Интервьюер

— Спасибо вам, Мей-Мей, за то, что уделили время и пришли на интервью, уверен, нашим зрителям было интересно узнать о вас много нового. Сугуру Гето двадцать восемь лет и он пиздецки обожает свою работу. Ну правда, кому бы не понравилось выпытывать у знаменитостей их секреты, выставлять сенсации и эксклюзивы, копаться в грязном белье и просто иметь связи с уважаемыми обществом людьми? Вероятно, были и те, кто считал Гето слишком настойчивым, но у него имелся инстинкт самосохранения и рычажок «не перегибать палку». Он всё-таки не тупой. И ему правда нравилось выуживать информацию даже о новоиспечённых звёздах, о которых в интернете ещё не успели наговорить гадостей. Ещё ему нравилось знать информацию, сказанную ему вне записи камер. Он при этом чувствовал, что не только интервьюер из него отличный, но и человек он добросовестный, ведь с помощью секретов, которые он знал о некоторых личностях, можно было нажиться, — продать подороже и жить в достатке до самой смерти. Однако, Сугуру Гето не такой человек, он слишком уважает каждого из своего окружения. — Спасибо за приглашение, а теперь поговорим о гонораре, — и они дружески засмеялись. Дружить с такими людьми и правда было нужно, а с дружелюбностью у Сугуру никогда не было проблем. — До сих пор не ответили? — До сих пор. Его менеджер будто вообще не заходит в соц сети, либо целенаправленно не отвечает на наше предложение. Но были и те, кто совсем не шёл на контакт с командой Сугуру. Точнее одна конкретная фигура в моделинге. Таких можно было понять, не всем хочется сидеть несколько часов на интервью под объективами камер, нагретыми и жарящими софтбоксами, и распёздывать про свою жизнь то, чего обществу знать не нужно было. Но этот парень… Исходя из того, что пишут в интернете, и что он, Сугуру, сам видит, внимание этот парень любит, и его ему, казалось, всегда мало. «Звёздное дитя», заключил Гето. С детства крутиться в этой сфере и до сих пор не дать интервью ни одному крупному интервьюеру, — в голове не укладывалось, но именно для этого и нужны связи, так? Он уже было собирался сам подойти и спросить, как вдруг сзади него возникла сегодняшняя гостья. — О ком это вы говорите? Сугуру вздохнул. Помощь пришла откуда её и ждали. — Годжо Сатору, мы около месяца не можем дождаться ответа, даже самого невнятного, нас будто целенаправленно игнорируют. — А, вы про эту занозу в заднице? Так я могу вам помочь, — и она, потерев большой, указательный и средний пальцы, явно намекая, что это не бесплатно, ехидно улыбнулась, — Конечно, за плату. Большую. Конечно, это же Мей-Мей, другого ожидать не следовало. Хотя они и так отвалили ей за её присутствие на интервью в два раза больше, чем обычно платят гостям за участие. Даже при этом она хочет содрать с них ещё больше. Гето выдохнул и подозвал свою менеджерку. — Акари, подойди пожалуйста, — к ним подошла светловолосая девушка с телефоном в руках, с открытыми в нём заметками, — оплату обсудим сразу после того, как мы услышим Ваше предложение, — он снова обратился к гостье. — А Вы не так просты, Гето Сугуру, — усмехнулась она, — так вышло, что с Сатору я знакома и я могла бы лично ему передать предложение посетить Ваше скромное интервью. Конечно, человек он занятой, со своими обязанностями и принципами, но я бы могла подтолкнуть его и согласиться. Сугуру показалось, что та так переформулировала фразу «морально надавить». Ну и ладно, самое главное сейчас — добиться встречи с Годжо, и если у Мей-Мей получится уломать его, это будет значить, что интервьюером он станет на голову выше других. И пусть не без посторонней помощи, в его работе все средства хороши. Акари записала что-то в телефон. — Если мы обо всём договорились, пожалуйста, пройдёмте обсудим оплату данной информации, — Акари подала голос и повела Мей-Мей в её гримёрку, параллельно подзывая ещё каких-то главных людей, в которых Сугуру узнал участников его команды. Думать об успехе пока рано, гостья даже не уточнила сроки, всё очень расплывчато, но Сугуру готов ждать такого человека, хоть он и считает Годжо напыщенным, самовлюблённым, эгоистичным засранцем. Однако, Годжо оправдывало в голове Сугуру то, что тот полностью был во вкусе Гето. — Неужели я на столько банальный, что мой типаж — голубоглазые блондины? — спросил он однажды у Нанами, — И желательно выше меня. — Хорошо, что из всего этого я только блондин.

