Грёзы

— Умереть не встать, — пробормотала я, завороженно разглядывая эффектную блондинку на сцене и пытаясь остаться на ногах, несмотря на все усилия ликующей толпы повалить всех, кто не двигался в такт. Женщина взяла особенно высокую, невероятно чисто звучащую ноту, отчего народ окончательно слетел с катушек, восторженно завывая. Казалось бы, ничего ненормального, обычный концерт. Только вот голову певицы венчали массивные, явно не бутафорские, рога, небо над головой было насыщенного красного цвета, к тому же оказалось украшено весьма характерной звездой, а в толпе не наблюдалось ни единого человеческого лица. «Лилит! Лилит! Лилит!» — как заведённые, скандировали грешники вокруг. И вообще-то я рассчитывала проснуться дома, влить в себя пару литров кофе и поехать на работу, а не оказаться на адском концерте. Предыстория происходящего была проста как пять копеек. В своё время мне постоянно снились невероятно яркие и детализированные осознанные сны. Но всё проходит. И это прошло тоже. Зато, когда несповедимыми путями ленты тиктока на меня посыпались видео о шифтинге, я с большим энтузиазмом стала пробовать. Долгое время получалось примерно никак. Потом постепенно удалось посетить парочку задуманных мест и ощутить приятный флёр всемогущества. А вот в последний раз всё резко пошло по пи… не по плану. Потому что я шифтанулась в какую-то мелкую писюху, едва научившуюся ходить. Звали писюху Ашей, мир был обычным человеческим, никаких особых способностей, помимо умения накаркать неприятности у меня не наблюдалась. В общем, мне быстро стало скучно, но все попытки выйти обратно в реальный мир оказались провальными. Сон затягивался, позволяя мне второй раз пройти через муторные дни взросления. И было бы совсем скучно, если бы мелочь не жила то ли в какой-то общине религиозных фанатиков, то ли и вовсе во времена Средневековья. Выяснить, который из вариантов верный, у меня так и не вышло. Потому что очень быстро малявку, уже успевшую вырасти до подростка, и двух её подружек отдали какому-то на всю кукуху отбитому мужику, попеременно то сношавшему, то пытавшему свои приобретения. Признаться, я знатно обалдела от того, какую чернуху выдал мой мозг, когда, спустя несколько лет, он начал проявлять к нам ещё и гастрономический интерес. Две мои подруги по несчастью сломались очень быстро. Я держалась лишь благодаря тому, что всё это дерьмо не было реальным, на что намекало отсутствие болевых ощущений. Но было очевидно, что со всем этим пора завязывать. В общем, учитывая, что сам по себе сон завершаться не желал, было принято волевое решение завершить его добровольно-принудительно. Говоря кратко, я поиграла в пироманьяка, дождавшись, пока мудень заснёт и подпалив дом, не желая даже во сне оставлять такой кусок говна безнаказанным. Подруг по несчастью поставила перед выбором оказаться зарезанными или задохнуться продуктами горения. Это был удар милосердия. Очевидно, с такими выводами моё подсознание согласно не было, в отместку закинув меня в Ад. И это было меньшей из моих проблем. Большей оставалось то, что я, кажется, застряла. Прошло слишком много времени, ни один из моих снов прежде не длился настолько неправдоподобно долго. И подробно. Если бы не чересчур приметное небо, я бы, пожалуй, всерьёз задумалась о том, что это нихера не шифтинг, а перерождение. Но переродиться в фандоме? Ага, конечно. Десять раз. Между тем ликующая толпа каким-то образом протолкнула меня на задворки, подальше от сцены, так что удалось свободно вздохнуть, недовольно потирая смутно нывшие рёбра. Боли как таковой я так и не испытывала, но знание о том, что это неприятно зудело, будто комар над ухом. Между тем