Парадокс Розы

Глава 21

Грядет нечто порочное

  — Ну же, мама, не волнуйся. — проговорила Роза тихим, хриплым шепотом. — Ты помогла мне в первый раз, теперь позволь мне помочь тебе. — Молодая ведьма схватила задыхающуюся Беллу и помогла ей встать, сперма вытекала из недавно оттраханной киски старшей ведьмы. Кто бы мог подумать, что бондаж может быть одновременно таким приятным и таким утомительным; по Аполлин это казалось намного проще. Женщина уже кончила три раза без остановки, а Белле оставалось сделать еще один шаг. От количества магии и удовольствия у нее помутилось в голове; она понимала, почему некоторые члены Ковена предпочитают не связывать себя узами. Но она хотела этого, чтобы быть еще ближе к Гарри и Розе. К счастью, Роза была рядом и помогала ей с заклинаниями. Уверенность пришла к Белле вчера вечером, когда она была в Годриковой впадине со своими друзьями. Белла стояла перед руинами места, которое когда-то было ее домом. Белла, Аполлин, Брайар-Роуз, Нарцисса и Моника с бутылками пива в руках смотрели на неизменные куски обломков, которые Министерство магии окрестило священными. — В то время я совершила столько ошибок, - печально констатировала Нарцисса. — Вы с Джеймсом всегда были рядом со мной, и все же я решила послушать тетю Вальбургу и всю эту чушь о чистоте крови и прочем дерьме. — Она вздохнула: — Люциус был таким красивым и галантным в то время. А я была такой дурой. — Это не твоя вина, любимая. — пыталась сказать Моника. — Они обманули тебя. — Мне бы хотелось, Мона... но я не могу отрицать свою вину. Я была ослеплена властью и ощущением своей исключительности. — Нарцисса посмотрела на кладбище. — Знаете, какое-то время я действительно ненавидела Лили. — Брайар-Роуз и Моника смотрели на нее расширенными глазами. — Да, она была лучше меня во всем: она была магглорожденной и лучше меня владела магией, она заполучила самого красивого мужчину, который не был монстром, в школе, и долгое время я думала, что она украла у меня сестру... — Цисси! — начала говорить Белла. — Я знаю Белла, — махнула рукой Нарцисса. — Я никогда не теряла тебя, и она не виновата. Вина лежит только на мне. Ты всегда ясно говорила, что думаешь, а я предпочла пойти по легкому пути. — Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, правда, Цисси? Я всегда любила тебя. — сказала Белла теплым голосом. — Я знаю, Белла... Мне понадобилось несколько лет, чтобы понять это, а когда это случилось, было уже слишком поздно. Эта сука уже забрала у нас Джеймса и Лили. Некоторое время они молчали; Белла взяла еще одну кружку пива и смахнула слезу с лица. — Ты в порядке Белла? — спросила Аполлин. — Просто ушла в вспоминания. Знаешь, когда Лили забеременела, я была так рада за нее. Она всегда хотела иметь семью. Тогда я решила, что буду любить Розу, как родную, но также решила, что хочу собственного ребенка. — Белла сделала глоток из бутылки. — Но я была так сосредоточена на своей карьере в ОМП, что пришла к выводу, что сейчас неподходящее время. Я поговорила с Джеймсом, и он тоже хотел этого, но согласился со мной. Идиот, он всегда соглашался с нами, чтобы сделать нас счастливыми, — Белла мягко улыбнулась уголками губ. — Мы решили, что сделаем это, когда Розе будет около двух лет. — По ее лицу потекли слезы, голос дрогнул и надломился от грусти. Аполлин и Нарцисса обняли ее. — Эта... эта сука... это чудовище! Она забрала у меня все, я так ее ненавижу! — Я знаю, что это больно Белла, — прошептала Аполлин. — Но у тебя есть Роза, и ты ей прекрасная мать; и у тебя есть мы. — Когда я согласилась на это задание, я работала под прикрытием между ОМП и Нью Скотланд-Ярд. В то время ИРА наносила мощные удары, и Крауч считал, что в этом замешаны сбежавшие Пожиратели смерти. Поэтому я отправилась на несколько очень, очень опасных заданий. В конце концов я получила пулю и была вынуждена уйти в отставку. Тогда-то я и узнала через друга из NSY, где находится Рози. Остальное вы знаете; она спасла меня так же, как я спасла ее. — А теперь у вас есть Гарри. — сказала Брайар-Роуз. Белла могла только улыбнуться. — Да, теперь он тоже у меня, или, может быть, я у него. — Малыш Джеймс? — спросила Брайар. — Нет, определенно нет. У него есть некоторые качества Джеймса, но он больше похож на Лили, а Роза - на Джеймса. — Кто он, Белла, я имею в виду, по-настоящему. Моя дочь пытается это скрыть, но она по уши влюблена в этого парня, и я думаю, что имею право знать. — спросила Брайар-Роуз. Нарцисса посмотрела на Беллу, которая кивнула. — Можно сказать, что он - Зеркальная версия Розы. АУ! — воскликнула блондинка, когда Аполлин ущипнула ее за задницу. — Ботаник! — Французская вейла фыркнула, игриво закатив глаза. — Не Зеркальная, милая, — поправила Моника, — он не бородатый и не злой. Он скорее похож на девчачью версию Куинна Мэлло-АУ!-ри. Черт возьми, прекрати щипаться, женщина! Это больно! — Брайар-Роуз выглядела смущенной. — Ладно, слишком много магловских отсылок. — сказала Нарцисса. — Моя придурковатая сестра и квази-сестра имеют в виду, что Гарри из другого измерения. Он генетический двойник Роза, но с парой хромосом XY вместо XX. — Белла объяснила, потрепав Нарциссу и Монику по затылку. — Что? Это розыгрыш? — спросила Брайар, широко раскрыв глаза. — Ты хочешь сказать, что он - мальчишеская версия Розы? — Клянусь своей жизнью и магией, я говорю тебе правду. — Белла поклялась, глядя прямо в глаза Брайар-Роуз. — Как еще ты объяснишь глаза Эванс? — Значит, он действительно мой... — Брайар-Роуз пересчитала по пальцам — дважды двоюродный брат, как Роза. — В магическом, межпространственном, таинственном смысле - да. — Ебать... то есть... простите... но ебать! — Да. — просто сказала Белла. — Это была и наша первая реакция. — Это предложение, Бри? — спросила Аполлин, пытаясь немного разрядить обстановку. — Не сейчас, Пол... это... вау... что он здесь делает? — Мы не знаем. Энди изучает этот вопрос и считает, что между нашими измерениями есть какая-то связь; слишком много совпадений. — Совпадения? — Помнишь, мы рассказывали тебе, что в начале 80-х годов я пролежала в коме около года? Моя душа, или разум, или что-то еще было отправлено туда. Я могла видеть его и мир вокруг него, но не могла прикоснуться к нему. Я оставалась рядом с ним изо дня в день в течение почти семнадцати лет. — объяснила Моника. — Теперь, когда он здесь, я чувствую, как его магия касается моего сердца, моего тела, моей души и... моей сути. — Да, — продолжала Аполлин. — Энди права, его магия тесно связана с этим планом и здешними людьми... слишком тесно, чтобы быть совпадением. Я верю, что он здесь не просто так. — Вау... простите, это уже слишком... и вы берете его в свой дом, вы его не боитесь? — спросила Брайар у Беллы. — Гарри уже спас наши жизни, Бри... и то, как он ведет себя с Розой, это... просто невероятно. — И с Габби тоже. — добавила Аполлин. У Нарциссы появилась идея. — Сестренка, как ты думаешь, Омут памяти Джеймса все еще спрятан в подвале? — спросила блондинка. — Если Министерство не забрало его, то возможно. Давай проверим. — Белла была уже немного пьяна. — Хм, а как же Маячки? — спросила Нарцисса. — Я леди Поттер, помнишь? По крайней мере, пока Роза и Гарри не достигнут совершеннолетия. — Белла шла по направлению к коттеджу и чувствовала, как новые охранные системы Министерства пытаются остановить ее, но их одолевают гораздо более древние и более мощные охранные системы Поттеров. Она чувствовала, как стазисный пузырь накрывает разрушенное здание. Белла грустно улыбнулась, почти подавленная воспоминаниями о своей прежней жизни: Джеймс и Лили, первые месяцы жизни Розы, ночи сильной любви. Белла даже скучала по тем ссорам, которые они иногда устраивали. — Ладно, давайте поищем этот Омут. — сказала Нарцисса, тронув ее за плечо. — Он спрятан в комнате под подвалом; это пережиток времен веселой банды старика Лавгуда до того, как дом был предложен нашей семье в качестве приданого во время Первой мировой войны. — — Тогда пойдемте... Они действительно нашли заколдованный предмет под подвалом, и Белла осторожно извлекла воспоминания из сознания Моники. — То, что вы сейчас увидите, не очень красиво. — предупредила Моника. — Это настоящее чудо, что он не стал Темным... или еще хуже... — У него была ты, милая. И Сьюзи. — успокаивающе сказала Нарцисса, погладив партнершу по щеке. — Не только это... его воля сильна, как и воля Розы... и Лили. — прошептала Белла и прижала свою магию к рунам на задумчивости, заставив их засиять. — Мне нужно это увидеть; я уже знаю кое-что из этого, но мне нужно это увидеть. — Белла вылила воспоминания в магическую жидкость и, глубоко вздохнув, решительно направилась к воспоминаниям из другого мира и другого времени.   Когда они вышли из воспоминаний, на лицах ведьм не было равнодушия: выражение их лиц менялось от ужаса и боли до полной ярости. — Эта сука! Как она могла?! Почему меня не было рядом с ним?! Я имею в виду, та другая я! Почему Дамблдор не оставил его с нами?! Я тоже из крови Лили! В крови Эванс течёт истинная кровь, я могла бы выдержать кровные чары! — Брайар-Роуз кричала от ярости. Гарри мог бы стать ее... ну, сыном другой Бри! А этот одержимый Высшим Благом козлиный ублюдок оставил его с Петунией! — И все эти манипуляции и предательства... В этот момент молчаливая Белла была уверена, что присоединится к Гарри. Если он был достаточно силен, чтобы выдержать все это, годы войны и остаться таким же заботливым человеком, каким он был, то он был достаточно хорош для Розы. — Это был не наш Альбус, мы должны помнить об этом... — Нарцисса пыталась рассуждать рационально, хотя ее эмоции почти вышли из-под контроля. — Это был не наш мир... тот мир был... — Блондинка задрожала. Некоторое время женщины стояли молча, каждая погруженная в свои мысли и боль. Гарри был выжившим. Аполлин направила свою палочку на висок Беллы и вытащила воспоминание. — Думаю, сейчас самое время увидеть его приезд и то, как он жил на площади Гримм. — Белла кивнула, и они снова погрузились в раздумья.   — Он встретился с Темной Леди без колебаний. — сказала Нарцисса, вынырнув из воспоминаний. — А ведь он тогда даже не знал, кто такая Роза. Воистину Поттер. — Она хихикнула. — Вначале мы боялись его, очень боялись. Но в глубине души я чувствовала его магию и каким-то образом знала, что он не хочет причинить нам вреда. Я могу только представить, как он боялся. — сказала Белла. — Гермиона не помогла. — с горечью отметила Моника. Где она ошиблась с этой девочкой? Внезапно Белла и Аполлин почувствовали, как на них накатывает волна магии. Знакомое теплое одеяло, ласкающее и трогающее самую сердцевину их существа. Брайар-Роуз наблюдала за тем, как ее четыре подруги краснеют и стонут; Аполлин даже запустила руки под юбку и начала теребить себя. Нарцисса почувствовала, что её трусики намокли, даже несмотря на расстояние. Если раньше она была уверена, что вознаградит Гарри за спасение Беллы, то теперь знала, что сделает это с удвоенной силой. Во рту у нее выступила слюна при мысли о том, как она будет скакать на его члене. И ей было ясно, что все остальные думают о том же. — О Боже! — начала Брайар-Роуз. — Что, черт возьми, происходит? — Она не хотела говорить, но выглядело так, будто все они ни с того ни с сего испытали одновременный оргазм. — Не... волнуйся... Бри. — сказала Белла, вернув себе самообладание. — Да... Кажется, наша маленькая особенная семья только что пополнилась еще одним членом.  

