Психиатрическая палата номер 66

      Шестой этаж Мунго, палата номер шестьдесят шесть. Гарри уже две минуты смотрит на блестящую табличку самой ужасной палаты во всëм Мунго. Поттер не был уверен, каких на самом деле размеров магическая больница, да и никогда не интересовался. Но был уверен, что худшая именно эта, ведь за белой дверью сидели одни из самых противных людей во всëм мире. Гарри успел пообщаться с многими министрами и делегатами, когда стал министром магии. Но как бы французы ни заискивали перед ним и ни шутили обидные шутки, думая, что Поттер ничего не понимает, самыми противными оставались эти двое: Златопуст Локонс и Волан-де-Морт. В личном деле последнего было записано иное имя, но на другое обращение к себе «Волан-де-Морт» не откликался.       Гарри провëл рукой по коротко постриженным торчащим волосам. Почесал подбородок, думая о том, что бороду пора поправить. И наконец разгладил всë той же рукой образовавшиеся складки на больничном халате, который его заставляют надевать каждый раз, когда он приходит к двум пациентам. В другой руке, у него лежал пакет с презентами для больных, половину из которых он передаëт от другого человека. Антонина Долохова хоть и оправдали, но быстро перестали пускать к Тëмному Лорду. Из-за этого Поттер был вынужден стать посыльным между ними двумя.       Гарри выпрямился и потянулся к ручке двери. Под его напором ручка легко поддалась, и вот через несколько секунд он уже стоял в палате за закрытой дверью. Двое пациентов, лежащих на кроватях, тут же уставились на посетителя. Поттер схватил пакет двумя руками и тяжело вздохнул. — Добрый день, я с вами на три часа, — улыбнулся Гарри, у его глаз образовались морщинки. Волан-де-Морт спрятался под одеяло. Поттер закатил глаза и сжал ручки сумки. Локонс же подскочил, на ходу поправляя причëску, где уже появлялись седые волоски. Гарри хмыкнул и направился к Златопусту. — Гарри, — протянул «р» Локонс. — Какие удивительные вещи ты принëс в этот чудесный день? — С любопытством, как заинтересованный ребëнок, он нервно ëрзал на кровати. Поттер быстро спрятал сумку за спину, не спеша подходя к углу Локонса. — А я принëс новые наволочки, шëлковые, — улыбнулся Гарри, шаря в сумке за спиной. Когда нашел, он протянул Златопусту кулëк простыней, которые были намного лучше, чем больничные. — В этот раз с инициалами, чтобы кое-кто не претендовал на них, — Поттер метнул свой взгляд на другой конец комнаты, откуда уже выглядывала лысая голова Волан-де-Морта. — Гарри, ты просто чудо! — Пропел Локонс, разворачивая кулëк с простынями, где Гарри лично вышивал имя Златопуста, когда отдыхал. Поттер всего несколько мгновений посмотрел на Локонса, радующегося новым голубым простынкам, а после взглянул на Волан-де-Морта, который выглядел в одеяле как гусеница. Гарри оскалился и опять полез в сумку, доставая из неë ещë один кулëк – в этот раз с пледом. Кулëк вскоре метко полетел в сторону кровати Лорда, приземляясь прямо на ровное лицо. — Мой нос! — Вскрикнул Волан-де-Морт. Поттер поправил волосы, обнажая чуть скрытый шрам в виде молнии. — Не вздыхай по тому, чего нет и не будет, — хрипло рассмеялся Гарри. Тëмный Лорд что-то тихо пробурчал себе под нос, с таким же интересом, как и Златопуст, разворачивая кулëк.       Поттер подошëл к стене у кровати Локонса и облокотился на неë, ставя всë ещë увесистую сумку на пол рядом с собой. Волан-де-Морт наконец развернул свой «подарок», Гарри сложил руки на груди, продолжая скалиться. — Магглы — гении, не представляю, почему ты выступал так против сотрудничества, посмотри, что с помощью их технологий я смог добыть, — Лорд раскрыл плед с принтом лаваша. Волан-де-Морт босыми ногами встал с кровати, чтобы посмотреть размеры принесëнного пледа. Гарри не сдержал хихиканья. — Мальчишка, безумный мальчишка, —прошипел Тëмный Лорд, и Поттер громко рассмеялся, лицо Волан-де-Морта в этот момент выглядело слишком комично. Как бы Гарри хотел это запечатлеть, если бы сюда не запрещалось проносить магические предметы! Но возможно, что для министра магии в следующий раз сделают исключение? Не зря же он столько работает, надо пользоваться всеми привилегиями.       