Потерянная вероятность

Минхо прекрасно помнил эйфорию, которая накрыла его после того, как Чанбин прекратил спазм. Тогда он чувствовал себя самым счастливым омегой на свете – его словно приговорили к казни, а потом помиловали. Вот и сейчас он ощущал себя почти так же. Тело стало мягким и податливым, из него ушло все напряжение, которое копилось внутри годами. Минхо пока не чувствовал в себе желания защищаться, выстраивать стены или пытаться управлять собственным поведением. Весь пульт его внутреннего контроля оказался обесточен на время. - Идем, держись за меня, - Джисон помог ему встать на ноги и осторожно повел обратно в комнату. – Сейчас примешь теплый душ, поешь и отдохнешь. Утро вышло жутким, да? - Не самый мой лучший день, да, - тихо согласился Минхо, плавая в какой-то приятной слабости. – Спасибо… Спасибо, что не оставили. - Мы тебя никогда не оставим, - еще раз повторил Джисон, гладя его по спине. – Минхо, ты часть нашей безумной семьи. А семья – это место, где никого не оставляют и не выкидывают за дверь. Минхо кивнул, соглашаясь, хотя знал семьи, где все происходило наоборот. Его родственники не могли дождаться момента, чтобы отправить его в пансион – вот и вся семья. Хотя до несчастного случая они часто бывали в гостях и всегда казались Минхо приятными и добрыми людьми. С душем Джисон не шутил – действительно пошел вместе с ним, вдумчиво настроил воду, а потом спросил: - Тебе помочь раздеться? Впервые Минхо почувствовал себя в его мире – мире, где за таким предложением не стояло больше ничего. Никакого неприличного подтекста, никакой скрытой угрозы, никакого желания обмануть. - Помоги, - согласился он, начиная стягивать футболку. Джисон не дал ему запутаться и вовремя дернул ее наверх. Из спортивных штанов и белья Минхо выбрался сам, с неожиданным весельем отмечая, как Джисон честно увел взгляд куда-то в потолок, но продолжил держать его за пояс. - Джисон, ты не посмотришь на меня? – спросил Минхо, намеренно делая шаг назад и увлекая за собой под воду ищущего звезды на потолке Джисона. Тот ойкнул, но не отпустил. К счастью, уточнять просьбу Джисон не стал – взглянул ему в глаза, чуть улыбаясь. Если бы Минхо представил себя в такой ситуации, находясь в пансионе, то впал бы в панику. Но сейчас в этом удивительном состоянии ему и море было по колено. - Нет, посмотри на меня… на меня всего, - попросил он, чувствуя, как его окутывает теплая вода и пар. – Я очень этого хочу. Джисон точно завороженный кивнул и чуть отстранился, чтобы действительно окинуть его взглядом. Минхо показалось, что он ощутил на коже прикосновение этого взгляда. После Джисон снова встал ближе, немного порозовев, нежно провел ладонью по его спине, так осторожно прикасаясь кончиками пальцев к шрамам, словно боялся причинить боль. - Ты очень красивый, - промурлыкал он, не замечая, что почти полностью промок. – Самый красивый. Минхо не успел сказать ему - это все глупости, и есть миллион омег намного лучше, чем он, потому что Джисон поцеловал его. Надеясь, что вода не попадет им обоим в нос, и они не задохнутся, Минхо расслабился в руках Джисона и даже разрешил себе очень нежно прихватить его за нижнюю губу. - Опять кусаешься? – шепотом спросил Джисон, когда поцелуй закончился. - Прости, не могу удержаться, - Минхо убрал с лица намокшую челку. – Подождешь, пока я помоюсь? - Я еще и помочь могу. Начнем с головы? – тоном профессионального душевого помощника спросил Джисон. – Выбирай шампунь. Какая-то крохотная часть Минхо хотела бы продолжить целоваться, а может и зайти дальше, но в целом он чувствовал облегчение от того, что они вернулись к обычным вещам. Сегодняшнему дню только перехода к более близким отношениям не хватало, чтобы окончательно закоротить его нервы. - Этот, - Минхо ткнул в первый попавшийся, на самом деле не ожидая, что Джисон действительно будет мыть ему голову. Но тот закатал рукава рубашки, и так насквозь промокшей, выдавил шампунь в ладони и начал намыливать ему волосы. - Если бы я не считал тебя идеальным, то сейчас ты точно достиг бы этой отметки, - простонал Минхо, закрывая глаза. Массаж головы в мытье вроде бы не входил, но у Джисона оказались волшебные пальцы, из-за уверенных движений которых по телу побежали мурашки. - Нисколько я не идеальный. Хочешь устрою тебе временный мыльный ирокез? – фыркнув, спросил Джисон. - Только попробуй, и я тебя ночью удушу подушкой, - Минхо приоткрыл один глаз. – Джисон, ты ведь будешь спать со мной в одной кровати? Всегда? - После угрозы удушить меня? Конечно, - Джисон снял душ с держателя и попросил: - Откинь голову чуть назад, чтобы я смыл шампунь. - Правда будешь? – на всякий случай еще раз уточнил Минхо. Джисон действовал бережнее, чем профессиональный парикмахер. Он промыл каждую прядь, а потом, повесив душ, взял с полки мочалку. - Правда. Мне нравится спать с тобой рядом, и я хочу постоянно находиться неподалеку. Если честно, то в перерыв я вдруг понял, что не люблю спать один. О, выбирай гель! Может, в чем-то Минхо все-таки был лучше, чем сын его родственников? Он опять ткнул наугад, удивляясь еще и тому, что все еще спокойно чувствует