***

Прохлаждаться в кафе вместе с другом уже было ритуалом для двух работяг. Благо, офис Нанами и арендованная студия Сугуру находились всего в паре улиц друг от друга, поэтому было решено встречаться на нейтральной для обоих территории. Тут и выбор выпечки был приличный, и кофе вкусный, и работники добрые. Их как всегда обслужила завсегдатая официантка студентка и удалилась, чтобы передать заказ бариста. Оба мужчины одеты как с иголочки, Нанами полагалось, всё-таки дресс код в офисе не позволял носить халат на работу, а Сугуру уже собранный и подкрашенный для предстоящего интервью. — Так Мей-Мей и тут нашла выгоду для себя? — Сугуру только жалобно кивнул, — И сколько же она содрала? — В общем, втрое больше, чем мы обычно платим другим гостям. — Она обвела вас как новичков, ты это осознаёшь? — мужчина победно поправил очки, будто ему достанется часть тех денег, которые получила Мей-Мей. — Да плевать, сейчас для нас главное добиться присутствия Годжо у нас. Официантка поставила перед ними кофе с десертом и снова удалилась. — Это тот который в твоём вкусе? — Пока что всё, что я вижу — это напыщенность и тщеславие. — Я правильно понимаю, что это до первого взгляда на его пресс? Сугуру хмыкнул. Если уж быть ОЧЕНЬ честным, Годжо был будто не от мира сего. Точно не японец, но тогда кто? Иностранец? Альбинос? Просто с генами повезло? В общем то и неважно, потому что Годжо Сатору поражал всех, и ему для этого нужно было просто напросто родиться. Всё, что о нём было известно, это то, что родители начали продвигать его в модельном бизнесе ещё лет с пяти. Оно и неудивительно, Сатору явно смазливым был всегда. Ни о личной жизни, ни о возрасте, ни о чём банальном в интернете не было написано. Да что уж там, он даже соцсети почти не вёл. Раз в полгода выложит фотку со съёмок, да и всё, мол, наслаждайтесь тем, что дают. И Сугуру наслаждался, но только втихаря. — Я бы не отказался посмотреть и на твой пресс, — Гето улыбнулся в кружку, отпивая кофе, в то время как Нанами укоризненно на него смотрел. — Договоришься, и я уйду есть к себе в офис. — Ой, да брось, ты и рад сбежать оттуда, а вот возвращаться раньше положенного не в твоём стиле, — он откинулся на диванчике намекая, что этот спор он выиграл. — Значит я найду другое место чтобы пообедать, — он уже встал из-за стола, как Сугуру встрепенулся. — Ладно, Нанами, извини! Только не уходи, я съёмку перенёс только чтобы с тобой встретиться! — мужчина только ухмыльнулся и сел на место, — И вообще-то манипулировать нечестно. — А с вами по другому нельзя, — с кем «с вами» Сугуру решил не спрашивать, кажется он и так догадывался, исходя из их разговора.

***

Прошло всего два дня с момента, как Мей-Мей пообещала им Годжо, но ни ответа, ни привета до сих пор не поступало, отчего Сугуру был на взводе. Да, он готов был ждать сколько угодно, когда речь заходила об этом мужчине, но, знаете ли, он тоже человек, и ему не терпелось. Он уже предвкушал заголовки в пабликах, как он, Сугуру Гето, выудил информацию из самого Сатору Годжо. Как он, Сугуру Гето, становится самым уважаемым интервьюером. И всё зависило только от одного человека. — Это по поводу Годжо? И так на каждый звонок или звук сообщения. И всегда ответ «нет, Сугуру». Любопытство и нетерпение пожирали его пока только изнутри, но ему казалось, будто скоро начнёт и снаружи, невидимым проклятьем откусывать от него по кусочку. А вдруг и не видать Сугуру звания «лучший интервьюер»? Вдруг Мей-Мей продала информацию подороже другому каналу, а их оставила с носом? Но они должны были подписать всякие бумаги… А они подписывали бумаги?! — Акари, вы заключали договор?! — Сугуру, мы знаем как работают сделки, договор был заключён, подпись поставлена, чек выдан, руки пожаты! — Акари явно надоела эта излишняя тревожность, — Иди лучше вздремни, до следующего гостя пару часов есть. Было решено уйти в свою гримёрку, а не шататься по всей съёмочной площадке туда-сюда, раздражая каждого работника одним своим видом. Однако удалился он не для того чтобы спать. Вы Нанами, я не знаю куда себя деть. Ня Каваи (Нанами Кенто) Нашёл проблему, вот если бы ты не знал куда спрятать кого-то ещё — я бы больше переживал. Вы Ты даже не стараешься меня поддержать… Ня Каваи (Нанами Кенто) Вообще-то, друг мой, у меня прямо сейчас корпоратив, о дате и времени которого я тебе говорил неоднократно. Вы :( Ня Каваи (Нанами Кенто) Уверен, что с вами скоро свяжутся по поводу Годжо-который-твой-типаж. Вы :) Отрицать эту информацию было слишком глупо со стороны Гето. В самом то деле, ему двадцать восемь, бояться разговоров об отношениях и предпочтения ему немного не по возрасту. Однако, мечтать об отношениях с Годжо? Ну уж нет, каким бы красивым и и невероятным он ни был, у Сугуру уже сложилось о нём впечатление, при том не самое лучшее. По правде, Сугуру просто не хотел приравнивать себя к той толпе фанаток красивого личика модели, чем бы он вообще тогда отличался от большинства? Ну, как минимум членом между ног, хотя Гето был уверен на все проценты мира, что каждый чуть ли не первый парень засматривался на фотографии Годжо. И Сугуру всегда был в их числе. И пока остальные могли только вздыхать по нему, Гето действовал и уже два дня не мог себя никуда деть. После бессмысленного лежания на диване и хождению по гримёрке было принято решение пойти прогуляться, иначе, Сугуру казалось, он скоро на потолок начнёт лезть от своих переживаний. Хотя, вроде бы, чего переживать? То, что они отвалили тройную сумму Мей-Мей? Нет, они не нуждающиеся и могут себе позволить так поступить, обидно, конечно, если она их кинет, но это их не обанкротит. То, что Сугуру не станет самым невъебическим интервьюером? Конечно, очевидно, ему бы хотелось, но это не являлось целью жизни, он и так обожал свою работу, да и живёт же он и без этого статуса, и всё с ним в порядке. То, что Сугуру не увидит Годжо вживую? Да плевать он хотел на этого белобрысого кренделя. Стоило открыть дверь, его окатили солнечные лучи, прямо-таки стремившиеся побывать на теле Гето. Белобрысая макушка под кронами деревьев, которые чуть качались от лёгкого ветра, стеклянные айсберги, ну уж совсем контрастирующие с погодой в мае, особенно пристально смотрели на Сугуру, а ровные губы на матовой коже изогнулись в приветливой улыбке. Начало доходить сразу после того, как он краем глаза заметил фигуру позади него. — Не стой в дверях, остолоп, — девушка на три головы ниже чем Годжо, да и Гето, оттолкнула первого бедром и сама встала напротив Сугуру, — Сёко Иеири, мы общались с Акари Ниттой, можем ли мы увидеться и обговорить детали? — она бесцеремонно прошмыгнула в дверь, не дожидаясь ответа и скрылась в толпе, оставив мужчин наедине. Вообще-то, Сугуру обычно не тупил, просто сейчас его поставили в очень неловкое положение, и, сами понимаете, он растерялся. Неожиданно это всё! И ситуация абсурдная! И вообще, какого хрена?! — Ты Сугуру, да? — подал голос Годжо, изящнее изгибая губы в улыбке, — Привет, рад буду с тобой поработать! — протиснул он руку для рукопожатия, но остался проигнорированными, — Для интервьюера ты не слишком разговорчивый. — Знаешь, я в ахуе нахожусь. Когда Годжо смеялся, то превращался из несносного эгоиста в неземной красоты существо, и какими бы хорошими ни были оценки в школе у Гето за сочинения, он бы никогда не смог передать всей необычности и непредсказуемости во внешности его собеседника. Обычным «красивый» Годжо было непозволительно называть, минимум «превосходный». — Да, извини, Годжо… — Сатору, — Гето поднял брови вопросительно, — Зови меня Сатору, не надо формальностей. — Сатору, — тот кивнул, улыбаясь, казалось, слишком сильно, — Привет, Сатору, работать с тобой большая честь для меня, — теперь он сам протягивает руку, встречаясь с рукой собеседника. Приходится напоминать себе что в двадцать восемь просто стыдно должно быть так волноваться.