.OvO.

  Роза помогла Белле добраться до кровати, а затем помогла красивой старшей ведьме лечь. Белла все еще чувствовала, как по ее телу пробегают толчки удовольствия - ее магия приспосабливалась к новой формирующейся связи. Белла знала, что будет связана с Гарри и Розой всю жизнь, но, опять же, в каком-то смысле она уже была связана. Ведьме нравилась Амелия, правда, какое-то время, но она никогда не любила никого так, как Поттеров. И она с нетерпением ждала возможности испытать это снова; а если при этом она сможет помочь спасти свою дочь во всех смыслах, кроме крови, - ещё лучше. Но процесс связывания был очень интенсивным; Белла могла понять, почему некоторые из младших девочек захотят присоединиться к нему, не будучи связанными узами. Это была мощная, древняя сексуальная магия; неудивительно, что вейлы до сих пор ее практикуют. Белла была уверена, что после завершения процесса она не сможет жить без Гарри, который будет обнимать ее, носить на руках, трахать. Хорошо, что Аполлин и Белла подумали о том, чтобы снять на время учебного года дом на окраине Хогсмида. Белла подняла глаза и увидела сияющие лица двух ангелов, таких похожих и в то же время таких разных. Одну она знала с младенчества, и видела, как она совершает чудеса, а второй пришел из мира за гранью смерти, чтобы помочь им, и за столь короткое время стал неотъемлемой частью ее жизни. Их личный ангел секса. — Ты уверена, Белла? — Гарри спросил, его бушующая эрекция светилась, мокрая от смешанных соков, указывая на Беллу. — Я не хочу давить на тебя. — Да, Гарри... пожалуйста... толкай, глубоко внутрь...— Белла умоляла, она так сильно хотела его, ее магия нуждалась в нем. — Мама... мы любим тебя... тебе не нужно ничего доказывать. — Роза сказала это мягким голосом. — Я знаю, малышка... Я хочу этого, правда хочу, просто помоги мне с заклинанием, если мой разум помутится от удовольствия... — Конечно, мама, — Роза потянулась вниз, взяла Беллу за колени и подняла их, подтянув к плечам ведьмы, раздвигая ягодицы и киску, из входа в которую вытекала сперма, обнажая пульсирующий, предвкушающий анус. Белла задыхалась: последним, кто брал ее туда, был Джеймс, и, судя по тому, как Гарри жадно смотрел на ее задницу, все Поттеры были любителями задниц. Гарри сжал основание своего члена, пуская слюну от предвкушения. То, что Роза держала ноги Беллы, предоставляя ему легкий доступ, только улучшало ситуацию, а лицо старшей ведьмы, жаждущее и просящее его, доводило его либидо до потолка. Гарри подвел кончик своего члена к ее анусу и слегка надавил. Белла громко застонала. — Мама... ты предлагаешь это последнее доказательство преданности своему колдуну и ковену добровольно? — Да, пожалуйста... да... — Белла застонала, чувствуя, как член Гарри прижимается к ее бутону, и покачала бедрами в желании. — Тогда я смиренно принимаю то, что так бескорыстно дано. Итак... — Гарри надавил еще немного, и ее мышцы начали открываться ему навстречу. — Даааа... — Половина головки его члена была внутри. — будет... ТАК! — Гарри хрюкнул, и вся головка оказалась внутри ее невероятно тугой дырочки. Белла откинула голову назад, крича одновременно от боли и удовольствия. — ЕБААТЬ! Гарри медленно входил в нее, давая время ее внутренностям привыкнуть к его размерам. Волшебник проталкивал свою магию вместе с членом внутрь женщины, стараясь доставить ей как можно больше удовольствия. Вскоре он полностью вошел в ее попку: она была как на ладони, теплая и сжимала каждый дюйм его члена. — Сиськи Морганы... Я так... заполнена. — Белла застонала. — Пожалуйста, двигайся, детка... трахни меня! — попросила она с блеском в фиолетовых глазах. Гарри начал двигаться, чувствуя, как ее мышцы массируют его, когда он выходит, он стонал и снова входил, вскоре найдя ритм, который был удобен для них обоих. Белла начинала раскачивать бедрами каждый раз, когда он снова входил в ее попку, ее мысли улетучивались, теряясь в море удовольствия. Даже Джеймс никогда не чувствовался так хорошо внутри нее. — ДА, ДА, ДА... СЛОМАЙ МЕНЯ! ТРАХНИ МОЮ ЖОПУ! — Белла закричала, вскидывая бедра вверх, струи жидкости хлынули из ее открытой киски. Роза была поражена, она никогда не видела свою мачеху такой, в беспорядке похоти и удовольствия, и отголоски удовольствия Гарри быстро нарастали. Они скоро кончат, и сильно! Гарри продолжал двигаться, он уже даже не думал, его бедра двигались сами по себе. — Твоя попка так хороша, Белла. Я сейчас кончу! — ДА, ДЕТКА, ДА! Пожалуйста, глубоко в мою попку. Я хочу почувствовать это! — Умоляющие слова были слишком сильны для него. Гарри почувствовал, как напряглись его мышцы, прежде чем он залил ее попку своей горячей спермой. Гарри не мог поверить, насколько сильно он кончил, даже после того, что кончил три раза до этого. Белла закричала и кончила вместе с ним, чувствуя, как ее внутренности наполняются спермой Гарри. Роза увидела золотое сияние, окружающее их троих, и почувствовала себя ближе к маме, чем когда-либо.  

.OvO.

