👸 Их два маленьких чуда 👼

Утро следующего, воскресного, дня выдалось и вовсе интересным. За обедом, а они проснулись около полудня, Драко вдруг сам завёл разговор о ребёнке. — Знаешь, Поттер, я тут подумал… — произнёс Малфой, разрезая сочный стейк, приготовленный альфой. — Мои биологические часы, и правда, не стоят на месте… — Правда, Драко? — поинтересовался Гарри. — И? — Что если я попробую? — ответил омега. — Мне нужен сын, как и тебе, Поттер. Я не могу допустить, чтобы род Малфой на мне прервался. Ты на роль старшего отца моему отпрыску годишься, а уж я твоему — и подавно. Я же Малфой, а мы во всем безупречны: вести дела, общаться, зарабатывать и хранить знания рода, передавая их наследникам — всё это в крови. Давай, попробуем вместе? Но для начала тебе надо пройти медицинское обследования. — Зачем это? — удивился Главный Аврор. — Твоя экс-невеста в Хогвартсе вела шуры-муры с парнями. Дин, Кормак, Криви, Салазар знает, кто ещё. Потом был ты. Надо пройти тесты на инфекции, а-то мало ли. Да и ты целовался с Чанг, с девицей из кафе — той, с кудряшками. Ты же спал с ними? — Нет, я не спал с ними, Малфой. Но, что насчёт тебя, умник? — фыркнул Гарри, понимая, что Драко таки прав. — Я, дорогой мой, душой и телом чист, справку об отсутствии инфекций и патологий имею — каждый год медики обязаны проходить. Как только мы узнаем, что к чему, так и приступим ко второму пункту. Согласен? — Резонно, — кивнул аврор. — Ну, вот и славно! — ответил Малфой. — Драко, мы пока будем соблюдать дистанцию при встречах, потому что, милый, не приведи Мерлин, если Джинни узнает о тебе. Мы с ней разбежимся, она немного поостынет… — Я понимаю, что она сейчас — не она, Гарри, — кивнул Драко. — Я помню, что в школе Уизли была хорошей девчонкой. Умная, красивая, отважная, да и в войну она буквально собой тебя закрывала. Но… Сам-Знаешь-Кто, если уж проклянет кого — мало не покажется. Ей досталось из-за проклятого предмета — дневника. Не помогло даже, что ты пронзил его клыком Василиска. Чары проклятья к тому времени уже впитались в тело и ум Уизлетты. Увы. В лучшем случае она проживет ещё несколько лет, в худшем… — Я всё это знаю, Драко, но сейчас она агрессивна и опасна для тебя, если узнает, что ты и есть тот, кого я хочу, — ответил брюнет. — А если будет малыш, то это вдвойне опасно. — Это на первое время будет нашим секретом, согласен? — фыркнул колдомедик. — В понедельник я запишу тебя на обследование. До омежьих дней надо пройти, и если что-то не в порядке — принять меры и лечиться. Не в июле, так осенью, быть может, мы попробуем зачать малыша. И ещё, если тебе нужно пожить у меня, Поттер, то запасные ключи найдёшь на тумбочке у зеркала. Ты можешь приходить и отдыхать, если Гриммо будет занят Уизлеттой. — Спасибо, это очень важный момент, Драко, — ответил аврор, — и я очень ценю твою помощь. * * * * * * * * * * * В понедельник, ближе к вечеру, когда Малфой остался на ночь в Мунго, курьер прислал коробку элитных конфет на имя Драко от «Г.Г». Они с Поттером договорились, что «Г.Г» — это как бы шифр и означает он: «Главный Герой». Здесь были и конфеты и шоколад, и маленькие пирожные. — Драко? — удивился Забини. Блейз работал в отделении стоматологии. — Оу! У тебя появился альфа? Такие сладости прислал. Кто он? Давай, колись! — Угощайся сам и для Пэнси прихвати, — ответил Малфой. — И проваливай на свой этаж. Ещё позже курьер прислал цветы — розы и записку: «Смотри на них и вспоминай меня. Г.