***

Сугуру был зол на Акари. Ну или просто делал надутый вид. — Почему ты не могла сказать что он придёт сегодня? Ну, то есть они. Я бы может и не попал бы тогда в неловкую ситуацию! — приходилось рвать и метать, дабы больше с ним так не поступали. Конечно, отношения у них больше рабочие, но они всё-таки могут называть себя и друзьями. Акари же сидела, полная спокойствия. Поняла уже, что отвечать Гето на его психи такими же психами не надо, быстрее успокоится. — Сугуру, ты хоть представляешь что с тобой было бы, если бы я сказала? — в данной ситуации после каждой фразы она смотрела только свысока, хоть и сидела, хоть и была намного ниже самого Гето, ведь понимала, что сделала она всё правильнее некуда, — Я могу тебе описать последовательность твоих действий, узнай ты об этом раньше. — Обойдусь. Не хочется выслушивать то, что он о себе и сам знает, и почему-то чёртова Акари тоже. То ли оттого, что сама по себе она проницательная, то ли работа его менеджеркой за столько лет сказалась, но она видела Гето практически насквозь. Она бы точно сказала, что Сугуру бы издал звук, похожий на визг, потом его лицо перекосилось бы, глаза бы забегали по всей студии, пока он пытался не словить паническую атаку, он бы в упор посмотрел на Акари, без слов обнял бы её и унёсся в свою гримёрку успокаиваться. Вероятно, он бы даже закричал от радости, если бы в моменте его не волновало, что по его двери могут шарахнуть в надежде, что Гето замолчит. Он знал, что она знает, как это будет. Так было со всеми самыми желанными гостями, но всё-таки не стоит забывать что Годжо — гость особенный, поэтому можно предположить, что Гето, например, упал бы в обморок, или, может быть, чтобы выплеснуть все эмоции пробежал бы километра два, на одном дыхании, минимум. Гето вздохнул. Съёмку назначили на завтра, благо, всем позволял график. Сразу после согласовки Нанами был оповещён обо всех этих событиях, и его красноречивая реакция не заставила себя долго ждать: Ня Каваи (Нанами Кенто) Я верю в ваш секс после съёмки на диване твоей гримёрки. Сугуру не привык принижать себя, он давно перерос это, и он вполне мог был сказать что мог бы понравиться Сатору, одновременно вообще не веря в то, что тому вообще нужен хоть кто-то. Тот живёт в своём обеспеченном мире, точно имея особняк со спортзалом и бассейном внутри, с баром и прислугами, и, казалось, ничего ему больше и не надо. После разговора на улице он хоть и стоял постоянно подле Гето, но больше не пытался с ним заговорить, хотя Сугуру и ловил на себе изучающие взгляды. Сам интервьюер решил оставить все вопросы на завтра, как раз, думается, уже свыкнется с мыслью, что будет брать интервью он у Сатору Годжо. Сейчас же, он вызвался чуть ли не сам писать сценарий, как минимум под его контролем будет всё, от сути вопросов до правописания. Так же Сугуру понимал, что явно этому рады не все, несмотря на его любовь к работе, на этой же работе не все имели честь знать его довольно близко, отчего и считали его ненормальным и помешанным. Знали, что как только они сядут за сценарий, правки будут чуть ли не через каждое слово, потому что это Гето, а у него всё должно быть идеально вылизано, особенно сейчас. Для Сугуру это ощущалось как «лишь бы не оплошать». Он просто не вынесет, если интервью получится провальным.

