Про дворы,школьное время и неправильную любовь.

20 Октября, 2008 год. Правая щека ещё болит, но не настолько сильно как сердце. Из глаз не останавливаются горячие слёзы. Ему говорили, что мальчики не плачут, но если плакать в последнем квартале их коммуналок, куда никто не ходит и не узнает никто. Колени и руки всё ещё бешено трясутся от испуга. И слышится лишь тихий плач, свидетели которого вороны на голых деревьях. Чан никогда не был правильным ребёнком, как ему говорили. Ему только одиннадцать, но он старший в семье, так что должен быть примером. Но Чан не сильный, характер у него слабый, постоять за себя не может. Что там о защите младших в семье. Так ещё любит всякие миленькие безделушки, за что получает у старших пацанов во дворе. Так и сейчас произошло. Мальчик еле накопил на розовый блокнот для рисования, купил сегодня в ларьке. Хоть с продавщицей можно отделаться тем, что это сестре младшей, а не ему. Он хоть и слабым был, но ума хоть отбавляй. Хочешь жить — умей вертеться. Это явно было про жизнь Чана. Пошёл он в обход дворами, чтобы мальчишки соседские не увидели, но те всё-таки заметили его и розовую штуковину в руках и сильно побили его. А ему что делать? Не идти так домой точно. Отец ещё наругает, что сопля он у него. И единственным местом куда можно было выплакаться, как раз этот двор. Во двор закатывается мячик шумно. Голова мальчика блондина сразу поднимается на звук. За ним во двор забегает мальчишка, которого Чан до этого не видел. Незнакомый ему был по виду ровесником, ну максимум десять, а не одиннадцать. Мальчик, с чёрными волосами не замечает сначала другого ребенка здесь и берет спокойно мяч. Поворачивается, уже собираясь идти обратно и вот, замечает Чана. С синяками еще алыми-алыми, заплаканным лицом и дрожащим телом. Лицо неизвестного мальчика становится шокированным и он подходит к блондину. — Эй, что случилось с тобой? Тебя кто-то обидел? В горле у Чана комок застрял, говорить совсем не может. Да и горло из-за плача болит, а голос дрожит. Он лишь растерянно кивает и хныкает под нос. Брюнет садится рядом, поглаживая бедняжку по плечу. — Ой, подожди, я сейчас сгоняю быстро и обратно сюда! Через минуту говорит незнакомый парнишка и быстро вставая с асфальта, на котором они сидели, бежит куда-то. Взгляд Бана лишь провожает брюнета, пока силуэт его совсем не скрывается. Ветер начинает дуть сильнее, становится прохладней. Через минут восемь, мальчик возвращается впопыхах. В руках салфетки, пластыри и еда какая-то. Он подбегает к Чану снова, протягивая ему салфетки и блондин их принимает, слезы свои стирает. Дальше мальчика приступает снимать пластырь с липучки и приклеивает на разбитые коленки. Оказывается, у него ещё лёд в пакете с собой, который сразу оказывается на избитой щеке Бана, пока она не успела распухнуть. Блондинчик потихоньку успокаивается, хлюпает еще только чутка. — Спасибо… Тихо произносит он. Спасатель, имя которого так и неизвестно до сих пор, поворачивает взгляд на него и подмечает, что глаза стеклянные, еще на мокром месте. — Это не всё ещё. На, держи. Отвечает он, протягивая барбариску. Чан кивает в знак благодарности и забрасывает конфету сразу в рот. Привкус собственной крови и слёз сменяется на сладкий от карамели. Боль в душе сменяется на новые тёплые чувства, согревающие от холодного ветра. — Я Чанбин. Ну или Бин просто. А ты кто? — Чан… Отвечает мальчик и в первый раз за это время улыбается. У Бана появился сегодня первый и настоящий друг, за его недолгую жизнь. 