Планида Пожирателя Снов

      Ночь была тихой. Через приоткрытое окно слышался лишь шелест золотистых листьев. Редкие порывы ветра то и дело подхватывали их, колыхали. В полумраке листва больше походила на волнующиеся поблёскивающие волны.       Ни пения птиц, ни приглушённых голосов. Ничего. Даже на первом этаже «Ваншу» не ощущалось присутствия привычного числа душ.       Луна мёртво застыла на небе, рассеивая призрачную дымку по деревянному полу единственной комнаты на постоялом дворе. Она выглядела в точности так же, как и сотни других в Ли Юэ. Простая, но хранящая утончённость в деталях.       На удобном стуле из сосны с изящными подлокотниками покоилось аккуратно повешенное кимоно с короткими рукавами. Чуть дальше - на крепком резном столе - расположилась шляпа с замысловатыми декоративными лентами.       На белоснежных измятых простынях лежал юноша. Он беспокойно ворочался во сне. Его густые пурпурные волосы небрежно разметались по подушке. Его кожа была настолько бледной, что на фоне кромешной темноты он казался воплощением хрупкого серебристого света. Однако он вовсе не выглядел, как тот, кто способен победить тьму.       Два тлеющих уголька - два глаза - пристально следили за каждым его вздохом, за каждым движением вот уже около получаса. Оно было совсем рядом. Таращилось прямо из загустевшей тьмы у изголовья кровати, находясь всего в нескольких сантиметрах от юноши.       Луна молчаливо созерцала.       Внезапно существо сорвалось вперёд, оказалось почти вплотную, но замерло. Помедлило лишь мгновение, втянуло носом воздух. Оно попыталось успокоить сбившееся от нетерпения дыхание, но тщетно.       Юноша в бреду прошептал что-то, хмуря брови. Рука с длинными угольно-чёрными когтями, будто бы полностью впитавшая чернила, потянулась к его искажённому болью лицу. Острый коготь невесомо заскользил по губам, очертил скулу и, наконец добрался до лба, легко смахивая упавшую на лицо прядь. Костяшки пальцев ненадолго коснулись холодного, слегка влажного лба и тут же пропали: существо неуверенно отдёрнуло руку, вгрызлось клыками в собственную нижнюю губу в попытке сдержать порыв. Янтарные угольки помутнели, рассеянно глядя перед собой. Ноздри ещё раз втянули столь желанный запах тревоги. Мозг сковала лишь одна манящая мысль. Потребность. Этому невозможно было сопротивляться.       Когтистая рука вернулась к голове юноши. На этот раз все когти соприкоснулись с мягкой кожей головы. Они плавно погрузились в неё, проходя сквозь, скользнули в самое нутро. Ладонь будто бы плавилась в кипятке, закипала, сжимаемая плотной субстанцией. Но существо не спешило. Ещё некоторое время оно заворожённо таращилось, вспоминая старые ощущения, и лишь спустя несколько секунд начало поиск: согнуло запястье, пошевелило пальцами в густом пространстве. Наконец, в обволакивающем тепле обнаружилось что-то плотное. Оно тут же оборвалось, выскальзывая из пальцев, но - мгновение - и оно снова оказалось в крепкой хватке. Его медленно потянули, выуживая из сознания юноши.       Яркие глаза цвета растопленного золота с вертикальными зрачками прищурились, изучая попискивающую тварь, что представляла из себя обыкновенную комкообразную концентрацию скверны. На ощупь она была склизкой, но в то же время мягкой и податливой. Немного стиснуть сферу было достаточно для того, чтобы раздался тоненький жалобный писк и выделилась густая чёрная жидкость, напоминающая по консистенции липкую смолу. Она стекла по пальцам, медленно поползла вниз, по предплечью, к самому локтю. Тихие визги в миг прекратились. Сколько же много страданий приносит страх, но как же его просто убить одним лишь движением пальца.       Всё ещё нерешительно существо уткнулось носом в сгусток, медля. Сфера приятно холодила губы. Во рту скопилась кислая слюна. Мышцы лица сводил голод.       Острые клыки сами собой, движимые чем-то древним и тёмным, жадно впились в упругую оболочку, лопая её и откусывая большой кусок. Голова потяжелела, вспыхивая знакомой болью. Все поглощённые вредоносные эмоции, стремительно тая, тяжело осели на языке ядовито-терпким привкусом. Да, вот оно. То, что он помнил. То, что он искал. То, чего он хотел. Ощущение тяжкого бремени застыло в груди, посылая судороги по всему телу.       Сяо испуганно всхлипывает, сбрасывая наваждение, стремительно забивается в угол. Он неверяще пялится на место, где недавно сидел, на перепачканные в чёрной крови собственные руки, лезет в рот пальцами, проверяя тот на наличие клыков. Их нет. Нет точно так же, как и жертвы, которую он убил, прирезав острыми когтями.       Взаправду ли всё это? Луна всё так же молчит. Навеянная ей иллюзия кажется слишком реалистичной.

Иллюзия ли?

      Сяо тяжело поднимается на ноги, подходя к кровати. Лицо его спутника выглядит умиротворённо во сне. Кошмаров больше нет.       "Прости" - рассеянно роняет Сяо, прежде чем сбежать через окно на улицу.       Взбираясь по крыше к своему любимейшему месту на всём Ваншу, он пытается задушить бьющиеся в голове мысли. Его страх был слишком сладким на вкус.