Парадокс Розы

Трейси почти задыхалась, ее дыхание было таким же прерывистым и быстрым, как и ее темп. Позади за ней гнались четверо мальчишек примерно ее возраста и быстро набирали высоту. Ведьма проклинала свой недостаток выносливости, которая все же была намного выше, чем у обычной ведьмы. Трейси даже не потрудилась взять с собой палочку. Ухватившись правой рукой за фонарь, она свернула на девяносто градусов в маленький узкий переулок. Двое худых членов банды последовали за ней, а двое покрупнее продолжали идти прямо. Девушка снова пожалела, что не взяла с собой палочку, но аркадные игры и волшебные палочки не очень-то сочетались. Теперь она могла полагаться только на свою скорость и рефлексы, которые могли бы сделать ее отличным ловцом, если бы капитан команды Слизерина не был такой шовинистской свиньей. И, кстати, о шовинистских свиньях: двое преследователей настигали ее. — Думай, Дэвис! Думай! Тебе уже приходилось играть в "Поймай Трейси". — Вдруг перед Трейси появилась металлическая ограда из сетки. Хорошо. Тетя Белла научила их преодолевать подобные препятствия. Прыгая к стене и отталкиваясь от нее, она верила, что у нее получится. Но один из двух преследователей, будучи баскетболистом, почти схватил ее за лодыжку, сбив темп, отчего она больно ударилась о верхнюю часть ограждения. Вскрикнув, девушка упала на мешки с мусором, которые, к счастью, смягчили ее падение. Лодыжка Трейси болезненно пульсировала и уже опухала, она внутренне выругалась. — Так, так, так. Посмотрите, что мы здесь нашли. Мусор среди мусора. — Пирс Полкисс усмехнулся так, что Драко Малфой мог бы им гордиться. Высокий мальчик провел рукой по своим жестким, лохматым волосам и, наклонившись, провел пальцем по щеке Трейси. — Не трогай меня, толстоносый дрочила! — крикнула ведьма, задирая ногу вверх и больно ударяя его в пах. Пирс издал писк и упал на землю, держась за промежность. Деннис наполовину смеясь, наполовину рыча на Трейси, наступил на ее больную лодыжку, заставляя ее кричать от боли. — Тебе не следовало этого делать, сука! — угрожающе сказал долговязый подросток, приблизив свое лицо к ее лицу. Дадли и Малкольм прибыли, пыхтя и отдуваясь. — Что случилось с Пирсом? — спросил меньший из двух крупных бандитов, ухмыляясь. — Этот мудак играл в футбол своим набором для крикета. — отвечает Деннис, надавливая на лодыжку Трейси. Малкольм заметил что-то на земле и подобрал это. Зеленый кожаный бумажник со змеиным узором на нем. — Шо ето? — спросил странный мальчик, открывая его. — Смотли-ка, ето кошел с фолют'й. Солок фунтоф! Пока толстый крашеный блондин перебирал банкноты, из кошелька выпало еще что-то. Дадли терпеть не мог смотреть на свою двоюродную сестру, Трейси была Фриком, как и его кузина Роза, как говаривал его отец, но, по крайней мере, она была хорошей спортсменкой и бросалась в глаза. Но, опять же, ему нравилась другая девушка из спортзала… Наклонившись, Дадли подобрал отвалившийся картонный квадратик и развернул его. Воздух застрял у него в горле. Это была фотография двух его кузин, Розы и Трейси, с симпатичной грудастой рыжей, потрясающей аристократичной брюнеткой и очень, очень красивой блондинкой, подмигивающей ему через боковые V наманикюренных пальцев вокруг глаза. Позади них гордо и широко улыбалась Миллисент Булстроуд, держа в руках золотой кубок. Юноша не мог решить, что делать, он смотрел то на корчащуюся кузину, то на своих "друзей". Дадли закрыл глаза и сделал вдох. Затем как можно громче и четче произнес. — Отойдите назад. Деннис и Малкольм тупо смотрели на него. — У нее повреждена лодыжка. Отойди от нее. — уточнил Дадли. — Что с тобой, Большой Ди? Мы просто выйграли в Поймай Трейси, а теперь собираемся получить немного больше личного удовольствия. — Деннис ответил смехом. — Пошёл ты нахуй! — ответил Дадли, отталкивая долговязого парня от раненой ноги Трейси. — Да что с тобой такое, Дурсль?! — шипел Полкисс, поднимаясь на ноги. — Эта дрянь пнула меня по яйцам! Так что я буду бить ее по заднице, пока она не... Он не успел закончить свою угрозу, как кулак Дадли угодил ему в солнечное сплетение. Удар буквально поднял бандита с земли. — Тронь мою кузину, и я тебя сломаю, Полкисс! — прорычал Дадли. — Погони - это весело и хорошая физическая нагрузка, но это уже разбой. Я не хочу сидеть в тюрьме, когда чемпионат не за горами. Деннис усмехнулся и достал из заднего кармана нож, испуганно глядя на своего более крупного предполагаемого друга. — С каких пор ты говоришь как тираннозавр, Дадли? Это твоя уродливая толстая подружка превратила тебя в Нэнси? — Это тезаурус, тупой имбецил! — Трейси рассмеялась. Мальчик зарычал и бросился на Трейси с ножом наготове, как раз в тот момент, когда Дадли шагнул к ней, прикрывая девушку. В этот момент послышался короткий звук сирены - подъехала полицейская машина. Малкому и Пирсу удалось сбежать, но Деннис был пойман с перочинным ножом в руках. — Что здесь происходит?! — спросила одна из офицеров, рыжая стройная женщина, выходя из машины. — Дурсль и один из его приятелей. Я должна была догадаться. — Вторая, высокая чернокожая женщина, вздохнула и потянулась к наручникам на поясе. — Снова Дурсль? Сомневаюсь, что твой отец сможет помочь на этот раз... Трейси встала и закричала. — Нет!!! Все было совсем не так! Дадли спас меня от этих придурков! Они на меня напали! Мужчина-офицер шагнул вперед и рукой в перчатке достал бумажник. — Слушай, я знаю, что я не "домашний ребёнок", но я изменился. Теперь я в спорте. Я хочу стать профи. — Дадли практически умолял. — Он славный малый, кузен. — Трейси хихикнула, прислонившись к нему. — Сэр, мэм, Полкисс угрожал изнасиловать меня. Сказал, что засунет мне кулак в... ну, вы понимаете... пока я не начну кровоточить. Если бы не мой кузен Дадли, я... — Трейси вздрогнула, поняв, от чего ее только что спас Дадли. — Он бы... я могла бы умереть здесь. Не осознавая, что делает, Дадли обхватил рукой плечо Трейси, когда она заплакала. Женщина-офицер вздохнула и извиняюще улыбнулась Дадли. — Вам лучше проверить лодыжку. — Офицер предложил: — И подайте заявление. — Моя тетя Брайар-Роуз владеет спа-салоном в конце Кресент-драйв. Там, кажется, работает физиолог. — сказал большой мальчик. Трейси кивнула. — Я понесу ее туда. — предложил Дадли. Оба офицера посмотрели друг на друга и кивнули, причем мужчина только что закончил фиксировать руки Денниса наручниками. — Хорошо, но как можно скорее приходите в участок для заявления, ладно? Оба подростка кивнули, и Дадли помог Трейси забраться на спину. Пока они шли, Дадли выглядел задумчивым. — Трейси? — Да, Дадли? — Вот уже пару недель мне снятся странные сны. Я нахожусь в туннеле под шоссе, рядом с детской площадкой. И там есть парень, похожий на Розу, с таким же шрамом на голове. Там холодно, и этот летающий халат, он как будто высасывает мою душу. Я всегда просыпаюсь в этот момент и чувствую, что плачу. К чему это?