Особенно если это позволит ему сделать смешные фотографии Волан-де-Морта. Поттер повесил бы одну из них на своë рабочее место, Гермиона назвала бы его сумасшедшим, когда увидела бы это. Гарри вернулся из своих мыслей и взглянул на Тëмного Лорда, который всë-таки укрылся новым пледом. Поттеру понадобилось несколько секунд, чтобы осознать происходящее, а после он расхохотался, быстро подбегая к Волан-де-Морту. Лорд упал на кровать, Гарри уже забыл о том, что в комнате они не одни, и наклонился над Волан-де-Мортом, протягивая ему сумку с последним презентом. — От бывшего Пожирателя смерти, нынешнего мальчика на побегушках аврората и старика, который всë не угомонится. Шаурма, — Поттер порылся в сумке, доставая маггловский жирный пластиковый пакет с чем-то шуршащим. Лорд быстро вытянул руку с почти зелëными паучьими пальцами и сжал пакет. Гарри улыбнулся. — Наконец-то нормальная еда, больничная — отрава, — прошипел Волан-де-Морт. Поттер тяжело вздохнул и чуть отстранился, чтобы сесть на свободную часть кровати. Тëмный Лорд вжался в кровать, Гарри хмыкнул, через несколько мгновений рядом с ним уже лежали жирные обрывки упаковки. — По-моему, отрава — это то, что ты сейчас ешь. Без понятия, где Долохов берëт ЭТО, — Поттер скривился, показывая рукой на то, что Волан-де-Морт сейчас ел. — И я оскорблëн, значительная часть бюджета уходит на больницу, а ты жалуешься? Знаешь, как тяжело мне приходится на работе и без этого? Не смей жаловаться на нашу медицину, — добавил Гарри и нахмурился. Волан-де-Морт оскалился, в зубах застрял приличный кусок зелени, но Поттер подумал, что лучше не указывать на него, ведь так будет ещë больше воспоминаний со смешным лицом Тëмного Лорда. Гарри сохранял серьëзное лицо, благо для него это сделать уже не составляло большого труда. — Выражаешься так, будто не сам выбрал такую работу, а ведь мог спокойно сдохнуть, когда так нужно было, — всë ещë дожëвывая шаурму, проголосил Волан-де-Морт. Поттер скривился от того, как безманерно вëл себя Тëмный Лорд. Поттер отвернулся от него и тяжело вздохнул, его раздражало то, как Волан-де-Морт до сих пор припоминает ему их общее, далеко не радужное прошлое. Гарри уже не ребëнок, чтобы вспоминать глупую вражду. Когда Поттер уже победил, когда Поттер доказал, что он лучше, когда Поттер был тем, кто доказал безвредность бывшего Тëмного Лорда.       Гарри слушал тихое шуршание, пока Волан-де-Морт резко не сжал пустую упаковку из-под шаурмы. Поттер повернулся обратно к Тëмному Лорду, опять невольно улыбаясь от того, что чудовищное лицо украсила полоска соуса. — Что ж, «ни один не может жить спокойно, пока жив другой…» — тихо сказал Гарри, но Волан-де-Морт услышал это, повторяя улыбку Поттера. — Да, но только я буду жить вечно, а ты стареешь, — прошипел Тëмный Лорд и оскалился. Гарри перестал улыбаться, только устало уставившись на Волан-де-Морта, ничуть не поменявшегося. Это только доказывало то, что он оказался в психиатрическом отделении не просто так. В общей палате с другим, не менее спятившим человеком. — Мне уже не семнадцать, Том, — в той же раздражительной манере проговорил Гарри. Ответом от Волан-де-Морта была летящая в Поттера жирная упаковка, от которой он успешно увернулся. Да, может, он и «постарел», но физическую форму не растерял. Тëмный Лорд спрятался в новый плед с головой. Гарри отвернулся, быстро вскакивая с кровати и направляясь ко второму пациенту. Раз он сказал, что проведëт тут три часа, так тому и быть. Только своë время он лучше потратит на сумасшедшие разговоры с человеком, который никогда не восстановит свою личность, чем со «здравомыслящим», который до сих пор думает, что надо учить его как неразумное дитя, ведь он слишком мягок для политических дел.       Гарри фыркнул. За все сроки на посту министра никто на него не жаловался, тогда как Поттер до сих пор мог слышать от бывших Пожирателей смерти претензии в сторону Волан-де-Морта. Ну и кто тогда лучше?