***

— Сатору ещё не пришёл? — вопрос прозвучал уже в третий раз за последние минут двадцать, а сам Гето снова не знал куда себя деть. Расхаживал по гримёрке, частенько открывая дверь чтобы пробежаться глазами, ища белобрысую макушку в толпе людей, а иногда идя на радикальные меры, спрашивая напрямую. Ему хором отвечали «ещё рано, Сугуру» и он снова скрывался за дверью. Казалось, время ещё есть, но недостаточно, чтобы отлучиться в излюбленное кафе вместе с Нанами и поистерить тому в плечо. Конечно, не буквально, Сугуру обычно сдержан, но иногда душа просила и таких действий. Всё равно на работе он уже всех достал. Оставалось ещё полчаса до прихода Сатору и Сёко, отчего не сиделось на месте, хотелось быстрее увидеть… их обоих, хотя Гето и понимал, что выйдет к ним максимум поздороваться. Он поставил себе условие — не разговаривать с гостем до начала съемки, дабы все эмоции были настоящие, дабы и зрители это понимали. И лучше бы он не выглядывал снова из-за двери, потому что прямо в эту секунду в студию зашли эти двое. Гето заметил, что Сатору после того, как поздоровался с Акари начал вертеть головой, в поисках его самого, а когда они зацепились взглядами, улыбнулся и помахал, отчего Сугуру невольно повеселел, повторив его действия. Можно же иногда нарушать обещания, данные самому себе, правда? — Как добрались? — Акари рядом незаметно для остальных хмыкнула, и Гето бы пронзил её убийственным взглядом, но явно не сейчас. — Сугуру, дорогой, спасибо что спросил, — начал Сатору, — пробки — ужас, люди как с цепи сорвались. В самом то деле, именно сегодня! — он дополнял свой рассказ активным жестикулированием, — Но знаешь, приезд раньше сулит свои привелегии, — и подмигивает, глядя Сугуру в глаза. Он что, только что флиртовал?.. С Гето не флиртовали уже лет пять, обычно говорили всё прямо, взрослые же, отчего у него доверия почти не возникало. Флиртовать нужно либо умело, либо до милого неловко, у Сатору это, если честно, что-то среднее. И по правде говоря, Сугуру это полностью устраивало. — Если ты надеешься поболтать с Сугуру, то не получится, он, — Гето засуетился, глаза его забегали по лицу Акари, рот приоткрылся в панике. Он активно жестикулировал, чтобы она помолчала, но в итоге пришлось накрыть её рот ладонью. — Акари, что ты такое говоришь? — он издал нервный смешок, — Конечно, мы можем поболтать, Сатору! Тревога внутри начала разрастаться, а всё из-за чего? Он пошёл против своих принципов. Этот мужчина заставил его поставить своё видение мира на второе место. Невообразимо и не может быть. — Пошли покурим, — Гето потянул Годжо за рукав в сторону выхода. Гето. Целенаправленно. Оставляет. Их. Наедине. Осознание приходит с опозданием, поэтому бежать уже поздно. Сугуру поджигает сигарету и вопросительно смотрит на Сатору, мол, а ты? — Я не курю, — тот мягко улыбнулся. Понятно. На столько идеальный, что даже не курит. — Ты всегда такой молчаливый? — Сатору будто оживился, будто вышел из транса и позволил себе использовать эмоции, помимо дружелюбной улыбки. — Сугуру, ты не представляешь как мне приходится себя сдерживать, чтобы не наговорить лишнего, — начал он вдруг слишком резко, хватая Гето за плечи, — чтобы всё оставить на съёмку. Я стараюсь держать рот на замке, но чувствую, я бы всё равно очень скоро сорвался. Надеюсь ты правда не думаешь что я всегда такой, Сёко обычно говорит что у меня не рот, а помойка, на столько много я могу трындеть, — он говорил слишком быстро, проглатывал окончания слов, сбивался, но ни разу не перевёл дыхание, — Сугуру, не говори Сёко что я позволил себе объяснить своё состояние заранее, она ж меня убьёт! Сугуру смотрел всё это время в упор, лицо Сатору было так близко, хрустальные глаза всё это время смотрели прямо в его. Он слушал внимательно, а после тирады он позволил неловкому молчанию случиться всего на пару секунд, прежде чем рассмеяться. — Почему ты смеёшься? — Сатору негодовал. — Прости-прости, — Сугуру показательно вытер даже не выступившие из глаз слёзы, — Так дело было в том, что ты просто не хотел срывать мне съёмку? — Сатору кивнул, — Спасибо тебе, я ценю это. Только, знаешь? Ты выполнил своё обещание, ничего лишнего не наговорив, а я своё не выполнил, — Годжо смотрит на него вопросительно, — Как-нибудь потом расскажу, — он выкинул сигарету, истлевшую в пальцах за время разговора, — Пошли, у нас гримировка.

***

— Всем привет, друзья, меня зовут Сугуру Гето и вы смотрите «ВОЙС», — камера направлена только на Сугуру, — Сегодня я рад Вам представить несравненную модель о которой мало что известно — Сатору Годжо! — камера захватывает и гостя, — Привет, Сатору, как проходит твой день? — Сугуру, дорогой, ты знаешь как мне приятно наконец заговорить, — он бросил незаметный взгляд на Сёко, поняв, что проговорился, но не успел прочитать её эмоцию, как продолжил, — Мой день? Знаешь, если в этом дне есть ты, он автоматически становится лучшим днём, — Сатору подмигнул. — Ого, — был ли это намёк или же просто вежливость он подумает потом, — Спасибо, Сатору, давай перейдём к вопросам, — Сатору кивнул, — Итак, из-за того, что в интернете о тебе мало что известно, люди строят теории вокруг твоей личности. Мог бы ты рассказать то, что ты считаешь в себе базовым? Без чего Сатору Годжо не будет собой? — Первое что приходит в голову, это внешность, для меня не секрет, что выгляжу я необычно, — он задумался, — Прямо самое базовое? Могу назвать топ-5 фактов о себе, — Сугуру кивнул, мол, действуй, — Итак, если мне придётся выбрать только одну еду, которую я буду есть до конца жизни, это будут моти; мой рост сто девяносто, а в модельном бизнесе я с четырёх лет; мой типаж — длинноволосые брюнеты, а ещё у меня есть небольшая татуировка на щиколотке, там изображена чёрная рыбка. — Вау, хорошо, — Сугуру приходилось делать вид, что он ничего не понял, но уже задумался о том, чтобы в том же месте набить белую рыбку, — Имея понимание о твоём графике, многие зададутся вопросом, как же ты проводишь свободное время? — Вообще, я после восемнадцати лет почти всегда нахожусь с Сёко. Сейчас мне двадцать девять, — уточнил он, — Мы познакомились в баре, когда я в очередной раз сбежал из дома. — Извини что перебиваю, но почему ты сбежал из дома? — Слышал о гиперопеке? В этом вся суть моих родителей, чтобы мне иметь друзей, хотя бы каких, мне нужно было уметь вертеться и врать, поэтому я сбегал из дома. Так, в один из разов, мы с Сёко и познакомились, а после того как я съехал, она стала моей менеджеркой, по совместительству продолжая быть лучшей подругой. Она, кстати, одобрила тебя, — он подмигнул и периферийным зрением увидел, как Иеири закрывает лицо руками, — Что же до свободного времени? Я пишу картины, тебя я бы тоже написал. Как-то раз готовил… После этого на кухню меня не пускали, — Сатору засмеялся, — Что мы всё обо мне да обо мне? Сугуру, расскажи о себе, хочу узнать тебя ближе. Да что он вообще творит?! Это больше похоже не на интервью, а на шоу, как подкатывать не надо, но отчего-то Сугуру ведётся и на такое. — Сатору, я тебя пришибу! — Иеири начинала закипать. — Да что не так?! — Работай, потом потрындите с Сугуру! В самом то деле, первое интервью, а ведёшь себя как… как всегда! — Конечно, оно же обо мне, — он немного опустил очки на переносице, смотря исподлобья на подругу. — Сатору, — Сугуру еле сдерживал себя, чтобы не засмеяться или умилиться, обычно он присекал такое поведение гостей, но Годжо снова заставил его пойти против своих принципов, — что бы ты хотел узнать? — Какие женщины тебе нравятся? — Я думаю блондинки, — Сатору кивнул, — голубоглазые, — и снова кивок, — с членом, — заключительный кивок. — Продолжаем интервью!