25 Февраля, 2011 год. Уставший ученик после школы сразу плюхается на кровать, зарываясь в одеяло теплое, ведь на улице только что была холодрыга. Достает свой компьютер, который слегка зависает порой и открывает страничку сайта, продолжая просмотр аниме. Чан был вообще неправильным парнем. Ему четырнадцать. Пока его одноклассники, другие ребята со двора, увлекаются всякими сериалами западными, собирают фантики от жвачек и слушают рок или попсу, он увлекается азиатской культурой. И этого не из-за того, что он сам по крови азиат. Ему просто нравилось аниме, за которое везде в окружении его осуждали. Он вообще никому не говорил о том, что смотрит и любит его. Не хочется вернуться в свои одиннадцать лет, где его избивали за вкусы. И смотря новую серию «Эльфийской песни», понимал, что не сможет даже взять какой-то брелок по этому произведению. У них такого в помине не было. Единственное, что было у него связанное с японской анимацией — несчастная тетрадка, которую ему подарил отец из командировки. С неизвестной ему девочкой с большими глазами и белыми волосами, которая скорее всего даже не относилась к какому-то аниме. Об этом увлечение никто не знал, кроме родни и Чанбина. Чанбин как и был, так и оставался его единственным другом. Нет, даже не другом. Единственным человеком, который его принимал таким, какой он есть. Он сам не особо разбирался во всей этой теме, но с искренним интересом слушал все бурные рассказы друга о сюжете. А когда они ходили друг к другу на ночевки, смотрели какую-нибудь Тетрадь Смерти или же Стального Алхимика. И так на минуте двадцатой серии Чан ставит на паузу, беря свой маленький телефончик в руки и набирая номер друга. Из трубки слышится знакомый и уже родной голос Со и блондин заводит разговор. — Короче, там такое произошло!.. Ты даже не представляешь, Бин. Радостно начинает диалог Чан, хихикая себе под нос и закручивая на палец свою кудряшку. — Слушай, у меня щас дома никого нет. Давай ты ко мне сгоняешь и мы вместе посмотрим. А то мне тоже стало интересно, что это такое. Прерывает пересказ серии Чанбин своим предложением, на которое Бан охотно соглашается. Быстро собравшись и закинув всё нужное в свой портфель, он выбегает из дома, перед этим сказав сестре, сообщить родителям, что ушёл к другу в гости. 10 Марта, 2011 год. У родителей за дверью снова ссора, причину которой Чан не знает. Он закрылся в своей комнате на замок, как только услышал звук разбитой тарелки. Было страшно и печально одновременно. Единственное, что его утешало сейчас, переписка с Чанбином на компьютере, в «Вконтакте». Вы: Мне старшно. Они очень сильно кричат друг на друга. Когда этот кошмар закончится?.. Чанбин: Опять ссора? Как ты? Давай ты незаметно вылезешь и ко мне. Переночевать у меня можешь. Вы: Правда можно?! Буду скоро!!! Быстро накинув куртку на себя, он берет только самое нужное: учебники, чтобы сделать домашку у друга, телефон и тихо пробирается в коридор. Ссора была на кухне и дверь закрыта, так что его не было слышно и видно родителям. Он тихо открывает дверь и выбегает на лестничную площадку. Через минут десять он уже находится в квартире друга и на его коленях. Чанбин перебирал его кудряшки, а Чан зарывался в свитер с прикрытыми глазами. У Бина было всегда спокойно в квартире. Это место, он уже давно назвал своим настоящим домом. Или же домом был сам Чанбин. Он ещё не определился. — Всё будет хорошо, Чан. Не волнуйся. Давай пока посмотрим что-нибудь и я чай нам заварю. Старший лениво открывает глаза и отвечает, улыбаясь кончиками губ. — Давай… Брюнет встаёт с кровати, направляясь на кухню и оставляя лучшего друга на пару минут одного. Возвращаясь с двумя кружками чая, он застаёт Чана уже спящего на его кровати. Бин осторожно закрывает за собой дверь, убирает уже ненужный чай на стол и ложится рядом со своей спящей красавицей, точнее красавцем. Бан обхватывает друга, скорее всего случайно, во сне приняв его за подушку и обнимает. Со же не сопротивляется и гладит его по голове. Чан много старается в плане учебы и не только. Делает все задания идеально, учит буквально каждую тему любого предмета, ещё в школе всем помогает и дома с младшими. Он устал и ему нужен этот отдых. От работы, идиотов-одноклассников, которые пользуются его добротой и глупых родителей, губящие его. Но Чанбин будет беречь его всегда, как хрупкую розу от этой несправедливой жизни. 