Мрачные сказки

Паутиной кружева, платья из белого ситца

      Он приказывает ей сидеть ровно, не двигаться и улыбаться, пока застёгивает пуговицу на идеально белом платье.       Она сидит смирно и смотрит пустыми глазами в зеркало, что стоит напротив неё.

На щеках зарево, а под маской убийца

      Наконец последняя пуговица застегнута. Он наклоняется к её уху и шепчет:       — Веди себя хорошо.       Он вдыхает её аромат и улыбается.       Но она знает, что это все ложь и маска. Внутри него демоны. Он сам демон. Сколько прошло времени, что она провела здесь, внизу? Неужели она и правда попала в ад? Но за что? За чьи грехи она расплачивается?

Убийца, убийца

      Она знает наверняка, что не виновата, но ей остаётся лишь выполнять роль безмолвной куклы. Если до этого было хоть какой-то бунт, то сейчас от него не осталось и следа. Она решила действовать наперёд и усыпить его бдительность. Пусть думает, что может управлять ею как марионеткой. Но можно ли выпутаться из манипулятивных рук самого кукловода?

Руки-камни лежат на ногах неподвижно, ненавижу

      — Ты сегодня тихая. Слишком.       Она молчит и отвечает выученной улыбкой беспомощности.       Он продолжает стоять за спиной и тщательно следит за её эмоциями, смотря в зеркало.

Губы рваные воск залижет

      Она кусает до боли изнутри щёку. Продолжает выдавливать улыбку. Ведь ни в коем случае нельзя показывать свою слабость. Она помнила, чем это закончилось в прошлый раз. Уж слишком горяч был след её ошибок на губах.

Тише, тише — вдруг он всё услышит

      Она вздрагивает и гонит прочь дурные воспоминания.        — Ты что-то вспомнила?

Теряются обстоятельства нам на зло

      Она мычит.       Он дотрагивается до плеча и слегка нажимает на него.       — Что я говорил тебе о лжи?       Она молчит.       Он сильнее сжимает плечо.        — Если хочешь сказать ложь-молчи.       У неё сводит плечо от боли.       Он продолжает сжимать, да так что ногти впиваются в бледную кожу. Видя просачивающуюся кровь сквозь тонкую ткань, он одергивает резко руку и фальшиво-ласково продолжает свою речь.       — У тебя всегда есть выбор, не так ли?

Неизменно одно -

Я кукла в клетке

      Выбора не было.       Как бы она не пыталась, она бы не смогла открыть рот.       Он зашил его.

Смотрят в окно

Глаза-монетки

      Она поворачивает голову в сторону и видит окно.       Он следит за её взглядом.       Она не увидит света.       Она находилась слишком далёко от него.       Может ли быть свет в аду?

За ниточки тянет кукловод, только кто

За ним прячет лицо

      — Вероятно, ты устала? Отдыхай.       Фальшивая заботливость. Фальшивое окно. Фальшивый он. Фальшивое всë.

Он держит меня крепко

Он холоден и жесток

      Он кладёт свои руки ей на плечи.       Она не двигается.       Он поглаживает ключицы.       Она не может дышать.       Что он намерен делать?       Он задушит её сейчас?       Но это было бы слишком просто.       Большой палец очерчивает нижнюю губу.       — Не делай глупостей.       Очевидный намёк. Ведь если бы она тогда не укусила его за щёку, может быть смогла бы сейчас ответить ему хоть что-то.       Он уходит, не закрыв дверь, будто дразнит её побегом.       Но она знает, что не сбежит. Руки крепко привязаны к инвалидному креслу кожаными ремнями. И чёртово зеркало что стоит напротив неё как напоминание о её слабости.

Паутиной кружева, паук плетёт свои сети

Красивая его жертва

      И вот он уже стоит в главном зале отеля. Улыбается и поднимает тост за именинницу.

В восторге все взрослые, их рады дети

      Все присутствующие так рады, что хлопают в ладоши.

Только когда полная луна

В небе как снегирь на ветке

      Часы бьют полночь. Вечеринка в самом разгаре.

Пропадает кто-то навеки

      А его не было на ней. Как и именинницы.

Открой глаза, зашей её веки

      Он идёт к ней, чтобы показать очередную игрушку, которую он достал.

Пялятся две пуговицы в даль

Глядит хтоническая тварь

Из её кукольных глазниц

      Дверь открывается.       Она наставляет на него курок пистолета.

Она злится

      Как долго, она вынашивала этот чёртов план. Позволяла ему руководить ею, когда хотелось руководить.

И под действием чарующей сизигии

В гипнозе снова подчинится старый пупенмейстер ей

      — Успокойся.       Он замирает и следит за её движениями.       Она подходит ближе       Он сдергивает штору с того фальшивого окна.

Он похищает детвору

Из темного двора

      Она видит за стеклом юных девушек.       — Я знал, что твоё безумие рано или поздно возьмёт над тобой верх. Поэтому все и спланировал. Как в тот день, когда ты хотела сбежать с острова.       Она снова попала в его ловушку.       — Если выстрелишь в меня, эти девушки погибнут.       Он поднял вверх руку с кнопкой.

Каждую полную луну

Кормить пора

Духа внутри марионетки

      Она не убийца.       Не убийца.       Убийца?       Она ужасно злилась на всё. Гнев клокотал внутри и требовал выхода.       Он видит её колебания и опускает дуло, пытаясь перехватить его.

В череде своей он с куклой запирал украденных детей на чердаке

      Она вздрагивает и понимает, что все эти девушки, которых он когда-то приводил к ней, находились всего лишь за стеклом. Но почему они не подали звука, когда она разбивала зеркало ногами и разрезала ремни? Почему они продолжили молчать, когда она резала этим же осколком зеркала горло прибежавшему санитару? Это снова галлюцинации или нет?

И едва

Он свечу руками тушит

В ту же секунду

Дети корчатся от ужаса как тараканы в луже

      Выстрел.