***

Съёмка шла неприлично долго, пока Сатору наговорится, пока Сугуру отключит сердечки в глазах, пока Сёко и Акари перестанут осуждающе на них смотреть. Да, это должно было быть самое впечатляющее интервью, по мнению Сугуру оно таким и было, но помимо него так считал только Сатору. Волновала их сейчас совсем не съёмка, а то, что на ней происходило. Все эти неоднозначные намёки, подкаты и флирт, а главное, не только со стороны Сатору. Каждый из съёмочной команды закатил глаза как минимум раз сто. И всё, казалось, хорошо, только вот какой шаг стоит предпринимать теперь? Нужно хотя бы обменяться номерами, правильно? И Сугуру уже встал прямо перед Сатору, как вдруг… Годжо стремительно наклоняется прямо к лицу Сугуру, отчего у второго сбивается дыхание, и, кажется, подкашиваются ноги. Это что же получается, вот так сразу целоваться лезет? Или чего вообще можно ожидать от этого напыщенного идиота со своим смазливым личиком? Сугуру уже начинает прикрывать глаза, как вдруг… — Увидимся, Сугуру, — шепчет Годжо ему в ухо, а затем разворачивается, спешно покидая студию. И как это понимать?.. Его продинамили, да? И только сейчас Гето понимает, что что-то перевешивает его голову с той стороны, где только что был этот нахал. Он трогает своё ухо и чувствует… замок. Сатору Годжо, красивый мужчина под тридцать застегнул ему дверной замок в растянутой мочке уха. — Ну что за урод! — негодует Сугуру. Вокруг него начинают скапливаться люди из его команды и хихикать. Просто невероятно. Чего вообще добивается этот двухметровый хер?! Сначала флиртует прямо во время интервью, а теперь такое выдаёт! Да где ж такое видано?! — Акари, пожалуйста… — он жалобно смотрит на свою менеджерку, которая изо всех сил сдерживает смех. Та закрывает лицо руками, убегает туда, откуда ушёл Годжо, и сразу возвращается, держа перед собой ключ. Сугуру смотрит вопросительно. — Он выкинул его перед тем, как выйти. Тебе повезло что я это увидела, — Гето нагибается чтобы она могла расстегнуть новое украшение на его ухе, — Сугуру, — она хмыкает, улыбаясь, — тут номер. — Какой ещё… — и правда, зафиксированная скотчем бумажка с номером и надписью «позвони мне, красавчик», и дурацкий смайлик. Кажется, Годжо рисовал своё лицо. Гето лишь усмехается, убирает замочек в карман штанов и думает о том, что хорошо что Нанами тут не было, иначе он один бы тут пересмеял всю команду Сугуру.