себя рядом с полностью одетым, хоть и мокрым Джисоном. - Я осторожно, - пообещал тот, круговыми, плавными движениями намыливая Минхо плечи. – Тебе… Все в порядке? Я не хочу тебя пугать. - Это один из лучших моментов моей жизни, - признался Минхо, немного внутренне содрогаясь от этой откровенности. – Ты меня не пугаешь. - Ладно, - Джисон немного повернул его, чтобы потереть спину. Минхо подставил лопатки, чувствуя себя немного таким же брошенным котом, как Суни, Дуни и Дори. – Что ты хочешь на завтрак? - Мне все равно. Аппетита нет пока… Ох, еще чуть ниже. - Тогда что-нибудь легкое, что ты сможешь быстро съесть и лечь спать, - предположил Джисон. – Вот тут? - Ага, - согласился Минхо. Он чуть не упустил момент, когда Джисон решил встать на колени, чтобы переместиться с мочалкой ниже: - Джисон! Тут остановимся, ладно? - Ты домоешься сам? А я принесу полотенце и пижаму? Только быстро переоденусь, – нисколько не обидевшись, Джисон встал на ноги и отдал ему мочалку. – Или давай я подстрахую тебя? - Я домоюсь, спасибо, - Минхо благодарно обнял его и потерся щекой о щеку. – Я и так тебя намочил с ног до головы. - Не волнуйся, все в порядке, - Джисон неохотно выпустил его из рук. - О, я не волнуюсь. Мне нравится, - Минхо закатил глаза. – Неси полотенце, пижаму и белье, пожалуйста. Захохотав, Джисон выскочил за дверь, и Минхо, уже устав удивляться, заметил, что такое поведение скорее того радует, чем отталкивает. В пансионе его бы уже наградили парой оплеух и напомнили о правилах приличия. Домывшись, он выключил воду, но замерзнуть не успел, так как вернувшийся Джисон, в уютном домашнем сером костюме, завернул его в гигантское белое полотенце, а вторым – поменьше – начал вытирать голову. - Спасибо, - сумел сказать Минхо, почему-то именно в этот момент ощутив такой прилив благодарности, от которого спазм сжал горло. – Спасибо, Джисон. - Мне нравится о тебе заботиться, - обсушив его со всех сторон, Джисон в очередной раз тепло улыбнулся. Белье Джисона нисколько не удивило, хотя Минхо все обучение слышал о том, как прятать его от альфы подальше, чтобы не травмировать хрупкую психику. После того, как Минхо надел пижаму, Джисон явно хотел предложить донести его до кровати, но, к счастью, верно расшифровал предостерегающий взгляд и не стал. Не хватало еще забыть, как ходить своими ногами и превратиться в стереотипного декоративного омегу. - Я за завтраком. Если подремлешь, то не страшно, - сказал Джисон, снова буквально выскакивая за дверь. Минхо прижался щекой к подушке и ощутил себя человеком, которого от утренней вспышки отделяли лет десять. Жаль, что на самом деле все было не так. *** В дверь сначала неуверенно постучали, а потом она приоткрылась, впуская Чана и Феликса. Разумом Минхо понимал, что, скорее всего, они волновались за его состояние, но сердце все равно забилось сильнее. - Это мы, не пугайся, - Чан подтащил к кровати низкую скамеечку для ног, чтобы Феликс мог сесть, а сам устроился на полу на коленях. – Как ты? - Прости меня, - Минхо сморгнул неуместные слезы – а ведь он понимал, что стоило один раз поддаться, и этот кран уже будет не заткнуть. – Я обещал тебе помогать, а не кидать в людей ножи. - Все в порядке. Никто не пострадал, - Чан похлопал его по одеялу. – Мы видели, что тебе тяжело, жаль, не смогли понять, как помочь раньше. Феликс закивал, соглашаясь. Он так переживал, что даже веснушки на его коже стали видны сильнее. - Не выгоняйте меня, пожалуйста, - шепотом попросил Минхо, иррационально испугавшись самого факта их появления. - Никто не будет тебя выгонять! – Чан взял его за руку и ободряюще сжал. – Ты наше самое большое сокровище! - Если бы не ты, мы бы так и не поняли до конца, за что и за кого боремся, - задумчиво сказал Феликс. - И ты начал заботиться о нас сразу же, как появился тут. С тобой тут стало намного теплее! Минхо вцепился в руку Чана так, словно висел на краю обрыва. Теплее? Еще бы сказали жарче, что ли. Выступление с ножами на потеху приличной публике. - Не делай такое лицо, - Чан скорчил ему забавную рожицу. – Ты очень важная часть нашей семьи. Никто из нас никуда тебя не будет выгонять. Никогда. - Даже если ты начнешь жонглировать ножами, - добавил Феликс, неуверенно улыбаясь. Минхо протянул ему свободную руку и несколько минут просто держался за них обоих, пытаясь найти ту точку внутри себя, которая даст ему баланс. - Я сделал тебе браслет, - гордо сказал Феликс, действительно вытаскивая из кармана нитку разноцветных бусин на цепочке. – Это последний вариант. Остальные порвались. - Он что-то означает? – Минхо отцепился от его руки и дал застегнуть себе на запястье замочек. - Это браслет дружбы, - Феликс явно решил очень подробно представить собственное произведение. – Тут все мы. Вот этот синий камушек – это ты. А белые камушки – это наше будущее. - А где ты? – спросил Минхо, улыбаясь. – Этот? - Да, я желтый камушек! – радостно согласился Феликс. – Остальных тебе тоже придется угадать, но не сейчас. Сейчас нужно отдыхать. Минхо заметил, как Чан смотрит сейчас на Феликса, и в его взгляде читается гордость. А ведь Чан не раз так смотрел и на него, просто