  В тот четверг, 1 августа, Гермиона Грейнджер вошла в Дырявый котёл. Пышноволосая ведьма выглядела усталой и злой; глубокие мешки под карими глазами свидетельствовали о том, что накануне она не сомкнула глаз. Ночь, последовавшая за крахом ее дружбы и строящегося романа, и предательством человека, который был для нее самым важным, после нее самой и ее отца - в таком порядке, не говоря уже о полном отказе Розы. Поскольку заснуть она не могла, то читала, читала и еще раз читала. В частности, о существах, порождённых беспокойными умами и нестабильной магией или откровенно тёмными искусствами, такими как некромантия и демонология. Двумя лучшими (или худшими, в зависимости от точки зрения) были Обскуры и Дементоры - хотя те изначально были неразумными Летифолдами, пока некий Темный Лорд не вложил в Летифолда живую душу. Существо обрело разум, но также и неутолимую жажду большего. Тульпа, как она читала, по своим процессам ближе к Обскурусу, хотя заимствована и у Патронуса, и у Дементоров. По сути, это мысль, наделенная формой и содержанием, как и разумный Патронус, но рожденная не от счастья или любви, а от жадности, страха, гнева, зависти и обжорства или похоти. Иногда задействовалось более одной эмоции, что создавало более могущественного и манипулирующего Тульпу. Согласно книге, которую она читала, для обработки сложной медитации требовался либо один могущественный маг или ведьма с талантом к легилименции, либо целый ковен, подобно сети компьютеров, выполняющих распределенные вычисления.   Мысли кудрявой ведьмы устремились к ее матери и этой Змеиной Стерве. И, кстати, к сыну этой Змеиной Стервы; она ненавидела этого маленького засранца всеми фибрами своего существа. Гермиона ненавидела его с такой страстью, которая затмевала ее общее презрение к обычным чистокровным, и все же она написала ему, чтобы он пригласил ее на обед в Котел - именно там и именно поэтому она сейчас находилась здесь. Павлина в зеленом было легко заметить, поэтому она подошла к нему и села за его столик. Его глаза поднялись от тарелки к ней, и он с гримасой отодвинул тарелку, хотя она и не была даже наполовину пустой. — Вот и пропал мой аппетит. Я очень надеялся, что это розыгрыш Пэнси, но нет, это действительно ты. Что тебе нужно, грязнокровка? Неужели пара месяцев вдали от твоей вони - слишком большая просьба? — Белокурый волшебник усмехнулся. Ухмыльнувшись, Гермиона наклонилась вперед. — И тебе привет, Драко. Я тоже рад тебя видеть. А каникулы у меня просто ужасные, спасибо, что спросил. — ответила Гермиона сладким голосом, в котором сквозил сарказм. — Грейнджер, я знаю, что ты ненавидишь меня так же сильно, как и я тебя. Так что если ты попросила меня прийти, значит, это что-то очень важное. — Драко ответил через мгновение, ущипнув себя за сломанную переносицу. — Твоя мама и моя трахаются. — просто сказала Гермиона. Пауза. Моргание. — Что? — спросил Драко, не желая верить, что правильно расслышал ее слова. — Моя мать и твоя - любовницы. — уточнила Гермиона. Она больше не улыбалась. — Мерлинг трахает Нимуэ в задницу, она не шутит! — понял Драко. — Я не знаю, что ты приняла, Грейнджер, но у тебя от этого галлюцинации. Моя мать ни за что не стала бы трахаться с магглом! Это просто скотоложство! Даже зоофилия! — Наследник Малфоев зарычал, его глаза наполнились яростью. Как эта грязнокровка смеет обвинять его мать в таком разврате?! Женщину он мог понять, даже если не принимал, но маггловскую женщину?! Это было оскорблением самого имени Малфоя! Не теряя самообладания, Гермиона открыла сумочку и достала несколько квадратиков бумаги. Маггловские, неподвижные фотографии Нарциссы и златокудрой красавицы латиноамериканского происхождения, безусловно похожей на Грейнджер, перед каким-то странным зданием, где все люди были одеты одинаково. — Мерлин, как жаль, что она грязнокровка, если Грейнджер окажется такой же красивой, как она... О ЧЁМ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ МЕНЯ! Драко вскочил на ноги, откинул стол в сторону и схватил Гермиону за горло. — Я должен убить тебя за то, что ты измышляешь такие мерзкие нелепости, грязнокровка! — закричал чистокровный, сжимая пальцы вокруг задыхающейся ведьмы. Но тут он отпустил ее и вскрикнул, когда сильный Жгучий Сглаз ударил его по локтю. Распустив чёрную мантию и перекинув через плечо заплетённые в косу тёмные волосы, Эйлин Снейп шагнула к нему, её палочка всё ещё была направлена на него. — Тетя Эйлин, я... — начал Драко. — Оставь это, Драко! — огрызнулась хозяйка зелий и повернулась к кашляющей и задыхающейся младшей ведьме. — С вами все в порядке, мисс Грейнджер? — Снейп спросил ровным тоном. — Что случилось, или, лучше сказать, что вы сделали, чтобы мой крестник так на вас напал? — Гермиона, с болью в горле, выбрала фотографию и показала ее профессору. Смазливая женщина вскинула бровь, но не выглядела удивленной. Драко посмотрел на свою крестную, потом на девушку Грейнджер, потом снова на свою крестную. — Нет! — просто сказал он, — Я знаю, что у матери есть определенные... склонности и слабость к Шлюхе-Которая-Выжила, но... Снейп посмотрел на него и вздохнул. — Драко, милый, они знают друг друга еще со времен Кубка мира по квиддичу. Мы с Моникой тоже общались много лет, еще до того, как ты поступил в Хогвартс. Я не знала, что она маггл, хотя считала, что она сквиб с талантом и стремлением, которые напомнили мне... неважно. В то время она, похоже, многое знала о магическом мире. Взмах палочки - и стол снова на месте. Она прочитала несколько статей, которые я опубликовала в Еженедельнике зелий, и связалась со мной. — заключила она. Гермиона оценивающе посмотрела на неё. — Полагаю, это объясняет некоторые вещи, которые мне были интересны, мисс Грейнджер. Драко уставился на обеих ведьм. Затем он выбрал вторую фотографию и посмотрел на выражение лица своей матери. Нарцисса выглядела счастливой, свободной. Влюбленной. Все то, чем он никогда не мог стать. В его сердце разрастался глубокий, холодный гнев, заменяя любовь и почтение, которые он когда-то испытывал к матери, ненавистью и презрением. — Она заплатит за это предательство. Она будет жить, но она будет страдать, и страдать она будет одна!

.OvO.

