Последнее пристанище

      Чувство справедливости наполняет вас, и вы смотрите на монстров с пониманием. Отчаяние и боль, наполнявшие их души во времена войны, надежды и мечты, оставшиеся с ними под горой, закрытые от человеческих глаз. Скрытый за барьером и спесью молвы, никто даже и не подумал бы на поверхности, что они тоже желают перемен и заслуживают увидеть свет и жить в мире, а не страхе. Вы понимаете это. Вы понимаете... и отпускаете.       Ваше желание сформировалось в виде души, парящей в сантиметрах от вас, и в удивленные лица ваших друзей — недавних знакомых.       Мартлет с тихим вздохом прикрыла крылом свой клюв — она всегда была готова помочь вам и верила в вас несмотря ни на что. Путешествие на самодельном плоте по буйной реке, проход в тени коридора между оазисом и пустыней, всё вызывало в вас желание остаться с ней и так больно напоминало о том, чего у вас никогда не было. И вам хотелось с ней остаться, прожить другую жизнь и вырасти среди монстров, но проклятое чувство долга... Вы всё равно благодарны за веру, за возможность. За это вы ей благодарны.       В очках Старло блеснет осознание и грусть, которую он может скрыть только своей шляпой. Ступая на порог горы, вы не представляли, что встретите столько единомышленников. Желая только облегчить ношу, что не под силу нести одному, смелый шериф встал на защиту хрупкой надежды возвращения на Поверхность. И вы не могли не дивиться, не чувствовать облегчения при знакомых домах и видах, ностальгии и сожаления, пронизанные в швах дивана и умещенные в этой маленькой комнатке. За это вы ему благодарны.       В покрасневших глазах Церобы промелькнет искреннее удивление. После всего, после её безжалостного давления и кромешного отчаяния, она снова видит надежду, которую оставила со смертью её дочери и мужа. Маленькая Канако, возрастом с вас, имела намного больше решительности и смелости, чем вы когда-то. Отяжелевшие веки, опустевший особняк и бренное существование, подкрепляемое только чувством долга — Церобе пришлось пережить много. В теплой лапе, что вы схватили в её порыве ярости, в раковине с подтеками, где вы видите свои размякшие от воды руки, да в обгоревшей коже сумрачной битвы. Воспоминания окутывают вас и обволакивают своей обманчивой сладостью, но вы рады, что можете снова почувствовать что-то хорошее, хоть и временно. За это вы ей благодарны.       Вспоминая о вашем втором падении, незнакомец в капюшоне показал вам в своё время настоящее отношение монстров. Далв оказался совсем не таким пугающим и грозным, каким казался. Его поспешный побег, стремительное нападение, но искреннее раскаяние рассказало больше о нём лично, чем о монстрах в целом. А больше всего вас поразило то, как у монстров могут быть свои страхи и мечты, о которых вы никогда не задумывались прежде. Это осознание заставило вас пересмотреть свои взгляды. За это вы ему благодарны.       И тепло объятий на прощание, крепко закрепивших ваше обещание. Все эти мысли привели вас к этому моменту — вы всей душой хотели помочь монстрам, которые достаточно настрадались и отчаялись в этом месте. Ваша жертва не вернёт им поверхность сейчас, но когда-нибудь они смогут её увидеть. И свет, разливающийся от яркого шара посреди полудня, и дождь, моросящий по травинкам, и небо — огромное, голубое, красное и несравнимое с потолком Подземелья. Мысли о том, что когда-нибудь они будут свободны, наполняют вас решимостью.       ...Застывшая во времени картина — нежные лепестки опадают на землю, укрывая ослабевающее тело. Вдалеке, за мили отсюда, сверкает нерушимый барьер, дожидающийся своего часа. Трое монстров принимают жертву одного одинокого ребёнка, для которого их свобода оказалась важнее своей жизни.       Вдали от дома и совершенно один — человек может только поднять глаза к кроне, на которую никогда не падал солнечный свет. Отцветающее дерево уносит с собой его последние мгновения. Мимолётно и навсегда.

***

      Оказавшись снова в одиночестве, Флауи мог только с тоской смотреть на ещё недавнюю его головную боль. И всё же... что-то дрогнуло внутри него на долю секунды, какое-то чувство или воспоминание, оставленные далеко позади в прошлой жизни. Воспоминание с дрожащими лапами над душой и важной миссией накануне.       Омерзительно. Отвратно. Просто... больно.       — Возможно, ты заслуживаешь этот отдых, — нехотя признаёт он, прежде чем уйти навсегда.