по отношению к себе Минхо никак не удавалось расшифровать эту эмоцию. - Отдыхай, Минхо, - Чан еще раз похлопал его по одеялу. – Дальше все будет только лучше. Я обещаю. - Ладно. Спасибо вам обоим. И за браслет тоже, - Минхо уже собирался снова закрыть глаза, но Джисон уже вернулся с завтраком и сразу же привлек к делу не успевшего далеко уйти Чана. - Подержи поднос. Я хочу забраться на кровать за спину Минхо, чтобы если что помочь поесть, - Джисон немедленно проделал все, о чем говорил, а заодно помог Минхо сесть, опершись на себя спиной. - Думаешь, я поесть не смогу? – ворчливо спросил Минхо, принимая у Чана поднос. Тот с озорством подмигнул ему, услышав ранее недопустимый тон, и ушел, плотно прикрыв за собой дверь. Чанбин с Сынмином постарались – запекли небольшой кусок рыбного филе, сделали воздушный омлет и тост с рыбным паштетом. - Ни в коем случае. Только разумная предосторожность, - сказал Джисон, самым гадким образом перехватывая его кисть с вилкой и начиная ее немного потряхивать. – Вдруг что-то пойдет не так! - Прекрати немедленно, - со смехом попросил Минхо. – Если хочется меня покормить, то корми. Джисон показал ему язык, подцепил немного омлета и действительно поднес ко рту. Правда, кусок едва не упал на одеяло, так что Минхо после короткой борьбы отнял вилку и начал кормить себя сам. - Сказал корми, а не дал! – возмутился Джисон, умудряясь ткнуться носом ему в волосы. - Ты чуть одеяло не покормил, - Минхо дернул плечом, отбиваясь от атаки. – Скажи, как тебе показалось в доме моих родственников? - С виду очень мило, - Джисон внезапно вдохнул. – Но как только я представляю, что они отправили тебя в проклятый пансион, а собственного сына решили воспитывать сами… Они как леденцы в форме фруктов – выглядят красиво, а пользы нет, один вред для зубов. - И что - тебе не понравился прилично воспитанный омега? – уточнил Минхо, расправившись с омлетом и так шумно откусывая тост, словно перегрызая кому-то горло. - Ты ревнуешь? – таким шокированным тоном спросил Джисон, словно такая идея никогда не приходила ему в голову. – Ты серьезно ревнуешь? К нему? - Мечтай, - фыркнул Минхо, дожевывая тост. – Не слишком ли самонадеянно? - Я не поговорил с ним и двух минут. Сразу сказал, что ты полностью в моем вкусе и остальные не подходят под мои высокие стандарты. От неожиданности Минхо едва не выплюнул кусок рыбы обратно на тарелку: - Ты не мог! - О, я не мог, но мое альтер-эго могло все, что захочется. К тому же я так злился на них. Думаю, что они решили – тебе достался самовлюбленный, хамоватый мудак. Зато никакой зависти. - Хотел бы я на это посмотреть, - пытаясь погасить слишком широкую улыбку, сказал Минхо. Если бы он знал об этом раньше – то, как Джисон вступился за него, хотя его даже не просили об этом… Лучший подарок на свете. - Так ты приревновал? – страшным шепотом спросил Джисон, щекотно задышав ему в ухо. - Да, ужасно приревновал, - сдался Минхо, уворачиваясь. И как они только не перевернули поднос? – Он намного нормальнее меня. И его внешности всегда делали комплименты. Я думал… На этом запал кончился, и Минхо сделал вид, что ужасно поглощен последним кусочком рыбы. Удивительно, но он сумел поесть и даже не пришлось себя заставлять. - Ты думал… - дождавшись конца завтрака, повторил Джисон с намеком. - Я думал, что тебе нужен нормальный омега, а не безумный, - устало закончил Минхо. – Уберешь поднос? - Да. Принесу тебе чай, - Джисон вылез из кровати, и Минхо осознал, насколько пригрелся. – А еще – скажу тебе по секрету – у меня и так самый нормальный омега из всех. Ясно? - Врешь ты все, - Минхо максимально презрительно скривился. – Неси мой чай. - Как пожелаешь, - Джисон красиво поклонился и уже в дверях столкнулся с Чанбином. – Сегодня тут проходной двор, что ли? - Ты за чаем? Сынмин придумал какой-то умопомрачительный состав, - Чанбин подтолкнул его в спину, чтобы побыстрее уходил, а потом виновато сказал: - Простишь меня за вчера? Я действительно волновался из-за этого личного дела… Минхо протянул ему руки, чтобы обнять, и едва не разрыдался опять, от облегчения. Он не хотел ссориться с Чанбином, но тот вчера неуловимо напомнил ему одного из воспитателей пансиона. - Ты ведь не считаешь меня глупым? – спросил он в плечо Чанбину. – И слабым? - Я считаю тебя одним из самых сильных и умных омег, из всех, которых я встречал, - Чанбин успокаивающими круговыми движениями погладил его по спине. – Просто твое дело… Я в ужасе от него. В ужасе от того, как вообще можно писать такое о ком бы то ни было. Словно ты породистое животное. И тебя передают покупателю с рекомендацией не отдавать тебе детей или уничтожить… Уничтожить, блин! С каждым словом Чанбин заводился все больше, и уже было непонятно кто и кого утешает. - Вот такие личные дела в этом жутком мире, - Минхо обнял его покрепче. – Но меня вы вытащили. - Да, ты в безопасности, и это единственное, что дает мне силы продолжать, - совсем печально согласился Чанбин. – Эта самая отвратная работа, которая у меня когда-либо была. Только омеги и делают ее выносимой. - Прости, что подумал о тебе плохо. - Тогда мир? – обрадованный