***

Роза сидела за столом, ела французские тосты и запивала их апельсиновым соком после странной, но очень уютной ночи. После напряженного дня вчера и Гарри, и Аполлин попросили девушку спать с ними в одной постели, чтобы укрепить вновь образовавшуюся связь. И это была действительно хорошая ночь, одна из самых лучших. Было странно чувствовать себя настолько близким человеком, Роза и так любила свою названную тётю, но это было нечто совершенно иное. Изумрудно-глазая девушка даже не была уверена, что сны, которые она видела, принадлежат ей. Аполлин сказала, что со временем будет легче справиться с воспоминаниями и эмоциями, но Роза уже решила, что ей это нравится. Но ничто не могло сравниться с тем, как близко она чувствовала себя сейчас с Гарри. Словно понимание открыло ворота. Для них обоих. Прежде чем они сели есть, мальчик подошел к ней, когда Аполлин была в душе, и просто обнял ее со спины. Это было так тепло и с такой любовью, что Роза даже не подозревала что так может быть, и она знала, что он всегда будет рядом с ней. Юной ведьме хотелось верить, что Гарри пересек пространство и время ради нее. Кто бы не хотел в это поверить? Но Роза знала, что должна кое-что сделать. Ей нужно было поговорить со всеми своими друзьями вместе, чтобы разобраться во всем. У Розы защемило сердце от осознания того, что она не сможет позвонить Гермионе, даже если захочет. Густоволосая девчонка будет метаться, кричать и плакать, а Роза уже приняла решение. Роза была эгоисткой, и она это знала, но ведьма не хотела сейчас иметь дело со своей собственнической подругой. Просто не могла. Роза уже и так беспокоилась о Сьюзен. Роза до смерти любила Сьюзен и была уверена, что Сьюзен любит ее в ответ. Более того, она была уверена, что Сьюзен нравится Гарри, может быть, даже больше, чем просто нравится. У них было слишком много общего. Но, зная свою подругу так хорошо, Роза боялась, что та примет поспешное решение. Сьюзен очень боялась быть отвергнутой и остаться одной, и девушке нужно было знать, что и Роза, и Гарри всегда будут рядом с ней, будь то Ковен или нет. — Чертов комплекс героя... — подумала Роза. Девушка-Которая-Выжила не стала бы вести себя как сутенер, ни ради себя, ни ради Гарри. Когда ее взгляд упал на сидящего перед ней Гарри, а улыбка, которую он подарил, заставила ее ноги задрожать, девушка поняла, что пропала. Роза была влюблена.