***

Ня Каваи (Нанами Кенто) Сугуру, он буквально оставил тебе номер, чтобы ты ему позвонил. ОН ТАК И НАПИСАЛ. Сугуру, пожалуйста, не тупи. Вы Нанами, ты ничего не понимаешь Может он просто стебётся Да даже если не стебётся, я не хочу обременять его своим состоянием. Нанами знал о периодическом депрессивном состоянии друга и понимал его опасения перед тем, как вступать в отношения, понимал, что Сугуру не хотелось быть обузой, но так же он понимал, что проблемы с менталкой есть у всех. Ня Каваи (Нанами Кенто) Друг мой, ты теперь собираешься до конца жизни быть один? Или может тебя устраивают партнёры на одну ночь? Вы ЛАДНО. Я тебя понял. Я позвоню прямо сейчас. И он позвонит, только с мыслями соберётся. Всё-таки номер он получил вчера, а уже вечер следующего дня. Он и так заставил Сатору ждать и, возможно, переживать, и он обязательно объяснит, почему же ему нужно было время, чтобы собраться. В самом то деле, упускать такого мужчину будет слишком глупо со стороны Сугуру, особенно если учитывать, что кажется он тоже понравился Годжо. Ну конечно понравился, иначе зачем бы ему так открыто флиртовать и оставлять свой номер, называя Сугуру красавчиком? Поэтому он решается, сразу вбивая номер в контакты. — Алло? — Сатору, — он замялся, — Привет Сатору. Это Сугуру, ты вчера свой номер оставил на моём ухе. — Сугуру, — настроение Сатору сразу изменяется с недоуменного на радостный, — Я ждал твоего звонка! Пришлось брать все неизвестные номера, которые мне звонили. Даже фанатки какие-то были, не знаю где они взяли мой номер, но я сказал что меня зовут Савору и что они ошиблись, — Сугуру засмеялся, — Ну не смейся! Я растерялся! — Прости-прости, — неуверенность сразу отошла на второй план, — Вопрос. Обязательно было оставлять номер именно таким способом? — Изначально я собирался просто подкинуть тебе эту бумажку куда-нибудь, но потом в мою прекрасную голову пришла такая же прекрасная идея! — было слышно, что он явно гордился своей выходкой, — Надеюсь ты не злишься. — Я не злюсь! А ты злишься, что я не позвонил сразу? — Не злюсь, но я бы хотел услышать настоящую версию того, почему ты заставил меня ждать момента, когда я снова смогу услышать твой великолепный голос, потому что я построил примерно миллиард своих версий «почему». — Прости, Сатору, но… Могу я объясниться лично? — смелость росла по мере того, как долго они разговаривали, хотя прошло всего около минуты. — Это будет свидание? — Это будет свидание. — Тогда я согласен! Скинь адрес, я за тобой заеду. — Подожди, ты заедешь? Я думал я заеду. — Сугуру, ты хочешь чтобы это была наша первая ссора? — никакой злобы в голосе слышно не было, всё та же нисходящая с лица улыбка, — Я заеду. — Хорошо, Сатору, твоя взяла. Сейчас скину адрес. Пойдём с тобой в ресторан. — У меня есть идея получше.

***

Что у Сатору за идея, он конечно же не сказал, они выбрали день, когда ни один из них не занят и выбрали время, удобное обоим. Чего ожидать — Сугуру не знал, как одеваться в таком случае он тоже не знал, поэтому на помощь позвал Нанами. В самом то деле, как школьница. — Сугуру, эти штаны ничем друг от друга не отличаются, — Нанами выпала самая нервотрёпная работа в мире — собрать друга на свидание, поэтому сейчас он наблюдал, как Сугуру перемерил уже больше половины шкафа, и всё, по его мнению, было не то, — Я тебя прошу, остановись уже на каких-нибудь. — Помоги… — Хорошо, вот эти, — он указал на правые джинсы, лежавшие ближе к Сугуру. — Уверен? — На все проценты мира. Сугуру решил доверится человеку, который даже на повседневной основе часто носил свои рубашки с галстуками. Что уж говорить о том, что выбор был между двумя широкими чёрными джинсами. — Осталось дело за малым, выбрать верх, — Нанами упал лицом в ладони и застонал, — Ну же, осталось мало времени! — он снова залез в шкаф, вытаскивая оттуда белую рубашку и чёрную кофту, и смотря ожидающе на Нанами. — Белая рубашка слишком официально, он же отказался от идеи с рестораном, а кофта слишком повседневная, поэтому, — он задумался, — сочетай. — И то и другое надеть? — Кенто кивнул, — Ты гений! — Я могу идти? Хотя стой, — он удалился и вернулся с лакированными лоферами в руках, — Чтобы ты не тупил перед выходом, я тебе облегчу жизнь с тем, что обуть. — Нанами, ты лучший! Я даже не подумал о них.

***

После того, как Нанами ушёл, Сугуру ждал ещё около получаса, успел перемыть всю посуду, протереть пыль, подумал ещё около сотни раз чтобы переодеться, но решил остаться в том же, только добавил колец и подвеску для акцента. Чего можно было ожидать от Сатору он не знал и строить предположения было глупо. Оставалось только ждать когда за ним заедут и отвезут в место, о котором он даже не подозревал. Наконец, Сатору позвонил, говоря что находится около подъезда Сугуру и чтоб тот спускался. Неожиданно прямо перед выходом ему разонравилось в себе всё: от укладки до дурацких лоферов. Однако, деваться было некуда, поэтому пришлось наконец выйти из квартиры. Сугуру Гето двадцать восемь лет, он является почти самым знаменитым интервьюером и как подросток переживает перед свиданием. — Привет, Сугуру! Сатору стоял перед ним весь вылизанный, в белой рубашке с коротким рукавом и голубых джинсах, контрастировало в его внешности только гнездо на голове, однако, по скромному мнению Сугуру, это выглядело мило. В голове пронёсся вопрос — кто же из них оделся не по погоде? Годжо стоял и прямо-таки светился, но Сугуру подметил, что тот старается незаметно переминаться с ноги на ногу от смущения. И только сейчас Гето обратил внимание, что Сатору держал руки за спиной всё это время, но не успел построить предположений, как он достаёт из-за спины букет — аккуратные подсолнухи, переливающиеся под лучами солнца. — Это тебе. От меня. Ну, ты понял, конечно от меня, тебе же я их дарю, — если бы Сатору старался чуть меньше держать голос ровным, он бы давно заикался на каждом слове, — Прости, я нервничаю, надеюсь, ты не считаешь, что букеты это пошло. Сугуру не мог так считать, просто потому что эти цветы дарил ему Годжо. Тот самый, с которым они знакомы всего ничего, тот самый, редкие фотографии которого он сохранял на телефон и добавлял в отдельный альбом, тот самый, которому взаимно нравится Сугуру. И пора бы прекратить тупо пялиться то на букет, то на Сатору, и обратно, а наконец принять подарок. — Сатору, но у меня для тебя ничего нет, — теперь он чувствует себя слишком глупо. Конечно! Подарок! Надо было догадаться и купить блядский подарок! Вот почему когда ты влюбляешься, у тебя перестают работать мозги? — Сугуру, не неси глупослей, — он протянул букет, — Если ты правда переживаешь об этом, то я раскрою тебе секрет, — Сатору знакомо наклонился к его уху и прошептал, — я купил их вон в том цветочном, — и указал рукой на бутик, который Сугуру проходил тысячи раз, — У меня всё вылетело из головы и я только перед твоим подъездом вспомнил, что заявился к тебе с пустыми руками. Гето рассмеялся, поняв, что он не один со своей влюблённой проблемой. Он наконец принял букет. — А теперь, — Годжо подошёл к своей машине и открыв дверь для Сугуру предложил тому сесть, — я бы хотел услышать настоящую версию того, почему же я ждал твоего звонка целых полтора дня.