Чанбин дождался его кивка, а потом уже другим, строгим, докторским тоном велел: - Прописываю тебе крепкий сон, а потом плотный обед. Хорошо? - Как я могу не выполнить указания врача? – Минхо послушно лег и разрешил укутать себя в одеяло. – Спасибо. - Я потом еще приду. О, - Чанбин стукнул себя по лбу. – Спазмов не было? - Были короткие, пока я… пока плакал, а теперь все хорошо, - заверил его Минхо. – Даже удивительно. - Джисон хорошо на тебя влияет, а еще отвары и общая обстановка. - Да, люблю, когда меня не бьют, - согласился Минхо. Чанбин потрепал его по голове и ушел, опять столкнувшись в дверях с Джисоном. - Эй, ты что меня преследуешь? – голосом персонажа из фильма спросил он у смеющегося Джисона. - Какой назойливый парень, - Джисон закатил глаза и закрыл за Чанбином дверь на замок. – Я принес чай. Попьешь и ложимся спать? - Да, - Минхо хотелось бы остаться в постели минимум несколько месяцев, но вряд ли Джисон согласился бы так надолго выпасть из жизни. – Я ужасно устал. Он только надеялся, что сможет восстановиться во время сна. *** Следующие три дня прошли, как в тумане. Время в них исчезало в никуда, таяло в окружении одеяла, подушек, успокаивающих запахов чистой ткани и альфы. Минхо вылезал в мир только ради посещения ванной комнаты и трехразового питания, которое ему приносил Джисон. Минхо предполагал, что с характером Джисона вынужденное безделье давалось ему не без труда. Но тот по максимуму использовал пробежки до кухни и иногда снимал напряжение сериями прыжков и приседаний. В остальное время он героически лежал рядом, в компании планшета и игровой приставки – иногда Минхо даже казалось, что ему нравится ничего не делать. Звуки Минхо не мешали – они доносились, словно сквозь толщу воды. Голова легко отключалась и погружалась в очередной сон, напоминающий бескрайний синий океан. Наверное, о чем-то похожем Минхо говорил Джисону, когда проснулся у него на коленях. Он бы спал целый сезон. Вот только нельзя было перечеркнуть все дни в пансионе, как бы Минхо этого не хотел. Внутри все равно оставалось слишком много ран, слишком много грязи, которую закидывали в него годами. Так просто все это не исчезало. Но кое-что все-таки изменилось. Теперь у Минхо в памяти осталось множество минут из этих спокойных дней. Минут, когда Джисон оставался рядом, когда обнимал его, гладил целовал и ни разу не сделал ему больно. Может, кто-то ужаснулся бы его критериям спокойствия, а кто-то посчитал бы их оскорбительными для Джисона, но Минхо никак не мог привыкнуть к новой жизни и к тому, что в этом доме не выясняли отношения тумаками. Это все еще удивляло. И потом, если он и верил в то, что Джисон не ударит его, то никак не мог отделаться от мысли, что можно обидеть и не физически, и не специально тоже. Что-то внутри было уверено в неизбежности этого в ближайшем будущем. Проснувшись утром четвертого дня, Минхо ощутил в себе немного сил, чтобы разобраться с доставшимся ему имуществом. В конце концов, ради этого Джисон ездил к его родственникам и тратил время. Может, в доме нашлось бы что-нибудь полезное для их общей миссии? - Я думаю, что готов съездить домой, - тихо сказал он во время завтрака. Джисон, обрадованный тем, что Минхо решил снова есть со всеми вместе, снова погрустнел и уточнил: - Точно уверен? Если тебе нужно время, то все в порядке. В конце концов, все документы и ключи у нас. - Там может быть что-то… полезное? – Минхо пожал плечами. – Я же не могу всю жизнь прятаться? - Но у тебя точно есть пара дней, - заметил Чан. – Даже если там очень важная информация, то эти дни не критичны для нас. - Я боюсь, что иначе не смогу поехать вообще, - Минхо дернул плечом, а потом, собрав в голосе всю свою решимость, сказал: - Едем сегодня. - Поехать с вами? – спросил Феликс. Минхо не хотелось отвлекать его от модификации очередного изобретения – Феликс вообще единственный из всех занимался созданием защиты, а не оружия – так что он покачал головой. - Сначала съездим вдвоем, а потом как-нибудь все вместе, ладно? Будет странно, если альфа со своим омегой поедут осматривать наследство в компании друзей, разве нет? - У нас тут новые капли. Хорошо успокаивают, - Чанбин попытался сделать вид, что просто поддержал разговор, но почти сразу же посерьезнел: - Возьмите с собой. - Спасибо, что капли, а не электрошок, - Минхо забрал у него пузырек и сунул в карман куртки. – Тогда мы едем? - Конечно. Возьми у Чана сумку для вещей и документы, я буду тебя на улице ждать, - Джисон первым выскочил из-за стола, чтобы заняться машиной. С каким-то новым, неожиданно теплым чувством внутри Минхо отметил, что у него в будущем появилась причина для ревности. К нему Джисон пока так не срывался. - Смотри – сумка вместительная, влезут достаточно крупные вещи, но тут еще есть два отделения для бумаг и документов, - Чан привел его в кабинет и торжественно вручил сумку, словно передавал какое-то сокровище. – И если что – вот эта сторона выдержит пару выстрелов… - А? – уточнил Минхо. – Зачем мне сумка, которая может выдержать выстрелы? - Думаю, что такая сумка никогда не лишняя, - неуверенно предположил Чан, а потом