Прости и прощай

Где же ты, милый мой, родной Исчез ты бесследно, не сказав ни о чём, Лишь ярко жёлтые частицы, ты оставил за собой, Где же ты сейчас, я так и не узнал ни о чём. Был лишь обычный теплый вечер Уставший, раньше всех пришёл ты с пар, В атмосфере уже тогда было напряжение И изводило больше всего твоё чёртово молчание. Твоё нервное нерешительное поведение, Выглядело так отчаянно и смешно, Но твои пустые, печалью скрытые за очками, глаза, Я ещё тогда начал беспокоится, что с тобою стало? Решив тогда спросить, я невольно снимаю наушники вешая их на шее, Смотрю на тебя, такого напряжённого и растерянно ищущего что-то взглядом. «Хей, бро, ты в порядке?» - невольно начал я, вставая с насиженного кресла. После моих слов тот, кому это было обращено вздрогнул и резко повернулся ко мне, будто задерживая дыхание. Молчание было долгим, почти давящим, что очень нервирует. Ты стоишь и смотришь на меня сквозь линзы своих очков, Так хорошо уже въевшихся в моё подсознание твой, мелькающий перед глазами каждый день, облик. Но сейчас становиться больно смотреть на тебя такого, дёрганого и растерянного, что бесит. И ты ещё стоишь и молчишь, будто вкопанный. Я подхожу и слегка трясу тебя за плечи. «Эй, я с кем говорю?» Ещё один вопрос растворился в тишине бетонных стен, А ты, чёрт возьми, даже не отреагировал, лишь смотрел на меня как невменяемый. После пятиминутной молчанки послышался отчётливый шлепок по щеке, от чего ты сразу пришёл в себя. Смотря на меня уже испуганно, я машу рукой перед твоим непонимающим лицом. «Алё, меня слышно там?» - невольно и даже сам с трудом спрашиваю я тебя. Ты опять ничего не говоришь, лишь подошёл и обнял? Чёрт, чел, ты реально странный. Но пришлось принять это жест тактильности, ведь я сам не на шутку испугался за тебя, тупоголовый. Ты ещё и выше меня, почти на пол башки. Твоё тело дрожало и прижималось меня ближе к себе, что в такой тишине изводило ещё больше. Моё лицо лишь утыкается в твоё плечо, а я осторожно поглаживаю тебя по спине. Боже, мне иногда кажется, что ты с луны свалился. Такой странный и не похожий на обычного человека. Неуклюжий и смешной, иногда такой жуткий и криповый. А сейчас выглядишь как загнанная собака, Будто побитый как последняя сука, Но блядь, почему меня это так беспокоит? Ты слишком зацепил моё внимание, иностранный студент. Вдруг ты что-то шепчешь мне на ухо, что я толком не расслышал и зря.. Ты вкладываешь в мой карман кофты какую-то записку, После снимаешь свои очки и смотришь в мои глаза, своими бездонным пустыми глазами и слегка красными? Ты ещё тогда и плакал, придурок. Из твоих глаз вытекает последняя одинокая слеза, что успешно я сам уже ветер. Твои руки берут моё лицо и твои такие манящий покусанные губы невесомым поцелуем, целуют мой лоб. После под ориентир твоих слегка мокрых губ попали мои щёки, что ты с уже более расслабленным видом целовал. Мой нос и скулы тоже не остались без внимание. И только тогда ты дошёл до моих губ, нет я не стал тебя торопить делать больше, видя твоё жалкое состояние.. а зря, зря.. Одна твоя рука остаётся на моём затылке, а вторая притягивает меня ближе к тебе за талию. Кажется я уже давно согласился бы на всё, лишь бы быть рядом с тобой. Ты аккуратно и даже с заботой прикасаешься к моим губам, Я лишь робко отвечаю на этот, странный и такой спонтанный в этом момент, поцелуй. Ты его не углублял, лишь пытаешься распознать вкус на моих губах. Ты шепчешь в поцелуй: «Бальзам для губ с ароматом ванили и кофе.. тебе подходит..» Твой голос будто эхом раздавался по комнате, такой хриплый и измученный.. Я лишь кладу руки на твои плечи, обвивая твою шею в этом странном танце языков. Запах полевых цветов и травы врезается в нос, ты в полях всё время проводишь что-ли? Это вопрос в тот вечер остался не озвученным. Ты первый отстраняешься и смотришь на меня, я хотел уже сказал, мол что остановился то.. А ты лишь обнял меня по крепче, я чувствовал тогда, как нервно вздымается твоя грудь, биение