И в каждом из миров я найду свой путь к тебе...

Темная ночь, густой туман. Ровно так же как и в ту знаменательную ночь, когда Чхве Хан встретил Святого Бога Смерти, Кейла Хенитьюза, который изменил его жизнь до неузнаваемости. Мечник чувствовал будто очнулся от долгого сна, и наконец увидел то как прекрасен мир, но честно говоря его мир стал прекрасным только потому, что в нём появился Кейл. И прямо сейчас, этот самый святой желает его с кем-то познакомить. Они стоят прямо под тем окном, через которое сбежали в ту ночь. Нарочно ли Кейл-ним выбрал именно это место? Вдруг взгляд Чхве Хана цепляется за весьма увесистую на вид сумку, висящую на плече его спутника. - Кейл-ним, почему вы не сказали о том, что нужно что-то нести? Я бы мог понести это за вас, вы ведь и сами знаете насколько слабы и хрупки... - Хан выглядит словно щенок, разочаровавший хозяина. И бывший Святой просто не может устоять, но держится из последних сил. - Она не такая тяжелая как кажется, я могу понести её сам. Я не хочу быть беспомощным, да и не так уж я и хрупок. - Н-но Кейл-ним?... - тяжкий вздох со стороны святого-нима, и вот сумку несёт, уже весьма довольный, Чхве Хан. Сумка оказывается на удивление тяжелой, даже тяжелее чем выглядит, возможно в ней есть подпространство, но точно мечник сказать не может. Он оценивает ее вес в полмешка муки. Вдруг к ним приближается фигура в темном плаще, из под которого можно рассмотреть рясу жрицы. Она снимает капюшон плаща и лучезарно улыбается, словно задумала что-то нехорошее. В этом она очень уж похожа на Кейл-нима. - Хей, Кейли, неужто решил навестить свою нуну? Я получила твое письмо, но ничего толком не поняла за исключением места и времени. - Кейдж не поясничай, я не один как видишь. - А! Неужто это тот самый грязный вороватый ублюдок, посмевший украсть Святого церкви и очернить её доброе имя? - Чхве Хан вздрагивает, кто бы мог подумать что его будут называть именно так...? - Кейдж! - Шучу, шучу! Пожалуй лучше назвать его кем-то вроде палладина или святого рыцаря, раз уж он твоя охрана. Но я знаю что ты меня хлопнешь на месте за такие слова и поэтому промолчу. Так зачем мы здесь? - Совершать акт вандализма. - На губах Кейла рацвела его ядовитая усмешка. Многих она бы напугала, но Чхве Хан мог бы сравнить её с розой, обножающей шипы для своей защиты. Вдруг до него наконец дошёл сам смысл слов сказанных бывшим святым. - Вандализм?... - Я в деле! - Жрица, казалось не сильно удивленной, несмотря на это неожиданное заявление. - Чхве Хан, вываливай содержимое сумки. - мечник послушно выполнил просьбу, все ещё находясь в лёгком шоке. Из сумки вывалилось много весьма прочных, раз уж они не разбились от удара об дорогу, бутыльков жидкой краски, несколько углей и мелков, а так же небольшие мешки с водой или песком. Жрица Кейдж смотрела на это горящими глазами, а Кейл-ним сменил свою ядовитую усмешку на дежурную воровскую лыбу. - Краску перед тем как кинуть лучше открыть, бутыльки зачарованы, поэтому очень крепкие. Мелом можно написать всякие гадости, прямо как в детстве, Кейдж. А вот этими мешочками кинем в окна. - У тебя даже к вандалмзму план, Кейли... - Кстати пока не забыл, Чхве Хан. Кидай не сильно, нам не нужна дыра в стене. - Понял! - Кейл улыбнулся его ответу и первым взялся за краску. Бутыль с ярко желтой краской влетела в стену. Бывший святой по-детски, радостно засмеялся. Кажется он мечтал об этом очень давно, мечник невольно засмотрелся на такого открытого и искреннего Кейл-нима. Следущая бутыль вылетела из рук жрицы, это была краска уже красного цвета. Ей тоже это доставляло удовольствие. Чхве Хан последовал их примеру и кинул в стену зеленую краску. Это было весело. Захотелось сделать так ещё и ещё, словно возвращение в детство. Кейдж взялась за уголь и принялась что-то писать, ее почерк был неаккуратным из-за неровности поверхности, но это к лучшему, так их не смогут вычислить. Через минуту на стене красовалось очень неприличное слово. Заливистый смех захватил вначале святого и жрицу, но вскоре и наемник присоединился. Около получаса они уродовали стену, а затем разошлись кто куда. Кейдж обратно в храм, а Кейл и Чхве Хан вернулись в свой тихий дом, в своё семейное гнёздышко. Изначально они жили в небольшой комнате в здании гильдии, но обоим хотелось больше приватности, да и не хватало чтобы кто-то с длинным языком проболтался о местонахождении Святого. Именно тогда Чхве Хан, потратив часть своих накоплений с жизни наемника, купил этот домик на окраине города. Он был небольшим, но своим, хоть и пришлось долго приводить его в порядок. Кейл устало опускается на диван, Чхве Хан приносит им яблочный пирог и сладкий чай, в качестве вечернего перекуса, и присоединяется к нему. - Чхве Хан, это наверное не в твоём стиле, такие глупые забавы, вандализм... - Мне неважно Кейл-ним, мне нравится все что вы предлагаете, это было весело. И увидеть вас таким искренним было самым лучшим из всего этого. Я не против повторить, только сумку с реквизитом понесу я. А! И ещё. Одевайтесь теплее и не делайте такого когда устаёте, главное ваше здоровье, а не месть храму. - Ты прямо как мамочка... - Я просто хочу заботиться о своём возлюбленном. - Айгу, ну что за романтик. - Юноши целуются в свете луны. Ни один из них не признается в том, что в тайне от другого сделал мелкую надпись «Ч + К = ♡» в самых незаметных местах...