сдался. – Мы предполагаем, что вам могут попытаться помешать. Джисон сказал, что твои родственники обронили пару фраз… Вроде как намекнули, что в доме не все может оказаться на своих местах… Район такой своеобразный… - Может, они просто обокрали моих родителей? Я бы не удивился, - Минхо повесил сумку через плечо. – Будем начеку. Хотя Джисон мог бы сразу сказать… - Мы думали, что ты пока нуждаешься в отдыхе. И отсутствии стресса, - Чан почесал в затылке. – Не сердись. - Буду сердиться. Вы мне разрешили, - Минхо фыркнул. – Постараемся быть осторожнее. А вы уж постарайтесь вовремя сообщать мне о важных вещах! - Договорились, - Чан заулыбался. – Больше не повторится. На всякий случай Минхо сделал лицо посуровее, если Чан вздумал издеваться, но тот выглядел искренне обрадованным его поведением. Раньше Минхо бы подумал, что они воспитают из него чудовище, а сейчас просто закатил глаза и пошел на улицу. Стоило бы всерьез испугаться нападения, но Минхо сейчас гораздо больше занимал вопрос о том, как он снова сядет в машину Джисона. Как только он увидел ее, воспоминания вдруг вспыхнули все разом – спину словно снова ожгло, а в ушах зазвучал голос директора. Хорошо хоть Джисон оделся по-другому, а не то Минхо не смог бы избавиться от ощущения, что попал во временную петлю. - Все хорошо? – спросил Джисон, мгновенно считав по его лицу смену настроения и практически сразу угадав причину. – Хочешь, я возьму машину Феликса? - Нет. Мне нужна минутка, - Минхо прислонился к теплому боку машины, надеясь, что на его куртке не останется пыльного следа. – Просто… Просто вспомнилось. Я в порядке. Несколько минут они стояли в молчании, пока их не прервал Сынмин. - Я положил вам воду и сэндвичи, - сказал он, улыбаясь. – Все хорошо? - Да, просто… - Минхо очертил рукой машину. – Плохие воспоминания. Но я уже сажусь. Стараясь избежать какой-нибудь хорошей идеи от Сынмина, Минхо спрятался внутри машины, испытав повторную вспышку ужаса от запаха освежителя. Джисон что-то сказал Сынмину, забрал сумку и присоединился к Минхо. - Как ты? – встревоженно спросил он, устраивая сумку на заднем сидении. - Я… Поговори со мной, ладно? Мне нужно немного отвлечься, - Минхо старался дышать ртом и не думать ни о чем – на автомате он пристегнулся и сложил руки, как во время предыдущей поездки. - Ладно, - Джисон плавно выехал на дорогу. – Я купил котам новые корзинки, но коробки от этих корзинок понравились им больше. - Ох, я совсем их забросил, - Минхо виновато потер лоб. – Они нормально едят? Пьют? - Да, все хорошо, - Джисон улыбнулся. – Ты прости меня, но на всякий случай, как и тогда, я скажу – есть вода, а еще заправки по пути. Если вдруг тебе захочется чего-нибудь. - Спасибо, - Минхо осторожно прикоснулся к спинке сидения и заставил себя расслабиться. – Джисон, а что ты думал обо мне? Тогда? - Я думал, ты меня ненавидишь, - Джисон искоса встревоженно взглянул на Минхо, проверяя реакцию. – Ты сидел так прямо, с таким каменным лицом. Я говорил, говорил – и чувствовал, что чем больше говорю, тем сильнее ты злишься. Но остановиться уже не мог. Он так забавно округлил глаза, что Минхо не смог сдержать смеха. - А я так хотел понравиться тебе – ты не представляешь, - вдруг таким мягким и искренним тоном закончил Джисон, что у Минхо сдавило горло от едва сдерживаемой нежности. - Я ужасно испугался, - признался Минхо, понимая, что сейчас нарушит этот прекрасный момент откровения своими страхами. – Я думал о том, что ты меня сейчас высадишь – помнишь, когда ты остановился? Думал, что мочевой пузырь сейчас лопнет. И о том, что не знаю, как отвечать на вопросы. - А как на них нужно отвечать? Ну, кроме того, чтобы отвечать, собственно? - Иногда у нас спрашивали, чего мы хотим, и за ответ били по лицу, - это словно было лет сто назад, и даже собственный голос доносился издалека. - Омега не может иметь собственных желаний и говорить о них впрямую тоже. Ничего не нужно, у меня все хорошо, спасибо. Джисон печально кивнул, но ничего не сказал, давая Минхо собраться и договорить. - А когда ты меня привез, и я увидел Чана и Феликса… Тройная оплата за контракт. Да, я думал, что вы просто скинулись, чтобы… Чтобы пользоваться покупкой по очереди. - Твою ж… - Джисону пришлось съехать на обочину, чтобы не совершить какую-нибудь роковую ошибку на дороге, а потом он неверяще уставился на Минхо. – Ты так подумал? Неудивительно, что это тебя настолько испугало! - Да, я… Я думал, что умру. Так или иначе, - Минхо взял его за руку и чуть сжал пальцы. – Но сейчас я, кажется, в порядке. И я рад, что оказался с вами, пусть даже иногда мне думается – это всего лишь сон. - Это реальность. И в ней ты всегда в безопасности, - каким-то надломленным голосом сказал Джисон, заводя машину и снова выезжая ее на шоссе. – Я тебе обещаю. Кажется, в этой машине было не так уж и страшно. Жаль, что Минхо не понимал в первую поездку, что Джисон боится его сильнее, может, все пошло бы по-другому. Но с другой стороны – и так сейчас сложилось неплохо. *** Когда Джисон начал парковаться, Минхо не сразу понял, что они вообще-то приехали. За время его отсутствия тут поменялось