твоего сердце. Тебя явно что-то беспокоило в тот момент. Я прикрыл глаза, дабы просто чувствовать тебя рядом. Ты также ничего не говоришь и в один момент целуешь меня в лоб, а на ухо шепчешь лишь несколько, запомнившихся до сей поры, слова. «Я люблю тебя и всего тебя, но.. мне пора.. прости и прощай.» - последние слово растворилось в пустоте давящей тишины. И вдруг, когда я не чувствую твоего тела рядом, я открываю глаза и вижу лишь ярко жёлтые частицы света и твой уже тусклый силуэт, что после просто пропал. Я не осознавал сначала, что произошло.. И сейчас толком не понимаю, ты как исчез о тебя ни слово, ни духа. Лишь твоя кошка осталась со мной и несчастная записка вложенная в карман в твои последние минуты со мной. Где ты сейчас и вернёшься ли обратно? В записке ты лишь писал, как сильно меня любишь, о чрезмерной любви. О каждой моей детали, начиная поведением и внешностью заканчивая характером и отношением к тебе. Ты так это всё описывал, будто считаешь меня тем, с кем можно пойти на край света не думая ни о чём и полностью доверяя. Я был с тобою груб, признаю, Не хотел я общения и дружбы, Но ты смог и это обойти стороной, Показывая, что достоин уважения и упорство в дружбе со мной. И как же мне сейчас без тебя? Ты научил меня верить в лучшее, Больше гулять и разговаривать. С остальными я так же груб, но рядом с тобой был готов отлипнуть от гаджетов и разговаривать часами. Столько всего произошло за время нашего сожительства. Я привык к тебе такому какой ты есть, таком бодрому и неряшливо выглядящего по утрам, но с таким уверенным взглядом. Я перед парами постоянно поправлял твои волосы, под твой не понимающий взгляд и слова, мол и так нормально было, но нет я доводил до конца прическу в нормальный вид. Днями ты где-то пропадал, приходя ночью или под утро. И мне за тебя пришлось кормить твою кошку, уже давно полюбившуюся мне. Она также как и ты просит много внимания к себе, подходя и мяукая, показывая, что она здесь и ждёт поглаживания. Как там говорится, какой хозяин - такой и питомец? Честно не вдавался в подробности, но вам это точно подходит. Без тебя стало как-то не по себе, пусто даже. Ты теперь не подходишь ко мне, не наблюдаешь за тем, как я работаю. Не приходишь ночью, тихо заходя в комнату, когда я ещё не сплю, сидя на кровати и ждавшего именно тебя, недотёпа. Как ты тихо смеялся с того, как я тебе что-то говорил по поводу хождения по ночами и о том, что кошку кормить нужно. Но ты лишь кивал и обещал, после говорил какой я милый?, когда злюсь и гладил меня по голове. Ты и правда был странный, но именно такой ты мне и полюбился. Такой странный, загадочный парень с амнезией и синдром, чёрт тебя дери, спасателя. Я конечно всё понимал и принимал тебя такого, какой ты есть. Неряшливый и забывчивый элементарные вещи. Не живший по законам общества, а живший по каким-то своим за мудренным правилам, что в корне отличаются от жизни обычного человека. Ты так ярко и искренне-удивлено реагировал на всё, будто для тебя это до сели ещё не видано и не понятно. Даже когда мы играли вместе, ты и там успевал удивляться и задавать кучу вопросов о том, как это и что. На что я, к моему удивлению, без раздражения спокойно отвечал и рассказывал тебе. Но когда я хотел поговорить с соседями по блоку о тебе, они лишь отзывались о тебе, что ты странный, но добрый молчаливый паренёк. Я был удивлён, что ты так открыт лишь со мной, что иногда сбивает с толку. Я пытался своей грубостью отогнать тебя от себя, но видно не получилось. Твоё упорство в достижении целей меня удивляет, даже остальные удивлялись, когда видели нас вдвоём за руку идущими куда-то, куда ты меня вёл. Куда мы шли в те моменты я запомнил отчётливо и с такой тоской по тому времени. Шли мы обычно на какие-нибудь красивые, как ты говорил, места, которые ты находил где-то в лесу далеко от цивилизации и общежития. Там и правду было красиво, мы иногда делали несколько фотографий, чтоб хоть как-то запоминать эти моменты. И одна из