Гарри посмотрел на огромный, внушительный замок и улыбнулся. Как хорошо, что он стоит, не сломан и не превращён в братскую могилу. Он снова поблагодарил Старших за этот новый шанс. Сегодня ему предстояло выступить перед учителями, чтобы они увидели его способности. Будет смешно сдерживаться, как обычный шестнадцатилетний. С ним были Белла и Аполлин, а также Габриель, вцепившаяся в его руку. Гарри нравилось общаться с Вейлой, особенно на фоне прохладного ветра, возвещавшего о конце лета. Роза была в поместье Гринграссов вместе с Дафной и Трейси, разрабатывая стратегию, как убедить патриарха Патил разрешить Падме провести остаток лета в поместье Г для обучения, как только Белла получит специальное разрешение от старого друга из ОМП, чтобы подростки могли использовать свои палочки в доме. Сьюзен была на встрече с Нарциссой и Тедом, продвигая процесс своей эмансипации. — Пожалуйста, Гарри, пожалуйста, постарайся не взрывать все вокруг. — Белла сказала это с серьезным лицом. — Я ничего не обещаю... — сказал Гарри с озорной улыбкой. — Ты слишком много времени проводишь с Розой. — Белла закатила глаза. У ворот их ждала Минерва МакГонагалл с широко раскрытыми глазами. Гарри уже начал привыкать к подобной реакции, он мог только представить, что если зачарование, скрывающее шрам на его лбу, не сработает, то люди погибнут. — Мерлин... вы выглядите как...— начала старая профессорша, но почти сразу же вернула себе самообладание. — Доброе утро, мисс Блэк, мисс Делакур. Это, должно быть, Габриель и Гарри, я полагаю. — Старая ведьма произнесла это нейтральным тоном, одарив обоих подростков суровым взглядом. Гарри пришлось сдержать желание хихикнуть. — Пожалуйста, следуйте за мной. — Минерва начала идти в сторону замка. — Сегодня вы оба пройдете тестирование по множеству дисциплин, чтобы убедиться, что ваше предыдущее образование соответствовало стандартам Хогвартса. Если мы обнаружим недостатки, вы будете помещены в соответствующий класс со студентами младших курсов. Большинство тестов будут носить практический характер, так как оба уже выполнили свои СОВА. Гарри ощутил прилив счастья от того, что снова вошёл в старый замок. Правда, магия в нём ощущалась немного иначе, но это был Хогвартс, без сомнения, и он чувствовал себя так, словно приветствовал его возвращение. — Может быть, все Хогвартсы во всех вселенных в какой-то степени связаны между собой? — размышлял он, направляясь к Большому залу. Возможно, в этом стоит разобраться. Габриэль же, напротив, относилась к школе с сомнением. Когда вейла впервые приехала сюда, почти два года назад, все, чего она хотела, - это остаться и ходить на занятия со своими подругами, Розой, Дафной и Трейси. Но в тот год она увидела и уродливую сторону Хогвартса. Как относились к ней фанатичные идиоты, как Гермиона называла ее шлюхой, как чистокровные видели в ней лишь полукровку, и она не могла не думать, что именно в тот год они начали терять Флер. Несмотря на победу на турнире, сестра стала еще более отстраненной и подавленной после того года. Но теперь Роза избавилась от Гермионы, и теперь у Габриэль был Гарри. Ее товарищ. Приятель ее матери, а может, и сестры. К черту англичан и их предрассудки, если понадобится, ей достаточно будет сломать несколько костей. Злобно ухмыляясь, Габриель вошла в большой зал. Все профессора сидели за столом для персонала, и, глядя на них, Гарри обратил особое внимание на Эйлин Снейп, высокую, худую ведьму, которая смотрела на него с таким выражением отвращения, что это было почти смешно. Возможно, из-за этого Гарри не заметил совершенно озадаченного выражения на лице Авроры Синистры. Красивая чернокожая ведьма смотрела на него широко раскрытыми глазами, не веря своим глазам. — Гарри... — прошептала она про себя. Снейп смотрела на него, на мальчика, на загадочного Поттера, от которого все бегали кругами. Даже ее Темная Леди была одержима им. Еще один Поттер после всех этих лет, когда она думала, что мир свободен от этой чумы. Еще один Поттер, помогающий маленькой шлюхе, и, что еще хуже, похожий на него. Снейп почувствовала, как ее магия полыхает от воспоминаний, но удивилась, когда собственная магия мальчика агрессивно откликнулась, окружая не только его, но и шлюх вокруг. Это отличалось от всего, что она когда-либо чувствовала; только Роза чувствовалась похоже. Женщина крякнула. Как Гарри и ожидал, тесты, в основном, состояли из заклинаний пятого курса. Первой была Минерва, которая попросила провести базовую трансфигурацию неживых существ, а затем несколько более сложных. Как и Минерва, которую он знал, эта женщина была серьезной и деловой. Гарри был впечатлен Габриэль, которая, как и он, без проблем справлялась с заданиями. — Молодцы мистер Поттер и мисс Делакур, я вижу, что преподавание в других школах не уступает Хогвартсу. — сказала старшая ведьма. Затем Филиус попросил наложить чары и уделил особое внимание вызывающим и изгоняющим. Габриель наколдовал изящное кресло и цветы, а Гарри, к всеобщему удивлению, - живого кролика. — Хвастаешься! — хихикнула Габриель. Следующей была Эйлин Снейп, завершившая обязательные дисциплины с защитой. Она спустилась со стола и посмотрела на них. — Я слышала, что в Шармбатоне есть выдающийся дуэльный класс, это правда, мисс Делакур? — Высокая худая женщина спросила, едва скрывая презрение в голосе. — Да, мадам. — Хотите продемонстрировать? — Oui... — Габриель пожал плечами. Они прошли в центр комнаты и поклонились друг другу. Гарри ожидал злобной атаки со стороны профессора, но она была почти роботизированной, словно проверяла способности Габби к нападению и самозащите. Гарри хихикнул, но негромко. — Нашли что-то забавное, Поттер? — спросил Снейп с ядом в голосе. — Нет, сэр, я имею в виду, мадам! — сказал Гарри. Губы Снейпа дрогнули, и она уставилась на мальчика. — Ну что ж, думаю, теперь твоя очередь демонстрировать... — Как пожелаете, профессор. — Гарри прошел в центр комнаты мимо улыбающейся Габриель и подмигнул ей. Он занял