Deep blue ( but you painted me golden )

Нил ~ Нилу нравится знать, что он всё продумал, но иногда он попадает в ситуации, когда все выходит из-под его контроля ..... Как сейчас. — Что значит, он знает о главной и боковой ветви? — озадаченно спросил Нил, глядя на виноватого Кевина и нервного Жана, которые говорили по-японски из-за тренера и Эндрю, который выглядел в данный момент очень растерянным. — Ну, он уже знал о них еще до того, как мы сказали, а Эндрю мы сказали, потому что обещали ему! — Кевин говорил немного защищаясь и скрестив руки, на его лице уже появилась гримаса, а Нил глубоко вздохнул и повернулся к тренеру, который смотрел на них с поднятой бровью. Нил прочистил горло: — Так вы знаете о Морияме, — заявил он, потому что спрашивать было бы глупо. Ваймак кивнул головой и взглянул на Эндрю, внимание которого было приковано к Нилу. — Да, японская мафия, основная и побочная ветви, это я знаю. Нил хотел бы, чтобы все было так легко и просто. — Что вы знаете о них? — осторожно спросил Нил. Тренер не должен глубоко погружаться в их дерьмо, потому что это было бы опасно, к тому же он отец Кевина, так что чем меньше он знает, тем дольше живет. — Я знаю, что они используют экси в качестве прикрытия, а еще я знаю, что они думают, будто могут купить человека и владеть им, — он бросил на Жана быстрый взгляд, заставивший Нила скрипнуть зубами. — Это правда, все Вороны относятся к боковой ветви, что означает, что они подчиняются Тэцудзи, а не Лорду Кенго. У Лорда два сына, так что можно сказать, что Рико был нежеланным. И это вполне логично, учитывая все его проблемы с отцом, — добавил он, закатив глаза, и посмотрел на Жана, когда тот фыркнул. — В любом случае, Лорд Кенго отдал Рико Тецудзи, а сам отрекся от него... и так был создан идеальный двор, сначала Рико, потом Кевин, а вскоре и я, потом Жан. Вы должны знать, что не все Вороны были куплены или принадлежали, но большинство из них были выращены в гнезде. Вы знаете эту партнерскую систему... — он сделал паузу, когда тренер хмыкнул и взглянул на Кевина и Жана. — Да, мы знаем, мы видели этих двоих, приклеенных друг к другу в течение двух чертовых лет. Нил слегка улыбнулся и повернулся к Кевину: — Так ты украл моего партнёра, — обвинил он без всякого пыла. Кевин рассмеялся и посмотрел на Жана: —Я не думаю, что ты заменим, Нил. Жан буквально вёл себя как подросток с разбитым сердцем. Тот только фыркнул и подпер рукой подбородок: — Нет, не вёл, я отчетливо помню, как ты бормотал его имя во сне, как идиот. Кевин покраснел, уставился на Жана и уже собирался что-то сказать, как вдруг Эндрю заговорил: — Вы оба вели себя как идиоты, поэтому мы здесь и пытаемся понять птичку. Нил посмотрел на Эндрю и заметил легкое дрожание его рук, улыбка на его лице кажется немного принужденной и не такой маниакальной, как вчера, следующая доза должна быть скоро. — Как бы мне ни было неприятно это говорить, но Эндрю прав. — Гребаный тренер, — передразнил Эндрю. — Тише. Нил, я понял довольно много из того, что ты сказал, и я знаю о Жане. Так ты тоже был похож на Моро? — Тренер бросил извиняющийся взгляд на Жана, который опустил голову. Нил вздохнул: — Да, но тут я бы объяснил подробнее: я, Жан и Кевин больше не принадлежим к побочной ветви, однако мы все еще собственность Мориямы, только под главной ветвью с большей свободой… надеюсь, большей свободой. Ваймак уставился на него и моргнул, затем перевел взгляд на Жана и Кевина, которые смотрели на Нила. — Как? — спросил Эндрю с подозрительно спокойным видом. Нил посмотрел на него: — Что значит «как»? — Я имею в виду, как ты перестал подчиняться Тэцудзи. Эти двое только сказали, что кто-то помог им, так кто же помог тебе? Если только ты не был тем, о ком они говорили, — спросил он, приподняв бровь, и Нил понял, что Эндрю уже знает ответ на его вопрос. Ваймак вклинился: — Правда, как это произошло? Нил потер