Выход из странных отношений

Кассиния глубоко вздохнула, немного пожав плечами и качнув головой. — Я могла бы рассказать и раньше, но решила, что тебе до этого нет дела. Тогда мы не ничего не знали друг о друге, — она одновременно хмыкнула, — я не особо знала о тебе и думала это неважно, ведь мы не должны друг другу. Я думала так. Когда я оказалась в этом времени и мы продумывали этот план, я не ожидала, что мы познакомимся. Кассиния сделала паузу, не зная, что за отношения между ними вообще сложились. Она старалась скрыться от внимательного лица Майки. — На самом деле мне страшно говорить тебе об этом. Я каждый раз хотела сказать тебе, но не решалась. Да, я боюсь твоей реакции, — добавила она. Внезапный шум отвлек Кассинию от разговора. Это было из-за напористых стуков во входную дверь Майки, будто звонка не было. Они напряглись, настороженно наблюдая за дверью. В поздний час кто-то стучится. Кассиния продумала все варианты этого непрошенного гостя начав с Бонтена и закончив нашедшей Миямурой. Майки встал с места. Он напряженно повернул плечи, готовясь к бою. — Останься тут, — сказал Майки ей. Он один из опасных людей Токио. Эта быстрая перемена неизменно вызывала у Кассинии немного испуганную дрожь. Майки твердо вышел из помещения, оставив Кассинию в кабинете напряженную из-за непростого признания. Разговор еще не закончился, и кроме страха она ощутила раздражение и досаду из-за того, что это завершилось в такой важный момент. Кассиния встала со стула, подойдя к ящикам стола. В одном из них были ее метательные кинжалы, и она взяла один из них на всякий случай. Пришел неизвестный, потому надо приготовиться ко всякому. Входная дверь все же открылась и раздался голос Майки. Другой торопливый голос отвечал ему. Кассинии он был знаком. Это Коконой. Кассиния нахмурилась, немного огладив гладкую поверхность кинжала. Что ему нужно здесь этой ночью? Она не выпустила кинжал из руки, когда бесшумно приоткрыла дверь кабинета, притаившись за ней и прислушиваясь к голосам, слышащихся из коридора. Начало разговора Кассиния пропустила, однако теперь голоса четко доносились до нее, и это были спокойные слова Майки вместе с торопливой речью Коконоя. Кассиния недовольно нахмурилась. Смысл их болтовни стал ясен ей мгновенно, отчего она напряглась. — Ты не должен вмешиваться в это, Коконой, — безэмоционально говорил Майки, и Кассиния заметила в его голосе раздражение. Коконой выдал странное фырканье, похожее на недовольство и громкий вдох. — Ты не можешь так отвечать, Майки, — возмутился он громким голосом, — за прошедшие дни ты не делал дела Бонтена. К тому же ты почти не появляешься на собраниях. Когда ты там важен. Кассиния специально подстраивала так, что Майки в самом деле отстранялся от настоящих дел Бонтена за эти дни, чтобы продумывать свои ходы. Кассиния лгала бы, если бы сказала, что это не должно быть так, наоборот, где-то в глубине она ощутила тихое довольство с того, что Майки все эти дни не уделяет внимание отнюдь не безобидным делам Бонтена. Потому Коконой совершенно очевидно возмущался такой ситуации. Его недовольство было таким, что он даже пришел домой к Майки ночью. — У меня другие дела, — невозмутимо отозвался Майки, и внезапно Кассиния вздрогнула от внезапного громкого звука. Коконой в гневе ударил рукой об стену, разозленный ответом. — Ты важен, Майки, — опасно ответил он, а Кассиния на всякий случай сжала рукоять кинжала, — ты в курсе, что я сделаю любое задание. Скажи его мне. Тон его голоса испугал ее. Таких эмоций Кассиния еще не встречала в голосе. Это могли быть злоба и ненависть, но не просьба. Кассинию пугали отношения между ним и Майки. Они могли быть опасными. А ведь Майки доверял ему, и скорее всего от этого могли быть нехорошие результаты. Послышался усталый вздох Майки, который замедлил ответ. Скорее всего он услышал тон Коконоя, с которым была странная дружба.