***

      В палате было тихо. Волан-де-Морт полчаса прислушивался к мирному дыханию в противоположном концу комнаты, ожидая, когда же Локонс провалится в глубокий сон и он сможет осуществить задуманное. Конечно, одеяло с глупым рисунком было хорошо, лишь по тому факту, что его принëс Гарри, но зависть к Златопусту было от этого не меньше. Даже сейчас всë лучшее доставалось не ему. Зачем он тогда вообще пошëл на соглашение с Поттером, если его продолжают так унижать по сей день? Тëмный Лорд и сам старался не дышать, даже зная, что Локонс спит так же крепко, как труп. Он в этом успел убедиться, проворачивая и более ужасные вещи, пока тот мирно спал.       Волан-де-Морт сдерживал улыбку. Несмотря на всë, хотелось напугать дурака, но в приоритете было остаться незамеченным. Тëмный Лорд медленно встал с кровати и стал тихо ступать по полу, пытаясь не издать ни единого звука. Пусть Златопуст и спит, предосторожность никогда не помешает, даже при краже простыней. Это было глупо, но это было единственным развлечением в больнице, особенно в больничном отделении такого характера. Волан-де-Морт навис над Локонсом и протянул руки над спящим телом, но, вспомнив, что убийство Гарри ему точно не простит, цыкнул и повернулся к тумбочке, в которой и лежали шëлковые простыни.       Тëмный Лорд, торопясь, открыл верхний ящик и схватил верхную, аккуратно сложенную простынку. Волан-де-Морт цыкнул, увидев в одном углу яркую красную вышивку, выделяющуюся на фоне нежного шëлка. Тëмный Лорд подцепил шов острым ногтем, которые не успел подстричь, но ничего не получалось. Поттер, по всей видимости, сам вышивал всë это, раз вышивка была так крепко пришита к ткани. Волан-де-Морту понадобилось ещë несколько минут, прежде чем найти узелок, который держал красную нить. Такое внимание ещë сильнее бесило Лорда, ведь на его пледе не было ничего похожего, указывающего на то, кому принадлежит нелепое одеяло.       Тëмный Лорд выпрямился и неаккуратно скомкал одеяло, прежде чем уйти обратно к своей кровати. Уже лëжа на ней, Волан-де-Морт победно ухмыльнулся, накрывая себя нежно-голубой простыней.