глаза и пожелал, чтобы этот день поскорее закончился: — Да, это я, — признался он, потому что, что еще ему оставалось делать? Они и так слишком много знают, и он должен объяснить это Ичиро. — Как всегда, — просил Эндрю. Нет, не нужно. — Ему не нужно объяснять дальше, вы оба знаете, что это он помог нам и всё. Жан говорил громко и защищался, положив руку на плечо Нила, даже не глядя, он знал, что Жан смотрит на тренера и Миньярда. — Нет, но это подозрительно, — сказал Эндрю с таким же взглядом, как и у Жана. Прежде чем начать спорить, Нил сказал: — Я заключил сделку с Ичиро. Он сразу же пожалел об этом, когда все замолчали и все взгляды обратились на него. Руки Эндрю нависли над повязкой с опасным блеском в глазах. Жан и Кевин потрясенно смотрели на него, хотя они знали, что он уже сделал это, но он впервые признался в этом вслух. На удивление, тренер заговорил мягким голосом: — Что за сделка, Нил? Ни-нет, Натаниэль не хотел думать о том, что это была за сделка, он не хотел вспоминать темный туннель, не хотел вспоминать пентхаус Ичиро, подземную комнату, не хотел вспоминать Японию и Испанию. Он не хочет вспоминать Россию. — Нет, — покачал он головой, не желая встречаться ни с кем взглядом. — Моя сделка с младшим Лордом заключалась в том, чтобы вытащить Жана и Кевина, и поэтому я попал в подчинение к Лорду Кенго, что позволило мне прийти сюда, вот и всё, что вам нужно знать. Голос его звучал резко и слишком похоже на отца, но ему все равно, потому что они должны держаться подальше от этого. Пока их не догнали, пока их не догнал Морияма, пока их не догнала и Россия. Эндрю молчал, и это пугало Нила еще больше, потому что он знал, что у Эндрю все еще есть вопросы, но это не означало, что Натаниэль на них ответит. — Ладно, парень, мы поняли, что ты заключил сделку с Кенго или кем-то еще и вытащил себя и их, — он указал на Жана и Кевина, которые все еще изучали Нила. — Ты под главной ветвью, так что ты свободен, но значит ли это, что ты свободен и от Рико? Нил закусил губу, он знал ответ, Рико всегда будет одержим им: — Я не могу гарантировать Рико, — это был самый безопасный ответ, который он мог сказать. — Однако я могу пообещать, что не позволю никому подвергаться опасности. Он не мог подвергать опасности никого здесь, и если бы чтобы все были в безопасности, он должен был уйти, он это сделает. — Я говорю и о тебе, Нил, ты в безопасности от Рико? Нил хотел рассмеяться, потому что Рико не является реальной опасностью здесь, он решил слегка покачать головой: — Не беспокойтесь обо мне, ничто не повлияет на мою игру на корте. В глазах Ваймака было выражение недоверия или жалости - Нил не мог понять, но он ненавидел это выражение, и оно заставляло его нервничать, поэтому он посмотрел на Эндрю, который заметно дрожал и выглядел немного зеленым: — Твоя следующая доза уже скоро. Нил даже не понял, почему он сказал эту мысль, но все равно это сделал, а Эндрю просто смотрел на него какое-то время, затем встал и вышел из комнаты. Кевин воспользовался этим моментом, чтобы прочистить горло и заговорить: — Ну что, теперь все ясно? — нерешительно спросил он и получил кивок от Ваймака. — И еще кое-что, — сказал Ваймак, вставал и потянулся к карману, — отведи его купить одежду и все такое. Нил почувствовал себя немного неловко: — У меня есть деньги, и у меня есть одежда. — Молодец, я не спрашивал, — ответил Ваймак и протянул карточку улыбающемуся Кевину. Нил застонал: — Кевин и шоппинг - не самая лучшая идея. Жан фыркнул, тоже вставая: — Это еще мягко сказано, и тебе повезет, если Ники не пойдет с нами. Если Нилу повезет, то худшее, наверное, будет впереди. — Сначала мне нужно разобраться с этим, — раздраженно похлопал он себя по щеке. Жан на мгновение задумался, затем исчез и вернулся с повязкой: — Вот, это подойдёт. После этого они вышли на улицу и обнаружили, что Эндрю пьет кофе с маниакальной улыбкой