***

Габриэль Делакур была шлюхой, доступной шлюхой. Так все о ней думали. Мало того, она была лучшей подругой другой шлюхи, "Шлюхи-которая-выжила", и ее мать была шлюхой, и сестра тоже. Габриель слышала подобные слова всю свою жизнь. Юная Вейла слышала подобное, даже когда ей было одиннадцать и она даже не знала, что означает слово "шлюха". Даже когда Габриель была совсем ребенком, она видела, как страдают из-за этого ее мать и сестра. Все из-за их магической крови и происхождения. Габриель видела, как это сломило ее сестру. Флер так и не нашла себе пару и боролась со своей природой так упорно, что потеряла не только свое наследие Вейлы. Флер потеряла себя. Габриель пообещала, что с ней такого никогда не случится, она была вейлой и гордилась этим. Вейла знала, что и она не святая. Габриель любила секс, ее сексуальность была для нее такой же естественной, как и ее кожа. Габби знала свое тело и то, что ей нравится. Но Габриэль Делакур не была шлюхой. У Габриэль было меньше партнеров, чем у многих девочек ее возраста в ее же школе, и все же ее называли шлюхой. Хуже того, все эти партнеры, как мальчики, так и девочки, были в лучшем случае низкопробными. Похоже, они ожидают от нее чего-то особенного только из-за того, что в ней течет кровь вейлы, но не могут предложить ничего взамен. Какое-то время красивая девушка боялась закончить так же, как ее сестра. Пока Габриэль не почувствовала ЕГО магию. Он звал ее, принимал ее Очарование и принимал такой, какая она есть. И мальчик даже отлично выглядел! Тот факт, что он был параллельной версией ее собственной лучшей подруги, было просто бонусом. И он хорошенько оттрахал ее мать. Таинственный волшебник превратил самую сильную женщину, которую Габби когда-либо знала, в месиво из стонов, спермы и удовольствия. И Габриель это нравилось. Но, в конце концов, девушка едва знала его, и хотя Гарри сказал, что встретил другую ее версию, это был всего лишь ребенок, попавший в другой мир. Роза, несомненно, была влюблена в него, как и ее тетя Белла, так что он, по крайней мере, должен быть хорошим парнем. Пришло время узнать своими глазами, насколько хорош Гарри на самом деле.

***

У Аполлин была интересная ночь. Это было удивительно - снова, после стольких лет, спокойно спать в объятиях настоящего любовника. Это было то, чего Вейла больше всего жаждала спустя столько времени: безопасности любви. Сексуальное влечение было лишь следствием их связи в магии и эмоциях. И хотя она едва знала Гарри, Вейла любила Розу на протяжении всей ее запутанной жизни, и если она разделила душу с мальчиком, значит, он должен быть достойным. Но что действительно поразило вейлу, так это сны. Аполлин могла видеть лишь отрывки из прежней жизни Гарри - недостаточно, чтобы составить цельное повествование, - но она видела шкаф под лестницей, кровь на матрасе и Хогвартс, такой похожий и в то же время такой разный. Она чувствовала его счастье от того, что он открыл для себя магию, и то, как близко он с ней общался. Но также она видела ужас его Темного Лорда, социопата, питаемого мужской неудовлетворенностью и яростью. То, как Гарри смог вынести все это и стать полноценным и любящим человеком, - не что иное, как чудо. Но больше всего Аполлин пробыла в тех днях, которые Гарри провел во Франции, с семьей, похожей на ее, но она знала, что это не так, и о том, какой счастливой он сделал ее дочь. И, клянусь Богиней, он вызывал привыкание. Даже после всего, что они сделали, она мечтала о том, чтобы снова заняться с ним сексом, чтобы он был внутри нее, входил и выходил... в любой вход, который он пожелает. Аполлин знала, что она принадлежит ему. Словно подросток, опытная вейла кончила во сне. Проснувшись утром, Аполлин была уверена, что если кто и сможет вернуть ее дочь, так это он.

