Тигрица и Белый Лотос

Глухой стук топора раздавался из глубины дворца, и привлечённые им домашние канарейки, принадлежащие Аринёртэвреони — Кэсе — заинтересованно смотрели на попытки Дианы починить их жёрдочки. Будучи деревянными и состоящими из двух частей, они не выдержали и распались на эти части от удара об пол. Диана пыталась закрепить их в стене снова, но части никак не хотели держаться вместе, и она пыталась вбить их друг в друга тупой стороной топора — узнав о её идеи починить жёрдочки, Кэса запретила брать ей в руки молоток, мол не детское и не женское занятие. Про топор речь не шла. Спустя несколько попыток — после пятнадцатой Диана уже не считала — она достала из волос тонкие металлические спицы, держащие причёску, и вбила их в дерево, скрепив части жёрдочек. Вернув их в стену, Диана обернулась на смех Ар’Ильдель. — Решила исправить то, что сделала твоя сова? И что тебе скажут? — То, о чём в твоё правление побоялись бы подумать, Эйрлони. Пусть говорят. Всё равно меня тут скоро не будет, — Диана чуть улыбнулась. — У них скоро будет наследник крови.