свое место в центре, и ему не пришлось долго ждать, пока в него бросят первое проклятие. Гарри наблюдал за его приближением почти в замедленной съемке. По сравнению с Макнейром или Волдемортом это было сущим пустяком; его тренированный боевой ум взвешивал варианты: блокировать простым щитом, уклониться или послать сообщение. Гарри знал, что это опасно, но выбрал последнее. Почти небрежным движением он не только парировал Оглушающее заклинание, но и отразил его обратно в высокую ведьму, к всеобщему удивлению. Эйлин увернулась от собственного заклинания и уставилась на мальчика. Его глаза пугали ее; казалось, они заглядывали в самую глубину ее души, предупреждая, чтобы она не давила на него. Глаза Лили, светящиеся силой. Снейп стиснула зубы и снова атаковала - шквал беззвучных заклинаний, которые мальчик парировал или уклонялся. Казалось, волшебник знал каждый сглаз, каждое проклятие и как с ними бороться, и это злило женщину все больше и больше по мере того, как продолжалась дуэль. Все вокруг исчезли, и осталась только проклятая копия человека, которого она ненавидела больше всего в жизни. Гарри заметил, как нарастает сила, как от сглазов переходят к проклятиям, но, опять же, это ничто по сравнению с Темным Лордом. Он знал, что это не вся сила Снейп, но боялся, что женщина потеряет ее, если он не предпримет что-нибудь в ближайшее время. В ответ ведьма послала в него костедробительное проклятие, направленное на его руку, держащую палочку. Белла не могла поверить, что Снейп использовал опасное проклятие против Гарри, а выражение лица женщины выражало безумие и гнев. Белла подняла палочку, чтобы атаковать, когда земля перед Гарри сама собой подпрыгнула, блокируя проклятие, словно стена. За столом для персонала раздался вздох, когда спокойный мальчик взмахнул палочкой, и кусок камня полетел в сторону Снейп. Ведьма выставила перед собой мощный щит, но Белла увидела, что Гарри улыбается, и от этой улыбки по спине пробежали мурашки. Он был похож на кота, играющего с мышью. Еще одно движение палочки Гарри - и обломок земли распался на десятки мелких кусочков и с невероятной скоростью закружился вокруг стройной женщины, после чего ударил ее по спине в нескольких местах. Снейп упала на землю, но быстро поднялась, готовая колдовать снова. — Хватит! — Голос Дамблдора эхом разнесся по залу, когда он наконец вошел в комнату. — Бедный зал больше не может этого выносить. Полагаю, мальчик более чем доказал свою способность защитить себя и свои знания по предмету, верно, профессор Снейп? — Конечно, директор... — Женщина шипела от ярости, снова униженная Поттером. Все сотрудники наблюдали за происходящим, не отрывая глаз: они были выше уровня ЖАБА, только за счёт беззвучно произносимых заклинаний; все, кроме Авроры Синистры. Гарри все еще стоял на месте, готовый наброситься на неё в одно мгновение; взгляд был жестким, холодным и сосредоточенным. Белла поняла этот взгляд и подошла к нему, шепнув на ухо. — Все хорошо, детка... все закончилось, расслабься... — мальчик мгновенно сделал глубокий вдох, его тело расслабилось, он посмотрел на Беллу и улыбнулся. Директор сел на свое место и махнул рукой. — Давайте продолжим оценку, хорошо? Бабблинг встала; теперь была ее очередь тра... э-э-э... оценивать этого впечатляющего подростка. Она не заметила обеспокоенного выражения лица своей лучшей подруги. Гарри посмотрел на нее. На ней не было мантии, вместо этого она была одета в голубые джинсы, фланелевую рубашку и ботинки Сантьяго. Профессор поставила перед Гарри чашку с тыквенным соком и достала шесть листов пергамента, покрытых сложным набором рун. При активации они складывались в крошечных гуманоидов высотой около 5 дюймов каждый, и каждый из них брал в руки зубочистку, как будто держал меч, — Если они опрокинут ваш тыквенный сок, вы провалитесь. Если вы прикоснетесь к ним напрямую, вы провалитесь. Вот двенадцать листов. Делай с ними что хочешь, но используй только руны. Начинайте. По сигналу крошечные пергаментные человечки разбежались по столу и приблизились к месту Гарри и стакану с тыквенным соком. На пяти листах Гарри быстро начертил сложные руны, а на двух - сложную цепочку из вложенных друг в друга массивов. Два листа, сложенные вместе, образовали крошечный танк, а пять других - пять человечков. Из оставшихся листов Гарри вырвал полоски и покрыл их рунами, а также обмотал их вокруг зубочисток. Получились симпатичные маленькие винтовки, а на крошечном танке, который был синего цвета, красовался маленький флажок с черным символом омеги. Бабблинг визжал от радости и волнения. — Гарри если я пролью твой тыквенный сок, ты купишь мне и Авроре ужин! — радостно воскликнула она. В течение следующих десяти минут бумажные человечки кружили друг вокруг друга, укрываясь за дозаторами для соли и перца, обходя тарелки. Когда танк выстрелил, а он выстрелил, стекло, за которым прятались два солдата Бабблинга, взорвалось и разнесло их в клочья. Одна половина солдата пыталась ползти, но потом рухнула; бумажные — морпехи, воспользовавшись шоком среди вражеских войск, окружили их и расправились с ними с особой жестокостью, не взяв ни одного пленного и добив каждого пулей в голову. Победители подняли оружие в воздух и, молча напевая, отпраздновали победу, после чего Гарри отключил массивы, вернув пергамент в исходное состояние. — Трейси хорошо отзывалась о вас, и я вижу, что она была права; Неплохо Поттер, действительно неплохо. — сказала профессор, возвращаясь на свое место. Следующей была Аврора, и она почувствовала облегчение от того, что ей не придется оценивать Гарри, так как он не посещал астрономию по выбору, а только Габриель. Ведьма не была готова встретиться с ним лицом к лицу, ей нужно было сначала изложить свои идеи. Альбус Дамблдор наблюдал за тем, как продолжается оценка. Он видел золотые нити, исходящие из ауры мальчика и тянущиеся к трем женщинам с ним, и более слабые - между самими женщинами, и улыбался. Год обещает быть интересным.  