***

Белла вошла на кухню и увидела, как ей показалось, большую улыбающуюся семью - желанное зрелище после утомительной встречи с Тедом и Нарциссой накануне. Гарри готовил французские тосты, а Аполлин рассказывала о своем пребывании в Хогвартсе вместе с Лили и самой Беллой. Даже Сьюзен улыбалась этому. — Полагаю, вчерашнее занятие прошло успешно? — спросила ведьма у двери, переключая все внимание на себя. — Все было более чем хорошо, Белла. — Аполлин ответила с широкой ухмылкой. — Лучшие ученики в моей жизни. — Все четверо подростков покраснели от ее слов, заставив Беллу рассмеяться. — Я могу сказать, что мистер и мисс Поттер закончили с отличием! — Голос Вейлы звучал мечтательно, и Белла догадалась, что произошло. — Хорошо. Вы решили, Гарри и Роза? — спросила Белла, садясь на свое обычное место во главе стола. — Ну, вообще-то, дело обрело неожиданный поворот, всё не так как я ожидал... — Гарри виновато потупился, прежде чем в разговор вмешалась хихикающая Роза. — Мистер Большой Мальчик хочет сказать: "Да, мама, мы в деле". — Это хорошо... Я думаю... Ты уверена в этом, Роза, никто не будет тебя ни к чему принуждать. — Белла сказала это с беспокойством в голосе. — Да, мама... Это способ для всех нас стать сильнее и держаться вместе. — Роза посмотрела на Гарри, который улыбнулся в ответ. — Просто это то, что не делалось уже очень давно, и когда люди узнают об этом, мы получим много дерьма... — Белла закатила глаза. — Беллатриса Блэк, следи за языком! — пошутила Аполлин. — Я уже привыкла получать дерьмо от всех, кроме своих друзей, мама. — Тон Розы был жестким, и Гарри почувствовал ее гнев. — По крайней мере, на этот раз это за то, что я действительно делаю. — Эй... — позвала Сьюзен. — Да пошли они! — сказала рыжеволосая и стала такой же красной, как ее волосы, заставив всех рассмеяться. — Ну... — Белла продолжила. — Моя встреча с адвокатами тоже была продуктивной. Все готово к слушаниям по делу о Пророке. И Сьюзен, мы также работали над твоим делом. Тед говорит, что у тебя хорошие шансы. А дома Блэк и Поттер поддержат тебя, если Амелия попытается усложнить дело. Единственный способ повысить твои шансы - это заключить брачный контракт, но до этого, я думаю, еще далеко. Сьюзен посмотрела на Гарри и покраснела. — Да... пока я думаю, что это так... — пробормотала Сьюзен, скорее для себя. — И еще, Габби, я получила письмо от Минервы, тебя отправят на Распределение в тот же день, что и Гарри. — Белла помахала рукой. — Надеюсь, мы окажемся в одном доме... — сказала юная Вейла, глядя на Гарри с хищной ухмылкой. — Ну что ж, думаю, на этом все взрослые дела закончены, я просто съем свой вкусный завтрак! — сказала Белла, откусывая тост, и увидела, как Аполлин закатила глаза.

***

Роза быстро написала письма Трейси и Дафне, попросив их встретиться сегодня или, самое позднее, завтра, главное - собрать их всех вместе. Она отдала письма Хедвиг и Бертрану, погладив их по перьям, прежде чем они ушли. — Роза? — Кто-то позвал у двери. Роза повернулась и увидела в дверях Габриель. — Привет, Габби! Как ты? Я имею в виду, вчерашний день был довольно... сумасшедшим? Габриель озорно улыбнулась. — Это было довольно напряженно, да, но и очень сексуально, не так ли? — Это точно... — Роза прикусила губу. — Габби, мы что, с ума сошли, раз делаем это? — спросила Роза, немного ослабив бдительность. Молодая ведьма доверяла Габриель, Вейла понимала многое из того, через что ей пришлось пройти. Они даже прошли через некоторые вместе. — Oui Роза, вроде как да. Но, опять же, мы против всего мира, не так ли? Так было всегда и, похоже, так будет всегда... — Габби понизила голос, полный гнева и разочарования. Роза снова прикусила губу: она знала, что если плохо ей, то Габриель еще хуже. Иногда зеленоглазая ведьма действительно ненавидела свой мир. — Да, Габби... — Роза обняла сестру. — И мы всегда будем вместе. Сейчас, как никогда. Габриель обняла подругу в ответ. Они любили друг друга, действительно любили. И обе скучали по Флер. — Ну... — продолжал Габриель. — Я хотела поговорить с тобой о Гарри... — Эй, ты знаешь, как правильно произносить его имя?! — Конечно, но ему нравится когда я говорю это с акцентом, и Сьюзен злится. — Улыбка на лице молодой вейлы была восхитительно злой. — Проказница! — Я знаю, что да... но я хотела сказать, можно мне одолжить Гарри на сегодня? Ты не против? На самом деле Роза немного знала, но не собиралась рассказывать об этом. — Чтобы делать что? И почему ты спрашиваешь меня? Я не его хозяйка и все такое. — Роза пожала плечами. Габриель хихикнула. — Да ладно, Роза. Ты же знаешь, что если попросишь, он сделает все, что ты захочешь. А после сближения мы станем так близки, что просьбы уже не будут иметь значения... — Вейла смотрела голодным, мечтательным взглядом, но не столько на саму Розу. — Девочка, твоя семья действительно увлечена им... — Роза закатила глаза. — Если бы ты захотела, я бы запала и на тебя тоже, но я не Миоонаа... — Габриель пожала плечами, она ненавидела эту кудрявую всезнайку, эта девушка была самой осуждающей из всех, кого она когда-либо знала. — Я знаю лучше Роза. Что касается того, что делать с Гарри, я думаю о мороженом, разговорах и, может быть, поцелуях... Роза улыбнулась. — Хочешь узнать его получше? — Эй, у тебя была двухмесячная фора! Он заставляет мою магию Вейлы парить, танцевать и петь, но мне нужно знать, есть ли в нем что-то большее, иначе ты бы не влюбилась в него с головой. — Габриель закатила глаза. — Эй! — Роза звучала почти возмущенно. — Я неправа? — Хмпф... нет... права. Сьюзен не заметила. — Потому что она тоже влюблена. Она просто отрицает это. Роза посмотрела на Габби и кивнула: в этом был смысл. Юная вела обняла ее обеими руками и посмотрела умоляющими глазами. — Я тоже хочу получить шанс влюбиться в первый раз, пока мои вейловское желание не взяло верх, как в первый день. Ты не против? Роза на секунду задумалась, но потом поняла, что ее это более чем устраивает. Ведьма каким-то образом знала, что связь между ней и Гарри была иного рода, возможно, даже глубже, чем у любой другой девушки. — Да, Габби, я в порядке, даже рада! Пойдем искать любимого мальчика!