***

      Тëмный Лорд ожидал такого наутро, он уже был готов к реакции Златопуста на то, что его одеяло так неожиданно оказалось у Лорда. Волан-де-Морт должен был отдать должное Гарри, ведь тот только упростил ему задачу своей вышивкой. Тëмный Лорд как ни в чëм не бывало сел на кровати, скрещивая руки на груди. Локонс кричал, Волан-де-Морт скучал по палочке, которая давала ему возможность легко затыкать таких крикунов, даже если этот крик перекрывался ещë более сильным криком боли. Лорд пытался сохранять скучающее выражение лица, но даже если на нëм проскакивало какое-то недовольство, Златопуст явно был не в состоянии определить это. — Нагло украл! — Повторял одно и тоже Локонс. Волан-де-Морт тяжело вздохнул и помотал головой, прежде чем, как к ребëнку, обратиться к Златопусту. — Раз так, Гарри же показывал тебе вышивку с инициалами? У меня такого не было, ты можешь проверить, — не удержался от ухмылки Лорд и отодвинулся к краю кровати, открывая Локонсу помятую после сна простынку. Тот моментально опустился перед кроватью на колени, быстро оглядывая все углы. Волан-де-Морт был прав, думая о том, что Златопусту даже не хватит ума обратить внимание на самый помятый угол, где всë ещë были видны следы от иголки.       Локонс ребячески бросил простыню, и Лорд победно ухмыльнулся, ложась обратно на кровать. Златопуст возмущëнно ушëл обратно к своей кровати. С каких пор он скатился в это? С каких пор ему доставляют наслаждение такие простые насмешки над взрослым с разумом ребëнка? И всë это из-за настоящего ребëнка, совсем младенца, а после и раздражающего подростка, постоянно бегающего вокруг него и его последователей. И этот ребëнок, от которого не должно было быть проблем, стал его погибелью, к сожалению или к счастью, не в том смысле, которое предрекало пророчество.       Бредни психопатки, которые вылились в вечные мучения, вот что это было, а не пророчество. Волан-де-Морту даже думать не хотелось о нëм. Но Гарри, напомнивший днëм ранее строки из него, просто не вылетал из головы. А думая о повзрослевшем, постаревшем Поттере, он невольно возвращался к мыслям о пророчестве, от которого раньше знал всего часть, но полностью верил в его подлинность. Даже сейчас она подтверждается тем, как Гарри спустя столько лет достаëт его. Волан-де-Морту редко удавалось достать газеты, особенно в таких условиях, особенно те, в которых писали про министра магии.       Добрый, зрелый, герой, спасший магическую Британию от Тëмного Лорда, милосердный, идеальный. В адрес Поттера в газетах не было написано ни одного плохого слова. Но знали бы они, как их серьёзный и благочестивый министр раньше унижался перед этим самым Тëмным Лордом, чтобы добиться того, что он имеет. Конечно, как бы ветреный мальчишка смог достичь таких успехов без поддержки? Дамблдор давно лежал в могилке и не смог бы наставить своего героя. Зато наставником стал он, Лорд Волан-де-Морт! Только неблагодарный мальчишка ничем не отплатил ему в ответ. Сохранил жизнь? Так он всë ещë бессмертен, и даже если Гарри пересечëт свои границы дозволенного, тëмный маг не умрëт так просто. И Поттеру это известно, и из-за этого тот только приходит к нему как посетитель, надеясь, что мучает одним своим появлением.       Знал бы мальчишка, что многие годы Волан-де-Морт остаëтся на месте и не совершает попытки к бегству только потому, что тот его навещает. Тогда Гарри перестал бы приходить вовсе, забыл бы его имя и больше никогда не думал о Томе Реддле, которого так любит упоминать. Будто Волан-де-Морт не являлся тем же самым человеком, просто повзрослевшим. Как же наивно Гарри игнорирует данный факт! Ещë одно небольшое развлечение в его палате, больше похожей на камеру заключëнного. Но даже если бы это была камера, Волан-де-Морт сидел бы в ней до тех пор, пока Поттер приходил бы навещать его.       Всë же Тëмный Лорд не просто научил Гарри многим тонкостям в поведении, не только показал ему дорогу в министерское кресло, но и привязался к нему. Это всë были проделки Поттера, Волан-де-Морт не сомневался, что этим Гарри странным образом пытается удержать его на месте. Прямо как тогда, когда Поттер действительно был мальчишкой…