теперь в более спокойной обстановке я внимательнее прислушалась к голосу Лилит. Красивая женщина. Обалденный вокал. Революционные настроения. Беснующиеся грешники. Меня явно закинуло во времена до канона. Вообще-то, говоря откровенно, я уже не помнила толком, куда изначально хотела попасть. Вероятно, именно в Хазбин? В таком случае, если я закрою гештальт, может быть, меня уже отпустит обратно в реальный мир? Обычно я бы туда не торопилась, но проведённые в нереальности около двадцати лет, большая часть из которых была невероятно ебаной, как-то поумерили мою жажду приключений, заставив жаждать банального бытового комфорта. От экзистенциальной тоски меня довольно грубо отвлекли двое звероподобных типов, грубо оттолкнув со своего пути, стремясь притиснуться поближе к местной звезде. На ногах удержаться удалось лишь благодаря тому, что в падении повезло встретить на своём пути чьё-то тело. — Смотри, куда прёшь, сука! — раздражённо прошипели сзади, грубо отталкивая от себя. Чувствуя себя той самой субстанцией в проруби, я шатнулась в обратную сторону, будто маятник, но в этом направлении удерживать равновесие было куда проще, так что с землёй повезло не поцеловаться. Ну, что ж, Это Ад. Здесь извиняться за то, что налетела на кого-либо не самая лучшая стратегия, так что я обернулась, ощерившись. — На жопе глаза пока не отрастила, хамло! — хамло оказалось бесом ростом мне по пояс, так что мой гневный взгляд поначалу упёрся в стоявшую позади разноцветную лису, что вызвало у меня лёгкий когнитивный диссонанс. Растерянно моргнув, я опустила голову только чтобы застать как меня с чувством пинают под колено. — Так, рогатый, охлади-ка траханье, — не сказать, чтобы меня впечатлило подобное обращение, так что нахал оказался схвачен за шиворот и поднят в воздух. Оказавшись в подобном положении, он отреагировал неожиданным образом, поджав ноги и хвост и резко став ещё меньше, будто кошак взятый за шкирку. Окружающие, учуяв запах расправы, обратили на нас своё пристальное внимание. А мне как-то вообще не улыбалось бить кого-то только за то, что мне нахамили. Тем более, что местные адорождённые на мой вкус были довольно миленькими. — Остыл? — поинтересовалась я и резко отодвинула от себя шумно набравшего слюны для плевка незнакомца, — Да ёб твою налево! Тебе, что, пять лет? Не вздумай. Нет! Бес оскалился, продемонстрировав сколотый клык. Видимо, не в первый раз нарывался. — Тоже мне, раскомандовалась, шмара! От самой миром живых несёт за километр, а всё туда же! — Да бля! — у меня начинала болеть голова, — Почему мы вообще орём друг на друга? — Потому что одна сучка пыталась придавить меня своей жирной жопой! — Прости. Меня толкнули, — наконец не выдержала я. И это произвело неожиданный эффект. Бес фыркнул и скрестил руки на груди, при этом сменив выражение лица на куда более дружелюбное, не забыв поддеть напоследок. — Ладно, прощаю, дура ты неуклюжая. Поставь меня уже! Вокруг послышались разочарованные вздохи. Да, народ определённо настроился на потасовку, но быстро вернулся к тому, зачем изначально явился сюда. Спасибо, Лилит. Вернув беса на грешную — буквально — землю, я задумалась о том, что только что произошло. А случилось нечто ровно обратное ожидаемому. Вместо того, чтобы наброситься, почувствовав слабость, ко мне будто бы потеряли всякий интерес. Впрочем, разобраться в этом мне не дал всё тот же новый знакомый, дёрнув за… мать его, у меня было крыло! Точнее, два крыла. Банального чёрного цвета с внезапно белыми, а не красными кончиками. — Э, блонди, тебе работа случаем не нужна? Ты, вроде, не совсем конченая, должна сойти. Ну охуеть теперь. Вот это я понимаю, критерии отбора.