***

— Эй! — воскликнул Гарри насмешливым раздраженным тоном. — Это я должен пригласить тебя на свидание! — Нет, это просто устаревшая социальная традиция, 'Арри, а я современная женщина. — Габриель прильнула к нему и игриво ткнула в грудь. Гарри на самом деле был счастлив, он и сам планировал сделать нечто подобное, причем не только для Габби, но и для Розы, а также для Сьюзен, если та не будет против. Даже с учетом того, с каким дерьмом они столкнулись после, у Гарри остались приятные воспоминания о свидании с Розой в кино, а быстрый поход на Косую-аллею с тремя девушками никак нельзя было назвать свиданием. Гарри также было любопытно узнать о Габриель. В его мире она была едва ли подростком, на шесть лет младше его. Здесь же Габби была почти ровесницей Розы, и они дружили всю жизнь. Волшебник посмотрел на Аполлин, с которой разговаривал в библиотеке до того, как туда вошли девушки. "Нет проблем, просто приходите ко мне ночью. Вы оба! Наша связь еще нова, и нам нужно укрепить ее... и, пожалуйста, позаботься о моей малышке". Вейла улыбнулась. Из воспоминаний Аполлин знала, что Гарри скорее умрет, чем позволит чему-либо случиться с ее дочерью. И ей жалко любого, кто попытается это сделать. Габриель захихикала и радостно запрыгала. — Я вернусь через двадцать минут! — И она выскочила из библиотеки. Гарри закатил глаза от энтузиазма красавицы и посмотрел на Розу. — Ты не против? — спросил он. Роза пожала плечами. — Вообще-то, не против, Гарри. Ты просто должен мне еще одно свидание. — Роза придвинулась и поцеловала его в губы. — Я просто надеюсь оправдать ее ожидания, я ведь не гожусь для свиданий... Ай! — Роза шлепнула Гарри по руке, прерывая его. — Заткнись, наше свидание было великолепным! — А еще... — сказала Аполлин с грустным видом. — Ты же знаешь, как всё сложно у "нас" со свиданиями. Да, Гарри знал. Пока он шел в свою комнату, чтобы переодеться и привести себя в порядок, он понимал, чего, вероятно, хочет Габриель. Почувствовать себя на какое-то время обычной шестнадцатилетней девушкой. Гарри ждал Габриэль, и, к ее чести, на подготовку у нее ушло около тридцати минут. Когда девушка спустилась по лестнице, волшебник почти не мог поверить, насколько просто и в то же время красиво она выглядит. Габриэль была одета в светло-розовое летнее платье на бретельках, которое облегало ее ноги и заканчивалось чуть выше колен. Серебристые светлые волосы сияли вокруг ее лица, словно нимб, и каскадом рассыпались по плечам. — Ты... выглядишь потрясающе... — честно сказал ей Гарри. —Спасибо, 'Арри. — Габриель не могла поверить, что краснеет, ведь она слышала это даже не в первый раз, но Гарри сказал это с такой искренностью, что она почувствовала теплую волну счастья. — Готова идти? — с улыбкой спросил молодой волшебник. — Да, но на чём? Поезд, такси? Гарри озорно ухмыльнулся и схватил Габриель за талию, девушка издала звук "ииип", после чего оба исчезли с хлопком. — Ты можешь аппарировать? — спросила Габриель, как только восстановила дыхание, стоя в пустынном переулке. Гарри улыбнулся. — Да, я знаю пару трюков, и Министерство не сможет меня выследить, так что не волнуйтесь. Так мы быстрее доберемся сюда. — Гарри пожал плечами и улыбнулся, как будто это была самая обычная вещь на свете. — А куда именно "сюда", мистер Поттер? Надеюсь, это не какая-нибудь старая пыльная улица. — Габриель огляделась по сторонам. Единственное, что она знала, - это то, что они находятся недалеко от океана, запах соленой воды был безошибочным. — Нет, тебе понравится. — Гарри взял ее за руку и вышел в переулок. Габриель засияла: они действительно находились рядом с морем, ветер развевал ее шелковые волосы и развевающееся платье. Здесь была небольшая улица с маленькими магазинчиками и ресторанами, и несколько человек наслаждались водой в жаркий день. Но что действительно привлекло ее внимание, так это большой пирс, протянувшийся на большое расстояние над волнами, и парк развлечений над ним. Гарри ощутил волну волшебства, когда её Шарм накрыл его, приятный и тёплый, как объятие, когда улыбающаяся девушка взглянула ему в лицо и с волнением поцеловала в губы. — Прости, прости... — Габриель извинилась, прежде чем сделать глубокий вдох и взять под контроль свою ауру. — Все в порядке, Габби. Правда. — попытался сказать Гарри. — Нет... Я не хочу, чтобы ты влюбился в мой Шарм... Гарри вздохнул: он уже проходил через подобное в своём мире. Проще показать ей это позже, решил он. — Итак... это Брайтон, я приезжал сюда однажды, когда был ребенком, но в моем мире не было колеса обозрения, здорово! — Гарри говорил почти как ребенок и протянул ей руку. — Сначала мороженое? — Ведите, благородный сир! — Габриель хихикнула, взяла предложенную руку и подошла к нему как можно ближе.