на лице, ожидая их. Ники спустился вниз с дующимся Аароном рядом с ним, он взглянул на них и усмехнулся: — Мы идем в торговый центр? Нил ненавидит свою жизнь, по-настоящему ненавидит. Нил автоматически отправился к Жану, Кевин тоже пошел с ними. Он заметил, как Ники нахмурил брови, но ничего не сказал, Аарон пошел с Эндрю, даже не взглянув на них. — Я так понимаю, что ты никогда не пользовался этой машиной, Жан, — сказал Нил, садясь на заднее сиденье. Кевин фыркнул: — Нет, он избегает вождения. Жан повернул машину и посмотрел на Кевина: — Ты ведешь себя как избалованный ребенок, а сам даже не водишь. Нил взглянул в окно и рассмеялся: — Могущественная принцесса Кевин. Кевин бросил на него взгляд, а затем посмотрел на Жана: — Я не умею водить. — Принцесса, точно, — ответил Нил, и звук смеха Жана и жалоб Кевина эхом разнесся по машине. Они подъехали к торговому центру, и Нил залюбовался им, почувствовав, как Кевин подтолкнул его: — Отлично. Он кивнул головой и повернулся к Жану, который уже смотрел на Нила и знал, что они оба думают о старом обещании. — Я хочу посмотреть, как выглядит торговый центр, — прошептал Жан, засыпая рядом с Нилом. Они были слегка пьяны после того, как справились с последствиями насилия Рико. — Хм, никогда не видел ни одного раньше..... мы не могли спрятаться там из-за камер, — Нил вспомнил, как его мать всегда избегала их. — Как ты думаешь, мы когда-нибудь увидим его? — спросил Жан, повернув голову в сторону, глядя на лицо Нила. Нил повернул голову, и его нос почти столкнулся с носом Жана: — Хочешь посмотреть? — спросил он. Жан слегка кивнул головой, Нил улыбнулся, проведя пальцем по шраму на лбу Жана: — Тогда мы как-нибудь сходим. На губах Жана мелькнул призрак улыбки: — Когда-нибудь? — это должно было прозвучать насмешливо, но вместо этого прозвучало как обещание, как надежда. И Нил ответил. — Когда-нибудь. Жан улыбнулся и щелкнул Нила по лбу, отчего он нахмурился. — Куда мы идем? — спросил Аарон, глядя на Жана. Нил не заметил, когда они приехали. Жан пожал плечами: — В магазин одежды? — нерешительно сказал он, и Ники застонал: — Вы все беспомощны, просто идите за мной, я знаю хороший магазин. Хороший магазин оказался странным, в нем было столько странной рваной и тесной одежды, что Нил почувствовал, как у него поползли мурашки по коже при одном только взгляде на нее: «Я ничего из этого не надену». Кевин смотрел на одежду с отвращением: — Это отвратительно, Ники, — Нил согласился с ним кивком. — Что? Они бы ему очень шли! — Ники почти кричал, защищаясь, оглядывая Нила с ног до головы. Нил снова сделал шаг назад и наткнулся на что-то твердое. Кто-то твердый, чьи руки обхватили его бедра так легко, что это было призрачное прикосновение, а потом оно исчезло. — Осторожно, кролик, — сказал Эндрю из-за спины Нила, его дыхание слегка коснулось его шеи, прежде чем он оказался в поле зрения. Нил смотрел на него, слегка смущаясь, почему его тело не перешло в режим борьбы или бегства, когда Аарон издал стон. — Ты раздражаешь, здесь буквально сотни магазинов, давай просто пойдем в этот, — он указал на магазин перед ними, нахмурив брови, он имел право быть раздраженным в этот момент. И вот они пошли, и после, кажется, сотни попыток Нила сменить одежду, он наконец-то нашел приличные вещи, приличные они были «простыми и скрывали всю эту красоту», как очень гордо и громко заявил Ники. Они были, не слишком мешковатыми, как Нил обычно носил, но достаточно удобными. Он также купил шорты для бега, но когда он закончил пробовать все, то заметил, что их всего пять, а Эндрю нет. Нил нахмурил брови и пошел к кассиру, чтобы заплатить за все, а когда они вышли, Эндрю стоял снаружи, прислонившись к стене и прокручивая свой телефон, в его руке висел пакет, которого раньше там не было. Нил подумал, что он, должно быть, что-то купил. Кевин с гордой улыбкой потребовал: — Пойдемте на