все – службы благоустройства высадили низкий кустарник вдоль дороги, многие дома поменяли свой цвет, а некоторые еще и отгородились высокими заборами. Сохранившиеся же цвета по сравнению с теми, что остались в его памяти, потускнели. Чем больше он смотрел, пытаясь узнать хотя бы что-то, тем сильнее ныло внутри. Наверное, с того момента, как Минхо забрали родственники, он верил во… что-то? Во что-то неоформленное, в какое-то чудо этого будущего возвращения, способное исправить в его жизни абсолютно все. И чем более незнакомым казалось ему это место, тем больнее внутри ломался этот последний песочный замок. Прошлого не изменить, ничего не исправить, и даже при самом замечательном обращении прежний Минхо больше никогда не вернется. - Слушай, я тут кое-что приготовил для тебя, - сказал Джисон, заглушив мотор и сразу не заметив его состояние. - Успокоительный укол? – попытался пошутить Минхо, но вышло не очень. Джисон расстроенно помотал головой и вытащил из кармана мягкий, бархатный мешочек. Минхо запоздало вспомнил, что они не позаботились о кольце для маскировки. Кто знает, насколько любопытными оказались бы соседи, увидевшие новых хозяев дома? Хорошо хоть Джисон оказался достаточно предусмотрительным. - Это тебе, - Джисон вытряхнул кольцо ему на ладонь, а потом торопливо пояснил: - Только твое. Внутри наши инициалы – да, не слишком оригинально, может, избыточно слезливо, я понимаю… Но я надеюсь, что тебе все равно понравится, хотя, если нет, то я придумаю еще что-нибудь, не волнуйся. И я… С каждой минутой нагромождение слов все увеличивалось и увеличивалось, грозя в любой момент рухнуть, поэтому Минхо тихо сказал: - Мне нравится. Спасибо. Его кольцо. Его собственное безопасное, красивое кольцо с гравировкой от Джисона. Да, неоригинально, словно в дешевом чтиве для омег, которые кропали бесталанные авторы. Но Минхо до сих пор не мог поверить в серьезность происходящего, ведь Джисон купил его контракт словно бы понарошку, не скрепил их какой-никакой союз сексом, и кто-то воспитанный пансионом внутри него никак не мог поверить в реальность таких отношений. И это кольцо сейчас значило больше, чем Джисон мог предположить. Волшебной силы этого кольца хватило на то, чтобы отстегнуть ремень безопасности, вылезти из машины и сделать два шага к высокому забору, отгораживающему их дом от остальных. Раньше только родители Минхо и предпочитали отгораживаться от соседей, объясняя это тем, что не любят чужих взглядов. Причина хоть и достойная, но, очевидно, не единственная. Дальше силы кончились, и из живота по всему телу поползла неприятная, усиливающаяся ледяная паника. - Джисон, - едва слышно сказал Минхо, чувствуя себя ужасно жалким. – Я не… Я не могу, не могу зайти внутрь. Я не думал, прости, пожалуйста… Осторожно приобняв его за пояс со спины, Джисон наклонился к уху и тихо сказал: - Мы сейчас откроем двери, войдем внутрь во двор, чтобы окружающие за нами не наблюдали, и если ты не захочешь заходить в дом, то просто побудешь снаружи, хорошо? Взгляд Минхо скользнул по темным соседским окнам, за которыми мог находиться кто угодно. - Ладно, - согласился он, вцепляясь в руку Джисона, пока тот открывал ключом тяжелые ворота. Паника никуда не делась – так и билась внутри, мешая сосредоточиться хотя бы на какой-нибудь успокаивающей мысли. И если бы не вбитый в пансионе страх, то он совсем перестал бы двигаться. Хоть какая-то польза от ударов и угроз. - Несколько шагов, и я отстану, - Джисон все так же за пояс потянул его за собой в заросший двор. Вид дома – обветшавшего, такого мертвого – окончательно вышиб из Минхо остатки сил. Тут не жило никакой надежды, разве что труп старого Минхо шатался по пустым помещениям. Не стоило никогда сюда возвращаться. - Сможешь постоять тут, пока я обойду дом снаружи? – спросил Джисон, быстро обняв его. - Да, - Минхо закрыл глаза и принялся считать до пятидесяти. В виске чуть стреляло, все тело окутывал жар, рубашка прилипла к спине, а в уши ввинчивался навязчивое чириканье какой птицы. Подумав, он все-таки приоткрыл один глаз и попытался найти надоедливую свистелку в ветвях. Деревья и кусты сильно выросли и заполонили почти все пространство. Минхо помнил сливу в углу, которая всегда выглядела заморенной и больной, а сейчас раскинула ветви так высоко, что без лестницы он не смог бы достать ни одного плода. Солнце чуть выглянуло из-за облака, чтобы мазнуть Минхо по щеке, как давно в детстве. Его всегда будили птицы, вот таким же свистом – словно кто-то учит мелодию, никак не может доиграть ее до конца, но зато пытается взять старательностью. Осторожно Минхо двинулся вперед, по-прежнему обходя дом по большой дуге, и пошел с правой стороны. Впереди, в конце тонкой, а сейчас еще и заросшей тропинки стояли его качели. Если есть что-то в детском мире веселее, чем свои собственные качели, то Минхо о таком ничего не слышал. Их вкопали так, чтобы Минхо мог взлетать все выше и выше и при этом не перевернуться. Он читал тут книги, говорил со своими воображаемыми друзьями и стремился в небо. Замечательные были дни. Минхо погладил нагревшуюся от солнца железную