***

После того как Габриель и Гарри ушли, Роза решила разыскать Аполлин и Беллу. Молодой ведьме нужно было поговорить с ними о кое-чем, что ее гложет. Роза нашла обеих женщин в гостиной вместе со Сьюзен, обсуждавших, что делать, если просьба об эмансипации окажется успешной. — У тебя будет доступ к месту Боунс в 'Моте, и, хотя ты уже совершеннолетняя, я считаю, что для тебя по-прежнему важно завершить образование в Хогвартсе. — Белла заговорила своим "материнским" голосом, чем немало позабавила Сьюзен и Розу. — Но в то же время твое место не может быть вакантным. Вы должны будете назначить представителя, который будет занимать его вместо вас. Кого-то, кому вы доверяете и кто будет следовать вашим идеалам при голосовании. — И, — вмешалась Аполлин. — Если вы решите присоединиться к нам, чтобы помочь в защите Ковена. Сьюзен, казалось, на мгновение задумалась. — Могу ли я выбрать вас, тётя Белла? —Как бы я ни была рада твоей просьбе, дорогая, я не думаю, что это хорошая идея. — ответила Белла. — Почему? — Сьюзен выглядела озадаченной. — Потому что у мамы уже есть голоса двух Древних и Благородных Домов... — Все повернулись к Розе, когда она вошла в гостиную. — Это слишком большое влияние для одного человека. Если бы у нее были голоса трех Благородных Домов, люди начали бы голосовать против нее из чистой низости. Поверьте, я знаю об этом не понаслышке. — Девушка закатила свои изумрудные глаза, и Белла кивнула в знак согласия. — Ну... — Сьюзен сказала. — Значит, мне нужно об этом подумать. — Извините, что прерываю... — Роза извинилась, но три другие женщины отмахнулись от нее. — Но мне действительно нужно с вами поговорить... — Конечно, Роза, в любое время. — Белла притянула девушку ближе к себе. — Я полагаю, это что-то связанное с узами? — Да... — сказала Роза, когда Аполлин поднялась и обняла ее. Роза почувствовала, как сквозь связь пробивается ободряющее чувство. Сьюзен внимательно слушала. Роза посмотрела на них и глубоко вздохнула. Ей нужно было поговорить об этом, это было нечто, что съедало ее изнутри. Белла и Аполлин настороженно ждали. — Ты ревнуешь, Ро? — К всеобщему удивлению, вопрос задала Сьюзен. — Нет! То есть... да... но это не то, о чем ты думаешь... это сложно. — ответила Роза. — Так что же это такое, дорогая? — спросила Аполлин. Роза глубоко вздохнула. Она не знала, что сказать, она снова действовала, не подумав. — Я думаю... послушайте... — попыталась начать Роза. — Я никогда и ни с кем не чувствовала себя так близко, как с Гарри, и прежде чем ты это скажешь, я знаю, что это безумие, Сью, мы познакомились всего два месяца назад... но я уже люблю его... — У вас двоих особая душевная связь, так что... — сказала Аполлин. — Правда? — перебила Роза, чувствуя себя настолько неуверенно и уязвимо, что ей хотелось закричать. Теперь Белла и Аполлин удивленно смотрели на девушку. — Что ты имеешь в виду, Роза? — Белла забеспокоилась. — Я имею в виду... Он мне очень нравится, очень, очень нравится. Я знаю, что вам всем тоже. Я думаю... я... я, возможно, влюблена. Это так странно, я влюблена в себя? Как это по-нарциссически? Но дело не в этом. Дело в том, что, по-моему, Гарри мне не доверяет... — сказала Роза, нервно размахивая руками. — Почему ты так думаешь? — спросила Аполлин. Вейла почувствовала чувства Гарри, она знала, как сильно он переживает из-за ведьмы, стоящей перед ними. — Меня осенило после того, как мы сблизились, тетя Пол. — Роза попыталась объяснить. — Ты мне снилась, я видела некоторые твои воспоминания, переживала некоторые моменты... и я точно знаю, что мама тоже видела некоторые его воспоминания... но я не могу ничего от него видеть... — Роза плакала. — Он как будто отгораживается от меня. Почему он мне не доверяет? Белла быстро обняла Розу и погладила ее черные волосы. Роза всегда боялась, что люди, которых она любила, не доверяли ей. — О боже... ты все неправильно поняла... — сказала Белла. — Почему? Где я ошиблась? — всхлипнула Роза. — Он не закрывает от тебя эти воспоминания, Роза... — грустным тоном сказала Аполлин. — Гарри блокирует их от себя. Гарри пытается спрятаться от собственной боли... — Видишь ли Ро... — сказала Белла. — Он не хотел показывать мне эти воспоминания. Я думаю, Гарри не хотел бы, чтобы кто-то увидел то, что случилось Роза. — Почему? — Он участвовал в войне, дорогая. Ужасной, страшной, он видел, как погибли многие люди, которых он любил, некоторые очень страшным образом, и он пожертвовал собой, чтобы у тех немногих, кто выжил, был шанс. И вместо того, чтобы наконец-то отдохнуть, он был брошен сюда. Я не думаю, что сам Гарри хочет помнить то, что я видела, милая. И поскольку вы с ним так близки, он неосознанно ограждает и тебя. — Белла взяла ее за руки. — Он страдает от посттравматического стрессового расстройства, как те солдаты из Вьетнама, Кувейта, Хорватии или Сомали, или наших собственных войн против Гриндевальда и Леди Ви, и ему нужно, чтобы мы помогли ему справиться с болью. — Гарри верит, что если он спасет тебя, если сможет уберечь тебя от страданий, которые случились с ним, то сможет справиться с собственной болью. — Аполлин продолжила. — Но в какой-то момент ему придется бороться с ней. Именно тогда ты будешь нужна ему больше всего. И мы все будем рядом с тобой. Роза молчала, впитывая слова женщины. — Так вот почему он так быстро смирился со всем этим? Должно быть так и есть... — подумала Роза. Изумрудная девушка посмотрела на Сьюзен, в глазах которой стояли слезы, и обняла ее. Она позволила подруге всхлипывать у себя на плече, пытаясь понять слова матери и тети. Гарри нуждался в ней, и она не собиралась его подводить. В конце концов, это было похоже на Розу - спасать людей.