Г». Поттер оказался тем ещё романтиком: цветы, конфеты, элитные кофе и чай. А когда приходил на обследование, они закрывались минут на пять в кабинете Драко и Гарри целовал колдомедика. И с каждым разом всё глубже и горячее. А омега с каждым разом всё доверчивее прижимался к Поттеру. Главный Аврор активно но, не афишируясь, проходил обследование в Мунго. Анализы сдавал все исправно, УЗИ и МРТ, тесты на совместимость с Драко на молекулярном уровне, ментально и физиологически. Специальное тестирование в ритуальном зале на шестом этаже Мунго (на шестом этаже в больнице расположен буфет с одной стороны, а с другой — ритуальный зал), где с помощью сложных заклинаний выяснилось, что они, несмотря на все противоречия и, казалось бы, при полнейшей несовместимости, абсолютно подходят друг другу. Просто идеально. Такие разные, такие оба противоречивые, а для совместной жизни и создания детей — совместимы на все сто процентов. Через три дня Гарри вошёл в кабинет колдомедика Малфоя мрачный и задумчивый, и Драко всё абсолютно понял. — Покажи мне результаты анализов, — попросил мягко Малфой. Гарри положил целый ворох бумаг, скорепленых специальным зажимом, на стол и отошёл к окну, налив себе стакан воды. Блондин же принялся изучать результаты исследования. — Не смертельно! — констатировал колдомедик. — Пропьешь лекарства в течение двух недель, потом повторно сдашь анализы. Я рад, что твой организм здоров, что генетических заболеваний и родовых отклонений нет. Рад, что инфекционист проверил твой детородный орган альфы, анализы спермы и природных выделений оказались в полном порядке. Прекрасные показатели. Твои активные сперматозоиды весьма важны для меня, Поттер. Блондин подошёл сзади и Гарри обернулся к нему. — Издеваешься? — фыркнул он с улыбкой, но так грустно и как-то потеряно, что у Малфоя сжалось сердце. Драко прекрасно видел, насколько Главе Аврората нелегко, как он борется с собой, будучи воспитанным и чутким человеком по своей природе. Насколько Малфой знал ещё с Хогвартса: очкарик никогда не обижал омег, не поднимал руку, чтобы ударить, как это случалось не так уж и редко с другими альфами. Всегда уважительный и чуткий, а тут на тебе — подвох с неверностью Джинни и эти дурацкие инфекции. Драко верил, что Поттер чист и вся эта гадость от поползновений его невесты. — Вообще не издеваюсь, — ответил блондин, — с чего бы? Твои головастики весьма необходимы мне здоровыми и активными, чтобы оплодотворить мои — омеги. И чем активнее, Поттер, тем больше шансов на успех. Колдомедик положил ладонь на щеку аврора, и Гарри подался ласке, глядя с такой теплотой на Малфоя, что у последнего замерло на миг сердце. — Я тоже рад, но насчёт инфекций мне придётся поговорить с Джинни, — вздохнул брюнет. — Это твоё право, да и было бы хорошо, ведь, Салазар знает, кого она ещё могла заразить, — ответил колдомедик. — Так ты сегодня отправишься на Гриммо? — поинтересовался Драко. — Думаю, — кивнул Главный, — но ты оставь камин открытым, Малфой. — И блондин кивнул. — Покажу ей результаты анализов. — Но поймёт ли она, Гарри? — возразил блондин. — Вдруг она скажет… — Не скажет, потому что знает, что она была моей первой, с кем я вообще лёг в постель. Первой и единственной, с кем я спал. Я потребую объяснений. Сказав это, Поттер поцеловал Драко в лоб, крепко обнял и вышел, покинув Мунго. Уизли на Гриммо не оказалось, но зато вещи некоторые всё ещё лежали. Гарри решил отправиться в «Нору» и там с ней поговорить. И плевать, что узнают Молли с Артуром и Гермиона с Роном. Конечно, в доме семейства Уизли Поттеру всегда были рады, относясь к Мальчику-Который-Выжил как к родному сыну, и дело было не в том, что Гарри состоял в отношениях с Джинни. Обняв Молли и Арткра Глава Аврората спросил: — Джинни дома? — Она у себя, дорогой, — ответила женщина. — Недавно очень плакала. Гарри, ты ведь пришёл успокоить мою девочку, да? Утешить? Она ведь так любит тебя. — Конечно… — только и смог ответить Поттер. — Я пришёл поговорить. Однако поговорить на чистоту не получалось, Джинни обняла Гарри и разрыдалась. Она была такой несчастной, и Поттер решил повременить. Секс с Джинни всегда был хорош, насколько помнил брюнет. Сейчас, когда выяснилось, что он был просто одержим ею из-за Приворотного зелья, Гарри понимал, что всё было обманом. Да, девушка была симпатичной, но не такой идеальной и красивой, какой казалась под чарами. — Зачем ты пришёл? — спросила она и отстранилась, чувствуя, что Гарри не просто так заявился в «Нору», и не ради того, чтобы её вернуть. Взгляд Джинни стал холодным и настороженным. И Главный Аврор таки решил попробовать поговорить. — Знаешь, дорогая, я