Безмолвие за оплату

В кабинете пристава седьмого Васильеостровского полицейского участка находилось пять человек. Сам пристав Смолокуров сидел за своим столом и тихо постукивал по нему пальцами. Слева от него сидела Анастасия Андреевна, внимательно разглядывая Велесову, сидевшую с другой стороны стола. Ухов и Перетрухин придерживали её за плечи. — Ну-с, Марина Андреевна, рассказывайте.- вопросил Смолокуров. Велесова лишь молчала и смотрела куда-то в пол. — Ну что вы, Тарас Петрович, не мучайте женщину. — сказала Настя. — я могу рассказать всё за неё. Смолокуров кивнул и Анастасия продолжила. — Несколько лет назад, у госпожи Велесовой была младшая сестра Нина. И всё в их жизни было хорошо до тех пор пока порог их дома не переступил Сергей Парамонов. Нина влюбилась в него без ума. Он страстно ухаживал за ней, дарил подарки, даже обещал жениться. А потом эта девица видимо наскучила ему и он, якобы на заработок, уехал в Петербург, а на самом деле возвращаться не собирался. И вот в Петербурге он знакомится с Марией Бережной, ах да ещё перед этим попадает, так сказать на «золотую жилу» — получает чемодан с деньгами, и решает разорвать с бывшей невестой окончательно. Нина конечно была в отчаяние и именно поэтому решается на самоубийство. Все её родные поражены, они ненавидят Парамонова, ведь это случилось из-за него. И вот Марина Андреевна, которую отец с детства обучал медицине, и которой легко было найти яд, тем более у аптекаря, приезжает сюда под предлогом, я думаю, поговорить. Встречается с Парамоновым, за чашечкой чая, или ещё чем-то подобным, подливает ему яд. Затем Алексей Шубин, прячет куда-то тело, — Настя глянула в сторону Тараса — что не составило, я думаю, ему никакого труда, и «заменяет» аптекаря на некоторое время. Возможно им даже повезло и в аптеку никто не зашёл. Затем кладут Парамонова на пол в аптеке и ему в руку дают шприц. С помощью него госпожа Велесова пыталась отвести подозрения. Ведь как? Дочь врача и не знает, что шприц должен оставлять следы на теле. Ну уж нет! Быть такого не может. — наигранно произнесла Анастасия. — Но знаете вам это мало помогло. Вы подговариваете мальчика, чтобы он говорил всем, что сам лично говорил с Парамоновым за пять минут до того, как я нашла его мертвым. Затем ждёте в аптеке, когда кто-то зайдёт и испуганно от туда выбегаете. Сами приходите в полицейский участок, подставляете Бережную — ведь это к ней ушёл Сергей. И вуаля! Всё готово. Но вот беда. Тарас Петрович узнает про смерть вашей сестры и идёт разбираться. Шубин, считая, что он может помешать вашим планам, ударяет его чем-то по голове, уж не знаю с какими мыслями, может считал, что убьёт его, может думал, что Тарас Петрович потеряет память. Но опять же ничего не вышло. А именем сестры вы представлялись, чтобы вас потом было сложнее найти. Ведь и фамилия у вас сейчас другая. Не так ли, госпожа Шубина? Велесова с нескрываемым презрением смотрела на Анастасию. Затем улыбка медленно расплылась по её лицу. — Да! — воскликнула она. — Да, это была я. Всё я! Он не достоин был жить. — Затем обвела взглядом присутствующих. — Вы конечно умны, Анастасия Андреевна, но рассказали всё не совсем так как было на самом деле. Раз уж моя судьба решена, то почему бы не поделиться с вами правдой. — пожала она плечами. — Мы слушаем Марина Андреевна. — сказал Смолокуров. — Парамонов несомненно виноват в смерти Ниночки, но только не совсем так как вы сказали. За неделю до его отъезда в Петербург Нина узнала, что она беременна. Сомнений кто отец ребёнка не было никаких. Думаю поэтому этот мерзавец и уехал — не захотел нести ответственность. И вот один раз Нине пришло от него письмо. В нем он просил никому не говорить, что этот ребёнок его. Конечно, если бы Нина молчала это был бы позор и для неё и для нашей семьи. Пошли бы разные слухи. А если бы наоборот, люди тоже нашли бы место для сплетен. Мол, как, ребёнок до свадьбы. Нина хотела попробовать… — Велесова запнулась. — избавиться от ребёнка, но Парамонов предложил присылать ей денег, за то, чтобы она молчала. Тогда Нина немного успокоилась, но не на долго. Уже в следующем письме Парамонов сказал, что он передумал и больше никакую связь с ней поддерживать не будет. И Нина. — по щеке Марины Андреевны потекла слеза. В кабинете повисла тишина. — Уведите её. — сказал Смолокуров. Когда дверь за урядниками и Велесовой захлопнулась, Тарас обратился к Насте. — Вот это история. Девчонку-то жалко. — проговорил он, видимо имея ввиду Нину. — Да. — прошептала Анастасия. Вдруг она встрепенулась что-то вспомнив. — Тарас Петрович, а я знаю кто украл деньги. — Какие деньги? — недоуменно спросил он. — А, те деньги, которые были в чемодане? — Почему же были, они до сих пор там и лежат. — улыбнулась Ардашникова. — Как это, лежат? — А вы чемодан студента Деревянина проверяли? Смолокуров на секунду замялся, а потом резко подскочил со стула и крикнул. — Ухов! Перетрухин! Урядники мигом залетели в кабинет. — Слушаем-с, Тарас Петрович. — в один голос сказали они, чувствуя что-то не ладное. — Где чемодан студента? Урядники переглянулись. — Так он это — начал было Ухов. — У него. В камере — продолжил за напарника Перетрухин. Настя прикрыла рот ладошкой, дабы скрыть смешок. — В какой ещё камере? — тихо, но зло произнёс пристав. — Быстро, сюда мне его! Через минуту чемодан был перед Смолокуровым на столе. — Открывайте, Тарас Петрович. — сказала Настя. Как и предполагала сыщица, всё было там — Вот же я дурак. Как сам-то не додумался. Настя подбадривающе похлопала пристава по плечу. — Это что ж получается. — вновь заговорил Смолокуров. — Он в аптеку пришёл, увидел мёртвого Парамонова и забрал деньги? — Получается так. Деревянин ведь не раз должен был видеть от куда тот достаёт деньги. Захлопнув чемодан обратно, пристав потер руки друг о друга. — Ухов, Перетрухин. Будете у меня теперь во всём кабинете полы драить. Урядники переглянулись. — Тарас Петрович, ну мы же это. — Мы случайно, запамятовали — А ну! Тихо! — пригрозил Смолокуров. — Пошли вон! Когда Ухов и Перетрухин быстро ушмыгнули за дверь, Тарас с улыбкой обратился к Насте. — Анастасия Андреевна, не желаете ли отпраздновать нашу, так сказать, победу и отправиться со мной на романтическую прогулку? — С превеликом удовольствием! — ответила девушка и лучезарно улыбнулась. — Но только с одним условием. — Это ещё с каким? — насупился Тарас. — О, вы только так не переживайте. — улыбнулась Настя. — Совсем маааленькое условие. Тарас смотрел на неё с неким недоверием, но возражать не стал. — Будем с обращаться друг к другу на «ты». — Настя! — радостно воскликнул пристав. — Да я только рад. Эта простая фраза так развеселила Смолокурова, что он ловко поднял Настю на руки и, будто она ничего не весила, прокружил её. — Я тоже. — ответила ему Анастасия.