***

Фисташки! Фисташковое мороженое! Гарри только что открыл для себя лучший вкус на свете. — Почему никто, причём в двух разных измерениях, не мог сказать мне, что эта вкусная штука существует! — Гарри взял в руки рожок с зеленоватой холодной сладостью и улыбнулся. Габриель смеялась, держа в руках свой собственный рожок с клубничным чизкейком. Есть вещи, которые магглы умеют делать лучше, чем волшебники, и мороженое - одно из них. Габриель, напротив, прекрасно проводила время. Гарри не только не болтал с ней без умолку, он был забавным и очень обаятельным. Гарри спросил, что ей нравится, и действительно послушал ее: именно она предложила фисташки, которых он никогда не пробовал. Все, что ей нужно было делать, - это держать в узде свой Шарм. Так думала молодая вейла. Когда они проходили по пирсу, люди не могли не смотреть на них. Они были молодой и странно привлекательной парой. Гарри с его худощавым телом, всклокоченными волосами и умными зелёными глазами выглядел почти как звезда боевика, а Габриэль была так прекрасна, что казалась неземной и неестественной. Она словно парила над пирсом в своем струящемся платье и с серебристыми волосами. — Знаешь... — сказал Гарри, доев свое мороженое. — Я не могу передать словами, как сильно я восхищаюсь тобой и Розой. — Moi? Почему? — Габриель был удивлен. — Я знаю, каково это - когда за тобой наблюдают и осуждают, это отстой. А у вас двоих все в десять раз хуже, просто потому что вы женщины. Это несправедливо. — ответил Гарри. — Я знаю... но, по крайней мере, мы есть друг у друга, и у нас есть друзья, верно? — Габриель пожала плечами. — Да, это так. — Но я признаю... — Габриель решила проверить реакцию Гарри. — Иногда мне трудно взять себя в руки. Иногда я просто просыпаюсь, ненавидя все и всех... — ее голос был низким и жестким, и Гарри понял, что она говорит правду. — И ты хочешь сжечь весь мир? — сказал Гарри с грустной улыбкой. — Oui! Я знаю, это делает меня плохим человеком... — Нет, я чувствую то же самое. Эти люди понятия не имеют, через что нам с тобой пришлось пройти. Но позволь мне сказать тебе, Габби, я видел, как сгорел мир. Он того не стоил. Ни в коем случае. — сказал Гарри, глядя на воду. — Но... как ты с этим справляешься? Я знаю, я веду себя сердито и храбро, но в конце концов... — Габриель посмотрела в его яростные зеленые глаза. — Ну и пусть смотрят... — Гарри посмотрел на нее и улыбнулся. Та самая улыбка, которую обычно дарила Роза, когда была в чем-то уверена. Та самая, которая сразила Близнецов. Габриель крутила в голове его слова. Она наклонилась и поцеловала его, глубоко и с любовью, и пришла в восторг, когда он поцеловал ее в ответ. Вейла внутри нее запела, и Габриель почувствовала, как ее магия радостно реагирует на этот контакт. — Пойдём, позволь мне выиграть тебе несколько глупых призов. Чтобы компенсировать мое мужское эго. — Гарри подмигнул ей, и Габриель хихикнула. — Ведите, Мистер Гордец. Они шли рука об руку до игрового салона, и Габриель чувствовала себя счастливой от контакта с кожей: их пальцы переплетались и касались плеч, позволяя ей чувствовать себя комфортно и безопасно. Через некоторое время даже взгляды других мужчин перестали ее беспокоить. Хотя она продолжала испытывать ревность, когда другие девушки смотрели на ее спутника. Сегодня Гарри был ее! Благодаря тому, что на поле боя и в квиддиче у него сформировались рефлексы и движения, Гарри находил эти игры достаточно легкими, чтобы просто расслабиться и получать удовольствие. Самым приятным было получать поцелуи от Габриель каждый раз, когда он выигрывал большое количество билетов. Гарри начинал по-настоящему любить эту девушку, она была умной и веселой, хотя иногда немного злой в своих шутках. Но Гарри мог ее понять. Если бы предрассудки здесь были хотя бы вполовину такими же, как в его мире, он бы тоже раньше раскис. В конце концов он купил ей столько билетов, что хватило бы на чучело маленького