***

Если бы Сугуру кто-то повёз на первое свидание куда-то через леса, он бы точно напрягся, но когда это делает Годжо Сатору ему абсолютно спокойно. Даже если он захочет убить Гето — тот будет не против. Умереть от руки именно этого мужчины он только за. Конечно, он задал вопрос куда же они едут, но не получив ничего внятного — забил. Он почему-то доверял этому белобрысому недоразумению. Когда Сугуру объяснил, почему же не позвонил сразу, темы для дальнейшего разговора нашлись сами: сначала банальщина, в этот раз в роли интервьюера выступал Годжо, затем смешные истории из жизни, в один момент Сугуру зашёл просмотреть новости и увидел их с Сатору. Кто-то сфотографировал их, когда ему был предложен букет, а заголовок гласил: МОДЕЛЬ ГОДЖО САТОРУ И ИНТЕРВЬЮЕР ГЕТО СУГУРУ ВМЕСТЕ? НОВАЯ ПАРА ИЛИ ХАЙП? Он показал это Сатору, а тот только засмеялся, параллельно ворча, когда же их успели застать и как он мог этого не заметить. По мере того, как они приближались к назначаемому месту, Сугуру так и не понял суть свидания. Осознание начало приходить только тогда, когда Сатору остановил свой белый мерседес S-класса на поле, где стоял вертолёт. Букет он решил не тревожить и оставить на заднем сидении, а так же выяснил, что Сатору прихватил с собой кофту на молнии. Его потащили прямо к этому вертолёту. — Ты арендовал вертолёт? — Сугуру неверяще смотрел то на Годжо, то на летательный аппарат. — Конечно нет, — он остановил их подле двери, — это мой. Давай, залезай. Вопреки своим словам, Сатору полез первый, дабы усесться на место пилота. Сугуру, уселся вслед за ним и уставился на того распахнутыми глазами. — Хочешь сказать, что модели зарабатывают достаточно, чтобы позволить себе вертолёт? — в голосе его не было ни капли доверия. Так же сложив в своей голове два плюс два, поняв что они тут вдвоём и третьего человека, который бы подразумевался пилотом не будет, — И обучение? — У меня родители с деньгами и со сдвигом в головах, подарили на последний день рождения, — это была та информация, которую он не очень хотел озвучивать, он смущённо улыбнулся и продолжил, — Закрой дверь и пристегнись. Сатору с умным видом начал заводить вертолёт, нажимая на разные яркие и не очень кнопки. Гето ничего не оставалось, кроме как последовать совету Годжо. Внезапно пришло осознание, что возможно, и скорее всего, он боится высоты. Ну или ему так показалось, потому что Сатору в роли пилота он не представлял. Не то, чтобы он не верил ему, просто в голове не сходилось. Если бы Сатору сказал что он балерун, или может аквалангист — Гето было бы легче в это поверить. Однако, сейчас ему остаётся только слушать рёв пропеллера, вжавшись в сиденье и почти слившись с ним, закрыть глаза. Он не видел как они взлетали, но до этого ему было до фени, однако, если бы он знал, что в этот момент на него смотрел Сатору с таким обожанием в глазах, он бы предпочёл их никогда больше не закрывать, чтобы не пропустить больше такой взгляд. — Можешь открыть глаза, — Годжо невесомо дотронулся до его руки своей, будто через прикосновение говоря, что всё в порядке и взлетели они без происшествий. Сугуру, забыв про свою выдуманную им же боязнь высоты сразу уставился в окно: под ними, казалось, безграничный лес, однако вдалеке виднелся их город, совсем крохотный и игрушечный. Слов было не подобрать, Гето словил такой эффект вау, что даже на Сугуру он повернулся всего один раз, и то, чтобы показать своё лицо с искренним восторгом, и отвернуться обратно. Не то, что бы он никогда не летал на самолётах, но… Он никогда не летал на вертолётах. Задумка одна, но ощущалось совсем иначе, будто только ты сейчас находишься в таком положении, превосходишь других. В голове неосознанно появлялись мысли, что люди снизу, видевшие вертолёт, автоматически ему завидовали и хотели оказаться на месте Сугуру. Ещё и рядом с Сатору. Гето злорадствовал, ведь прямо здесь и прямо сейчас, и прямо рядом с Годжо находился именно он! — Смотри, вон твоя многоэтажка, — Сатору указал пальцем прямо на дом Сугуру, — а во-он там моя квартира. — Да это же совсем недалеко от меня, — подметил Гето. Неужели счастье всегда было так рядом? — Сугуру, посмотри вперёд. Он оторвался от бокового стекла именно в тот момент, когда недалеко от них пролетал небольшой частный самолёт, сзади которого развивалось полотно с надписью: «Сугуру, я думаю, что ты милее любой фотографии с котиком». Прочитав фразу, Гето правда старался не засмеяться. Он правда пытался, но взглянув в лицо Сатору сдержаться уже не мог. Это было чертовски мило и в стиле Сатору, и хотя Сугуру хватило бы простого предложения стать его парнем, он слишком сильно ценил то, что Годжо так заморочился ради него. — Слишком плохо, да? — Сатору поник, голос почти дрожал, а сам он замкнулся. Думал, что какой чёрт вообще дёрнул его так выкобениваться и задирать планку. Не то, чтобы Сатору не смог бы удерживать её, он бы с лёгкостью задирал её с каждым новым сюрпризом и подарком для Сугуру, но чёрт бы его побрал, кто вообще сказал что Гето могло понравиться такое? — Иди сюда. Сугуру притянул того за рубашку, впиваясь поцелуем. Таким нежным и чувственным, с совсем небольшим напором, стараясь показать на