.OvO.

  В будние дни в Термах обычно было немноголюдно, лишь несколько ведьм резвились в теплой прозрачной воде, наслаждаясь покоем и сплетнями. Среди них была статная ведьма с длинными, как шелк, седыми волосами, каскадом ниспадавшими на ее четко очерченную спину. В свое время, во время конфликтов с Гриндельвальдом, ее прозвали Валькирией, как за телосложение, так и за свирепый и безжалостный стиль боя, когда она насылала проклятия и рубила конечности вечно острым топором. Вода капала с ее грудей, все еще гордо стоящих, лишь слегка обвисших, несмотря на приближающиеся 80, и не выглядящих ни на день старше пятидесяти, розовые соски, твердо выступающие из ареол размером с серп. — Сюда, госпожа. — Молодой эфеб в бело-голубой набедренной повязке позвал ее, указывая на массажный стол, установленный между двумя колоннами у ног статуи Артемиды. Его глаза были закрыты повязкой, которая, казалось, не мешала ему двигаться. Ведьма улыбалась и откровенно любовалась им, пока шла к столу: окружающие чары высушивали лишнюю влагу с ее кожи и волос, чем дальше она отходила от бассейна. На столе рядом с ней лежала такая же обнаженная женщина с рыжими волосами, спадающими каскадом по обе стороны головы и шеи, а другой молодой человек обрабатывал ее грудь и пышные формы. — Тот же массаж, что и для моей подруги. — сказала женщина. — Полная формула. — Да, госпожа. — ответил юноша, когда ведьма легла на стол на живот. Она улыбалась от удовольствия, когда он массировал ей спину. — Что ты думаешь, Августа? — спросила рыжеволосая, пока пальцы массажиста обводили ее темно-розовые ареолы размером с галлеон, а другая его рука двигалась к рыжей копне волос. — Действительно, очень приятно. — Ведьма Августа ответила ему улыбкой. рыжеволосая ведьма повернула голову в ее сторону. — Ты знаешь, о чем я. — раздраженно ответила молодая женщина. — Поттеры - гораздо более древний и сильный Дом, чем Боунс, Амелия. — Августа ответила ровным голосом. — Не стесняйся двигаться ниже, парень. — Она добавила, обращаясь к массажисту, мальчику, недавно окончившему Хогвартс. — Поттеры уходят в Тьме, Августа. — Амелия Боунс заявила, а затем застонала, когда рука массажиста провела по ее клитору под красным кустиком в форме треугольника. — И это из-за влияния Блэков, но ведь они веками были в союзе с Лавгудами, смешивая их линии. Августа получала огромное удовольствие от массажа, но отношение Амелии действовало ей на нервы и стоило будущему министру поддержки Поттеров-Блэков. Правда, близость между мальчиком Поттером и девочкой Блэк раздражала её, а то, что этому способствовал её собственный сын Фрэнк, вызывало гнев и разочарование. Одна из причин, по которой она тайно саботировала исследования по поиску лекарства от болезни его и его полукровки-бродяги жены Алисы, и почему она так властно и приниженно относилась к Невиллу. Ей нужно было получить регентство в замке Лонгботтомов, чтобы к моменту вступления внука в должность стать полноправной Верховной ведьмой. Лонгботтомы снова стали бы силой, с которой нужно считаться. Именно поэтому она хотела видеть Амелию Боунс в качестве министра и обязанной ей. — Допустим, - да, дорогая, моя задница нуждается в заботе, - ради аргументов я соглашусь на контракт между Невиллом и Сьюзен. Полагаю, вы хотите включить в него пункт о продолжении рода? — Молодой человек переместил руку на ее упругие щеки и раздвинул их, совершая круговые движения, обнажив темно-розовый анус и розовые складочки, проглядывающие сквозь приоткрытые наружные губы. С каждой секундой она становилась все более влажной. — Святая Фрейя, это божественно! — с восторгом подумала старшая ведьма. Амелия усмехнулась: вот оно. — Напротив. Она будет леди Лонгботтом, но строго под вашим контролем, а титул Боунс вернется к ее ближайшему родственнику. — А точнее к тебе. — заявила Августа между стонами удовольствия. — Да. Но в основном из-за того, какой оказалась Сьюзен. Она упряма и чересчур прогрессивна в промаггловской повестке дня. Перемены должны быть, но они должны быть прогрессивными и без утраты наших традиций, и я верю, что с вашим внуком в качестве ее ярла она будет под вашим сапогом. Августа вскинула бровь: не многие знали, что они являются потомками рода Лодброков в Швеции и Дании. Эта аврор делала домашнюю работу или поручала кому-то сделать это за нее. Посмотрев на нее, Августа увидела, что Амелия стонет и выгибает бедра вверх, пока массажист ласкает ее киску. Она перевернулась на спину и посмотрела на своего мальчика. — Доведи меня. Сильно. — Да, мадам. — Мальчик просто сказал, переместился между ее сильными и хорошо очерченными бедрами и начал лизать их, продвигаясь к ее киске, окруженной седыми волосами. Вскоре она громко застонала, когда он стал посасывать ее клитор. Улыбаясь, Августа наслаждалась поездкой. Будет время для игры во власть и политики. Сейчас ее нужно трахать, и трахать жестко. Она залезла под набедренную повязку и начала играть с членом молодого человека, пока он двигался вокруг нее и ласкал ее дырочки.  