уродливого единорога. Они покатались на аттракционах и поели фастфуда, как два обычных подростка. — Прости... — сказал он, немного смутившись. — Не стоит... — Габриель обняла странную игрушку. — Я буду любить мистера Уродца только за то, что ты выиграл его для меня. Это было очень весело! — Мне тоже было очень весело, Габби. Но прежде чем мы уйдем, нам нужно прокатиться еще раз. — Гарри подмигнул ей. Не зная почему, Габриель покраснела, когда он так посмотрел на нее изумрудными глазами. Они прошли к колесу обозрения и сели в одну из маленьких кабинок, оставшись вдвоем. Габриель оглядывала пляж, город и море, наслаждаясь близостью Гарри, пока огромная смертельная ловушка совершала медленный подъем. — Приятно смотреть на вещи с высоты, не так ли? — спросила Габриель, оглядывая пирс и маленькую улочку. — Да, она прекрасна... — ответил Гарри. Габриель повернулась к нему, готовая возразить, что пляжи во Франции красивее, но заметила, что он говорит не об этом месте. Гарри пристально смотрел на нее... только на нее. Габриель снова покраснела. Гарри взял ее за руку, мягко, не навязчиво прикоснувшись к ней. — Габби... ты можешь прекратить сдерживать её... тебе не нужно беспокоиться обо мне... — прошептал Гарри. — Гарри... Я не хочу делать это с тобой... Я не хочу, чтобы ты любил меня из-за этого... — Юная Вейла со слезами на глазах смотрела на его ободряющий взгляд. — Пожалуйста, Габби, доверься мне. Отпусти её и наслаждайся. Доверься мне. — Гарри сжал ее руку и улыбнулся. Этой улыбкой. Габриель глубоко вздохнула и расслабилась, выпустив все наружу. Ее Шарм, который накапливался и сдерживался весь день, устремился в Гарри, как удар. Гарри знал, что он невосприимчив к нему, но, тем не менее, оно подействовало на него. Он почувствовал, что его чувства онемели, а член быстро твердеет. На секунду ему показалось, что вокруг Габриэль появился ореол, и она стала еще прекраснее. Габриель почувствовала облегчение от того, что позволила своей природе стать свободной, и, как она и ожидала, вся ее сила мгновенно направилась на стоящего перед ней мальчика, объект ее собственных желаний. На целую секунду она почувствовала, как на нее накатывает страх, когда его глаза остекленели и стали широко открытыми. Девушка испугалась, что все испортила. Но вместо того, чтобы схватить её или нести какую-то чушь, Гарри улыбнулся, когда его глаза вернулись в фокус. Мягкая, искренняя улыбка. — Я же говорил тебе... — прошептал Гарри и прижал ее голову к своей груди, нежно поглаживая ее волосы. Габриель захотелось плакать от счастья. Вейла освободила свой Шарм, она могла быть верна своей природе, а он просто обнимал ее и разговаривал с ней, как обычный человек. Гарри чувствовал, как их магия соприкасается друг с другом, танцует и соединяется в нечто иное. Как с Аполлин, как с... Флёр. Но Габриель знала, что должна держать себя в руках, пока аттракцион не закончился - для обычных людей над пирсом, - но перед этим ей хотелось подарить ему хотя бы один настоящий поцелуй с ослабленным контролем. Она приподнялась с груди волшебника и нежно приникла к его губам. Их языки соприкоснулись, и это было волшебно. Габриель почувствовала, что тает в его рту, поцелуй не был похож ни на один из тех, что она когда-либо испытывала. Он был страстным, любовным и чувственным. В нем проскакивали искры магии и мечты. Ее мама была права. Гарри знал свою Вейлу. И сейчас она была его Вейлой.

***

Когда они наконец вернулись домой, на счастливого Гарри набросилась Роза, страстно обнимая и целуя его. Габриель просто смотрела на них и хихикала. — Ого, кто-то очень скучал по мне... — в замешательстве констатировал Гарри. — О, заткнись, придурок! — сказала Роза между поцелуями. — Гарри... — Ведьма заглянула в его глаза, зеленые встретились с зелеными: — Помни, мы будем вместе чтобы ни случилось, верно? Ты и я. — Конечно Ро... — Гарри глубоко поцеловал ее в ответ. В ту ночь Роза спала между Гарри и Аполлин.