прошёл плановый медосмотр, но в этот раз решил сдать анализы не просто общие, — сказал брюнет. — Мы же знаем, что ты была для меня первой и единственной омегой, а я для тебя далеко не первым альфой. Я удивился, что мои анализы пришли с пометкой «плюс», и инфекционист сказал, что во мне есть инфекция, передающийся половым путем. Причём, по магическим данным — не одна, а парочка радостей и очень свежие. Никак не хочешь объяснить, в чем дело? — Ты с кем-то ещё переспал, кроме меня? — холодно поинтересовалась девушка, живо переведя стрелки от себя. — Тебе же так нужен наследник, ради которого ты решил бросить меня. Со своей сучки и спрашивай, зачем ты ко мне пришёл? — повысила она голос, начиная раздражаться. — Ты за кого меня держишь, Джин? — ахнул мужчина. — Я могу тебе скинуть в Омут Памяти свои воспоминания, и ты не найдёшь в них и тени измены. Ну, а я? Я могу посмотреть твои? — Убирайся, Поттер! — закричала она. — Вместо того, чтобы утешить меня из-за проклятья Волдеморта, ты тычешь в меня анализами? — Скажи мне правду, Джинни, если ты действительно любила меня, сколько мужчин у тебя было с тех пор, как мы живём вместе? Я не беру в счёт Хогвартс. О последних альфах, от которых ты заразилась сама и заразила меня? Кто они? Но Джинни вытолкала за дверь Поттера и попросила уйти, пообещав, что не позволит никому отнять у неё Избранного. И Гарри ушёл, поняв, что его омега изменяла ему. В квартиру Драко Поттер всё-таки пришёл, но пьяный и расстроенный. А ещё он принёс с собой пиццу, сладости, бутылку Огденского и… тесты на овуляцию, чем удивил и рассмешил Драко. Малфой не стал расспрашивать его ни о чем, а просто уложил того в постель, а сам лёг на диване в гостиной. Затра суббота, они ещё поговорят. То, что аврор принёс палочки-тесты — хорошо и это понравилось Малфою, что говорило о серьёзности Гарри. Он что-то бормотал о рыжей, из чего блондин понял, что с ней он таки поговорил. Утром Поттер проснулся с больной головой. Он не сразу понял, где находится спросонья, но почуял запах еды, кофе и жареного мяса в духовке. А ещё он увидел на тумбочке Антипохмельное зелье, участливо поставленное там Драко, и выпил содержимое всего пузырька. Стало намного сразу легче. А теперь скорее в душ, потому что омега не должен увидеть его вот таким: помятым, обросшим и ужасным. Проскочить мимо кухни таки удалось Главному Аврору. Да и в ванной он заметил новые вещи, по всей видимости, заказанные через интернет, гель для душа и шампунь для альф. В ванной витал чудесный аромат самого Драко, и у Поттера немедленно встал член, он до боли в яйцах захотел Малфоя. Эх, поднять бы его сейчас на кухонный стол или прижать к стене на весу, и моментально войти в горячее лоно. Сделать своим. Но… Спешка нужна для ловли блох, а Драко может и послать за грубость или настойчивую наглость. «Всё будет, — сказал себе брюнет, — но чуть позже, когда Малфой доверится ему, как тогда в ночь позволил себя поцеловать. Правда, дрожал и готов был отпрянуть, но сдержался же». Моясь под горячим душем, Гарри, впрочем, помог себе кончить, потому что этот запах омеги будоражил альфу до звёздочек в глазах. Вышел из душа бодрым, потому что аромат альфы покрыл запах омеги и стало легче. Горячий поздний завтрак-обед был приготовлен, и Малфой ждал Гарри из душа. За обедом Поттер всё сам рассказал о том, как поговорил с Джинни, выяснив, что она заразила его инфекцией посредством секса, потому что они занимались им без презерватива. Он-то думал, что является для Уизлетты единственным, а получилось совсем иначе. — Ничего страшного, слава богам, это не смертельно и не настолько плачевно. Ничего, Пропьешь курсом таблетки и всё пройдёт, плюс неделю на очищение крови. Я могу тебе здесь сам прокапать нужные зелья внутривенно, — предложил Драко. . — Думаю, мы так и поступим, — ответил Поттер. * СПУСТЯ ТРИ НЕДЕЛИ * Сегодня наступил день рождения Драко Малфоя — пятое июня. Поттер узнал о нем случайно в Аврорате. У аврора Эмиля Уилсона тоже был день его рождения. Гермиона забежала поздравить коллегу