***

      То время, когда мальчишке Поттеру было всего семнадцать и он просто чудом узнал о секрете Волан-де-Морта. О том, что у Тëмного Лорда были крестражи, и вместо того чтобы уничтожить их, Гарри решил воспользоваться его единственной слабостью. Поттер не убил его, он собрал все крестражи и манипулировал им, используя части его же души, при этом уничтожив парочку, чтобы доказать серьëзность своих намерений. Волан-де-Морт не мог предугадать, куда именно Гарри спрятал остальные крестражи, ведь все действия мальчишки были слишком непредсказуемыми.       То, как он держался на грани между безжалостным убийцей Пожирателей и дружелюбным ребëнком, который так и не осмелился победить своего главного врага, пугало даже Волан-де-Морта. Ведь этот с виду праведный ребëнок был не таким глупым, как о нëм все думали. Именно поэтому Лорд решил ему помочь, когда спустя всего год после победы «светлой» стороны герой обратился к нему с просьбой. Сначала Волан-де-Морт даже не хотел слушать того, кто превратил его бессмертную жизнь в маггловский ад. Тогда он не жил в такой комфортной обстановке, как сейчас, из-за постоянных побегов и агрессивного поведения.       Именно из-за Поттера его место обитания стало комфортнее, а поведение рассудительным. Волан-де-Морт больше не видел смысла в побеге, ведь к нему и так приходил национальный герой, на которого он мог влиять. Лорд каждый раз пытался склонить Гарри в сторону его идеалов, но несмотря на всë это, Поттер не поддавался. Он опять недооценил Гарри Поттера. Тем временем посещения стали происходить всë чаще и чаще, а мальчишка, почти утративший все подростковые черты, начинал вести себя всë более открыто с ним. Настолько, что, по мнению Волан-де-Морта, это уже переходило все границы.       Лорд скривился, смотря на Поттера, который сидел перед ним на табуретке напротив его кровати и чуть ли не плакал. Уже взрослый мужчина сидел перед ним и всхлипывал, как маленький ребëнок. Волан-де-Морт тяжело вздохнул и прикрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от всей ситуации и плачущего от гнева Гарри перед ним. Поттер резко поднял голову, круглые очки давно съехали, а лицо покраснело от размазанных слëз. Лорд сложил руки на плечах, ожидая когда Гарри продолжит ныть и жаловаться ему. — Это ведь несправедливо! — В очередной раз возмутился Поттер. Волан-де-Морт не знал, считать Гарри идиотом или нет, но эта наивность точно была глупой. — Мы ведь боролись не за это, люди всë равно предвзято относятся друг к другу, а о равенстве и говорить нечего, деньги решают всë. Даже часть твоих бывших приспешников спокойно ходят на свободе и продолжают распространять твои нацистские идеи. И всë из-за того, что у них изначально было больше привилегий, что их вообще так бесит? — Поттер глупо размахивал руками, Волан-де-Морт усмехнулся. Гарри был таким наивным, что это просто смешило. — Несправедливо губить традиции магов, превращая нас в магглов, но с парочкой фокусов в кармане. Мы теряем свою культуру, подстраиваясь под этих ничтожеств, они влияют на наше развитие, а мы, маги, просто хотим сохранить свой мир, так почему именно МЫ злодеи? — Не выдержал Тëмный Лорд. Рассуждения Поттера были слишком глупы и поверхностны. Младший волшебник опустил голову, явно задумавшись над тем, что сказал Волан-де-Морт. Старший победно оскалился. В комнате повисла тишина, Лорд может позволить размышлять Гарри сколько угодно, ведь это он – единственное бессмертное существо, у которого есть всë время этого мира. — А как же эволюция? Если сохранять традиции, то мы стоим на одном месте и не развиваемся, — после нескольких минут молчания спокойно выдал Поттер. Волан-де-Морт вновь тяжело вздохнул, Гарри совершенно не понимал, о чëм он говорил. — А с магглами мы деградируем, используя