перекладину, конечно, запачкавшись, в ржавчине. Никто и не говорил, что воспоминания полезны. - Минхо? Минхо?! – судя по всему, Джисон сильно испугался, когда не обнаружил его на том же месте, где оставил. - Я тут, - крикнул ему Минхо. – Все в порядке. Джисон шумно прорвался к нему сквозь траву и озадаченно оглядел качели. Раньше они выглядели такими большими, а теперь едва доставали до груди Минхо. Деревянное сиденье сломалось, а железные перекладины насквозь проржавели. - Поедем домой? – спросил Джисон, делая робкий жест рукой в его сторону, так и не решаясь обнять. Минхо и сам чувствовал, как его словно накрыло толстым стеклянным панцирем, но зато тот отлично защищал от паники и страха. - Нет, давай зайдем. Там… Нужно кое-что посмотреть. Я хочу зайти. Наверное, так и появлялись истории про истеричных омег, которые меняли свои желания через пару минут. Возможно, Джисон так сейчас о нем и думал. - Ладно, - после секундного молчания согласился тот. – Возьмешь меня за руку? - Пока нет, - Минхо обогнул его и пошел обратно ко входу. Его наполнила удивительная пустота, и пока все ненужные чувства и эмоции не вернулись, он хотел сделать то, что нужно. - Я обошел дом, - начал рассказывать Джисон, идя за ним. – Одно из окон разбито. Судя по следам, кто-то влезал внутрь, но не сегодня. Хотя я не поручусь, что сейчас там никого нет. Если хочешь походить один, возьми у меня дубинку. Минхо протянул руку, не глядя, и на секунду засомневался – сможет ли справиться с нападающим только с помощью дубинки при полном отсутствии навыков, кроме наработанных в пансионе, и здоровой ярости. - Тут на ручке кнопка. Нажмешь – устроишь кому-то удар током, - Джисон увидел, что Минхо, наконец, посмотрел на него и наигранно испуганно сказал: - Только не мне! Я пас! Нервно рассмеявшись, Минхо погрозил ему дубинкой и велел: - Ну, давай. Открывай дверь. Эти эмоциональные качели ему совсем не нравились, в отличие от его старых детских. Но правила безопасности остались прежними – главным было не слететь в сторону. *** В темной прихожей Джисон откашлялся и неуверенно заметил: - Света в доме нет. Я могу сходить в подвал и посмотреть генератор, но что-то подсказывает… - Пока еще светло. Мы успеем до темноты. Все осталось на своих местах. Минхо едва подавил желание протереть глаза или ущипнуть себя, настолько это походило на один из тех частых снов в пансионе, когда он возвращался домой, а дальше с ним случались вещи разной степени ужасности. - Странно, что вещи… - он растерянно махнул рукой в сторону висящих на крючках пальто. - Может, решили ничего не трогать? – предположил Джисон, осторожно трогая ткань. В воздухе сразу же закружилась пыль. - Я бы, скорее, не удивился тому, что дорогие родственники забрали бы все ценное. Это в их духе. На языке крутилось вполне очевидное предположение, и связано оно было не с какими-то душевными качествами окружающих, а с тем, что те просто могли бояться чего-то. Заразиться чем-то? - Думаешь, здесь может быть нечто… Нечто опасное? Заразное? – спросил Минхо у Джисона, не поясняя свою логическую цепочку. Но оказалось, что умные мысли приходили в голову не ему одному. - Не взять хорошие вещи из страха заражения, - задумчиво протянул Джисон. – Но тот, кто влез в этот дом, не боялся. - Может, это был случайный воришка? - Слишком много усилий. Спилена решетка, разбито окно, взломан замок на раме. Или боялись только те, кто не совсем понимал, что происходило в этом доме. Или со временем опасность стала меньше. Скорее первое. - Почему? – Минхо сделал крошечный шажок вперед, оглядывая лестницу наверх и темные рамы картин на стенах. Он вернулся домой, но вид этого дома заставлял панцирь из спокойствия трескаться. - Ты жил тут. Твои родители не стали бы подвергать своего любимого ребенка опасности. Минхо кивнул, признавая его правоту. Его родители, скорее, построили бы для него отдельный дом. - Хочешь забрать какие-то вещи? – спросил Джисон, опять обхватывая его за пояс. Сегодня он делал это несколько раз, и только сейчас Минхо догадался чуть откинуться на него, чтобы ощутить тепло и поддержку. Все это время Джисон просто показывал ему, как и с кольцом, что они вместе. Что он рядом и не оставит его одного. - Я поднимусь наверх в свою комнату, а ты пока можешь осмотреть первый этаж. Ладно? - Договорились, - Джисон кивнул и пошел влево, чтобы осмотреть ту часть дома, куда влезли, а Минхо поднялся вверх по лестнице, как он делал тысячи и тысячи раз в детстве, рефлекторно постучал пару раз по шару на одном из столбиков и перешагнул потемневшую от неправильного моющего средства плитку. Все, как раньше. Защита от зла в самой примитивной форме. Жаль, что не помогло. Его комната находилась в самом конце коридора, и что тогда, что сейчас Минхо казалось – это его укромное место, тайное убежище от всего. Ручка повернулась с трудом, но все-таки дверь поддалась, впуская его домой. Здесь тоже ничего не изменилось. Шкаф был открыт – его одежду родственники забрали, но больше не захватили с собой ничего, сколько Минхо не просил. Стараясь не фокусироваться на болезненных деталях, Минхо подошел к полке с книгами – вытащил