You are only mine

Дань Хэн открывает глаза. Вокруг темное, мрачное и сырое помещение. Голова пульсирует, в ушах звенит, во рту пересохло, все плывет, конечностей будто нет. Слух улавливает что-то между всхлипами и капаньем воды с потолка. Мысли путаются, сосредоточиться не получается. Картинка проясняется и теперь он видит стол, с каким-то металлическим предметом. Кажется, нож. Пальцы на руках и ногах слабо поддерживают, а кисти и голени болят от чего-то давящего. Наверное, веревка. Звук больше похож на тихий плач, но вода тоже капает. Уже тише. Или дело в том, что он наконец пришел в себя. Дёргая руками, Дань Хэн видит, что они привязаны. Ноги тоже. Стул прикован к полу — видны куски металла и болты. На столе и вправду нож. Ещё кляп — грязная красная тряпка, возможно, в крови, — веревка, большие щипцы и… Пару зубов? Сдерживая рвотный позыв Дань Хэн отворачивается. Кроме стола и стула — где сидел Дань Хэн — ничего видно не было. Послышались шаги. Стук каблуков — наверное, сапоги — эхом раздавался по помещению. Из-за своего прошлого, Дань Хэн хорошо анализировал и мог опередить множество вещей только по звуку. Шаги тяжелые, спокойные и устойчивые — мужчина, не ранен, уверенный и расслаблен. Эхо не отражалось, значит, потолок был не больше четырех-пяти метров в высоту. Само помещение точно не было вытянутыми, наверное, квадратное, а размеры… Не больше восьми метров в каждую сторону. Хотя нет. До десяти метров в одну сторону и восемь-девять в другую. Все же не квадрат. Комната на самом деле была не маленькой — около трёх спален в одной… не спальне. Тем временем шаги приближались. Силуэт и вправду принадлежат широко плечному мужчине лет тридцати. Про одежду трудно было сказать что-то конкретное, но это явно не толстовка и спортивные штаны. Сзади послышался хруст, а затем женский крик. Сердце Дань Хэна забилось как бешеное, грозясь покинуть грудную клетку. Крик прекратился (точнее затих), будто рот просто заткнули чем-то. Пропала тряпка со стола. Бита, на которую Дань Хэн не обратил внимание раньше, тоже. Судя по крику был сломан палец или что-то такое. Будь Дань Хэн верующим, то начал бы молиться не про себя, а сразу на всю комнату с такой скоростью, с которой звук не успевает распространиться. Как только он подумал об этом, маньяк — так он прозвал мужчину в своей голове — возвращается к стулу. Следом за ним тянется тело девушки. Она ещё сопротивляется, мычит и брыкается. Кидая крикунью возле ног Дань Хэна, мужчина отходит и включает дополнительный свет. Теперь его лицо было видно. Это на самом деле был мужчина лет тридцати, с неидеально выбритой щетиной, мешками под глазами, которые, к слову, были красными от чего-то, несколькими шрамами и пластырями. Если быть точнее, то ему тридцать три и он младший служащий в отделении полиции, где работал Дань Хэн. Вообще, младшим на работе он не был. Они оба занимали должность капитана. Некоторые удивлялись, что их два на одно отделение, но никто не высказывал возмущений. Дань Хэну, к слову, было около тридцати пяти. Оба были одинокими мужчинами, без личной жизни, но зато с работой и барами по субботам. Блэйд — имя второго капитана — был высокомерным, но на этом его минусы заканчивались. Только сейчас перед Дань Хэном стоял совсем нетот пофигистичный Блэйд. Этот был другим. Дань Хэн не мог понять, что не так, поэтому тупо уставился в глаза напротив, не осознавая происходящего. Вернулся на землю он, когда девушка громко замычала — Блэйд нанес удар битой. Девушка была непримечательной — тонкие губы, карие глаза и каштановые волосы, слегка загорелая кожа. Посмотришь на такую, а в голове образ не останется. Впрочем, что-то отдаленно