.OvO.

 

Гарри последним вышел из камина на площади Гримм и как всегда, споткнулся и чуть не упал, только чтобы приземлиться на две большие мягкие подушки с мягкими руками и приятным ароматом. — Спасибо, Сьюзен... — Гарри поднял глаза на покрасневшую рыжеволосую девушку и улыбнулся, получив от нее поцелуй в губы. — Ты уверен, что не нарочно 'Арри? — спросила Габриель, хихикая. — Хотелось бы, по крайней мере, тогда моя гордость не будет задета. Итак, Сью, как прошла ваша встреча? — Это было здорово! — Сьюзен притянула Гарри к себе. — Мисс Нарцисса и мистер Тонкс считают, что мое дело убедительно, а гоблины уже дали свое согласие на документацию. Сейчас оно находится на рассмотрении в министерстве, и мы должны получить результат через неделю или две. Тетя Амелия может сопротивляться, но у нее нет такого авторитета, как у Беллы и Мел, поэтому бороться против нее в министерстве было бы политическим самоубийством. — Гарри улыбнулся: было приятно видеть Сьюзен такой счастливой. Вместе с Розой и Дафной она была девушкой, на которую его магия реагировала больше всего, и она спасла его, когда он был ребенком. Нет того чтобы он не сделал ради нее, даже если бы она не присоединилась к Ковену. — Я очень рада за тебя Сью! Хотел бы я сделать что-то еще, но здесь у меня нет никакого политического влияния. — сказал Гарри. — Поверь, Гарри, ты помог мне больше, чем ты можешь себе представить. — Она сказала и снова поцеловала его. Габриель слегка поморщилась: по какой-то причине она немного завидовала Сьюзен. Рыжеволосая девушка разделяла с Гарри близость, которой у нее не было, но которой она жаждала. Габриель надеялась, что узы дадут ей это, но если нет, она была готова потратить время. Несмотря на предостережения матери, юная Вейла решила завершить узы до конца лета. Гарри стал чаще брать ее на свидания, только вдвоем, и это было лучшее время, которое она когда-либо проводила. Некоторое время она не могла смириться с этим, но теперь была уверена. Габриель влюбилась в Гарри, так же как Роза и Сьюзен. Теперь, глядя на то, как Сьюзен обнимает и целует его, юная вейла надеялась, что сможет полностью разделить его. Огонь снова вспыхнул зеленым, и в комнату вошла небольшая свита, состоящая из Розы, Дафны, Трейси и Падмы. — Гарри! Посмотрите, кого мы привели! — воскликнула Роза, указывая на покрасневшую застенчивую Падму. — Пр... Привет, Гарри... — Привет, Падма, я рад, что ты смогла прийти; надеюсь, твой отец не доставил тебе много хлопот. — Не так много, как моя сестра... — вздохнула Падма. — Я знаю, что Роза, должно быть, уже сказала тебе, но если твоя сестра, Лаванда или кто-то еще нагрубит тебе, дай нам знать, хорошо? Мы держимся вместе. — Гарри сказал это серьезным тоном. — Это мой рыцарь в сияющих доспехах... — сказала Дафна шутливым тоном, прежде чем поцеловать его. — Не то чтобы я считал, что вы не можете защитить себя, но такие идиоты всегда бегают стаями. — сказал он извиняющимся тоном. — Я просто подшучиваю над тобой, Гарри. — Дафна усмехнулась. — Ну и как, мы окажемся в одном году? — Да... — Значит, все было в порядке? — спросила Роза. — Да, до тех пор, пока Гарри и профессор Снейп не разрушили Большой зал... — Габриель хихикнула, а остальные девочки молча смотрели на Гарри расширенными глазами. — Что ты сделал? — спросила Трейси, на ее лице появилась ухмылка. — Габби преувеличивает... — Гарри попытался отмахнуться. Разве она не бросила в тебя проклятие Разрушитель костей? — недоверчиво спросила Вейла. — Ну, да. Но... — Разве ты не поднял пол, чтобы заблокировать его? — Теперь Дафна смотрела на него голодными глазами, а Роза хихикала. Гарри только кивнул. — А потом ты использовал тот же кусок гребаного пола как пулемет и отбросил ее на десять футов на землю, не потупив глаз? — Эй, я... — Это потрясающе! — Трейси подпрыгнула. — Семестр еще даже не начался, а ты уже успел завести врага в лице самой мрачной преподавательницы в школе. Держу пари, в своем мире вы друг друга ненавидели. — Гарри виновато замолчал. — Ха! — В свою защиту скажу, что она напала на меня первой, и в моем мире Снейп был мужчиной! — Все девушки смотрели на него широко раскрытыми глазами. — И они назвали Габриэль вундеркиндом в чарах! — Гарри попытался отвлечь внимание. Падма хихикнула: десять минут, и здесь уже веселее, чем дома, где ее постоянно пилит сестра, а ведь они еще даже не добрались до самого интересного. Роза обняла Гарри за шею. — Надеюсь, ты понимаешь, что тебе придется научить нас этому, а мы позаботимся о том, чтобы это стоило... — Она поцеловала его, глубоко и чувственно. Внезапно зазвонил телефон, напугав всех.  