альбом с фотографиями, как всегда стоящий между двумя сборниками сказок, кинул его на кровать. Потом добавил к нему две фотографии из рамок на столе, покружил в поисках других снимков, но больше ничего не нашел. Он же не мог взять с собой свои старые игрушки или альбом для рисования. Не стоило оставаться тут надолго, но Минхо не смог удержаться от того, чтобы сесть на кровать. Ему захотелось как-то объяснить все собственному призраку, так чтобы тот все понял. - Прости. Прости меня. Я не сумел… - вышло только произнести несколько слов, а потом до боли сжать кулаки, зажмурить глаза и ощутить себя чужаком. Чужаком в этом месте и для тех людей, которые здесь жили. Отдышавшись, он открыл глаза и заметил медвежонка, с любопытством выглядывающего из-под одеяла. Конечно, он забыл его в тот день, когда приехала полиция. Пришлось подавить в себе инстинктивное желание прижать игрушку к себе, чтобы почувствовать запахи прошлого. Его ждало бы по-настоящему отвратительное разочарование. Все здесь пахло только затхлостью, запущенностью и плесенью. Дверь скрипнула, впуская Джисона – Минхо только ниже опустил голову и скрестил отчего-то заледеневшие пальцы. - Это твои фото? – спросил он, беря в руки фото и альбом и садясь рядом. - Да. Мои и родителей, - Минхо пообещал себе, что когда-нибудь сможет спокойно их посмотреть и все вспомнить. - Ты был таким хорошеньким ребенком, - Джисон улыбался, и эта улыбка отражалась в его голосе. – А твои родители… Видно, что они замечательные. - Они были самыми замечательными. Вот только… Я их подвел. - Минхо… - Нет, я подвел их. Если бы они узнали, какой… Какой тварью я стал… Джисон очень медленно, будто разминировал бомбу, обхватил его руки своими, согревая. - Хорошо, представим, что они узнали, - легко согласился он. – И что бы они сделали? Отказались от тебя? Выгнали из дома? - Они… - сколько Минхо не пытался представить, ничего не выходило. Родители не стали бы его выгонять. Они… Они всегда говорили, что нужно обязательно давать людям еще один шанс, потому что это правильно. Каждый может совершить ошибку. - Они бы поняли, что тебе пришлось пережить, - так уверенно сказал Джисон, будто знал их. – И были бы уверены, что ты сделал свои выводы, да? Мои бы так и сделали. - Наверное, ты прав, - Минхо чуть навалился на него. – Знаешь, когда мои родители разбились в той аварии, я был дома с няней, одним хорошим омегой. Они часто оставляли меня, когда ездили в экспедиции. Потом пришла полиция… И я плохо помню, что было дальше. Тот омега хотел меня защитить – наверное, ему серьезно влетело за самоуправство. - И ты остался совсем один? С полицейскими? - Да, наверное. Помню, как сидел. И сидел. И сидел. Пока не нашли моих родственников. Минхо открыл сумку и, забрав альбом и фотографии, сунул их внутрь. - Нужно еще кое-что взять, и пойдем. Мне трудно тут находиться, - высвободив руки, он встал и пошел еще одним знакомым путем. Из комнаты прямо, вторая дверь справа. - Похоже, теперь мы знаем, что нужно было тому вору, - заметил Джисон из-за его спины, когда Минхо озадаченно замер на пороге. Все оказалось перевернуть вверх дном – книги выброшены с полок, шкафы отодвинуты, бумаги из письменного стола устилали пол. Где-то поверх них виднелись следы грязной обуви, а какие-то документы порвали на мелкие куски, словно сорвав злость. - Внизу ничего подобного? - Да, кто-то знал, куда ему нужно, - Джисон положил ему руку на плечо, стараясь поддержать в момент, когда кабинет его отца кто-то перевернул вверх ногами. – Идем? - Нет. Подержи сумку и дубинку, - Минхо увидел то, что ему нужно. Полки с сувенирами остались целыми, пусть даже все забавные безделушки переколотили. А ведь ему так нравился фарфоровый пастушок. Взявшись руками за квадратные соты-полки, Минхо дернул изо всех сил. Механизм внутри заржавел, поэтому вряд ли поддался бы с первого раза. Так что на второй Минхо уперся ногой, мысленно извинившись перед несчастной мебелью. - А ты… - подал голос Джисон, и в этот момент тайник хрустнул и открылся. – О! - Думаю, что они искали это. Но никто, кроме меня и моего отца-альфы не знал про тайник. Минхо вытащил две тонкие папки с документами и отдал Джисону. На секунду у него в голове вспыхнула параноидальная фантазия о том, как те люди, что залезли сюда, нашли его в пансионе, подослали Джисона и вот теперь… - А что это? – спросил Джисон, послушно убирая папки в сумку. – Может, еще что-то хочешь забрать? - Понятия не имею. Надеюсь, что Чан разберется, - Минхо потряс головой, выкидывая вон все идиотские идеи. – Боюсь, что это то, из-за чего они погибли. Больше мне отсюда ничего не нужно. - Тогда и нам нужно быть осторожнее, - Джисон протянул ему руку и спросил: - Едем домой? - Едем. Пока я не знаю, что делать с этим домом, оставшимися вещами… - В гараже еще машина. Если захочешь сможешь водить ее, когда научишься, - Джисон звучал так оптимистично, что Минхо даже позавидовал. Ненавязчиво он забрал у него сумку с вещами и дубинку обратно. После такой поездки домой ему требовался еще отдых. И, возможно, разговор по душам с кем-нибудь, пока идиотские фантазии не свели его с ума.