Первый

      Ах! Это сладкое чувство влюблённости! Какаши просто окрылён тем, что ему теперь не придётся быть вечно одиноким, а учитель Умино Ирука стал его возлюбленным, парнем, эм… молодым человеком, любимым, причём первым. А взаимные чувства — это так замечательно, когда человек готов обнять тебя при любой возможности, выслушать, поддержать! К слову, обычно за признанием следует поцелуй, но Какаши не стал торопиться. Он размышляет, как сделать их первое свидание и поцелуй незабываемыми, чтобы они вспоминали с приятным чувством, похожим на ностальгию.       Ведь первый поцелуй с любимым человеком должен стать самым значимым событием в жизни обоих. Ируке он об этом сказал, и тот заразился подобной мыслью.       Итак, Какаши, посоветовавшись с Анко, Куренай и Асумой пришёл к выводу, что нужно уединённое место — в кафе много глаз, дом Какаши… Сомнительно. Там холодно и пусто, совсем неуютно, дала свою оценку Куренай, а Асума охотно согласился. Совсем в стиле Хатаке Какаши, а в квартирку Ируки проситься было бы минимум некомфортно.       Анко быстро находит выход из ситуации. Раз в деревне не найдёшь комфортного места, то за деревней точно можно что-нибудь да заприметить.       Данго-маньячка оказалась права. Какаши смотрит на небольшое поле, сокрытое плотно за деревьями, рядом течёт речка. Немного искусственного освещения, какого-нибудь лёгкого перекуса и вина — и идеальнее места для свидания не найти. Ребята принялись за оформление местечка, пока Какаши ушёл за Ирукой.       Эта улыбка, эти глаза, этот смех… Какаши вздыхает, он готов вечность смотреть на своего чуунина. Если бы ему сказали, что влюбиться — это так прекрасно, он бы поторопился сделать это. Конечно, жаль, что он заприметил Ируку лишь недавно, но у них ещё много чего впереди. Когда любимый учитель заканчивает с уроками, а дети расходятся, Какаши залазит в кабинет через окно — по-другому никак. Ирука краснеет, смущается, но держится мужественно перед Какаши, пусть и удаётся с трудом.       Какаши назначает свидание, предоставляет координаты и просит прийти точно в назначенное время. Ирука рассеянно кивает и наблюдает, как Какаши исчезает. Ох, джонин-сан, джонин-сан.       Какаши покупает фрукты и достаёт из кладовой первоклассное вино — идеальное для этого знаменательного события. Куренай просит не волноваться сильно, иначе всё пойдёт наперекосяк, по своему опыту говорит, а Асума смущённо отворачивается, умоляя забыть тот неловкий момент. Анко немного чувствует одиночество, но отмахивается от этого чувства и зажигает маленькие фонарики, чтобы развесить их на деревьях. Гирлянды, что светят тусклым жёлтым светом, идеально вписываются в общий антураж.       Какаши расстилает мягкий плед, призывает из свитка подушки для попки Ируки и подготавливает бокалы и перекус. В итоге получается так, что на маленьком поле, окружённом густыми деревьями, к вечеру появляются светлячки, Какаши дотошно проверяет местность на наличие насекомых, слава ками, нет комаров или мошкары, но на всякий случай он расставляет повсюду специальный яд для оных. Рядом тихо течёт речка, а воздух немного влажный, но тёплый, сейчас как раз время тёплых ночей.       Одноклассники, невероятно довольные проделанной работой, показывают большие пальцы Какаши и скрываются из виду, слыша вдали шорох и голос Ируки.       Умино не мог понять весь день, чего это Какаши решил пригласить его на свидание не в Конохе, они могли бы вполне поужинать и в Ичираку, например. — О.       Вырывается из него, когда он приходит в назначенное место, и все вопросы испаряются. На небольшом пледе стоят еда и вино, деревья украшены гирляндами и фонарями, создающие тусклый оранжевый свет. Светлячки летают, создавая волшебную и невероятную атмосферу, а перед ним донельзя смущённый Какаши. Ирука улыбается, в душе разливается сладкое тепло, которое отдаёт в щёки. Он неловко садится на удобную подушку, и Какаши наливает по бокалам вино, произносит небольшой тост о том, что рад быть сейчас здесь с ним. Ирука поражён — кто бы мог подумать, что Какаши-сан подойдёт настолько ответственно к их первому поцелую.       А ведь он постарался, сделал всё так романтично, Ирука и не думал, что Какаши-сан может быть настолько мил.       Конечно, о Хатаке Какаши знают все, что он крутой, что он лучший джонин своего поколения, но в межличностных отношениях немного… глуп. Да и кто разносит такие слухи? Это самый романтичный человек на памяти Ируки! И от того невозможно не влюбиться сильнее. От алкоголя в полупустом желудке немного разносит, но свежий ветерок отрезвляет, и Ирука глядит на лицо Какаши в нежном свете. Улыбается. Маска опущена до подбородка и можно увидеть мягкие на вид губы.       Какаши замечает жадный чуунинский взгляд и нервно сглатывает, кладёт бокал на плед и подаётся вперёд.       Какаши ощущает чужое дыхание на лице, руку он кладёт на плечо Ируки, будто боясь, что тот отстранится. Ирука мягко отвечает на его касание, Какаши на миг застывает, чтобы запомнить это головокружительное чувство. Губы Ируки мягкие, сладкие от вина, а его ресницы дрожат. Затем их губы разъединяются буквально на миг, и затем воссоединяются вновь. Какаши решает быть напористее во второй раз, Ирука хватается за его плечи, отвечая неумело, робко. Проходят то секунды, то минуты, но дышать становится трудно от чужого жара, и Ирука чувствует головокружение. Какаши нехотя отстраняется, пока мужчина перед ним смотрит ошалело, рот приоткрыт, губы немного покраснели от напора, а тело мигом реагирует на соблазнительное лицо. Хатаке прикрывает глаза, сжимая за горло так невовремя появившееся возбуждение, и держит Ируку за плечи, пока тот не свалился. Какаши приобнимает его и счастливо улыбается. Их сердца бьются в такт — быстро, значит, Ируке понравилось.       Это было очень и очень неплохо. Приятно. Чужое дыхание обжигало, а губы мягкие-мягкие, хочется вкусить ещё, но, глядя на состояние Ируки, Какаши решает не доводить его до приступа, иначе доведётся до него сам.       Ируке понравилось, даже слишком, а тело среагировало по-предательски, но Какаши прекрасно его понимает, и они оба решили успокоиться. — Давай наш первый секс будет у меня дома, — выпаливает Ирука. — …Ладно. — Прямо сейчас. — !!!       Всё-таки, приступ настигнет его.