыми, чем наше теперешнее положение…

—«»—

— Понимаю переживания Ин Юя. Оскорблять Се Ляня при Хуа Чэне равносильно самоубийству. - высказался Цинсюань. 

—«»—

Тем временем Ци Жун, схватив Гуцзы и выставив мальчонку перед собой, выразился по-другому: — Пёсья… пёсья подстилка, Се Лянь! Совсем совесть потерял! Подслушивать вздумал! Какая подлость! Се Лянь слегка расстроено пробормотал: — Пёсья подстилка? Это что ещё такое? Ци Жун вновь засиял самодовольством: — А, впрочем, хи-хи, пускай ты узнал пароль, это тебе не поможет! Или станешь сам себя бранить? Хуа Чэн, да и тебе такого никогда не высказать! Хуа Чэн заметно помрачнел, его пальцы вновь отчётливо хрустнули. Се Лянь же этого не заметил, а вот заявление Ци Жуна показалось ему странным.

—«»—

— Эх, ещё как станет. - закатил глаза Му Цин — Он всё сделает для простых смертных. 

—«»—

К лицу Гуцзы подлетела серебристая бабочка, и веки мальчика, дважды моргнув, тут же слиплись — ребёнок уснул. Ци Жун всё хохотал как умалишённый, как вдруг его крутануло ударом длинного рукава, закружило вокруг своей оси, а после восемнадцати оборотов впечатало в стену. — Псом вылюбленный Се Лянь! — сорвалось с его языка. Стоило ругательству прозвучать, и призрачный огонёк над головой Инь Юя исчез. Он тут же вскочил на ноги и отступил подальше. Ци Жун понял, что по неосторожности проболтался, и снова зажал себе рот. Се Лянь же с доброжелательным видом сказал: — Ну же, давай, ничего страшного, не надо себя сдерживать, выпусти наружу свою истинную сущность, продолжай браниться. Его слова звучали благожелательнее некуда, но при этом принц схватил Ци Жуна скрученным рукавом, и по его виду поистине трудно было сказать, что он собирается с ним сделать. Ци Жун заорал что есть мочи: — Бей! Можешь убить меня, я больше этого не скажу! Рядом послышался зловещий голос Хуа Чэна: — Это меня как раз устраивает. Ци Жун обернулся и успел увидеть только улыбку Хуа Чэна, такую фальшивую, что фальшивее уже некуда, а мгновением позже всё исчезло. Голову Ци Жуна вбили в пол на три цуня. Хуа Чэн оторвал его лицо от пола, и Ци Жун взревел: — Да как вы посмели творить со мной такое! Ну всё, я сейчас сожгу этих людишек одним махом! Погибнем вместе! Паршивый пёс Хуа Чэн! Горите! Как видно, фраза «паршивый пёс Хуа Чэн» была другим паролем, для убийства. Однако после собственного крика Ци Жун не услышал ни единого вопля боли. Он в недоумении раскрыл глаза и увидел, что крестьяне целёхоньки и стоят вокруг, глазея на него. — Что это такое? Почему вы живы? Сейчас же умрите! Сдохните! Кто снял заклятие?! — поразился Ци Жун. Се Лянь ответил ему: — Ты, собственной персоной! — и указал на серебристую бабочку, которая издала точно такой же рёв, как сам Ци Жун: «Ты зря себя обругал! Ха-ха-ха-ха-ха…»

—«»—

— Собиратель Цветов — вы меня удивляете. Так грамотно обставить Ци Жуна! - восхитилась Повелительница Луны.  — Но к этой твари я тоже сегодня наведаюсь. - прошипел Хуа Чэн — Видимо не извлёк урок из нашей последней беседы. 

—«»—

— Вместе с тобой никто погибать не собирается. Отправляйся-ка в путь в одиночестве, — безжалостно произнёс Хуа Чэн. Ещё один мощный удар, от которого Ци Жун пробил дыру чуть ли не к самому центру земли. Когда дым сражения рассеялся, крестьяне окружили яму и спросили: — Его… ещё получится оттуда достать? Инь Юй спрыгнул в яму, которую Хуа Чэн проделал Ци Жуном, и вскоре выскочил обратно, держа в руках зелёного неваляшку. — Градоначальник, Ваше Высочество, Лазурный демон Ци Жун захвачен. Ярко-зелёный неваляшка оскалил зубы и скривил рот, высунув длинный язык, да ещё закатил глаза, будто насмехался над кем-то, и в то же время словно изо всех сил играл на публику.

—«»—

— Пускай в таком виде и остаётся навсегда. - скривился Лан Цяньцю — А потом его ещё и закапать надо! — А вы жестоки, молодой человек. - высказался Мэй Наньцин.  — Я должен отомстить ему за то, что он сделал с моей семьёй. И за то, что Наставник взял его вину на себя. - произнёс Тайхуа. 

—«»—

— Нам эта тварь не нужна, — сказал Хуа Чэн. — Неси её сам, от нас подальше. — Слушаюсь, — ответил Инь Юй. Честно говоря, Се Ляню и самому не очень хотелось брать неваляшку в руки. Принц подобрал с земли только спящего Гуцзы. Несколько призрачных бабочек влетели откуда-то снаружи и опустились на тыльную сторону ладони Хуа Чэна. Посмотрев на них, он сказал: — Нам нужно скорее возвращаться в храм. Се Лянь рывком развернулся к нему. — В храме что-то случилось?

—«»—

— Уверен, Сюань Цзи всё-таки добралась до Генерала Пэя. - усмехнулся Повелитель Огня.  — Но бабочка Собтрателя Цветов ведь должна была отвести её в другую сторону. - удивлено произнёс Пэй Су.  — Видимо, она не настолько глупа. - высказался Пэй Мин — Давайте лучше прервёмся и навестим одно бедствие в темнице.