знакомое в ней было. Пока она билась в истерике, Блэйд окончательно взбесился на нее. Схватив за волосы, он поднял девушку на колени. Хватаясь за чужие руки, она получила кулаком в живот, из-за чего на время обвисла. — Дань-гэ, а теперь она тебе нравится? В том баре ты неплохо с ней поладил, — безэмоционально говорил Блэйд, будто он изуродовал не человека, а ткань. На ней тут и там были синяки, ссадины, порезы, переломы, кровь, грязь… Создавалось ощущение, будто она провела так несколько месяцев, а Дань Хэн редко ошибался, если дело касалось определения тяжести травм. Только проблема в том, что из бара он вышел вчера и, похоже, не вернулся. — Эта дрянь хотела помешать нам. Представляешь, Дань-гэ? — вернув её к себе лицом, Блэйд кричал так, что слюни летели во все стороны. — Запомни, шваль, этот мужчина принадлежит мне, — поднимаясь на ноги и поднимая её все также за волосы, Блэйд кинул девушку о стену. — Прекрати, — послышался хриплый голос Дань Хэна. — Отпусти её. Она ни в чем не виновата. — Слышала? А он защищает тебя. Неужели уже смогла затянуть его в свои объятия, а, шлюха? — Блэйд усмехнулся. — Ну что же, тогда мне придется убить тебя, чтобы больше никто не вставал между мной и Дань-гэ, — Беря нож со стола, мужчина подходит к обездвиженному телу и наносит последний удар. Кровь брызгает на стену — повреждена артерия. Почти сразу под ней образуется лужа крови, вперемешку с мочой — до последнего держалась. С этого момента девушка больше никогда не встанет. Он вернулся к Дань Хэну. «Дань-гэ» смотрел пустым взглядом. Подумать только, его близкий друг убил из-за… Ревности? Они не были в официальных отношениях и тем более не признавались друг другу в любви или спали вместе. Да, они были самыми близкими друг для друга, но… Блэйд усаживается на колени перед Дань Хэном, предлагая еду: — Вот, поешь. Когда я увидел, как она говорила с тобой… Ты только мой. Слышал? Дань Хэн, ты принадлежишь только мне! Еда не лезет в горло. Дань Хэн блюёт почти сразу. Блэйд бесится. Он недоволен такому, но навредить Дань Хэну не может. Он шепчет, что так будет с каждым и уходит. Дань Хэн отключается. Блэйд возвращается через час, наверное. Переодевает Дань Хэна. Кормит. Вкус странный. Блэйд говорит, что это та девушка. Дань Хэн блюёт. И так день за днём. Он уже не знает сколько времени прошло. Может год? Он сильно исхудал — щеки втянулись, мешки под глазами стали больше, лицо заросло щетиной. Он уже не различает лиц парней и девушек, которых Блэйд убивает перед ним, напоминая, как те весело болтали с его гэгэ (откуда Блэйд это взял Дань Хэн даже не думал). Плавно, он забывает самые базовые навыки. Но Блэйд его ни разу не тронул. Один раз позволил Дань Хэну ударить и его и все. А Дань Хэн просто сходит с ума, надеясь на то, что совсем скоро умрет. Сейчас Дань Хэн вспоминает с чего все началось. Глупый случай. Он болтал с барменшей о новом виски, а позже к ним присоединилась девушка, которая тоже разбиралась в алкоголе. Блэйд был очень пьян. Дань Хэн тоже. На выходе из бара, Блэйд зажал его у стены, жадно целуя, а после… Дань Хэн ударился головой, из-за чего отключился. Наверное Блэйд испугался, поэтому больше не касался Дань Хэна. *** Кассету с шепотом капитана полиции нашли через десять лет после его пропажи. Мужчина был мертв. Другого капитана (а на тот момент он уже стал майором) сразу же осудили. Он получил пожизненное заключение без возможности условно-досрочного освобождения. Нашли их в подвале дома Блэйда. Мужчина обнимал труп капитана Дань Хэна, точнее то, что от него осталось, приговаривая, что теперь он принадлежит только ему. Больше никто, никогда не встанет между ними. Никогда. Никто.