изобретения этих отбросов, а не свои собственные, — в этот раз тяжело вздохнул Гарри, смотря прямо в глаза Тëмному Лорду. — Что мешает совершенствовать изобретения магглов, делая на их основе что-то своë? В любом случае, ничего нового мы больше не придумаем, — медленно проговорил Поттер. В этот раз застыл Волан-де-Морт. Гарри опустил голову, о чëм-то раздумывая. — Возможно, в этом есть капля здравого смысла, — устало согласился Тëмный Лорд. Поттер улыбнулся и сощурил глаза. Волан-де-Морт не мог отвести взгляда, из-за чего, просто закрыл глаза, стараясь не смотреть на яркие изумруды Гарри. — Поэтому я и собираюсь стать министром, всем помогу и всех спасу, — отчего-то неловко рассмеялся Поттер, пытаясь разбавить диалог шуткой. Волан-де-Морт наконец отвернулся от Гарри, уставившись в скучную пустую стену. — Что почти невозможно, — оскалился Тëмный Лорд. Поттер тяжело вздохнул. — Без моей помощи, конечно, — уточнил Волан-де-Морт, не видя, как Гарри краснеет от тона, которым говорит Тëмный Лорд, почти шипя, как змея. Но даже если бы тот и вправду шипел, Поттер бы смог понять, что говорит Волан-де-Морт, всë же только они вдвоëм понимали этот язык. — Поэтому ты мне и нравишься, — ещё раз рассмеялся Гарри. Тëмный Лорд только фыркнул на эти слова, всë ещë не смотря на Поттера. Гарри поднялся со скрипучего стула. — Когда-нибудь наше мнение совпадëт, — напоследок кинул Поттер, оставляя Тëмного Лорда одного с его мыслями. Гарри считал, что Волан-де-Морт — псих, но даже психи способны на рациональное мышление, именно на это и расчитывал Поттер. Каждому из них придётся пойти на уступки, чтобы перестать ругаться каждый раз, когда они видятся. Гарри остаëтся надеяться, что это не займëт слишком много времени, всë-таки из них двоих бессмертный только один, и Поттер сомневается, что у него хватит духу уничтожить все крестражи.       Гарри сомневался, что у него хватит духу уничтожить крестраж, который находится внутри него самого. Поттер не знал, догадался ли о его существовании Волан-де-Морт. Но Гарри надеялся, что только он понимал природу их связи.

***

      Гарри лëг на кровать Волан-де-Морта, довольно устраиваясь поудобнее и подкладывая руку под голову. Тëмный Лорд, только вернувшийся от врачей, сдерживал свой гнев, чтобы не накричать на появившегося внезапно гостя. Время, не отведëнное на посещения. Но тут Поттер быстро поднял вторую руку, в которой он крепко сжимал колдокамеру. После громкого щелчка Волан-де-Морт застыл. Гарри захихикал и приблизил руку с камерой к лицу, чтобы почесать подбородок с неаккуратной бородой. Тëмный Лорд тяжело вздохнул. Поттер усмехнулся, удобнее устраиваясь на чужой больничной кровати. — Какого Мерлина? — Выдохнул Волан-де-Морт. Гарри положил камеру на грудь и прикрыл глаза. Тëмный Лорд нагнулся над Поттером, страшно возвышаясь над ним. — Всемогущего, — пошутил Гарри, легко смеясь над шуткой. Волан-де-Морт потянул руки к Поттеру, министр распахнул глаза. Изумруды, которые смотрели на него сейчас, остановили Тëмного Лорда, и он так и не убрал руки, которые нависали над лицом Гарри. — Мне тут нравится, я повешу твою фотографию на своë рабочее место, а может, в кошельке буду хранить, правда, милая плата за ВСË, что ты мне подарил? – Сказал Поттер и начал подпевать чему-то своему. В этом слове «всë» заключалось слишком много всего, что связывало Гарри Поттера и Тëмного Лорда Волан-де-Морта. Всë зло, все смерти, ВСЯ помощь Тëмного Лорда Гарри, чтобы он мог стать министром. Их связывали все вещи в этом мире, они разделяли даже душу, и Поттер точно не знал, что ощущал по этому поводу. Отвращение, что присутствовало в самом начале, сменилось неизвестным чувством, которому Гарри не мог дать определение. Точнее, не хотел признавать того, что испытывал к Волан-де-Морту. Это казалось слишком страшным – признать то, что он чувствует привязанность и симпатию к своему бывшему смертельному врагу.        