корт, — Аарон застонал, а Ники вздохнул: — Давайте хотя бы поедим. — Он прав. — сказал Жан и поднял бровь, глядя на надувшегося Кевина, который ворчал всю дорогу до фуд-корта, но никто не обращал на него внимания. Нил смотрел на все эти разные рестораны и людей, которые ели страную еду, которую он никогда раньше не видел. Он подтолкнул Жана и указал на девушку, которая пила что-то с черными крошечными шариками внутри. — Что это? — но не удивительно, что ответил Ники: — Это чай с пузырьками, ты не знаешь? — Он был так недоверчив, что Нил пожалел, что вообще спросил. — Это какое-то сладкое дерьмо, — как ни странно, ответил Эндрю с ленивой улыбкой на лице. Но его глаза пристально изучали Нила, и Нил только кивнул головой, когда они нашли столик. Кевин ныл по поводу нездоровой еды, Эндрю было наплевать, Аарон называл их тупыми и грозился бросить, Ники дразнил разъяренного Кевина, а Жан просто качал головой. Нил не знал, как ко всему этому относиться, он замечал это не в первый раз, но это не было так сильно заметно, как сейчас, когда он смотрел на них. На Жана и Кевина, общающихся с остальными, он чувствовал расстояние между ними после их последней встречи два года назад. Они выросли, Жан и Кевин, и не только физически, Жан действительно вступал в разговоры и разговаривал с другими людьми, кроме него или Кевина, а Кевин был таким открытым и говорил так, как никогда раньше. Нил чувствовал, что он застрял во времени, в том времени, когда ему еще предстояло заключить сделку. Он очень рад за братьев, он рад, что то, что он сделал, не прошло даром, но он также чувствует что-то другое, что-то новое. Он никогда не чувствовал тяжести тех двух лет до сих пор. Он знает, что тоже изменился, что со всем, что произошло, он обречен измениться, но он все еще чувствует себя молодым, запертым, маленьким. А глядя сейчас на своих братьев, он чувствует себя еще меньше и моложе. Он надеется, что эти два года ничего не изменили между ним и братьями, надеется, что расстояние, которое он чувствует, только в его сознании, это может быть эгоистично, но Нил не может чувствовать себя виноватым, желая этого. Жан и Кевин — все, что у него есть. Он не может их отпустить, пока не может. Он вынырнул из своих мыслей, когда Жан обнял его за плечи, он улыбнулся и увидел, что Моро уже улыбается ему: — О чем ты думаешь? — О том, что ты все еще французская швабра, — ухмыльнулся он, когда Жан закатил глаза. Но Жан провел рукой по его лбу, отчего тот нахмурился. Жан ухмыльнулся: — Не мучай себя мыслями, британский дьявол. Нил только закатил глаза и уже собирался заговорить, когда Эндрю спросил: — Ты британец? Это заставило Нила посмотреть на него и обнаружить, что все смотрят на него и Жана, кроме Кевина, который слишком привык к ним, чтобы реагировать. — Моя мать была британкой, — вот и все, что он сказал. Эндрю поднял бровь, но все равно продолжил есть мороженое. Теперь заговорил Аарон: — Ты тоже ворон. Это было заявление, и Нил вспомнил, что ни Ники, ни Аарон ничего не знают, он кивнул головой и с насмешливой улыбкой потрепал себя по щеке: — С моим фирменным номером это трудно не заметить. Аарон посмотрел на него: — Я знаю это, но я имел в виду, почему мы никогда не слышали о тебе, когда ты должен был быть номером три, — его тон был суровым, и, просто глядя на него, Нил мог легко определить разницу между ним и Эндрю. Эндрю более спокоен, даже когда под лекарствами, Аарон же выглядит раздраженным и сытым по горло. Волосы Эндрю кажутся мягче, губы немного полнее, а глаза скорее лесные, чем карие. Нил даже не понимает, почему он это заметил, но это просто пришло ему в голову, и он был слегка шокирован, когда подумал, что Эндрю более красив. — Я не понимаю, какое это имеет отношение к вам, но раз уж вы интересуетесь, я должен был появиться на свет в этом году, — ответил он с раздраженным выражением лица. Аарон лишь приподнял