23 Мая, 2012 год. Сейчас девятый класс, в котором учатся Со Чанбин и Бан Чан празднуют последний звонок, с которого друзья сбежали. Они ходили по парку, который находился рядом со школой. Им не нужен был этот последний звонок с этими идиотами. Лучше сами отпразднуют. В глаза били лучи солнца. Эта весна выдалась не холодной, как обычно. Парни шли в какой-нибудь ларёк за перекусом в тишине. Ведь Со считал им деньги на еду, а Чан считал кошек в парке, довольно покачивая головой. — Нас же не буду искать, Бинни? Спросил своим нежным голосом Чан, убирая волосы за ухо с полуулыбкой на лице. — Да всем похуй на нас там, не парься. Бан лишь хихикает в ответ. — Ты совсем как ребенок, хоть старше меня. Говорит Бин, наблюдая за тем, как друг пинает камушки. — Всего лишь на пару месяцев! С наигранной обидой отвечает громко Чан. —… За это я тебя и люблю. Заканчивает мысль Со, пряча руки в карманы спортивок и с улыбкой закрывая глаза. — Любишь? Останавливаясь переспрашивает старший. — Ну да. Ты у меня самый ахуенный друг в жизни, как такого не любить? Отвечает непринужденно Бин, перебирая свои темные волосы. Юноша лишь смущается на эти слова друга и в голове одна мысль. «Меня любят…» 14 Февраля, 2013 год. Сегодня Чан не пришёл в школу, из-за чего Со было не так интересно сегодня там находится. Ну конечно дешевые драмы на День Святого Валентина — штука важная, но даже не с кем обсудить. Придя домой, к нему сразу подходит старшая сестра и протягивает конверт. Чанбин сначала не понимает, что это и взглядом спрашивает. — Твой друг сегодня заходил, сказал передать. «Значит как домой ко мне прийти, он первый, а школа уже по умолчанию?!» Думает про себя парень, но конверт берёт. И чего его кента потянуло на письма? Не в двадцатом веке же. Он открывает конверт, уже зайдя в комнату и видит листок, на котором черной ручкой был написан аккуратно следующий текст: «Чанбин… я давно хотел признаться тебе. Я знаю, я полнейший идиот. Ты ведь знаешь, что я неправильный?.. Кажется, моя любовь тоже неправильная. Я влюбился в тебя ещё наверное когда нам двенадцать было. Но осознал это лишь год назад, в тот день, когда ты сказал мне на последнем звонке, что любишь меня. Любил тебя, люблю и буду любить, пока солнце не погаснет, пока звёзды все с неба не упадут, пока я сам не умру. Я такой неправильный, такой отвратительный, да Бинни? Чертов гей, который запал на единственного друга в жизни. Это все так глупо… Но я все равно люблю тебя.» И рядом с текстом была подпись, около которой остался след от слезинок. «Чан.» Прочитав письмо, Чанбин чуть не упал. И присев на кровать, слёзы сами потекли от такого признания. И от того, что Чан до сих пор не может принять себя. «Нет, Чан. Это не ты неправильный. Это все остальные вокруг тебя неправильные.» 15 Февраля, 2013 год. В комнате темно, только лампа дает хоть какой-то свет. Уже вечер. В квартире Банов почти никого нет, кроме старшего ребенка. Остальная родня уехала на два выходных на дачу, а Чан остался киснуть в квартире от того, что потерял единственного близкого человека в мире из-за неправильных чувств. Ну почему именно он такой? С самого детства. То ему вещи для девочек нравятся, то японские мультики, то он сам весь такой женственный и слабый, то в конце концов любит не противоположный пол?! Почему он такой неправильный? Чан смотрит в потолок. На щеках еще следы от слёз. Он как вчера ни смог встать с кровати после того, как отнес чертово письмо домой к Со, так и сегодняшний весь день пролежал так. Не было желания ни то что сделать что-нибудь, желания жить не было. Но его слегка суицидальные мысли, прерывает