таких фотографий стоит на экране моего компьютера, о чём ты уже не узнаешь. На этой фотографии ты радостно улыбаешься, а на тебя так ярко светит уходящее закатное солнце, что иногда невольно обращая внимания на монитор компьютера я произвольно улыбаюсь, сам того не замечая. Я иногда вспомнил про твою записку, которую я храню под подушкой как зеницу Ока и перечитываю по ночам, даже если выучил её уже буквально наизусть. Там таким аккуратным и красивым почерком выведены слова, что просто остались в моей душе тяжёлым грузом недосказанности и раннего неловкого молчания между нами. Молчать с тобой уже было нельзя, но когда я лежал в твоих объятиях то молчание не казалось гнусной и давящей, нет это было спокойное и самое любимое времяпровождения именно с тобой. Я никогда бы в слух не признался, что мне такое нравится. Даже, когда ты признался мне в любви, я вслух с трудом сказал, что это взаимно. Но в душе я ликовал, даже после, когда видел твоё радостное, чистое и искренние личико. Как ты меня заключил в свои крепкие тёплые объятия, обещая не бросать меня и быть с мной всегда. Это ведь сейчас кажется ложью, нет? Даже когда ты мне всё с умел рассказать, хоть даже через слёзы и лёгкую паническую атаку. Только тогда я узнал о твоей амнезии, твоих болезненных воспоминаний и кошмарах. Ты сильнее, чем кажешься, может даже духовно сильнее меня. Я бы, уж точно не смог такое держать в себе, хоть и кажусь неразговорчивым. Я был готов всё рассказать именно тебе, только тебе, вдаваясь во все подробности. Но не смог сказать и половины из-за своих странных ощущений и плохого предчувствия. Вот оно и сбылось, в это ненастный день, когда у меня и так был ужасный и даже паршивый день с плохим до невозможности предчувствием. Я же знал, что такое произойдет, я готовился, но в тот момент, когда это произошло я не мог и думать не о чём. Несколько минут непонимание произошедшего, несколько минут осознание, несколько минут понимание, что тебя здесь больше нет. Я бы хотел пойти с тобой, мол сказать стой, можно я с тобой? Но я не такой, как ты. Я не умею ходить по мирам, у меня нет такого особенного органа в теле. Но я был готов идти с тобой, лишь бы быть рядом с тобой. Лишь быть просто рядом, даже зная риск возможной смерти. Ты снимал при мне свои излюбленные очки, цвета неба, как и твой в клетку шарф. Кажется твой стиль одежды никак не вписываются в эти серые стены общежития. Будто ты какое-то иномирное существо пришедшее ко мне с таким рвением всем помочь и спасти этот чёртов мир, который просто не хотел быть спасённый, именно тобой. Ты мог перевернуть всё вокруг лишь бы тебе было удобно и как угодно, но ты начал немного следить за моими границами. Не делая то, что мне не нравится; что даже меня удивляло иногда. Ты был таким прилипала, что бесило меня до белых костяшек на сжатых кулаках, но вскоре и к тебе как-то привык, принимая твои особенности и твою необычность. Я, можно сказать, к тебе как-то прикипел, что-ли. Наши вечера проведенные в комнате за закрытой дверью, со смехом и тёплыми объятиями, спонтанными, но таким нежными и заботливыми поцелуями. Наверное именно эти и такие моменты вызывают во мне весь спектр эмоций, даже слишком много. Как же я был бы рад увидеть тебя снова, хотя бы на немного, хотя бы пару минут побыть с тобой. Лишь бы быть просто рядом. Ты всегда следовал своим убеждениям и всегда оказывался прав, что даже, когда ты мне рассказывал про Чеда я бы удивился, если это не было правдой. После ты рассказывал, что за тобой следил управляющий, что мне не на шутку тронуло, небольшой страх прошёл по всем нейроном моей нервной системы, что при каждом упоминании имени Саймона Солуса мне кидает в жар и по спине бежит табун мурашек. Как ты всё в красках рассказывал, что говорил Саймон при встрече с Чедом, я бы удивился если ты бы не пошёл за ним. Иногда даже ты меня читал как открытую книгу. Подходил ко мне в любой момент, когда мне плохо или я устал, или просто хочу объятий, а вслух просто