бровь, но даже в таком виде он совсем не похож на Эндрю. — Значит, ты присоединился к нам, решая вместо этого устроить свою вечеринку с лисами. — Эй, остынь там, — с нервным смешком сказал Ники, глядя между Нилом и Аароном. На самом деле Нилу было плевать, он все еще пытался общаться вежливо, но, похоже, люди всегда действуют ему на нервы. — Нет, я просто решил, что кто-то должен заменить тебя, потому что, похоже, единственная палка, которой ты можешь играть - это твой член. Кевин доел свой салат и повернулся, чтобы посмотреть на Эндрю с ужасом в глазах, Ники широко раскрыл глаза, а Аарон выглядел таким красным, что Нил забеспокоился, что он задел нерв. Жан читал молитвы по-французски, и Нил закатил глаза от его драматизма. Он посмотрел на Эндрю, который слегка улыбался, а его бровь была приподнята так, что Нил покраснел. Он не знал, почему он так себя чувствует, но решил не обращать на это внимания. — У тебя длинный язык. — Эндрю лениво заметил, что его глаза блуждают по Нилу. — Что? Если он не может смириться с этим, то ему не стоило ничего говорить, — Нил вернул взгляд на Аарона, смотря прямо в глаза. Иногда он может бросать вызов, сам того не замечая, и он ненавидит это, ненавидит потому, что Ичиро заметил это однажды ночью. — Тебе всегда нужно что-то сказать, не так ли? — сказал Жан, видимо, он закончил молиться, потому что смотрел на него. — Ты гребаный засранец, неудивительно, что ты ворон, — не очень любезно, сказал Аарон. Нил закатил глаза, но показал ему средний палец и повернулся к Жану: — Это он начал, — заявил он так, будто это все оправдывает. Кевин рассмеялся, похлопав Жана по плечу: — Ты же знаешь, он не может сдерживаться, — сказал он по-французски. — Не знал, что в тебе это есть, Нил, ты выглядишь слишком очаровательно, чтобы иметь длинный язык, — сказал Ники с широкой улыбкой на лице. Нил старался не думать о той же улыбке на лице Воронов, когда они смотрели на него. — Мы можем пойти на корт? Он вдруг занервничал от такого внимания, но, похоже, это сработало, потому что Кевин согласился, и вскоре все они уже направлялись на корт. Стадион был большим, не таким большим, как раньше, но он кажется лучше, более приветливым, не запятнанным кровью и наказаниями. Здесь чувствуешь себя как дома. Он подождал, пока все переоденутся, и кивнул Кевину с Жаном, когда они вышли с Ники и Аароном. Эндрю даже не пошел с ними. Когда шкафчики опустели, он проверил, нет ли здесь кого-нибудь, и начал быстро переодеваться, уже думая о том, как справиться с этим, когда все лисы вернутся. Он застегивал наплечное снаряжение, когда увидел свое отражение в зеркале — оно было рядом со шкафчиком Кевина. Он уставился на себя, потому что только этим и занимался: шрамы на теле, следы от ожогов, все издевательства, через которые он прошел. Но хуже всего были следы от веревок вокруг его торса, красные злые следы, которые не желали покидать его тело, следы от цепей вокруг запястий и лодыжек. — Опора силы, — сказал однажды Ичиро после России, лаская его кожу и шепча о том, каким сильным и способным был Нил, чтобы выдержать боль и отметины, как красиво он выглядел из-за боли. Ему хотелось блевать, его кожа покрывалась мурашками от каждого слова, которое Ичиро оставлял на его теле, от каждого его поцелуя, от каждой ласки на его шрамах. Он не видит опоры для силы, каждый раз, когда он смотрит на свое тело, всё, что он чувствует, — это боль. Боль, через которую ему пришлось пройти, чтобы выжить. Боль от того, что его сковывали и удерживали. Он видит уродство, несправедливость, которая когда-то была брошена на молодого парня. Он видит и помнит каждый шрам, который он получил, его бледная кожа хранит пожизненное доказательство того, насколько уродливым и постыдным может стать человек. Он положил руку на бедро, прямо над татуировкой, и прошептал от уродливого воспоминания, которое было запечатлено на нем — Маленький