и как-то обмолвилась невзначай: — Да, я знаю ещё одного человека, у которого сегодня день рождения. — И у кого же, родная? — поинтересовался её муж Рональд Уизли. — Как у кого — у Драко Малфоя, конечно же! — ответила миссис Грейнджер-Уизли. — Надо бы ему хотя бы открытку послать совой, а-то вряд ли его кто-то поздравит в этот день. — Родители есть, Гермиона, да и тебе какое дело до Хорька? — возразил Уизли. — Рон, ты такой ограниченный, до сих пор помнишь зло?! — возмутилась она. — Господи, мне надо было выйти замуж за Крама, он не такой злопамятный. Фыркнув, молодая женщина вышла из общей комнаты авроров, где они часто собирались, и дежурный отряд пил кофе, чай или обедал. Гермиону Кингсли Шеклболт перевёл на свой этаж, в департамент Министра Магии, подготавливая её на свое место, поэтому Грейнджер-Уизли нечасто бывала теперь в Аврорате, но иногда всё же забегала. — Гарри, — обиженно произнёс друг детства, — вот что ей не хватает, а? Я же очень хороший и положительный мужчина. — Разбираетесь сами, ребята! — ответил Главный. — Однако Гермиона права — будь проще, Рон, и не таким злопамятным, потому что Малфой давно изменился в лучшую сторону. Иди вон к парням, они хотят, чтобы ты выпил с ними пятьдесят грамм ради дня рождения Эмиля Уилсона. Он из твоего отряда. Сам же Поттер ушёл в свой кабинет, а оттуда отправился камином в Косую аллею, в ювелирный бутик мадемуазель Тутти-Петти. Она была гоблином из Франции и много лет содержала в Косой аллее ювелирный бутик. Во время Второй Магической Войны её поймали и держали в Малфой-мэноре Пожиратели Смерти, однако Гарри спас её, когда они с Роном и Гермионой бежали из поместья, благодаря эльфу Добби. Так вот с тех пор Гарри был её особым гостем. Правда, он никогда не приходил к Тутти-Петти, но сегодня вот заглянул, чтобы купить что-то потрясающе для Драко. — Мистер Поттер! — воскликнула гоблинка. — Какая радость! Милости прошу, дорогой наш Герой! Чем Тутти-Петти может помочь Гарри? Мне нужно что-то самое красивое, Тутти-Петти, — улыбнулся Главный Аврор. — Мне для моего омеги. Красивое, изысканное — цена не важна! — и утонченное. — Парень или девушка, месье? — поинтересовалась она. — Парень, — кивнул аврор, — очень красивый и изысканный парень. — Оу! — воскликнула француженка. — Один момент. У меня есть для вас потрясающий экземпляр. Гоблинка юркнула за штору и через минуту вынесла несколько коробочек. — Вот, мистер Поттер! — сказала гоблинка. — Всё украшения магией можно подогнать под себя, вы же знаете, да? Вот прекрасные кольца из белого гоблинского золота и замечательных ограненных бриллиантов. Новая коллекция поступления, месье. И вот кулоны к нему в комплекте. Посмотрите сами. Гарри выбрал кольцо-печатку в виде спящего дракона с россыпью розовых, голубых и зелёных ограненных бриллиантов. И такой же кулон. Но он был большой и на широкой цепочке, ибо живой. Кулон служил оберегом. — Активировать надо кровью вашего омеги, господин Главный Аврор, — сказала Тутти-Петти. — Великолепная вещь, я вам скажу. Гарри и сам видел, что комплект должен понравиться Драко — его дракону. — Заверните мне этот комплект, мадемуазель! — попросил Гарри. — За спасение моей жизни я вам дарю этот набор, месье Поттер. За мной долг, — улыбнулась она. Как Гарри не сопротивлялся, Тутти-Петти так и не взяла с него денег, сказав, что Долг Жизни — серьёзная вещь, а она поклялась, что обязательно обслужит Гарри бесплатно в своём бутике, чтобы он не купил. — Хорошо, мадемуазель Тутти-Петти, — сдался Главный, — но когда мы придём покупать кольца на свадьбу, вы продадите мне их. — Договорились, месье! — кивнула гоблинка. — Я уже начну подсматривать и подыскивать для вас и вашего избранного мальчика кольца. С рунами, ведь так? — Да, красивые и широкие кольца, связующие нас любовью! — улыбнулся Поттер. — Однако, мадемуазель, никому об этом не говорите. Это будет нашей тайной. — Тутти-Петти все поняла, Гарри Поттер! — ответила хозяйка бутика. Ну, а Глава Аврората отправился за букетом бело-зелёных роз и большим тортом для омеги.