diu terminus separationis

***

— Любовь моя, как тебе идея сходить в кино? — Вопрошает Дазай и смотрит на свою, уже как месяц, девушку – Ёсано, с которой они чисто случайно познакомились на работе в очень сложный для Осаму период – он расстался со своим уже бывшим парнем, которого до одури любил и теперь сожалел о содеянном, ведь именно он оказался зачинщиком их той самой ссоры на кануне Пасхи – такого семейного и тёплого праздника. Проблема была ещё и в том, что в их мире после расставания бывшие возлюбленные полностью меняют свою внешность и голос, как бы рождаясь заново, новыми людьми. И чтобы вернуть неудавшиеся, но такие родные и желанные отношения обратно, они должны найти своего бывшего уже в данном ему новом виде и полюбить его таким, каким сейчас предоставляется. После, они смогут продолжить свою совместную жизнь уже в этом облике, но зато в счастье. И вот надо же было именно в день их ссоры Дазаю пойти напиваться в бар, после которого, он, еле перебирая ногами, уронил свой мобильник в лужу, тем самым потеряв последнюю связь с ним – с его судьбой. — Извини, но я уже договорилась о походе в парк развлечений со своим другом, — В свою очередь Ёсано – это тот человек, который всегда говорил о том, что никогда не будет встречаться хоть с кем-то, у кого между ног что-то больше пизды, но для этого, как она раньше говорила, недоразумения, она сделала исключение, потому как его смазливая рожа была, вроде, очень даже ничего, да и мозгами Дазай отличался от других парней, – которые к ней подкатывали и которых она благополучно отшивала, – что удивительно, но в лучшую сторону. — А этот твой таинственный друг не будет против, если в этой прогулке к вам присоединюсь я? — Вообще сарказм и насмешки буквально надо всем, а, самое главное – не вовремя, как казалось окружающим, и иногда Ёсано тоже – смысл жизни и существования Осаму в принципе. — Ну, не думаю, что он будет сильно против, учитывая то, что ты мой парень. Да и, думаю, вы подружитесь, — И лишь известным одним богам образом, за всё время их отношений Акико ни разу не психанула и не послала всё к чёрту на кулички из-за нерадивости высказываний её парня, который, как назло, каждый раз придумывал всё более извращённые способы подъебать и, видимо, как ему очень хотелось, обидеть, которые впоследствии приводили Дазая лишь к шишке от сковородки на макушке. Романтика. — А это ли не тот самый низенький симпатичный мальчишка с рыжими волосами, так любящий ходить в смешных шляпках? — Дазай просто до изнемождения обожал пассий с таким характером. Наверное, именно из-за этого у них всё и вышло. — Да, он, но вот за симпатичного я тебе щас так пропишу, гей ты недоделанный! — И Ёсано ласково со всей дури влепила ему звучную пощёчину — Пока ты встречаешься со мной, даже не вздумай заглядываться на кого-нибудь ещё, тем более, если это, блять, мои друзья!!! — Солнышко, ну не горячись! Я больше так не буду, правда! Только не бей, прошу-у — Осаму поднял обе ладони над головой в примиряющем жесте, а после, сначала аккуратно встал, резко развернулся и дал дёру в противоположную от Акико сторону. — Ах, ты, гадёныш, а ну иди сюда! — И Ёсано, резко вскочив, побежала за ним, вместе с этим поднимая чей-то тапок с пола и, несясь за этим ребёнком в теле человека, приговаривала, как долго и мучительно он будет гореть в аду за такие слова. — Не догонишь, не поймаешь, бе-бе-бе, — А эта шпала даже не задумывается остановиться и принять на себя наказание в виде праведного гнева девушки, и на своих, и вправду длинных, двоих уносится всё дальше и дальше, приговаривала о том, что Ёсано никогда его не догонит на своих каблучках-шпильках, подаренных им же на их первом серьёзном свидании. Вот же тварь расчётливая. Бесит.