Но рано или поздно Поттеру придëтся это признать, пусть даже на это потребуется ещë не один десяток лет. Тëмный Лорд, нависающий над кроватью, выпрямился, а после развернулся и сел рядом с Гарри. Поттер дотронулся до спины Волан-де-Морта. — Если хочешь что-то говорить или сделать, до прихода Локонса времени совсем немного, — на удивление обоим совершенно спокойно сказал Тëмный Лорд. Гарри усмехнулся, но руку не отдëрнул. — Я уже скучаю по временам, когда мне приходилось прятаться по всему миру, когда ты пытался меня убить, а вот ты уже даже не пытаешься сбежать из больницы, — с притворным огорчением пробурчал Поттер и остановил руку, щупая позвоночник на худой спине. — Последователи — старики, не способные достичь моего величия. Того уровня, на котором я, не способен достичь никто. Исключение только тот, кого я признал равным. Всë верно, Гар-ри? — Протянул последнее слово Волан-де-Морт. Поттер почувствовал, как от такого обращения по нему пробежали мурашки. Гарри рассмеялся и аккуратно ударил Лорда по спине. Волан-де-Морт выпрямился, мурашки прошлись уже по нему, и он повернулся к лежащему на кровати Поттеру, который всë ещë смеет лежать на кровати тëмного Лорда и хихикать. Может, Гарри и министр, но никогда не стоит забывать, что именно Волан-де-Морт научил его всему необходимому, чтобы Поттер смог им стать. — Мерлин, — жалобно протянул Гарри. — Ещë немного, и я лягу к вам в палату третьим, я уже схожу с ума на работе. Знаешь, мне нужно больше твоих фотографий, для мотивации, а то в последнее время я чувствую себя слишком старым, — жаловался Поттер в своей привычной манере, так как делал до этого сотни раз, когда удавалось выкроить свободный часик на посещение. — Что ж, если этого не случится, могу сбежать и помочь с твоей затеей? — Неожиданно для самого себя пошутил Волан-де-Морт. — Дважды герой, министр магии свихнулся с катушек после пыток гениального легилимента и закрытого врага, — благоговейно прошипел Тëмный Лорд. Поттер цыкнул. — Ударься в журналистику, очень мне поможешь, — проворчал Гарри и легко подскочил с кровати, придерживая камеру и почти зажимая еë между собой и Волан-де-Мортом. — Ищешь мне новую роль? Возможно, я наконец сошëл с ума настолько, что готов рассматривать этот вариант, — совершенно серьëзно сказал Тëмный Лорд. Гарри нервно рассмеялся, хватая Волан-де-Морта за плечо. О Мерлин, он не выдержит ещë столько лет. Он успел достаточно сделать для счастья других людей, теперь он хочет счастья для себя. Возможно, после такого его действительно следовало положить на обследование, но сейчас Гарри думал совсем не об этом. Поттер притянул лысую голову Волан-де-Морта к своей собственной, а после тяжело вздохнул. Тëмный Лорд молчал, ожидая действий Гарри. — Да к дракклу твои игры в серого кардинала, ты моральный урод, но я слишком сильно привязан к тебе. Чувствами, телом, — Поттер потянулся к руке Волан-де-Морта, с лëгкостью поднимая безвольную конечность и быстро заставляя Лорда дотронуться до шрама на лбу. — Душой, — наконец совсем тихо сказал Поттер, надеясь, что Волан-де-Морту не потребуется что-то объяснять. Лорд несколько раз провëл по старому шраму пальцем, прежде чем застыть и перестать дышать. Гарри улыбнулся, понимая, что поступил правильно, наконец выдав свой главный секрет. Только какое-то неведомое чудо спасало Поттера от того, чтобы Волан-де-Морт узнал об этом раньше. — Сука, я точно сошëл с ума, — выдохнул Тëмный Лорд, продолжая гладить шрам, который много лет назад сам оставил мальчику, сидящему перед ним. — Как и я, Том, как и я. Но в твоей палате я бы точно не лежал, ты слишком любишь красть чужие вещи. Детские привычки? — Усмехнулся Поттер, ластясь под прикосновениями Волан-де-Морта, которые больше не причиняли той боли, которая была раньше. — Мы оба психи, всë равноценно, — в ответ сказал Тëмный Лорд, совсем не злясь на то обращение, которое использовал Гарри. Поттер только фыркнул, прикрывая глаза, мирно сидя почти в обнимку с Волан-де-Мортом, Тëмным Лордом, Томом Реддлом, обычным пациентом больницы…