голубь.. Воспоминания нахлынули на него с такой силой, что у него перехватило дыхание: это была ошибка - он не должен был этого говорить. Все произошло слишком быстро: в одно мгновение он уставился на себя, а в следующее - уткнулся в шкафчик, прижав руки к груди и запинаясь от слов: —Всегда чист, как голубь. — Мой прекрасный голубь. — Всегда чист, как голубь. — Мой прекрасный голубь. Он повторял фразу снова и снова и не заметил, как открылась дверца шкафчика, пока не стало слишком поздно. Он вскинул голову, широко раскрыл глаза, и страх охватил его за то, что он оказался таким слабым и незащищенным. Он услышал вздох, но его глаза были устремлены только на Кевина и Жана. Они смотрели на него в ужасе, их глаза были широко раскрыты от шока. Выражение лица Жана было измученным, Кевин испытывал боль и гнев, они услышали шум, доносящийся сзади, и посмотрели на него, все еще широко раскрытыми глазами, умоляюще покачивая головой. Он не может допустить, чтобы кто-то еще видел его в таком состоянии, этому не будет объяснения. Жан вышел из этого состояния первым: — Да, все в порядке, дайте нам минутку. — Он закрыл дверь и повернулся к Нилу, который даже не заметил, как сел на колени, обхватив руками свой торс. Кевин несколько раз закрывал и открывал рот, но из него не вырывалось ни звука. Вместо него заговорил Жан: — Что с тобой случилось? — Его голос дрожал, он подошел близко к Нилу, и это заставило его полностью сорваться, он встал и надел форму, сначала верх, даже когда было слишком поздно, потому что они уже все это видели. — Пустяки, — ответил он, голос был тихим и спокойным, но резал комнату, как нож. — Бред Нил, это - не пустяк, — голос Кевина был негромким, но эхом разносился по раздевалке. Он тоже придвинулся ближе, встав рядом с Жаном, и оба оставили между собой и Нилом пространство, словно он был испуганным котом, которого не хотят напугать. Как ни странно, Нил чувствовал себя именно таким. — Это по-русски, что здесь написано? — спросил Жан, глядя на его теперь уже прикрытое бедро. Нил покачал головой, закончил одеваться и посмотрел на них обоих. — Это ерунда, Жан, мы можем пойти поиграть? — Он не мог говорить об этом, это был момент слабости, и он винит себя в том, что его настигли старые воспоминания. На этот раз заговорил Кевин, голос его был тверд, а глаза печальны: — Это был Ичиро? Нил чуть не рассмеялся, потому что нет, Ичиро не был тем, кто сделал это, не в буквальном смысле. Он даже пытался поцеловать его получше, жаль только, что после этого Нилу захотелось вцепиться в его кожу когтями. — Нет, это был не он. — Тогда кто? — спросил Жан, в его голосе не было отчаяния, как будто он действительно может все стереть, просто зная, что Нил не может подвергать его опасности, не может подвергать их опасности, даже если эта опасность - он и его прошлое. Он потер лицо, все, что он когда-либо хотел, это играть, и этот день продолжает быть самым длинным. — Пожалуйста… Просто забудьте это, я не хотел, чтобы кто-то из вас видел этот...ужас, — он указал на себя и посмотрел на печаль на лице Кевина и Жана. — Ты не испорчен, Нил, ты нам чертовски дорог, — сказал Кевин, нахмурив брови, и Нилу захотелось протянуть руку и обхватить его. — Нил, поговори с нами, — умолял Жан, его глаза смотрели на него так, будто он никогда не видел его раньше. Он ненавидит этот взгляд. — Не сейчас, хорошо? Только...