громкий звук из окна. Сердце пугается и оповещает о том, будто кто-то важный рядом. Парень сразу подпрыгивает с кровати и подбегает к окну. За ним был только что кинутый камень. Что за идиот его бросил? Блондин распахивает окно и видит на улице парня, в толстовке и спортивках, с чёрными, как смоль волосами и знакомым до боли лицом. Это был Чанбин собственной персоной, он не мог ошибиться, ведь с пятого этажа всё четко видно. — Чего надо, совсем сдурел?! Кричит из окна блондин, забывая про то, как вчера нежно признавался на листке бумаге этому человеку в любви. — Впусти меня к себе, черт подери! Я весь день стучусь к тебе в хату, а ты там помер будто. Вот я и пошёл на крайние меры! Кричит в ответ Со. — В час ночи?! — Никогда не поздно! Бан закатывает глаза и уходит в прихожую, чтобы открыть дверь. Звонит в домофон, для оповещения Чанбину, что двери открыты в его квартиру. Этот гений всегда придумывал идиотские идеи и оправдывал их хоть честно, но тоже по-идиотски. Нет бы позвонить хоть, если Чан не слышал его из-за своих грустных мыслей, надо камнями бросаться! Но по какой-то неведомой причине, даже это Чан любит в Чанбине. Любит… Чан любит Чанбина. И Чанбин это знает. И осознание этого факта, в голову старшего приходит уже тогда, когда Бина было видно в коридоре из дверной щели. Чан пару секунд теряется и пытается уже закрыть дверь обратно, но не получается. Чужие, сильные руки держат дверную ручку с другой стороны, не давая ей закрыться. — Чан, а-ну открой! Слышится голос с другой стороны. В горле у старшего становится сухо, голова кружится, слёзы снова наворачиваются. Нервно юноша отвечает. — Ни за что! — Почему? Что случилось?.. Спрашивает Бин с лаской в интонации, так же держа ручку дверную. — Ты случился! В моей жизни, четыре года назад! Бин, я неправильный, я знаю это и оставь мою ебанутость со мной, я больше никогда не буду тебя тревожить! Говорит навзрыд Чан, хватка слабеет, рука совсем скоро перестанет держаться за дверь. — Чан, сука! Не хочу я тебя оставлять и нихуя ты не неправильный. Эти чувства взаимны. Рука сползает. В голове парня пустота. Он падает на пол. Лишь руки его держат, не давая удариться головой. В квартиру забегает Чанбин и быстро закрывает за собой дверь, подбегая к другу, или уже не совсем другу?.. — Взаимны.? Переспрашивает Чан. Совсем как год назад в мае, только вопрос был слегка иным. — Да, взаимны, идиот. Сначала ответ жди, а потом уже закрывайся в себе и квартирке. Отвечает моментально Со, захватывая кажется, теперь его парня в объятия. Бан лишь начинает рыдать. Но из-за счастья. Из-за единственного счастья в его жизни. 20 Октября, 2017 год. Вечер. Комнату украшает свет от гирлянды и везде слышится запах зеленого чая, который не так давно был выпит. Чан смотрит на своего парня, который лежал рядом с ним на кровати и после ложится головой на грудь его. Руки же забираются под чужую футболку и нащупывают пресс парня. — Бля, щекотно. Прерывает тишину Чанбин, убирая чужие ладони из-под своей одежды. Чан лишь ухмыляется. — Кстати, сегодня ведь уже как девять лет с нашего знакомства. Продолжает через пару минут старший, поглаживая плечи возлюбленного. — Ага. А ещё в феврале будет шесть лет сначала наших отношений. Дополняет Бин картину, на что ухмылка на лице старшего сменяется на нежную улыбку. Чановы губы быстро и сладко накрывают Биновские, образовывая короткий, но мягкий поцелуй. — Люблю тебя. Говорит Чан, вместо спокойной ночи своему единственному, укладываясь на его груди и проваливаясь в сон. — И я тебя люблю. Отвечает Чанбин, счастливо смотря на голову рядом. Нет. Чан никогда не был неправильным по мнению Чанбина. Он всегда был особенным, выделялся из серой массы и останется таким для него навсегда. Может по мнению общества их любовь была неправильной, но им плевать. Любовь их же, а не общества.