.OvO.

  Нарцисса прошла через камин вместе с Тедом и обнаружила там измученную и заплаканную Сьюзен. Телефонный звонок Брайар-Роуз привёл к тому, что уставшая ведьма-юрист оказалась на Гримм. Тед Тонкс оглядел собрание красивых ведьм и странного худощавого мальчика с ними. — Хорошо. — сказал он, чувствуя, что комната не расположена к любезностям. — Начнем с самого начала: что это за брачный контракт и как вы о нем узнали. — Как вы знаете, мистер Тонкс, я управляю спа-салоном для магических и не магических людей. — начала Брайар-Роуз. — И моя дочь, и мой пасынок Роджер подрабатывают там летом. Так вот, Роджеру очень... востребован... делать массаж некоторым старым ведьмам. — Массаж со счастливым концом... — Не сейчас, Трейси! — Брайар-Роуз подняла руку. — Сегодня в спа-салон пришла одна из его самых преданных клиенток, некая Августа Лонгботтом. И каково же было мое удивление, когда я увидела в гостях саму Амелию Боунс! Они оказались в одной комнате, и Роджер подслушал их разговор о брачном контракте между Сьюзен и Невиллом! — Я не могу выйти замуж за Невилла! — Сьюзен заплакала. — Ханна возненавидит меня, а он мне так не нравится! Я... Я люблю Гарри! — громко и отчетливо сказала Сьюзен на всю комнату. Гарри обнял плачущую девушку. — Всё хорошо, Сью, мы всё исправим... — прошептал Гарри. — Хорошо, Роджер слышал что-нибудь еще, какие-нибудь подробности могут нам помочь? — спросила Нарцисса. — Он сказал, что Августа спросила о продолжении линии, и Амелия ответила, что в этом нет необходимости. Это будет договор о полном контроле и подчинении... — сказала Брайар-Роуз. — Так же, как у меня с Люциусом... и Амелия, будучи ближайшей родственницей, навсегда станет леди Боунс, а это самая явная попытка кражи что я когда либо видела. — Нарцисса насмешливо хмыкнула. — Что мы можем сделать? — спросила Белла. — Дело в том, что... — сказал Тед. — Ничто из того, что она пытается сделать, не является незаконным. Аморально, безусловно, но не незаконно. — Mon Dieu, законы Британии - это варварство! — изумленно сказала Аполлин. Нарцисса погрузилась в раздумья. Это был очень умный ход со стороны Амелии, очень слизеринский ход, и все для того, чтобы противостоять ходу Сьюзен из эмансипации. Внезапно ее осенило. — Роджер сказал, что речь идет именно о продолжении линии? Что Амелия не захотела его предоставить? — Да. Я не очень разбираюсь в костюмах чистокровных, но Роджер встречался с одной в прошлом году, и она была в восторге от него. Почему? — Это наш выход. — Нарцисса взяла Сьюзен за руки. — Сью, я знаю, что тебе это не понравится, но мы можем кое-что сделать. — Что? — Плачущая ведьма с надеждой в глазах спросила. — Нам нужно самим заключить контракт, пока она этого не сделала... — Что? Вы имеете в виду еще один брачный контракт? — Сьюзен не верила в это. — Да, я знаю, что это не идеальный вариант, но слушайте, мы собираемся использовать предубеждение чистокровных в наших интересах. — Все внимательно слушали ведьму-помощницу. — Вот что нам нужно сделать. Мы напишем контракт между линиями Боунс и Поттеров, тобой и Гарри, мы сделаем его очень свободным и с легкими исключениями, затем ты, Гарри и Белла подпишите его, и мы подадим его завтра! — Но Сьюзен еще не глава своего дома, только после эмансипации, - вмешался Тед. — Да, но это вызовет конфликт интересов, когда Амелия и Августа подадут свои собственные. Министерство будет обязано рассмотреть дело, что даст нам время продвинуть процесс эмансипации. И вот в чем хитрость: мы включим в наш контракт пункт о сохранении рода. Любой первенец будет носить фамилию Боунс, так как Роза - наследница Поттеров, а не Гарри. — На губах Нарциссы появилась хищная ухмылка. Если Амелия будет настаивать на разрешении конфликта интересов в моте, мы сможем сослаться на этот пункт и обвинить ее в краже линии. Амелия не замужем и никогда не была замужем, ей уже за сорок; каковы шансы, что она произведет на свет наследника? Представляете, как отреагируют чистокровные семьи на возможность потерять еще одну старую линию? — На самом деле... очень умно, может сработать! — сказал Тед. — Особенно если мы сделаем обручение очень публичным, объявим о нем в Пророке или еще где-нибудь. — Дело в том, что... если дело дойдет до суда, они могут выдвинуть пункт о принудительном исполнении контракта... Гарри и Роза посмотрели друг на друга. — Ты бы сделал это для меня, Гарри? — Рыжеволосая девушка спросила робким голосом. — Конечно, Сью... — сказал Гарри, глядя в ее светло-зеленые глаза. — Я просто хочу, чтобы ты знала: несмотря ни на что, я никогда не отниму у тебя право выбора. В конце концов, ты сама решишь, с кем быть. Сьюзен наклонилась и нежно поцеловала его в губы. — Думаю, я уже сделала это Гарри, даже если мне придется поделиться. — Она посмотрела на Розу и других девушек, но получила в ответ ободряющие улыбки. — Хорошо! — сказала Нарцисса, вскакивая со стула. — Давай, Тед, мы должны написать это, даже если это займет всю ночь.