***

— Так всё же этот твой мистер-загадка одобрил мою кандидатуру на вашем "свидании"? — Спрашивает Дазай, показывая пальцами двух рук "кавычки" и улыбается от уха до уха, так, что Ёсано кажется, что ещё немного и уголки его рта начнут рваться и кровоточить, а ей, как врачу, придётся всё это дело зашивать. Но Осаму, кажется, это вовсе не волнует, и он улыбается ещё шире, открывая вид на ряд белых и ровных зубов, над которыми, как Акико казалось, работали все стоматологи Иокогамы, настолько часто он посещал этих врачей. — Да, сказал: "валяй, всё равно этот недоумок особо мешать не будет", —Теперь её очередь злорадствовать и ухмыляться. В свою очередь Осаму, видимо не потерпевший такого отношения к себе, стал смотреть на неё как-то обиженно и даже отрешённо, что ли. — Про недоумка это он так сказал? — Дазай обиженно дует губы и скрещивает руки на груди, сокрушённо отворачиваясь. И сколько бы не кричали эти ваши женские журналы про секреты красоты и моды о том, что все мужики до 30-тиВ это время автор слушал "Русский христос" и на 2м куплете (в начале) писал вот это – это взрослые дети, только эти самые мужики не хотят этого признавать, и опровергают истину всеми доступными способами. Хотя, вот вам подручный, наглядный пример – Дазаюшка, 25 годиков. — Нет, родной, это я уже сама додумала, — Она с вызовом смотрит ему в глаза и ловит на себе короткий, уже теперь точно обиженный, взгляд, а Осаму, в добавок к этому, только грустно, и, вправду, как-то прямо-таки по-детски хмурит нос и отворачивает голову, всем своим видом показывая насколько он обижен. — Жестоко ты, — Так же под нос и с поджатыми губами, он пытается показать какой он весь такой крутой, сильный и независимый, что даже эти ваши подачки в виде извинений со стороны "нападающего" ему не нужны. — Ладно, не злись, дай обниму, — И девушка протягивает руки к нему навстречу, крепко обнимает за широки плечи. На ещё более глупую мордашку Дазая, тот получает несильный щелчок по носу. — А-а, не-не, не так просто, сначала обещай, что с тебя любое желание в любое время и день, — Этой хитрой жопе наглости явно не занимать. Ну вот и что с ним прикажете делать? — А не ахуел ли ты, мой сладенький? — Ёсано ласково берёт его за обе щеки и тянет их в стороны, так, как любящая мать делает своему ещё совсем крошечному дитя. — Ни капельки, моя провокаторская жопа, — И вновь его лицо озаряет подленькая улыбка, которую он безуспешно пытается скрыть. — Это кто тут ещё жопа? Эй, глист, а ну иди сюда, я тебя защекочу! — И Акико резко хватает Дазая за бока, пока тот молит о пощаде и пытается отбиться от цепких рук своей девушки. — Не-ет, не надо-о, отпусти меня, о, злая, коварная и ужасная Ёсано, — Его просьбы остаются неуслышанными, и в итоге он начинает щекотать девушку в ответ.

***

— Ну и долго он ещё собирается идти? — Дазай от скуки уже чуть ли в носу не ковыряется, взглядом, видимо, намереваясь прожечь дырку в плитке. (да, суровая Раша) Сейчас время для него тянулось до жути долго и нудно, и чтоб хоть как-то скрасить минуты своего ожидания он начал плевать в мусорку, за точное попадание выдавая себе "трёхочковый" — А я не знаю зачем мы пришли аж за полчаса до назначенного нами же времени. Неужто кому-то не терпится завести новое знакомство? — Яда в её голосе больше, чем хотелось бы, но с этим уже ничего не поделаешь. Будем сильно и независимо отбиваться. — Ну, просто первое впечатление обо мне, как о человеке, у него должно сложиться хорошее, чтоб уж он-то недоумком меня точно не называл, — Осаму стукнул пяткой по земле, как бы говоря этим: всё, довольно! — А ты всё прям не можешь отойти от моего подкола. Что, царская душенька задета? — Вообще это всё ты начала, ничего не знаю. Их словесная перепалка продолжалась бы ещё долго: Дазай бы пытался отстоять свою, всегда и безоговорочно, верную позицию, а Ёсано старалась бы не влепить ему хорошенько за все его мелкие прегрешения, но тут их окликнул невысокий паренёк приятной внешности и помахал в знак приветствия рукой. — Ёсано, а я и не думал, что ты додумаешься встречаться с фонарным столбом, — На первый взгляд этот друг был очень даже приличным, но почему-то Осаму всегда везло на людей с подобным характером, готовых обосрать его лишь за сам факт существования. Обидно даже как-то. — А ты сам-то, дружок, во время дождя на чём перебираешься: на лодке или, может, собираешь плот из близлежащих веток? — Дазай посчитал это оскорблением на лично свой счёт и принял решение ответить первым, даже не заметив, как этим самым перебил уже хотевшую начать говорить Акико. Ничего, потерпит. У него тут более важные разборки. Вообще, конечно, не так он представлял себе знакомство с этим человеком, думал всё пройдёт более-менее мирно и спокойно. Почему-то все, кто с ним встречается, при первом же знакомстве пытаются себе нажить новых врагов в его, собственно, лице. Зачем им это, никто, правда, не знает. — Да я сама от себя в шоке.. Но, как видишь, — Она многозначительно дёрнула рукой в сторону Осаму, как бы невзначай отмахиваясь от него — Всё нереальное – реально, как говорится. Ты только на этого полоумного много внимания не обращай, он у меня всегда немножко бешеный был. — Сейчас, видимо, сородича встретил — Огрызнуться в этом случае было слишком уж заманчивым предложением, так что Дазай не смог сдержаться. Не всё ж его в грязь втаптывать. Главное, сейчас придумать ещё более изощрённое обзывательство, что бы утереть этому метру с кепкой нос окончательно — Тебя, случаем, на работе повысить не хотели, а? Или это слишком низко для них? — Да твоё ли вообще собачье дело кем и на какой должности я работаю, а? Тебе там, случайно, череп на мозг не жмёт, гений? А то вдруг он обрабатывает всю статистику трудоустройства в городе, что бы понять кому же со мной так не повезло? Перетрудился небось. — Кажется, противника он себе нажил будь здоров. Остр на язык так, что можно порезаться даже не приближаясь. Трудный человек. Дазай любил трудности. — Так, мальчики — В их перепалку неожиданно вклинилась Ёсано — Прекращайте ссориться и айда за мной покупать билеты, а то мы не то, что не успеем за билетами, пока нет очереди, мы в принципе в парк не попадём. Будете вести себя как два барана на мосту, оставлю вас обоих здесь, а сама позову составить мне компанию Коё. Уж не переживайте, время мы с ней чудно проведём. — Ладно, пойдём — Скучающе ответил Осаму — Временный мир? — Временный мир — Чуя пожал протянутую ему руку.