боюсь это произнести, но лишь мой взгляд на тебя уже говорит о том, что мне нужно и ты шёл ко мне с теплым чаем, пледом и тёплыми объятиями; когда мы смотрели фильм или просто сидели вместе ты всегда меня обнимал, какой это момент не был бы. Всё это мы делали вместе, по лишь одному взгляду, одному тёплому прикосновению или лёгкому жесту; невольным, но таким любящим и заботливым поцелуям, показывая как сильно ты меня любишь не говоря ни слова, я пытался делать также, но меня постоянно бросало в краску, но всё же ты разрешал целовать тебя или молча подходит к тебе за порцией новых объятий, что сейчас до потери пульса мне не хватает. Как мне хочется опять увидеть эту теплую улыбку на твоём лице. Потрогать твои каштанового цвета, на свете закатного солнца отдающими карамельным цветом, чуть кудрявые на кончиках, мягкие и вкусно пахнущие, волосы. Как мне тебя не хватает, такого назойливого и придирчивого во всех смыслах паренька в очках и шарфе в клетку. Как же я скучаю по твоему звенящему и искреннему смеху, теплой и ласковой усмешки, тех тёплых объятий и как ты трепал меня по голове. Когда ты приходил из университета, заходя в нашу комнату и видел меня также сидевшего за компьютером, в наушниках я ничего практически не слышал, но когда ты подходил ко мне и клал свои тёплые руки мне на плечи целуя меня в щеку. Это были те моменты, которые я готов был продлить на много миллионы лет вперёд, не думая ни о чём и расслабляясь и полностью отдаваясь твоим чутким и нежным прикосновениям. Как же хочется ещё раз побыть в твоих объятиях, хотя бы немного, лишь бы почувствовать твои руки на моей талии и такие нежные поцелуи на своих щеках и лбу. Я не знаю, где ты сейчас и как, и не знаю встретимся мы ещё или ты всё опять забудешь. Забыл поди меня уже, везёт кому-то не вспомнить боль в жизни, а что мне сейчас дальше делать? Жить дальше и любить кого-то, как тебя я уже точно не смогу. Не думаю, что ты одобрил бы решения подняться на твой чердак, на крышу, на край крыши и просто полететь вниз. Ты бы точно не захотел бы, чтоб я так покончил с собой, наверное единственная надежда будет жить в моём сердце, что мы когда-нибудь встретимся и просто обнимемся. Мне тяжело без тебя даже вдохнуть в этих четырёх стенах комнаты, поэтому я иногда выхожу, как ты мне говорил, и прихожу на те места, куда ты меня водил. Там так же красиво, жаль мы уже не сможет так же вместе встретит этот красивый закат на горизонте. Каждое уходящее солнце, похоже на потухающую с каждым днём надежду на встречу, каждые последние лучи солнца показывают и изображают мою уходящую в тёмное небытие надежду увидеть тебя снова. И сейчас так же сидя на кровати с ноутбуком в руках, я дописываю код и в глубине, уже почти закрытой снова, души я надеюсь, что ты опять в потёмках ночи придёшь, тихо скрепя дверью нашей комнаты. Войдёшь опять такой помятый и усталый, переодевшись, подойдёшь ко мне, поцелуешь, по обычному и привычному, в лоб. Я уберу ноутбук с наушниками на тумбочку и ты опять и снова ляжешь ко мне, обняв меня крепко, целуя в щеку и пожелаешь спокойной ночи. Я в ответ тебя обниму, утыкаясь носом в твою шею и вдыхая запах леса и полевых цветов, вскоре также засыпая и надеясь, что со мной ты будешь всегда. Но чуда не произошло, я также один в комнате, лишь кошка в ногах спит. Я лишь смотрю на время, пол четвёртого утра, ты приходил чуть раньше, иногда позже. И вот мне лишь остаётся устало вздохнуть, убрать ноут и наушники на тумбочку, лечь укрывшись одеялом, как ты меня укрывал по утрам выходных, когда хотел дать мне ещё времени поспать, пока сам собирался уходить куда-то опять выполнять свои задания. Кошка уж слишком похожа на тебя, дурочка. В такие моменты, когда я сильно скучаю по тебе, она ложится рядом со мной, понимая, что и я и она, мы скучаем по тебе. И из этого всего мне лишь придётся попытаться уснуть, не впадая в пучину мыслей, чтоб потом утром проснуться один в комнате и услышать, как Карл идёт будит меня в университет.