не сейчас, пожалуйста... — прошептал он в ответ, чувствуя себя истощенным. Он хочет забыть все это, стереть из памяти эти два года и вернуть своих братьев, как будто ничего не произошло, он хочет вернуть себя, как будто России никогда не было. — Хорошо… хорошо, хорошо. — Жан кивнул, закрыв лицо руками. Кевин все еще смотрел на него, брови были нахмурены, и Нил сделал то, что делал всегда: он протянул руку вперед и стер эту борозду большим пальцем. Он не может стереть прошлое, но он хотя бы попытается стереть их печаль. Он хотел сказать им, что между ними ничего не изменилось, он всегда будет их Нилом, эти уродливые шрамы и отметины никогда не заставят его отступить от своих братьев. Он мягко улыбнулся, большим пальцем продолжая массировать его брови: — Тебе нужно перестать так сильно морщиться, иначе вся твоя красота исчезнет. — Похоже, это подействовало, потому что Кевин закрыл глаза и улыбнулся, пусть и совсем чуть-чуть, но этого было достаточно. — Как будто у нас есть хоть какой-то шанс рядом с тобой, — проворчал он, но его выражение лица поникло, когда он открыл глаза и взял руку Нил в свою. — Ты не должен был проходить через это один, мне жаль. Нил улыбнулся: — Кто сказал, что я был один? Все, что мне нужно было сделать, это подумать о тебе, и тогда я был бы рад, что избавился от тебя. Жан фыркнул, а Кевин рассмеялся: — Я вижу, ты все еще маленький придурок. — Кевин кивнул с улыбкой, которая не доходила до его глаз. Нил слабо ударил его по плечу и закатил глаза: — Пойдем, я хочу играть. Он схватил шлем и пошел мимо Кевина и Жана, зная, что это ничего не изменит, как и то, что они не забудут о том, что видели. Он нашел Эндрю сидящим на скамейке, закинув ноги на стул перед ним, с сигаретой на губах. Нил уставился на сигарету, погрузившись в воспоминания о каштановых волосах и зеленых глазах, которые он забыл, забыл как они выглядели на самом деле, и вздрогнул, когда увидел, что Эндрю лениво повернул голову в его сторону. — Ты не тренируешься? — спросил он. Эндрю ухмыльнулся и посмотрел на Нила: — Что, Кевина и Жана тебе уже недостаточно? — спросил он в ответ, его глаза были ясными, настолько ясными, что Нил мог различить в них зеленый цвет при свете корта. — Они не вратари. — Хм, ты так стремишься к совершенству, не так ли? Он нахмурился: — Нет, я просто подумал, что ты тоже будешь тренироваться. Эндрю смотрел на него какое-то время, потом опустил ноги и положил руки на колени. Нил заметил там серебристую вспышку, но тут же перевел взгляд обратно на Эндрю. — Что, испугался? — передразнил он с улыбкой, но лицо его оставалось совершенно пустым, а руки лежали на повязке. Нил приподнял бровь, а затем кивнул на свои нарукавные повязки: — Сколько их у тебя? Эндрю достал из повязки нож и направил его на Нила: — Достаточно, — сказал он. — Это не один и тот же, — подал голос Нил. — О, не только мастер экси, но и ножей. — Кинжал. — Что? — Лицо Эндрю было пустым. Но Нил все равно заметил замешательство. Нил указал на оружие в руке Эндрю: — Это кинжал, а не нож, — Эндрю взглянул на кинжал в своей руке, и Нил понял, как именно, только по тому, как Эндрю слегка повернул кинжал. — Он симметричный, острее, тоньше, короче… и смертоноснее, — произнес он последнее слово и перевел взгляд с руки Эндрю на его глаза. Эндрю изучал его, заглядывая в глубину голубых глаз, как будто мог разгадать слои Нила, как будто мог разгадать его прошлое. Нил хотел бы спросить его, кого он там видел, но он знает, что Эндрю ничего не найдет. — Ты оказался интереснее, чем я думал, — тихо произнес Эндрю, улыбка больше не сходила с его лица. Глаза мертвы как никогда. — Я не математическая задачка. — Но я все равно тебя решу. Стук в плексиглас прервал их, это был Кевин с хмурым лицом и руками на бедрах. Нил закатил глаза, пробормотав под нос «королева драмы», и в последний раз взглянул на Эндрю, после чего трусцой побежал вниз на площадку. — О чем вы оба говорили? — Кевин спросил по-японски. — Просто спросил его, почему он не присоединился, — ответил Нил на том же языке. Кевин посмотрел на него, как на идиота, но Жан ответил на том же языке: — Он никогда не присоединяется, Кевин перестал спрашивать его год назад. Нил пожал плечами и посмотрел на Эндрю. Тот уже смотрел на него, они на мгновение встретились взглядами, прежде чем Нил надел шлем, и они начали тренироваться. Все мысли были отключены. Ничего, кроме экси.