сколько он благодарен. Чувствовал, как Сатору начал улыбаться и отвечать так же безгранично, ценя момент, в котором они находились. Дорога домой казалась слишком долгой только из-за ожидания продолжения. Прилетев обратно, рядом с машиной стоял мужчина, который вслед за Сатору пересел за управление вертолётом. Сам Годжо ему кивнул в знак приветствия и потянул Гето за собой в машину. Сугуру посмотрел на него вопросительно когда они уселись. — Это Иджичи-сан, мой водитель. Невероятно, у него и водитель свой есть. Сатору ехал на столько быстро, на сколько позволяли правила дорожного движения, при этом стараясь не показывать волнения и нетерпения перед Сугуру, что было до смешного мило. — Сугуру, твои бывшие на столько тупые и слепые, что упустили тебя? — Сугуру, как долго ты шёл к такому телу? — Сугуру, тра- ой, оговорочка, выпьем завтра кофе? И так всю дорогу домой. Гето уже и сам не знал куда себя деть, оставалось только сильнее сомкнуть ноги пряча стояк. В самом то деле, как мальчишка в пубертате, встал только от грязных разговоров Годжо. И вроде всё было очевидно, они едут домой к Сугуру трахаться. Оба это понимали, но стоило Сатору припарковать машину перед подъездом, как вся уверенность куда-то улетучилась. Годжо мялся, ведь не может он зайти без приглашения, Гето мялся, ведь он не был уверен что Сатору хочет того же. Этим мужчинам под тридцать и они не могут очистить свои влюблённые мозги и воспользоваться ими, когда им всё предоставлено на блюдечке с голубой каёмочкой. — Зайдёшь? — Гето наконец решает взять инициативу в свои руки, а Годжо второй раз просить не нужно. Он заглушает машину, выпрыгивая из неё, резко появляясь перед дверью Сугуру, открывая, и подавая тому руку. От того, чтобы начать скидывать друг с друга вещи прямо в лифте их останавливает только установленная там камера, а развязывает им руки захлопнувшаяся за ними входная дверь в квартиру и звук замка. Спинами они изучают стены прихожей, сминают губы, проводя языками по нёбу и дёснам, не стесняясь стонут в голос, взаимно подставляют шеи под горячие языки друг друга, успевая оставлять засосы. Толкаются бёдрами друг в друга, стараясь потереться пахом в этой суматохе, параллельно скидывая с себя вещи. Добираются до гостиной где Сугуру подхватывает Годжо за бёдра, садясь на диван и усаживая себе на колени Сатору, ни на миг не отстраняясь. Сугуру любит страстно, пошло и грязно — и Сатору готов дать ему все эти ощущения, потому что сам такой же. Сатору любит грубо, жадно и с пошлыми звуками — и Сугуру вбивается в его зад с громким хлюпаньем. Годжо грубо сжимает свой член уже находясь на грани и кончает между их животами. Гето останавливается, дабы тот отдышался, но Сатору слезает с дивана, располагаясь между ногами и не церемонясь берёт на всю длину, чтобы если Гето решит его бросить, будет знать что потеряет. Сугуру сверху издаёт громкий стон, зарывает руку в белобрысый затылок и оттягивает горячий рот от своего члена. Смотрит на образовавшуюся ниточку между головкой и ртом Сатору, а тот замечает это, скалясь, не смеет её убирать, потому что Сугуру любуется. Гето опускает голову обратно, сам устраиваясь удобнее. Сатору стонет, пуская вибрации по всему члену и начинает двигаться, параллельно оглаживая от бёдер Сугуру до его груди, сжимая твёрдые соски. Снова убирает рот с члена, оставляя засосы и укусы на внутренней стороне бёдер, и моментально зализывая, извиняясь. Снова возвращаясь к члену он вновь почувствовал руку на затылке, которая больше не позволяла ему отвлекаться на другие части тела Сугуру. Сатору сосал прилежно, втягивая щёки и добавляя слюней, до основания и утыкаясь носом в лобок. Чувствуя приближающуюся эрекцию Годжо убирает с себя руку и снова отстраняется. — Кончи мне на лицо, Сугуру. Надрачивает у основания, понимая что такие слова не оставят равнодушным никого. Смотрит глаза в глаза и развратно облизывается, как раз в этот момент Сугуру и не выдерживает. Капли попадают на щёки, подбородок, губы Сатору и он собирает то, до чего может дотянуться языком. Внезапно глаза Сугуру расширяются и он произносит: — Я забыл букет у тебя в машине, — Годжо заливается смехом и заваливается на диван к Гето, целуя. — Я куплю тебе ещё миллиард этих букетов.

***

— Сугуру, охваты то что нужно! Мы превзошли сами себя, — Акари звонила ему каждый день с момента, как интервью вышло на их канал, ведь Гето решил, что ему нужен небольшой отпуск. Они перенесли все съёмки, поэтому можно было ни о чём не думать, — Ты можешь позвонить Годжо и сообщить ему? — Зачем же звонить? — Сатору выхватывает телефон и ставит на громкую, — Я прямо сейчас нахожусь в его постели, и ты между прочим помешала, потому что мы собирались… — Сугуру выхватывает телефон обратно. — Сатору! — шикает он, — Извини, Акари. — Теперь я поняла зачем тебе так срочно потребовался отпуск, — она была искренне рада за друга, который в последние годы только о работе и думал, — Тогда не отвлекаю вас! — Пока! — заорал Сатору в трубку, но Гето успел нажать на завершение звонка, дабы подруга не оглохла. — Сатору, — казалось, он был в гневе, но мышцы лица расслабились и он мягко улыбнулся, — Не переставай быть невыносимым, хорошо?